песнь одного цветка

      Распахнутые с первым вздохом глаза.

      

      Я чувствую легкий ветерок что едва касается меня. Тепло от ранних лучей солнца, почти не доходит, но я чувствую его. Сквозь эту весеннюю прохладу и будто всё моё существо заполняет мягкость и нежность.              Тут темно и сыро. Если бы я только мог выбраться, взойти на этот свет, чтобы наконец согреться. Не могу точно сказать, сколько времени я нахожусь в таком состоянии. В этом месте время идет своим чередом и я всего-лишь следую его течению. Словно корабль движется по курсу моря или упавший с дерева лист, подгоняемый порывом невидимого вихря. Всё жду момента, мне кажется, нет, я точно уверен, что скоро он настанет. С каждым днём я словно поднимаюсь всё выше и выше. Тяну свои руки к этому недосягаемому небесному светилу. Это покажется странным. Но не могу не сказать об этом. Пробуждаясь и засыпая, ощущение, что я не один в этом мире. Чувствую чью-то заботу. Это вовсе не придумки ведь каким-то образом, кто-то меняет это место. Делая его более влажным или сухим. Все эти изменения напрямую относятся ко мне. Интересно, кто же это. Там, на другой стороне.              Так проходили мои дни, ежедневно я старался давать себе отчёт о происходящих событиях и пока это время летело, а я не останавливался в своем познании, произошло кое-что совершенно невообразимое.              

Я увидел мир.

             Сначала меня ослепило ярким бликом, хотел уже было спрятаться от него, забыл, что ещё нечем. Вот он я. Первый маленький росточек. А это — мир вокруг меня. Живу я в очень светлом и теплом месте. Подальше от окошка, на красивой белой полке, полной книг и различных наград.              Да, видимо этот человек достаточно умен, — подумал я, когда пытался разглядеть какой-то сертификат с непонятными буквами.              Обычно днем здесь никого нет и всё заполняет собой тишина. Я слышу поскрипывающую раму окна и слова, что шепчут мне деревья за этим окном.       Утром и вечером, кто-то ходит возле меня. Журчание воды, оповещает об этом каждый раз, когда меня поливают из лейки. По особым дням, мне дают вкусные витаминки. С них я расту очень быстро и начинаю лучше видеть и слышать.       Кажется, что мой мир и это место, полны покоя и тишины. Так тоже бывает не всегда. Я понял это, когда услышал дождь, затем гром, а потом вода стала резко солёной и в это мгновение передо мной открылось море. Только позже я пойму, что это было совсем не оно.       Не могу уже дождаться, когда зацвету. Ей богу, самому смешно, словно подросток ожидающий первой любви. Недавно яблоня под нашим окном сказала, что эта пора самая чудесная на свете. Поверю ей на слово, но так хочу проверить сам. Узнавать, касаться, спросить все что так хочется. Поскорее бы.       В ту неделю, бог кажется услышал мою просьбу и так страшно мне не было никогда.       Меня подняли в воздух, я был словно птица, клянусь, это ощущение ни с чем не сравнить. Стою на каком-то странном предмете, понять не могу, что делать и куда податься. Со всеми этими переживаниями так и рухнул на бок.       — Вот блин! Аккуратно не бойся, сейчас тебя поднимем, вот так.       Нежными руками, осторожно касаясь, меня взяли в ладони и уложили на место, чтобы я больше не упал.       —Теперь хорошо. Подожди еще немного. Я готовлю тебе новый дом, а то в старом тесно совсем стало.       Я попытался покачаться в ответ, чтобы он понял, увидел, что его слова мне понятны. счастью не было предела, услышать его голос. Таким он был ласковым и умиротворяющим, что я тут же забыл обо всем и слепо ему доверился. Не мог по другому.       Новое место, было мне по душе. Красивого цвета горшочек, мятного цвета в причудливый узор. А самое главное — в нём всегда тепло и температура такая комфортная. Не стал себя останавливать в удовольствии и немножечко разгулялся, пустив поглубже свои корни.       Он это заметил и был очень рад. С его лица улыбка так и не сходила и потому был счастлив я.       Вот так, проходили дни, перетекающие в недели, а они в месяцы и из маленького росточка я стал большим и сильным побегом.       Еще чуть-чуть и зацветешь. Смотри какие у тебя красивые листочки.       Слышу это, а внутри все переворачивается, могу ли я так думать — не знаю. Но рядом с ним, я чувствую себя таким любимым, таким особенным.       Спасибо тебе, — покачивая листьями в знак благодарности, — для тебя, я распущусь самым красивым цветком на свете. Чтобы ты знал о моих чувствах к тебе.

