К звездам

Когда Нишель с улыбкой говорит, что этот ее портрет нарисовал Дюк, когда проиграл ей «американку», Антон задерживает дыхание и вытирает вспотевшие ладони, пряча руки за спину. Свое звание самого чувствительного актера в мире он снисходительно считает глупостью, простительной для устроителей фестивалей, но рядом с Нишель теряется, как не терялся даже в присутствии Энтони Хопкинса. Ведь она – легенда. Правда, Шарон Стоун, к примеру, тоже легенда, но она на Антона никогда так не действовала. Даже на съемках «Альфа Дога» он относился к Стоун как к партнерше по фильму, и не более того. Весь гормональный взрыв шестнадцати лет вкладывался в работу и только в работу. После «Звездного пути» он сталкивается с Нишель Николс довольно часто: фанаты равно преданы и новым, и старым образам любимых героев. Зои выглядит прекрасно, но Антон насмотрелся на нее во время съемок. Он пользуется случаем, чтобы разглядеть Нишель, великолепную, как статуэтка африканского божества. Точный актерский взгляд, ревнивый к чужому успеху, отмечает каждую деталь: Нишель прекрасно выглядит в сдержанной пепельно-ореховой гамме. Но в следующий раз, наплевав на сдержанность, она является на пресс-конференцию в ярко-оранжевом, золотом, алом, и Антон, забыв обо всем, просто смотрит, смотрит… Пока она не окликает: — Будьте добры, молодой человек, передайте воду! — Меня зовут Антон, — говорит он, подавая ей пластиковый стаканчик. Она смеется. — А я всегда думала, что Павел Чехов. Легенда оказывается живой и к тому же горячей поклонницей блюза. Антон приглашает ее на концерты, и Нишель соглашается. Когда она берет его под руку, Антону хочется укусить себя за палец, чтобы проверить, не сон ли это. После очередного концерта она зовет его к себе, включает запись Лайонела Хемптона, садится в глубокое кресло и спрашивает, почему Антон приглашает ее слушать блюз вместо того, чтобы соблазнить новую лейтенанта Ухура. — Лейтенант Ухура может быть только одна, — недолго думая, выпаливает Антон. Ему кажется, что Нишель заигрывает с ним, и ему стыдно перед собой за эти мысли. — Сегодня она как раз не хочет быть одна, — говорит Нишель. Антон думает над ее словами неприлично долго, неподобающе долго для мужчины. Нишель опускает глаза, пряча смех под ресницами. Поняв это, он пытается извиниться, но своевременно замолкает, понимая, что любые объяснения только усугубят неловкость. — Если вас не смущает, что я всего лишь энсин… — пытается продолжить шутку он. «Не надо «Энтерпрайза», — беззвучно произносят губы Нишель, пока губы Антона легко касаются ее шеи, но вслух она этого не говорит. Антон молод, хорош собой, его глаза блестят, когда он смотрит на Нишель, — какая разница, что смотрит он в шестьдесят седьмой год? «Лейтенант Ухура», — выдыхает он под утро, явно не думая о том, что говорит, и Нишель немного жаль его. Проснувшись, она не делает попыток спрятать за шторами яркое солнце или привести в порядок прическу. Так будет проще. Антон просыпается и смешно моргает, будто пытаясь разглядеть свое место в мире. Его рассеянный взгляд натыкается на лежащую рядом женщину. Неотчетливая улыбка трогает его губы. — Нише-е-е-ль… — тянет он, снова проваливаясь в сон. Нишель беззвучно выбирается из-под одеяла. Душ, укладка, макияж – нужно поторопиться, чтобы все успеть. И, возможно, стоит заказать билеты на сегодняшний концерт Уолтера Троута. Она оглядывается на кровать, где спит Ельчин, и вздергивает известные миллионам фанатов брови в гримасе, говорящей: «Почему бы и нет?».