слуга моего восхищения

Цвет. Краски. Красивые и такие разные. Будучи художником, Юнги обращал на них внимание как никто другой, он чувствовал их и видел в них то, что не мог увидеть обычный человеческий глаз. Видеть что-то живое в обычных цветах, у которых есть чувства и эмоции. И каждый цвет, казалось, говорил сам за себя, синий-цвет спокойствия и гармонии, красный-любви и страсти, белый-чистоты и свежести. У каждого было что-то уникальное. Хотя даже в них был цвет, который невозможно описать словами-Чимин. Он был спектром и скоплением цветов, его лицо, тело, все было таким разным и таким уникальным. В то время как Юнги спокойно изображал его на своих картинах. "Ты закончил?" , - говорит Чимин, надув губы, глядя прямо на Юнги: "Мои руки действительно онемели, еще немного, и я окончательно оцепенею", - говорит он в конце, издавая смелый смех над своими собственными словами. Юнги посмотрел на Чимина, не было ничего прекраснее его улыбки, его пышных, пухлых губ цвета сакуры ранней весной. Он увидел покой в его глазах, умиротворение в его улыбке. Погрузившись в себя, он так же быстро вышел из своих мыслей "Да, наверное...мы, наверное, сделаем небольшой перерыв" Юнги сказал, он мягко улыбнулся, когда увидел, как Чимин, наконец, выпрямляется и издает громкий стон, он, наконец, расслабился, начав поворачивать свое тело в разные стороны, смеясь, как ребенок. Чимин был музой для Юнги, он был подобен цветку, расцветшему в мае и источающему самый сладкий и манящий аромат. Он не мог им надышаться, не мог и насмотреться, он был готов просто записывать каждое мгновение, проведенное с ним, и просматривать их каждый раз перед сном. Его галереи были заполнены картинами Чимина в разных ракурсах и позах. Ведь даже клиенты никогда не жалуются, потому что кто осмелится критиковать такую изящную красоту? Чимин медленно приближается к холсту со своим изображением и стонет: "Вау, это просто невероятное творение искусства", - говорит он, проводя рукой по холсту. "Это потому, что на нем твое лицо?" говорит он, видя интерес Чимина к картине. "Не будь глупым, это все из-за твоего таланта, и ничего больше", - он тихо смеется, и Юнги просто наслаждается моментом, наслаждается присутствием Чимина. Юнги не может насытиться им, и даже если это было явно заметно, ему было все равно, просто наслаждаться его присутствием было достаточно, чтобы просто упасть на колени перед его красотой и грацией. И Юнги благословил это состояние, заметив в этом чтото запредельное. "Ну, как наш великий художник готов к предстоящей выставке своих картин?" - говорит Чимин, хватая Юнги за плечи. "Кажется, ты волнуешься больше, чем я", - шепчет Юнги ему на ухо, от чего он сразу замечает румянец на лице, появившийся так быстро. "Прекрати, конечно, это правда, ты великий художник, и не только для моих глаз, поэтому я безмерно рад твоему достижению", - говорит он, поворачивая голову в сторону Юнги, когда между ними остаются незначительные миллиметры. "Это все потому, что у меня такая очаровательная муза", - продолжает шептать тот. "Ну, конечно, я был создан, чтобы быть изображённым на картинах", - говорит тот, но его слова не кажутся таковыми. "Отнесись к своим словам серьезно, ты действительно тот, кто имеет право быть на картинах, в музеях, галереях по всему миру", - говорит Юнги теперь, когда он уже хватает его за плечи. Чимин был смущен, и Юнги знает об этом, он знает, что каждый комплимент в адрес Чимина для него как мед на уши. "Я действительно могу заверить тебя, что картина имеет смысл только там, где присутствует хотя бы одна часть твоего тела", - снова говорит он, когда Чимин улавливает смущенный смех, который длится еще пару секунд. "Я действительно ,понял, но, пожалуйста, прекрати эти нападки с комплиментами в мою сторону, я сгорю от их передозировки", - говорит он, оглядывая студию Юнги с множеством развешанных картин, на которых он был изображен. "Но ты этого заслуживаешь, посмотри на любую картину, и ты это увидишь", - снова настаивает Юнги. " Я тебя предупреждал", - говорит Чимин, когда его щеки стали пытать еще сильнее. "Все, все, я действительно молчу", - смеется он. _____________ "Хен, что произойдет, если твоя вторая половинка перестанет любить тебя?" он говорит это почти беззвучно, и его взгляд все еще направлен на картины, но на самом деле это довольно пустой взгляд, как будто он смотрит в пустоту. "Я буду вынужден попрощаться с цветами этого мира" Чимин стал еще более задумчивым, и Юнги заметил это, он уставился ему в затылок, но почувствовал некоторое беспокойство за свое состояние и не понял причину такой быстрой смены поведения. "С...