      Многоцветье

      — Иногда мне кажется, что ты говоришь со мной и слышишь меня.

«Я вправду слышу тебя».

      — Со стороны это будет выглядеть максимально странно, но я ведь у себя дома, так что всё в порядке, — успокаивая самого себя. Ты ведь даже не знаешь, кто я. Меня зовут Доён.       

«А будет ли имя у меня?»

      Доён был обычным среднестатистическим парнем, что в свои двадцать четыре, не отличался особыми успехами или умениями. Он вообще, во всём был по середине, что в целом, уже не так плохо. Всё лучше, чем быть где-то, но в минусе. Жизнь для него была всего лишь жизнью. Со всеми своими вытекающими. Работа — дом. Работа — дом — друзья — девушка. Работа — дом — друзья. Работа — дом и снова работа- дом. Мать всегда говорила ему, что слишком рано он понял все горести, которые должны были ждать его впереди. Друзья со временем его покинули, как и та, с которой вместе были. Любовью это не считалось, для него так точно. А что с ней, уже и не волновало. Совсем один остался, вечно родители его ругали за это, просили завести хоть кошку или собаку. Всяко пытались скрасить его одиночество. Хотя он не просил и не нуждался.              — Меня устраивает моё текущее положение, не волнуйтесь.              Одним осенним днём, рядом с его работой, развернули ярмарку продукции домашнего производства. От молока и мёда, до сшитых изо льна скатертей и кожаных сумок. Садоводов среди всех было меньше всего, причиной тому послужила скромная выкладка своего товара, ничего кроме тыкв и засолок — скукота. Но вот, милая женщина, уже почти что старушка, но не стал бы всякий уважающий женщин так называть её. Доён низко поклонился и спросил у дамы:       — Чем торгуете, госпожа?       — Семенами цветов, милый. И вот росточки у меня есть. Какое тебя интересует?       — Честно говоря, я совсем в этом не разбираюсь, — пожимая плечами и легко улыбаясь, Доён не придумал ничего лучше, чем сказать правду и понадеяться на помощь этой леди.       — Возьми вот эти, — худенькая тоненькая ручка, слегка дрожала, протягивая конвертик, — надеюсь они порадуют тебя.       —Спасибо, а что это за растение?       Дамочка мило расхохоталась, но не ответила, лишь намекнув на то, что это будет сюрприз.              Так Доён уже нёс в своём рюкзаке всяческие штуки для комнатного садоводства (опять по инструкции милой дамы за прилавком) и пакет грунта для своего нового друга.       Долго и кропотливо пытался он добиться прорастания хотя бы одного семечка и у него почти получилось, появляющиеся черенки он пересаживал в разные баночки, ухаживал и заботился, как о собственном дитя. Многие из его «ребятишек» погибли. Остался лишь один и Доён был так рад ему и пересадил уже в настоящий красивый горшочек, который купил недавно в цветочной лавке.              Он даже сфотографировал новоявленный росточек и показал всем кому можно с вопросом «Что это растёт? Вдруг обманули, и там картошка, или капуста, или упаси боже, кабачки!»              Никто точно не мог ответить, так как не встречали еще таких ростков, благо в одном убедили точно, это не овощи и не фрукты. Спасибо, что миновали его жизнь и кабачки.              Вот так. Его неизвестный новый друг и Доён, жили и делили на двоих комнату. Пришлось прикрутить полку, чтобы достаточно света от окна попадало на маленькие хрупкие листочки. Водой он поливал изрядно аккуратно, боясь переборщить и вызвать болезнь маленького существа.              Словно видя его старания, цветочек его начинал расти и все больше и больше, даже всякая букашка не смела попытаться урвать от него лакомый кусочек.              Радости Доёна не было предела. Он так полюбил это дело и всё не мог дождаться, когда же, когда он зацветёт. Увидеть плоды своих стараний и любоваться своим другом, долгие часы напролёт, хотя и сейчас, им это не мешало.              Так как единственным человеком в квартире был он, а поговорить иногда хотелось, Доён усаживался в кресле рядом со стоящим на полочке горшком, включал тихую и спокойную музыку и размышлял обо всём на свете вслух. Периодически поглядывая наверх, проверяя внимание своего зрителя.              Я такой же как и ты. Что ты, что я — мы оба одиноки. И мы оба, только мы, есть друг у друга.              В этот вечер ему было особенно грустно, что он не сдержавшись. касаясь мягко хрупких листков, начал плакать и капли эти, попадали на подсохшую землю в горшке.                     И ровно неделю спустя, его одарило горстью маленьких зелёных бусинок — бутонов.       Этим цветком оказалась гортензия.              Доён прошарил весь интернет и убедился точно, она самая. Только непонятно, какого же цвета.              Красивая ты у меня будешь какая, пушистая и цветущая. Хотя, может ты мальчик?       Всерьёз задумавшись над этой темой, максимально вложив всего себя и посвятив данной проблеме не меньше получаса, Доён выпалил на ходу:       — Юта! Теперь ты Юта. И не важно кем ты являешься, знай, что я тебя люблю и забочусь. Самые лучшие подкормки покупаю между прочим, так что вырастай красивым и здоровым. Вот так вот!                     Довольный самим собой он закончил громкую браваду и видел, как снуют в разные стороны маленькие зелёненькие гроздья. Словно пляшут от счастья.              И если бы представилась такая возможность, Юта бы сразу показал Доёну то, как он счастлив и как сильно бьётся его сердце.              

