Противоположности притягиваются.

— Такемучи, всё в порядке? — заметив растерянный взгляд друга, спросил Манджиро. Ханагаки отвёл взгляд, когда Сано попытался найти что-то для себя в голубых глазах. Чтобы не вызывать слишком много подозрений, Такемичи слабо улыбнулся и кивнул. Кажется, Майки не поверил его словам, так как собрался что-то сказать. Но сейчас точно не тот момент, чтобы делиться с Сано о своих чувствах. Да и наступит ли он вообще. — Это, конечно, круто, что мы собрались вместе посидеть, но у нас есть ещё кое-что, что хотелось бы прояснить. — Таким образом Такемичи убил двух зайцев. Майки не сможет продолжить свои подозрения, и раскроется немного правды о Сано и Рюгуджи. После слов блондина парни заметно напряглись и выровнялись. В комнате повисла тишина. Кен ждал, когда же заговорит Манджиро, поскольку это именно он захотел, чтобы Ханагаки был в неведении о том, что они состоят в банде хулиганов, так ещё и являются верхушкой банды. Но тот не спешил отвечать или сомневался в правильности построения ответа. После трёх минут молчания Сано всё же решился на отчаянный шаг, который расходится на два конца пути. Или Ханагаки принимает их и остаётся с ними, или уходит. — Как ты уже слышал, мы с Кенчиком верхушка Токийской свастики. Правильно было бы раньше рассказать тебе об этом. Но мы сомневались, захочешь ли ты продолжить с нами общение, когда узнаешь правду, — заметив взгляд Дракена, Майки нахмурился. — Ладно. Я сомневался, что ты захочешь с нами общаться. Ведь это так опасно и неправильно. А, ещё я не хотел тебя в это втягивать, — не смотря в глаза Ханагаки, выдал Сано. И вновь тишина. Никто не пытался её прервать. Все понимали, что Ханагаки сейчас всё анализирует и обдумывает. Когда Манджиро решился посмотреть в лицо Такемичи, наткнулся на серьёзный взгляд, направленный прямиком на него. — Сдаюсь. Ты прав. Это действительно рискованно и опасно. — Тихо вздохнув, блондин прикрыл глаза и продолжил. — Думаю, твои опасения не были напрасны. Я не хочу иметь дело с хулиганами и гопниками. Ещё с того момента, когда Аккун сказал, что вы состоите в банде хулиганов, я понял, что не должен с вами водиться, — с до боли безразличным видом пояснил парень. Все присутствующие впали в состояние офигевания. Много чего можно было услышать от Ханагаки, но такого не ожидал никто. — Такемичи, это же!.. -спохватился Сэндо, но взгляд друга заставил замолчать. — Я всё сказал, что хотел. — Встал с дивана и собрался к выходу. — Мне жаль, что всё так закончится. Пока, Дракен-кун. Прощай, Майки-кун. — Ханагаки собрался открывать дверь, как Сано, пару раз моргнув, с широко раскрытыми глазами поднялся со своего места, вытянул руку вперёд и тихо проговорил. — Таке… мичи, не уходи. Блондин остановился у выхода. Не поворачиваясь назад, еле заметно хмыкнул, но промолчал. Манджиро почувствовал такой знакомый холод потери. Глаза перестали блестеть, становясь ещё темнее. В горле пересохло, мысли вдруг исчезли. И только единственное отдавалось эхом в голове: «Такемичи тоже уйдёт?» Впервые за много лет Сано почувствовал желание рыдать. Но не мог. Чувствовал, что заслужил. Началось всё с недосказанности, из-за неё и закончится. — Пожалуйста… Такемичи. — Хриплым от отчаяния голосом умолял Манджиро. Минуту в комнате стояла тишина. Но неожиданно для всех Ханагаки начал тихо смеяться. Затем смех стал громче и веселее. Друзья с недоумением смотрели на блондина. Когда приступ смеха немного стих, Такемичи повернулся лицом к Сано, который стоял от него в пяти метрах. От такого разбитого Майки внутри всё сжалось, но Ханагаки улыбнулся. — То есть вы действительно считаете, что я уйду от вас из-за того, что вы состоите в чёртовой банде? — наклонив голову, с улыбкой спросил блондин. Дракен и Майки почувствовали невероятное облегчение и обиду за такие приколы. — Такемучи, ты идиот. Даже я почувствовал грусть из-за твоего ухода. Актёр ты хренов! — с нотками радости начал возмущаться Кен. Ханагаки ухмыльнулся и кивнул. — А нечего скрывать такое от меня, — наигранно пробубнил блондин, затем немного