Иной мир

Выходя из леса, познакомился с другими. Берна и Седрика я уже знал. Следующие на очереди были Вильям и Михаил. Весёлые ребята. Они спрашивали откуда я, но поняв, что я не помню вообще ничего, стали рассказывать про себя. Как живётся в деревне. Кто есть кто и как кто живёт. Это была полезная информация. Я прикидывался дурачком и спрашивал абсолютно все, что приходило в голову. Не переживайте. Никаких взрослых вопросов я не спрашивал. Меня провели к дому Седрика. Он вынес из дома пару вещей. - Мои мальчики уже выросли из этих вещей, а девочка в них ходить не будет. Они лежали в доме мёртвым грузом. Хотел отдать соседке, а тут ты нарисовался. Отдам тебе. Он протянул мне узелок с вещами. - Бери, не стесняйся. - Спасибо вам. Поблагодарив Седрика, пошёл с Берном к нему домой. Зайдя домой он позвал женщину, которая готовила обед. - Милая, смотри кого я к нам привёл. Я встретил его в лесу. Он был один и мне стало его жалко. Можем ли мы приютить этого бедолагу у нас на некоторое время? Женщина посмотрела на своего мужа в смятении. Мне не нравиться это выражение лица. Она хочет отказать. - Он чей то? Или это твой ребёнок от другой женщины? Я ошарашенно посмотрел на неё. Потом поглядел на Берна. Он смотрел на неё так же как и я. Глаза - блюдца. - Мелорин. Он ничей. Я же сказал, что нашёл его в лесу, он был один. Посмотри на него. Он весь в синяках и ссадинах. Разве я мог, будь даже он моим сыном, позволить так к нему обращаться? Она посмотрела не него скептическим взглядом, потом посмотрела на меня. Немного помявшись, ответила. - Ладно. Я позволю тебе его оставить. А там дальше, видно будет. Есть ли имя у этого ребёнка? Седрик посмотрел на меня. Я вроде говорил, что не знаю как меня зовут. - Здравствуйте. Простите меня за то, что появился у вас дома. Я не помню как меня зовут, я не помню ничего, кроме последних трех дней в лесу. Мне дяди сказали, что я потерял память и поэтому я ничего не помню. Они сказали, что я скорее всего раб, но клеймо на моем теле они не нашли. Моё лицо было все красным от стыда, на лице наворачивались слезы. Если меня не примут в этой семье, то отправят в церковь, быть простым мальчиком при церкви, а там я жить не хотел. Из прошлой жизни я знал, что церковь-это зло.