      Тень отражающая свет.

                    Ночью, пока один из нас крепко спит я не могу найти себе покоя. С тех самых пор, как ты коснулся меня, как произнёс моё имя. Слушал бы целую вечность, такой у тебя приятный голос, такой же, как твои руки. Но красивее всего — это твоя душа, ты сам. Ведь разве смог бы скупой и пустой внутри себя человек, дать столько любви другому, пусть даже и такому как я.              Пока ты не видишь, Доён, мне много и горько хочется плакать. От того, что я не могу коснуться в ответ. Наш мир, ты же не обидишься, если я буду называть его нашим? Расширился с тех пор, как первые бутоны появились и вот ты оглянуться не успеешь, как они зацветут. Голубыми лепестками как соленое море цвета твоих слёз.              Чувства мои сейчас в таком смятении, ах, боже помоги, сделал бы хоть раз меня человеком, хоть на секунду, я бы отблагодарил тебя за всё то хорошее, что ты сделал.              Быть может, я не понравлюсь тебе, это тоже страшно, да и я, собственно человеком никогда не был. Д не знаю, как они себя ведут. Разберусь по ситуации, да, вот такой я смелый. Скорее глупый, как сказал бы ты. Часто слышу из твоих рассказов, как ты всех называешь глупыми, это всегда поднимает мне настроение, потому что ты и сам смеёшься. А делаешь ты это безумно заразительно.              Доброй ночи Доён, пусть сон твой будет спокойным.       

      ***

             Доён просыпается и не понимает, что сейчас с ним было. Такого правдоподобного сна он еще не видел, да что уж там, он его даже ощутил. Мало что он смог запомнить, но самое главное всё же задержалось в памяти. Как кто-то крепко обнимает его и прижимается к груди. До сих пор это место будто теплее обычного. Доён кладёт туда свою ладонь, подтверждая этим жестом, словно всё так и было.              И так стало происходить постоянно, каждый раз, как он ложился спать. Его то гладили по голове, то по плечу. Он слышал свой смех и чей-то еще, такой звонкий и приятный. Улыбка на лице по утрам сулила лишь о том, что он снова был счастлив, там, на той стороне, когда тень ночи отражает свет.              Чем ярче становились сновидения, так и Юта, наконец обрёл цвет.              Какой же красивый цвет, Юта, — глаза Доёна искрятся счастьем, — такой нежный, словно маленькое облачко. Всё, как я и хотел, — не переставал улыбаться.              

