Неотвратимость

      — Лелуш, убийца Юфи. - едва сдерживая злобу, сказал Сузаку.       Ответа не последовало. Лелуш проигнорировал его. С.С. тоже. Это молчание лишь подогревало злость Сузаку.       Прошло мгновение, другое и Лелуш всё же обернулся и посмотрел на него. И Куруруги сразу понял, что происходит нечто ужасное. Что-то изменилось в Лелуше. Стремительно и неотвратимо. Если ещё десять минут назад, до того, как этот неведомый мир не обрушил на них свои своды, а Император с Императрицей не исчезли в небытие по жестокой воле их сына, Сузаку мог назвать человека перед собой Лелушем. Он мог это сделать, когда принц вещал о будущем, о лжи, о борьбе. Мог ему поверить. И поверил. Вступился за него. Но теперь, когда после всего он впервые посмотрел в глаза другу, ему стало очевидно, что этот юноша более не тот Лелуш, которого Сузаку знал много лет. Это кто-то другой. Человек с лицом, подобным посмертной маске и холодными глазами, которые пугали странным холодным пурпурным блеском.       — И что с того? - безразлично спросил этот новый Лелуш, и Куруруги невольно услышал в этой ответе слобое эхо покойного Чарльза, — А ты убил Нанналли.       — Я?! - Сузаку вспыхнул гневом, подобно бенгальскому огню, — Это всё ты! Если бы не твоё «живи», я никогда и не подумал применить эту бомбу! К тому же это ты начал битву! И это совершенно другое!       Лелуш ответил не сразу. Он окинул взглядом Сузаку с ног до головы, а после снова, не мигая, посмотрел ему в глаза.       — Другое? Утешаешь себя этим? Не ты сам, а гиасс за тебя? - спокойно отозвался Лелуш, — Может, стрелял ты и не по своей воле, но разве тебя кто-то заствлял выходить на поле боя с таким оружием?       — Думаешь, они бы не нашли кого-нибудь другого?! А я был абсолютно готовым не выстрелить Фреей! - взревел Куруруги. В этот момент ему как никогда ранее хотелось ударить Лелуша посильнее, сделать ему как можно больнее. Стереть это мрачное умиротворение с его лица. Он невольно сильнее сжал меч.       — Но это был бы не ты. - продолжая сохранять спокойство, парировал принц, — Ты находился в сознании, когда думал, - тут его губы дрогнули в улыбке, — что никогда Фреей не выстрелишь. Зная, что будет с тобой, если твоей жизни будет угрожать смертельная опасность.       Сузаку растерянно моргнул, не совсем понимая смысл, а потом стыдливо отвёл взгляд. Он просто об этом не подумал. Уверился в себе настолько, что и не предполагал угрозу своей жизни в очередной битве. Думал, что сохранит контроль при любом исходе.       — Это твоя вина. Нанналли исчезла по твоей вине. - спокойно и не мигая проговорил Лелуш. Даже не смотря ему в глаза, Сузаку всё равно чувствовал холодность этих пурпурных глаз.       — Вина за смерть Нанналли обогрила твои руки так же, как и мои смерть Юфемии. - и он отвёл взгляд в сторону. Сузаку вскипел от этих слов.       — Да как ты можешь равнять это?! - закричал он, — Лелуш, не ты ли использовал гиасс на Юфи для достижения своих целей?! Методично следуя своему замыслу, уничтожил невинных людей, осквернил её, сломал тело и волю!       — Да что ты знаешь об этом?! - Лелуш оборвал его. Громко и резко. Он развернулся лицом к Куруруги, снова прожигая его взглядом. Холодным и яростным. Сузаку зло встретил этот взгляд. Они в упор смотрели друг другу в глаза, словно маленькие и упрямые мальчишки, играющие в гляделки.       — Хочешь знать, почему? - вкрадчиво спросил Лелуш, — Хочешь понять, почему наша вина одинакого велика, почему она сближает нас?       Вместо ответа, Сузаку лишь слегка кивнул. Лелуш прищурился, слабо улыбаясь.       — Тогда слушай. В тот день я был так же самоуверен и предубеждён, как и ты, Сузаку. Я знал, насколько опасна эта сила. Знал, что когда-нибудь буду не способен её контролировать. Знал, что однажды стану опасной бомбой замедленного действия, как ты сейчас. И это мгновение настало именно тогда. В самый невыгодный момент. Я потерял контроль над этим проклятием. Стал его рабом. И это привело к ужасным последствиям.       — Это слишком неудачное совпадение, чтобы я поверил в его правдивость. - перебил его Куруруги, — Ты думаешь, я поверю в это? Что ты не планировал использовать гиасс и всё произошло случайно? Словно ты просто, - Сузаку совсем не радостно хмыкнул, — не очень удачно пошутил?       — Да. - сказал Лелуш. Прямо, безапелляционно, без тени или намёка на ложь. Смертельно серьёзно.       — Не верю. - упрямо прошипел Сузаку.       — Она подтвердит. - принц медленно махнул рукой в сторону своей сообщницы.       До этого момента безучастная к разговору С.С. лениво покачивалась, сидя на полу. Теперь она с неохотой прекратила своё развлечение и повернулась. Она окинула их взглядом, вздохнула, встала и подошла к ним. Продолжая покачиваться, только теперь стоя, с каблука на носок, ведьма устремила свой взгляд куда-то вверх.       — Так и было. - разнодушно сказала она, — Помнишь, ты увидел меня?       Сузаку помнил, очень хорошо помнил. Эти загадочные зелёные вспышки, собравшиеся в фигуру рядом с кабиной Гавейна. Его руки начали немного дрожать.       — Мы с Лелушем связаны контрактом. - продолжила С.С., — Я всегда знаю, что с ним. Чувствую. Ведь я дала ему эту силу. Поэтому на мне отразилось его состояние тогда, - она быстро взглянула на лицо Куруруги, — когда мы говорили.       Сузаку чувствовал, что проигрывает в этой игре. Он оторвал взгляд от глаз Лелуша и посмотрел в глаза С.С., пристально ища признаки лжи. Но там их не было. Хватаясь за последние капли злости, он отчаянно закричал.       — С чего бы тебе просто не отвлечь меня от всего происходящего таким способом?! Ты ведь делала так при Нарите! Вы могли сговориться заранее!       — Зачем? - спросил Лелуш, — Ты всё равно не смог бы её остановить. Если бы я планировал это изначально, то ты стал бы чрезвычайно выгодной первой жертвой Юфемии. Подумать только, Куруруги Сузаку, символ для одиннадцатых, которые пытаются жить в британской системе, был убит его же принцессой. - Сузаку отступил на шаг, смотря то на Лелуша, то на С.С., — Даже интересно, что бы ты сделал, если Юфи напала бы на тебя? Благородно принял смерть из её рук? Или, может быть, сбежал? Или, - принц на мгновение запнулся, — мой гиасс заставил бы тебя убить её?       Сузаку отступил ещё на несколько шагов. Он быстро заметался, мотая головой, словно пытался придумать куда сбежать от слов Лелуша. Но бежать было некуда. Ему лишь оставалось слушать дальше.       — Приказ неотвратим. Мне оставалось только дойти до конца. И я убил её. - он прошептал последние слова.       Вот и конец. Что можно было ещё сказать, чтоб усугубить его положение? Но Лелуш нашёл слова.       — Это наши одинакого тяжёлые грехи, Сузаку. Мы квиты. Нам больше незачем желать друг другу смерти.       Вся его злость совсем улетучилась. Догорел огонь. Несгибаемый рыцарь безвольно свесил голову, потерянно смотря в пол. Его дрожащие руки разжались, и меч упал на пол.       — Но всё это уже не важно. - отвернувшись провозгласил Лелуш, — Более приоритетны для нас сейчас варианты дальнейших действий. С.С., мы же можем выйти из этого ада?       — Да. - скучающе ответила та, — Хоть ты и разрушил врата на острове Богов, но есть и другие. Думаю, я смогу вывести нас.       — Отлично. - довольно промурлыкал Лелуш, — Я хочу, чтобы мы вышли как можно ближе к Пендрагону. Не хотелось бы, рискуя здоровьем, добираться до столицы полгода.       — Мы? - Куруруги немного истерично засмеялся, — Почему ты обобщаешь нас? С чего ты взял, что я пойду с вами?       — А у тебя есть выбор? - Засмеялся в ответ Лелуш. И быстро изменился в лице, снова прямо и холодно смотря на Сузаку. — Тебе есть куда идти?       «Нет» - невольно подумал Куруруги. Но с вызовом ответил.       — Да!       — Неужели? Тогда мне стоит поинтересоваться, а как ты тут вообще оказался, если у тебя есть места и потеплее?       Сузаку не знал, что ему ответить. Может ли правда ухудшить его положение? А если он собирается лгать, то, собственно, что ему солгать? Лелуш тем временем, не спеша, подошёл к нему и поднял меч. С.С., видимо устав стоять, легла на пол, завела руки за голову и продолжила смотреть вверх, словно разглядывая ночное небо.       — Ну же, Сузаку. Скажи мне, идея убить Чарльза принадлежит тебе или кто-то другой её породил?       — Это было моё искренее желание. - с судорожным выдохом ответил Куруруги, решив все же говорить правду. Хуже ему всё равно уже не будет.       — Даже так! - Лелуш стал праздно расхаживать по кругу, помахивая мечом. — Почему?       — Я, - рыцарь резко запнулся, словно подавившись воздухом, — Я... я думал, что и ты тоже мёртв... - едва слышно выдавил он.       Лелуш остановился где-то справа от него. Даже боком можно было почувствовать его взгляд. Это пугало. И тишина нагнетала беспокойство.       Они молчали несколько секунд. А может несколько часов. В этом мире и в их эмоциональном состоянии сложно было отчётливо определить течение времени. Но с каждым новым мгновением Сузаку становилось всё сложнее сносить этот полный мрачной тяжести взгляд. Вполне понятно, что Лелуш просто рассчитывал таким способом выпытать ещё больше откровений. Куруруги и хотел сказать уже все, но не мог. Он смотрел куда угодно, только бы не на друга, с печалью вспоминая их общее прошлое. Когда-то давно для них было совершенно естественно рассказать всё, что было на душе. Открыть друг другу свои сердца. Стать ближе, чем друзья или братья. Легко и просто, с чувством поддержки и помощи. А теперь нужно сделать усилие над собой, чтобы просто сказать правду. Это отвратительно.       Видимо, признавая несостоятельность своей тактики, Лелуш все же первым нарушил молчание.       — Что-то не вижу связи. Ты подумал, что я мёртв и решил убить Императора. Звучит не очень логично, но в этом, наверное, что-то есть, ведь так? И может, ты мне расскажешь, что именно?        Это было практически невозможно. После всего признаться в его привязанности к Лелушу, казалось чем-то нереальным. Уж тем более признать при нём своё лицемерия. После всех их споров и громких слов, это было максимально унизительно. Он легко смог признаться другим в своей порочности. Обнажил всю свою гнилую натуру. Сбросил бесполезную маску благородности перед Шнайзелем, Джино, Сесиль и прочими, и прочими, совершенно неважными людьми. С жестоким отчаянием взял уже на себя ответственность за его кошмарное лицемерия и не стал пытаться больше строить из себя правильного. Это так легко сделать даже перед всем миром. Но так тяжело перед Лелушем. Почему? Сложно признать, что этот циничный чёрный принц всегда был прав? Или, может, он просто боится упасть в глазах друга? Опуститься ещё ниже, если это было возможно. Сузаку не знал. Он был не готов.       — Говори! - требовательно сказал Лелуш и Сузаку не выдержал этого напряжения.       — Я хотел отомстить! - выкрикнул Куруруги и резко повернулся вправо, решительно смотря Лелушу в глаза, — Ни Нанналли, ни тебя больше не было, и стоя там, в воронке от взрыва, я понял, что остался абсолютно одинок! Всё самое дорогое и близкое, что было в моей жизни больше не существовало, а значит и мне больше незачем стараться стать лучше! Не для кого прикидываться рыцарем в сверкающих доспехах! - судорожно выдохнув, Куруруги схватился за сердце, — Я вдруг понял, что из-за своей спесивости и лицемерия, ради достижения своих аморальных и эгоистических целей, совершил убийство 35 миллионов человек! И что самое страшное, смерть Нанналли стала для меня единственной важной, а все остальные превратились всего лишь в цифру! А значит я такой же! Такой же как ты! И притворство не способно этого изменить! И поэтому я решил идти до конца! - он резко замолчал тяжело дыша, и, словно стремительно затухая, продолжил. — Орден Чёрных Рыцарей объявил о твоей кончине. А я решил, что этот крест исправления мира теперь лежит только на моих плечах. Предложил Шнайзелю назначить меня Первым рыцарем Империи и он согласился, при условии, что я убью Чарльза, проложив ему путь к трону. И вот я здесь.       Покончив со своей речью, Сузаку только оставалось ждать какой-нибудь реакции. Но что С.С., что Лелуш остались абсолютно бесстрастными. Лицо последнего осталось спокойным и только его глаза, казалось, засияли каким-то алчным сиянием. В них среди холода и мрака вдруг загорелись искорки пламени. Он переводил взгляд от одного глаза Сузаку к другому снова и снова. Его губы медленно растянулись в улыбку.       — Какой же ты идиот, Сузаку. - фыркнул Лелуш, — Значит, тебе всё же некуда идти.       — Ты. - бессильно пытаясь злиться и не расплакаться, выдавил Куруруги, — Я тебе только что признался в привязанности после всего, что между нами было. А ты что?       — Я? - Лелуш снова фыркнул, — О, Сузаку, я знаю. Я тронут и рад, что ты наконец повзрослел и сделал серьёзные выводы. И я только сильнее уверен, что теперь ты последуешь за мной.       — Я... - потерянно вторил ему Сузаку.       — Ты. - Лелуш сделал уверенный шаг вперёд, — Ты совместил выгодную для своего положения сделку с личными счётами. Одобряю. Но будучи не самым дальновидным человеком, ты не учёл, что мой дорогой брат вряд ли захочет держать подле себя кого-то столь ненадёжного. Хоть ты и очень сильная фигура, он просто использовал тебя, и не постесняется выбросить. Как и всегда.       Верно. Шнайзель уже не впервые просто пользуется им. Но для Сузаку личная месть была куда приоритетней.       — Знаешь, что будет потом? - вкрадчиво спросил Лелуш, подходя всё ближе, — Он обвинит тебя в измене и казнит. - в это мгновение Сузаку почувствовал, будто всё его тело свело судорогой, — Или может он просто прикажет тихонько от тебя избавиться. Или выдаст тебя Соединённым Штатам, а они точно не станут с тобой цацкаться. - принц приблизился к нему практически вплотную, — Неужели ты готов всю жизнь убегать и прятаться? - теперь он почти шептал, — Я никогда не желал тебе смерти. Ненавижу твои суицидальные идеи и выходки. Твоим единственным способом не только получить желаемое, но и прежде всего сохранить свою жизнь, - он наклонил голову к уху Куруруги и совсем тихо зашептал, — это быть со мной. Стать моим рыцарем. Ведь с тобой, вместе у нас получиться что угодно.       