Сокджинова детка

- Оппа? Ты где? Оппа!!! - Хи-хи, я здесь, милая. - Привет, Джинни - ты с интузиазмом посмотрела на старшего участника БТС - ты не представляешь, что случилось! Я с Хиной вышли из школы и услышали одну историю. Говорят, что в городе появился человек-вампир. Представляешь? - Ты веришь? Ты боишься? - Нееет, оппа! - ты чмокнула его в губы и запрыгнула ему на коленки - а, что? - Просто вампир, по сути, не может быть человеком! Ну как факт. - Тоже верно.... Оппа, я тебя люблю!!!😘 - И я тебя...😘😘😘 Моя девочка...😍 - Джин, почему ты такой у меня? - Какой? Что-то не так? - взволнованно спросил Сокджин. - Нет, все в порядке. Просто, ты такой спокойный, добрый, и уважаешь меня, никогда ничего без моего согласия не сделаешь, по крайней мере со мной.))) - Т/и, перестань пожалуйста, ёрзать! - Ты возбудился! Папочка... -Т/и, ты меня возбуждаешь! Перестань ёрзать, иначе я тебя просто трахну. Ты уселась поудобнее на бедрах своего парня. И продолжила ёрзать.... - Папочка....трахни меня ... Я знаю, что без моего согласия, ты ко мне не притронишься.. -Ты уверена? Потом не будешь жалеть? - Нет, не против и да, я уверена!!! -Прекрати играть со мной... Джин поднял футболку и расстегнул двумя пальцами бюстгальтер Т/и. Пришлось стягивать всю верхнюю одежду с Т/и, которая поддавалась и была не против. Наоборот, она спокойно отдавалась в руки Кима, ей очень хотелось быть в его власти. Сокджин припал ртом к груди Т/и, от чего та выгнулась и закусила губу, неосознанно улыбаясь. Как-то и щекотно и приятно, странные ощущения. Раньше такого не было. Джинни был таким другим, таким необычным, он растягивал удовольствие, но не мучил Т/и-шу. Он пытался разогреть её как можно больше. Пальцами он залез в шорты к тебе, ощущая, как уже промокло нижнее белье. Какая ты вся мокрая, горячая, приятная, скользкая. Сокджин замычал, представляя, как входит в Т/и, которая немного раздвинула ноги. Она слабо стонала, заставляя Джина грубее войти в неё пальцами. Он еле сдерживался, чтобы не порвать на ней одежду к чертям, чтобы не начать жестко вдалбливать её в сам диван. Джин чувствовал всё. Запах, влагу, вкус нежной кожи, желание, её прикосновения и тяжелое дыхание. Слишком хорошо, слишком всё завораживало. Т/и оттолкнула Джина , внезапно заваливая того на спину. Ким не ожидал такого, но ничего не имел против, когда ты начала расстегивать ему шорты, при этом сладко целуя. Сокджин укусил девушку за губу, когда она провела ладонью, точно так же издеваясь над ним, как и он над ней. Т/и спускалась медленно, целуя грудь и напряженный пресс. Он смотрел, наблюдал за тем, как она берет в рот, как она сразу заглатывает, от чего Джин запрокинул голову назад, сжимая зубы до скрежета. Это срыв башки, а не Т/и. Как она так делает, как она так водит языком, посасывает, грязно причмокивая, как она посматривает на него, ухмыляясь. Он никогда не мог даже представить такого, чтобы Т/и, такая невинная Т/и, отсасывала бы Джину. — Папочка, тебе нравится? — спрашивает она, опять приближаясь к лицу Сокджина. — Тебе нравится, когда я тебя называю Папочкой? Господи, это кто вообще? Он рыкнул в губы Т/и, когда она поцеловала, не дожидаясь ответа. Это вообще Т/и? Скромная, застенчивая Т/и? Т/и, которая только что сидела на коленках, как милый ребеночек? Сокджин полностью стянул с Т/и одежду. Какая же она была красивая, молящая о том, чтобы он вошел в неё. Сглотнув, он перевернул её на живот, а сам навалился сверху, входя как можно глубже. Ты задрожала и застонала, пальцами впиваясь в обивку дивана. Твой оппа был очень горячим, очень широким. В какой-то момент тебе даже показалось, что проскочила боль между ног. Джин зарычал и поцеловал тебя, глубже вдыхая запах. Руками он опирался о сидушку дивана с двух сторон от головы девушки. Даже её спина