позже добавил. — Будет вам хорошим уроком на будущее. — Злорадно улыбнувшись, Такемичи посмотрел на Манджиро, который ничего не говорил. Внезапно Сано молча начал двигаться к Ханагаки. Блондин успел подумать, что Майки совсем не понравилась шутка и теперь его ждёт избиение или хотя бы удар с кулака. Готовясь к удару, Такемичи закрыл глаза. Но вместо того, чтобы ударить, Манджиро обнял его, прижимаясь как можно ближе. — Дурак, — послышалось еле слышно. Такемичи не стал ничего говорить. Вместо ответа он смущённо улыбнулся и обнял Сано. Такемичи готов был простоять вот так вечность, обнимая любимого человека. Чувствовать исходящее тепло и знакомое дыхание, дышать его запахом или «случайно» соприкоснуться. Всё это дурманило разум бедного Ханагаки. Неизвестно, сколько они бы ещё так простояли, если не голос Ацуши. — Я, конечно, рад, что всё хорошо закончилось, но пора бы уже по домам. Время позднее. — как бы между тем напомнил Сэндо. Такемичи смущённо отстранился от недовольного таким поворотом Манджиро и кивнул. — И правда. Аккун живёт на другом конце города. Проблематично будет добираться до дома, — почесал щёку блондин. Майки тяжело вздохнул и пожал плечами. — Тогда я тоже пойду уже, — напомнил о себе Дракен, который, кажись, вымотался от компании светловолосой девушки. *** Попрощавшись с Майки и Эммой, друзья отправились по домам. Ацуши жил в другой стороне, поэтому совсем скоро отлучился от парней. Остались только Такемичи и Дракен. Никто не говорил. Это только потому, что Такемичи казалось, что Кен предпочёл бы пройтись в тишине. Но неожиданно для блондина Кен первый начал диалог. — Эй, Такемучи. Что между тобой и Майки? — безразличным тоном спросил Рюгуджи. На мгновение Ханагаки перестал дышать. — Э, не совсем понимаю, о чём ты. — Главное уметь вовремя прикинуться дурачком. Рюгуджи вздохнул и остановился, тем самым вынуждая Ханагаки тоже остановиться. — Хорошо, тогда спрошу по-другому, — взглянув на друга через плечо, Дракен слабо улыбнулся. — Что ты чувствуешь к Майки? — уже более напористый вопрос. Такемичи улыбнулся своей идиотской улыбкой. — Ну, за всё это время мы сильно сблизились. Думаю, я чувствую дружескую привязанность, — пожал плечами. Рюгуджи пару мгновений просто молчал, что-то обдумывая по этому поводу. Затем тихо хмыкнул. — Такемучи, на друзей так не смотрят. — Заметив растерянный взгляд блондина, Кен победно улыбнулся. Ханагаки впервые за долгое время не знал, что ответить на такое замечание. Но как всем известно, лучшая защита — нападение. Парень фыркнул и посмотрел Дракену прямо в глаза. — Что насчёт тебя? Ты ведь не с дружеской благородности постоянно его таскаешь. Да и взгляд твой становится мягче в такие моменты, — начал свой штурм Ханагаки. Кен с усмешкой покачал головой. — Неправильно понимаешь. — Немного подумав, Рюгуджи добавил. — Меня парни не интересуют, и тем более Майки. Мы с ним очень давно знакомы, он мне как брат. Да и тем более, мне его сестра нравится, — на одном дыхании выдал Кен. Блондин как дурачок пялился на откровения друга и не понимал, как же так получилось, что сейчас всё идёт к тому, что придётся признать свою недружескую симпатию к Сано. — А, Эмма тебе… нравится? — В ответ кивок. Такемичи обречённо вздохнул и посмотрел на друга отчаянным взглядом. — Прошу тебя, пусть это останется между нами. — Кен с серьёзным видом согласился. — Понимаешь… я только недавно это осознал. Мне сложно и страшно. Раньше меня никогда не интересовал мужской пол, но в один момент всё пошло к чёртовой матери. Хотя всё более сложно. Я ничего не чувствую к другим парням, пытаясь представить их на месте Майки-куна. Ну, то есть у меня только к Майки-куну влечение… — Покрасневший блондин прикрыл лицо руками. С минуту Дракен ничего не говорил. — То есть хочешь сказать, что ты не гей, но тебе нравится парень. И не какой-то там, а именно Сано Манджиро? — В ответ слабый кивок. Кен хмыкнул. — Ясно, значит, ты у нас Манджиросексуал, — тихо рассмеялся Рюгуджи. Такемичи убрал руки с лица и удивлённо посмотрел на беззаботно смеющегося друга. Это