Круги на воде

      Северус одной ладонью обнимал горячую чашечку чая, а второй рукой крепко прижимал к себе Гарри, пытаясь ухватить последние остатки своей и чужой уверенности. Привязать, вплавить её обратно в их тела.       — Мне не верится, до сих пор, — Минерва нахмурилась. Первая радость с неё сошла, вернулась прежняя сухость. – Гарри, ты же понимаешь, что общественность ещё не готова к твоему появлению и никогда не будет, если на то пошло?       — Понимаю, что теперь? Помереть назад? – Гарри вернул ей хмурую улыбку.       — Не болтай, пожалуйста, чепухи, — Северус похлопал Гарри по бедру.       — К слову сказать, что это за нежности? – Минерва выразительно обвела их прижавшиеся друг к другу фигуры рукой.       — Ну, без комментариев, — Северус отмахнулся. – Давай перейдем к делу, зови министра, нужно заявлять о его жизнеспособности. И давай честно, нужно придумывать какую-нибудь потрясающую историю о его спасении.       — Кхем, — Минерва встала и прошлась перед кабинетом. – Да, я и получше тебя понимаю, что нужно что-то придумать и быстро, не дело жить с социальным статусом трупа. Давайте так, пускай об этом думают умные, а мы просто поплывём по течению.       — К чему ты клонишь? – Северус нахмурил свои густые брови.       — Мы простые профессора, работники школы, — начала Минерва издалека. Женщина взяла с полки маленькую глиняную баночку и задумчиво открыла крышку. – Мы в любом случае не сможем придумать газетную сенсацию так, чтобы публика в неё поверила. Нам в этом нужна помощь министра и талантливого журналиста. Поэтому…       Минерва зачерпнула Летучий порох из баночки, швырнула его в пламя и наклонившись пониже, крикнула в каминную решетку.       — Господин министр, я прошу вас зайти ко мне как можно скорее. Дело важнейшее, — Минерва распрямилась и степенно отошла к портретам бывших директоров и директрис.       — Что случилось? Опять слизеринцы друг друга шантажируют и лишают зре?... – неоконченный вопрос повис в воздухе. Кингсли замер в камине, не решаясь сделать шаг за каминную решётку. – Минерва? Я всё правильно понимаю сейчас?       — Привет, — Гарри неловко растрепал свои буйные локоны. – Рад тебя видеть. Это я.       — Глазам поверить не могу, — Кингсли подошёл ближе и протянул руку Гарри. – Неужели?..       — Я жив, — Гарри крепко пожал смуглую ладонь министра.       — Кто был вторым охранником министра Фаджа, когда нам приказали задержать Дамблдора?       — Долиш, — Гарри улыбнулся. – Амбридж как раз Мариэтту Эджком трясла за плечи и потом всё началось. Тупая Мэри, кто её вообще за язык тянул.       — Да, ты Гарри. Определенно, — Кингсли улыбаться перестал. – Но твоё решение о причёске… сомнительное. Но таковы вкусы молодежи, я не лезу.       — Спасибо, — Гарри хмыкнул.       — Меня куда больше интересует история твоего чудесного спасения из гроба, поскольку я видел тебя мертвым. Итак, — Кингсли грузно сел в одно из жестких кресел у стола. – Я слушаю.       — Кингсли, истории не будет, — вдруг подал голос до того молчавший Снейп. – Мы не можем рассказать.       — Так-так, — Кингсли остановил его рукой. – Итак, всенародно любимый мальчик ценой своей жизни останавливает главного злодея всех времён, ему устраивают трагичные похороны, вся магическая Британия рыдает на его могиле, а потом его школьный профессор просто приводит его в кабинет директора школы и говорит мне: ну он просто жив и всё, принимайте? Я всё правильно понял?       — Выходит, что так, — Северус внутренне сжался.       — Да вы совсем с ума посходили? – гаркнул Кингсли. – Вы серьезно решили, что общественность это проглотит? Вы думаете, что на вас не объявят охоту?! Да я первый вас арестовать обязан! До выяснения всех обстоятельств…       Мужчина вытащил белый отглаженный платок и стер выступивший со лба пот.       — Снейп, я не успеваю решать твои проблемы, ты постоянно подкидываешь мне что-то новое! То твои слизеринские козни, то слепой мальчик, опять же с твоего факультета! То теперь оживший герой?! Общественность только-только начала в себя приходить после войны…       — Мне теперь назад умереть? – Гарри нахмурил лоб.       — Ой, не болтай глупостей хоть ты, — Кингсли отмахнулся. – Вот возьми.       Кингсли протянул Снейпу что-то кругленькое, завернутое в белый платок. Некрасивый и уже использованный, но другого такого просто нет. Мастер, который их мастерил, скончался лет пятьдесят назад. Своих секретов не раскрыл, записей не оставил.       Северус развернул платок и замер.       — Это?..       — Грюм? – Гарри тут же узнал механический глаз, ранее принадлежавший известному аврору.       — Да. Его я забрал у Амбридж после падения режима Волан-де-Морта. Единственная в своем роде вещь, — Кингсли снова протер лоб платком. – Так, от шока я оправился. Я придумал что делать. Гарри, я безумно рад тебя видеть, прости за первые эмоции, но слова Снейпа меня совсем вывели из себя.       Кингсли встал и сжал Гарри в коротких объятиях.       — До завтрашнего дня тебя всё ещё нет. Не существует. Никому не показывайся, — давал последние наставления Кингсли. – Если все получится, то уже послезавтра у тебя не будет отбоя от общения. Лишнего не болтай только. И всем ври одинаково!       — Вот тут уж не переживай, — Северус крутил между пальцами механический глаз. – Я с него глаз не спущу.       И для подтверждения своих слов погрозил механической поделкой в его сторону.       — Надеюсь на ваше благоразумие, — Кингсли шагнул в зелёные языки пламени.       — Ну, все прошло неплохо, — резюмировала молчавшая до этого момента Минерва. – Он даже не попытался на вас напасть, хотя мог.       — Сама доброта, — отмахнулся Снейп. В его мыслях министра уже не было, он готовился к решению другой проблемы.