выглядела красивой, не смотря на засосы. Сокджин начал двигаться, с каждым толчком выбивая из тебя стон. Т/и даже не пыталась быть тихой, она наоборот хотела кричать от удовольствия и какой-то приятной боли внутри. Т/и была очень мокрой, очень приятной внутри. Джин уже не сдерживал себя, а вдалбливал тебя в диван, как того он и хотел. Он слышал грязные звуки, шлепки, мокрые прикосновения, скольжение. Всё это сводило с ума. Сокджин был как во сне, настолько всё казалось нереальным. Диван уже начинал трястись от напора. Оппа жестко входил, полностью заполняя тебя. Ему нравилось, ему безумно нравилось всё это. Ему нравилось, что под ним стонущая и дрожащая от удовольствия ты, которая течет и течет. — Папочка, мне больно, — простонала Т/и, когда он вошел в неё, не давай слезть. Джин сглотнул и с трудом вышел, переворачивая Т/и к себе лицом. Он стал мягко целовать её в губы, как бы извиняясь за свою грубость, за то, что причиняет ей боль. Джин теперь уже мягко вошел в Т/и, закусывая губы от нетерпения продолжить начатое. Он заметил, как диван намок и был весь во влажных пятнах. Не особо задумываясь о последствиях, он начал двигаться, но уже не так резко, не так глубоко. Т/и обомлела от такого изменения настроения. Плавные, скользящие движения, спокойные, такие нежные. Сокджин целовал Т/и, как целуют парни своих девушек на первом свидании. Робко, еле касаясь языком. От Джина исходила аура настоящего, уверенного в себе парня, но так же еще и заботящегося о своем партнере. Пальцами он спустился вниз, дразня и поглаживая тебя по чувствительным точкам. Т/и это безумно нравилось, такое поведение, такие изменения, такая забота. Джин ощущал, что Т/и уже на пределе, ибо ножки немного подрагивали, а тело начали пробивать еле заметные конвульсии. Он оторвался от её губ и нагнулся ближе к шее, тяжело дыша. Он немного отогнул её голову назад, утыкаясь носом в подбородок. Когда Т/и задрожала и громко вскрикнула, ладонями царапая спину партнера, он прислался к сочной шеи Т/и-ши, оставляя засос над ложбинкой ключиц. Яркий, глубокий, властный. Джин чувствовал, как она сжимает его внутри, как она истекает, слышал, как она стонет и кричит одновременно. Выйдя из нее он кончил ей на бедро. - Ну что? Понравилось? - Да, папочка, только я теперь сидеть не смогу. Хи-хи. - Ну прости, сложно сдержаться)) Ты такая сладкая.... - Ну оппа.... - Если сейчас Сокджин-хен не выйдет, я его убью! Я себе уже всю задницу отсидел под дверью на полу, пока ждал, когда же вы закончите! - проорал "грозный репер", по имени Юнги. - Иду я, иду! Только посмей кому-нибудь что-то сказать! - Я не идиот, чтобы кому-то что-то сказать, давай быстрее.... Оппа быстро оделся, и на ходу заправляя рубашку чмокнул тебя. - Вечером увидемся) Пока. - Пока... Выйдя за дверь он столкнулся с Юнги, причем очень злым. - Надо кое-что тебе рассказать! Тебе она не говорила, что к ней кое-кто домогался? - Нет! Кто посмел?! - Тише! Она его предупредила, что если он ещё раз к ней пристанет, то она папочке всё расскажет.... И для домогателя все плохо кончится. - Правильно сказала, только почему мне не рассказала?!?!?! Пошли... разберемся... - Джин-хен злой!!! Киборг-убийца! - Шуга улыбнулся. Все знают, что нужно быть самоубийцей или мазохистом, чтобы трогать сокджинову детку. И никого не волнует, что она секс-символ, самая сексуальная девушка. Трахнуть её себе дороже, даже если она сама раздвигает ноги. А если кто-то изнасилует её, то..... Дальше всё идет по накатанному алгоритму – она нажалуется папочке и для несчастного настанет смертный день. Потому что своей детке он простит всё что угодно, но тем, кто с ней связался – нет. Никогда. Вечером Сокджин вернётся к ней с разбитой губой, но счастливый. И ничего ей не скажет, кроме одной фразы.... - Я тебя люблю... очень...