«Всё, как мы и хотели» — ответил беззвучно Юта, и наконец зацвел.

      Много времени ушло на то, чтобы это произошло. Доён всё никак не мог пристроиться, чтобы фотографии вышли красивыми. Он переставлял Юту с места на место, подкладывал к нему разные предметы, кружки, блюдца с печеньем и прочими сладостями, но всё было не то. Почти отчаявшийся, уже мысленно бросил это дело со снимками, как с неба озарился гром ясной мысли и решительно вернувшись к телефону, принялся воплощать его в жизнь.              Перерыв весь дом вверх дном, он нашёл свою любимую хлопковую белую рубашку с коротким рукавом, отутюжил так, чтобы не остались ни единой складочки, надел свои любимые широкие брюки, пару раз поправил непослушные пряди волос и потянулся руками к горшку. Аккуратно снимая его с полки он прижал его к себе и встал у зеркала, держа в другой, свободной руке телефон.              Эту фотографию он поставил к себе на аватары во всех соцсетях и даже скинул маме, на что она отправила ему кучу смайликов сердечек и сказала, какой красивый у неё сын, а он лишь огрызнулся, ведь вся красота снимка была в Юте, который в тот момент, волновался пуще прежнего.              Старался расправить лепестки пошире, чтобы было видно лучше, напрягся сколько было мочи, чтобы стоять прямо прямо из-за чего пара веточек погнулась и осунулась.              Теперь, когда он наконец ощутил, какого это, цвести и приносить счастье, пришлось задуматься и о том, каким будет конец, когда придёт время отцвести.              Я так не хочу снова заснуть и не проснуться, пожалуйста, пока у нас есть это время, будь ближе ко мне.

      Возвращаться.

      С момента, как Юта дал цвет и все два месяца цветения, Доён видел сны всё красочнее и реалистичнее. Ему всё виделся один и тот же силуэт, человека, который по всей видимости очень сильно его любит. Проваливаясь в сон. Тот не мог дождаться, когда же Доён снова вернётся к нему, чтобы никогда не отпускать из своих объятий. Подсознание Доёна освещала его улыбка, безумно яркая, ярче раскалённого солнца июльским летом. Они держатся за руки и бегут, направление ему не известно, но он доверяется своему спутнику и руки не отпускает. Держит крепко, потом так же крепко обнимает и чертовски жаль, что всё это — лишь проделки его головы, а в реальности, ничего не изменится и никому он не будет нужен так, как там. По ту сторону ночи.       Но Юта, не мог разделить это чувство на обоих и в один прекрасный момент, Доён обнаруживает пару упавших вниз лепестков. Он грустно улыбается глядя на начинающие вянуть крылышки цветка, гладил его аккуратно рукой и понимает, что пришло время и цветение в два с половиной месяца подходит к концу.       К концу недели их становится всё больше и больше, сны, как и Юта, уходят из жизни Доёна и он ничего не может с этим сделать.       И вот наступил этот момент, которого они оба боялись и к которому как не пытались, были не готовы. Последний и самый красивый двулистный лепесток, падает вниз и приземляясь, словно ставит точку между ним и Доёном, который старается сдержать слёзы, которые рвутся наружу, что никак не сдержать. Крупными каплями скатываются по щекам и падают на колени, делая ткань неприятно мокрой. Руки его, вытянутые вперёд дрожат и он аккуратно, стараясь не разбить, берёт горшочек в руки, мягко прижимая к себе и поглаживая его бока, так, будто гладит человека.       Каким будет его изумление, когда позже он поймёт, что всё это время, он обнимал того, кто любил его больше всех и всегда, был рядом с ним. Даже сейчас, он гладит его по голове, точь в точь, как во сне. Запах гортензии усилился, словно он приткнулся к лепесткам кончиком носа и они же вытирают его слёзы. Как же он обомлел, когда открыл глаза и увидел, что приходящий во сне человек и есть его Юта.       Я обещаю, что я вернусь и никогда не перестану тебя любить. Буду самым красивым и цветущим, лишь бы ты всегда улыбался, Доён.       Прежде знакомая улыбка, исчезла до тех пор, пока вновь не наступит весна, и тогда они встретятся снова.