понятно, не каждый день увидишь, как искренне смеётся Дракен. Но ответ совсем не устроил Ханагаки. — Дракен-кун, это не смешно! Я вообще-то не знаю, как мне быть, — напомнил о своей проблеме. Кен пожал плечами и ответил самое элементарное. — Просто признайся ему. — Только Такемичи собрался возразить, как Кен перебил его начинания. — И не надо бояться. Думаю, Майки нормально отреагирует, каким бы не был его ответ. — Блондин опустил голову и, поникший, кивнул. — Эй, ты чего? Я же не говорю тебе сейчас идти признаваться. Можешь немного повременить с признанием до того момента, когда будешь уверен в своих чувствах на все сто, ну, или же будешь знать, что сможешь нормально рассказать о чувствах. Ладно? — блондин посмотрел на Дракена и уже более уверенно кивнул. Рюгуджи улыбнулся и направился дальше. — Пошли, Такемучи. Мне завтра рано вставать. *** После того вечера всё немного изменилось. Теперь Такемичи вместе с Майки и Дракеном иногда зависал на собраниях свастонов. Поначалу было страшно, но позже парень свыкся. Да и свастоны привыкли к его присутствию. В банде у Такемичи появился ещё один друг — Мацуно Чифую. Они были сверстниками, поэтому быстро поладили. После разговора с Дракеном Такемичи стал меньше проводить времени с Майки. Это было для того, чтобы больше никто не узнал о любви Ханагаки к Манджиро. Ведь блондин совершенно не умел скрывать свои чувства. Оказалось, что о любви Ханагаки знал не только Дракен, но и Эмма с Ацуши. Когда Такемичи спросил, как они это поняли, те ответили, что это слишком очевидно. Конечно, было сложно держаться подальше от Майки, человека, который всегда занимает большую часть твоей жизни. Чтобы не оставаться одному, блондин часто зависал с Мацуно. Кажется, Майки начал замечать, что Ханагаки его избегает, так как пытался постоянно с ним заговорить, но Такемичи постоянно выскальзывал из его рук. Такое случалось даже при Чифую. Тот после ухода главаря начинал шутить о том, что Ханагаки боится его. Отчасти так всё и было. Но Такемичи боялся не самого Сано, а того, что из-за его любви к нему может прекратиться их дружба. А этого ой как не хотелось. В одной из таких попыток сбежать у Такемичи не получилось. Майки схватил его за руку и на глазах у всех потащил в сторону. Когда они отошли подальше от посторонних, Манджиро с обидой посмотрел на друга. Под таким взглядом, Такемичи уже был готов покаяться во всех смертных грехах. Вот настолько всё запущено. — Такемучи, ты меня избегаешь. — Более тихо добавил. — Почему? Блондин нервно улыбнулся и отрицательно покачал головой. — О чём ты, Майки-кун? Я не избегаю тебя!.. — Врёшь! По-твоему, я совсем дурак? — со злостью в глазах и голосе спросил Манджиро. Такемичи поспешил ответить, что это не так. — Ты так себя ведёшь ещё с того вечера… Что произошло тогда? С остальными ты общаешься так же, как и прежде. Тогда почему так себя ведёшь со мной? — Не дождавшись ответа, Майки прижал блондина к стене. Злость никак не успокаивалась. Сано поднял кулак для удара, но остановился, когда увидел слёзы Ханагаки. — Майки-кун, прости меня. Прости, пожалуйста. Я дурак. Не стоило убегать от тебя. — Подавляя всхлип, блондин продолжил. — Я расскажу тебе всё, обещаю. Но не сейчас. Дай мне немного времени, — умолял Ханагаки. Манджиро посмотрел в глаза блондина. Не найдя в них лжи, Сано вздохнул и уткнулся лбом в плечо Такемичи. Ханагаки почувствовал мурашки по коже. — Я дам тебе немного времени, но не избегай меня больше. Мне сложно без твоего присутствия рядом, -тихо ответил Манджиро. Ханагаки облегчённо улыбнулся и кивнул. — Хорошо, Майки-кун. — Как только Такемичи собрался отправиться к остальным, Сано схватил его за руку, заставляя оставаться на месте. — Давай ещё немного так постоим. — Это звучало скорее как приказ, но блондин понимал, что Сано просил. Не найдя причин для отказа, Такемичи остался на месте. В груди Ханагаки поселилась надежда, что Майки тоже испытывает к нему симпатию. «Не думаю, что Майки ведёт себя так со всеми… Потерпи, Майки-кун. Совсем скоро я признаюсь тебе в своих чувствах.»