И Лелуш отступил.       Сузаку замер. Реальность плыла перед его глазами. Сознание стремительно мутнело. То ли от шока, то ли от гиасса. Стремительные вихри мыслей, постоянно прерывало неумолимое «живи». Он пытался осознать происходящее. Ещё никогда Куруруги так настойчиво не противился своему проклятью. Оно мешало ему думать, настойчиво вклинивалось, подавляя его разум. Его волю. Но не сейчас, нет. Он должен всё осознать.       Сузаку одурманенным взором смотрит на Лелуша. В его ледяные глаза. У него отстранённое, немного надменное лицо. Поджатые губы. Элегантно и царственно приподнятый подбородок. Этот Лелуш больше никогда не признает своей вины и ни о чём больше не будет сожалеть. Ничто уже не заставит его раскаяться, даже он, Сузаку. Ему больше не нужен благостный мир, наполненный добром и нежностью. Незачем. Маска лжи теперь стала его истинным лицом. Сузаку пытается представить себе будущее с Лелушем. Оно определённо будет наполнена стремлениями, но стоить они будут непомерно дорого. Ведь вряд ли что-то ещё имеет значение для Лелуша. Только его цели и странные привязанности.       Куруруги сопротивляется. Он не должен с ним объединяться.       «Живи»       Это разрывает его сознание. Он может выжить и сам. Что угодно, только не быть кровавым орудием в руках своего лучшего друга.       «Живи»       Как быстро его найду? Может и искать-то никто и не будет?       «Живи»       Его голова раскалывается. Скорее бы всё прекратилось! Но он не может стать таким же, как Лелуш. Но... Он уже такой же.       Так какой смысл противиться?       И для него всё уже исчезло. Юфи, Нанна. Он снова опорочил себя. Теперь он бескрайне одинок...       — Неповеновение не красит рыцаря. - Надменно прочеканил Лелуш. Терзания Сузаку его совершенно не волновали. — На колени!       И он сдался. В третий раз за каких-то жалких два года Куруруги преклоняет колени, отдавая кому-то свою верность. Он омерзителен.       Лелуш вскинул меч и окрестил Сузаку.       — С этого дня ты служишь не Британии или королевской короне, а только мне, Лелушу ви Британия.       — Да, Ваше Высочество.       Сколько же было его собственной воли в этих словах? Даже Бог не в силах это определить.       — Встань. - Лелуш отбрасывает более бесполезный меч, — Мы уходим. С.С. ты готова?       — Да. - она тоже поднимается и подходит, — Обидно, знаешь ли. Растолковался словно вас только двое.       — Эгоистка.       — Ещё бы. - она берёт за руку Лелуша и протягивает вторую Сузаку. Он рассеянно смотрит пару мгновений и берётся за неё.       Они словно распадаются на части в алых завихрениях пепла и огней, исчезая из этого пропащего мира и через секунду появляются в пещере. Совсем не глубокой, почти у берега моря. Сразу Лелуш стремительно и уверенно идёт к выходу и Сузаку с С.С. за ним.       Здесь солнце только поднялось над океаном. Было тепло, хотя скорее душно. Другая, отличная растительность джунглей. Вдали, в оцеплении стояли несколько отрядов Ночных кошмаров.       — Нам сегодня необычайно везёт. - довольно проговорил Лелуш.       — Куда мы теперь? - спросила С.С. — Давай поскорее, я уже есть хочу.       — О, С.С. Мы отправляемся в увлекательную погоню за расплатой. - Лелуш скосил глаза на Сузаку, — Тех, кого я собрал и взрастил, нужно наказать за дерзость.       Вот оно, прямое доказательство. Они направляются в тёмное будущее, которое они же сами наполнят горем, ужасом и кровью. И он не против. Куруруги Сузаку чувствует, как последние осколки его души тонут во мраке.       Завтрашний день ждёт их.