с тобой все в... порядке?" Юнги с интересом протянул, хотя и сомневался, стоит ли продолжать разговор, который, казалось, ни к чему не вел. "Да, все в порядке", - довольно ровно сказал Чимин. Но Юнги не слеп, и глаза Чимина не смогли бы солгать, даже если бы это сделали его тело и лицо. Он знал его слишком хорошо, чтобы сомневаться в том, что увидел в его глазах, как будто что-то промелькнуло на долю секунды, что-то действительно неуловимое, как неуверенность. Но Юнги понял, что на самом деле это были последние фразы для этого разговора, он действительно ни к чему не вел. ___________ Юнги много раз думал, что, может быть, когда-нибудь судьба все же будет немного снисходительнее к Юнги и сможет сделать их родственными душами. В конце концов, он каждой клеточкой своего тела чувствовал, что он его родственная душа, это была уже не просто уверенность в его убеждениях, словах, он был более чем убежден в этом. Он снова и снова погружался в воспоминания в тот день, когда они встретились друг с другом, это было незабываемое событие, которое настолько укоренилось в сознании Юнги, что никакой растворитель не может его смыть. Да, может быть, это была глупая...очень глупая встреча. Но кто сказал, что для Юнги это не будет самой запоминающейся встречей из всех в его взрослой жизни?" Однажды, случайно, их обоих выбрали для создания проекта, когда они даже толком не разговаривали, зная только имена друг друга. Конечно, поначалу все выглядело довольно запутанным и лишенным какого-либо серьезного значения, для них обоих. Но именно в тот момент, когда они уже приступили к созданию проекта. Это почти ничем не отличалось от того, что они делают по сей день, только тогда это было в первый раз. Уже тогда Чимин стал музой для Юнги с первой секунды, с первого взгляда. Находясь в той же мастерской, Чимин стоял в позе, которую задумал Юнги, это была первая картина Чимина, которую он когда-либо рисовал с его участием. Которая и по сей день висит в самом центре комнаты, являясь своеобразным воспоминанием об их, такой неловкой встрече. Чимин тогда не был таким расслабленным, как сейчас, застенчивость и скромность были частью его прошлого. Но даже в этом случае Юнги не мог представить себе новый день без Чимина, его взгляда, его глаз и его такой прекрасной улыбки. Юнги нарисовал его, и спустя более получаса он начал возмущаться, что все будет длиться так долго, когда в отместку услышал от Юнги "искусство требует времени" и просто из любопытства подошел к картине, которую он рисовал, думая, что, возможно, он просто издевается над ним. Увидев наконец, что за все это время ему удалось нарисовать контуры своего лица, Чимин возмутился: "Похоже, в твоем случае это займет еще больше времени", он ухмыльнулся, глядя на холст. "Эй, не говори так" он быстро выразил, взяв мазок краски на палец, и так же быстро провел им по щеке Чимина. Когда его рот принял форму буквы "о", он был очень озадачен таким поведением, но теперь игривость заиграла в их жилах, Чимин повторил то же самое, проведя рукой с краской по щеке, смех сразу же вспыхнул в комнате, когда она, казалось, засияла ярче. Юнги засмеялся в ответ, снова нанося краску на руку, и собирался снова нанести ее на лицо Чимина, когда он отмахнулся от нее и сделал быстрые шаги в сторону. Юнги побежал за ним, когда в них обоих заиграла детская игривость, они побежали друг за другом, когда, наконец, их силы иссякли, они спустились по стене, оставаясь на полу, жадно вдыхая воздух, как вдруг их глаза были направлены друг на друга. Они заметили, как вся их одежда, их лица были полностью покрыты краской, которая так ярко играла красками, где бы она ни была, смех вырвался сам собой, они, наконец, начали проникаться друг другом, чувствовать друг друга, когда их умы почувствовали что-то новое, чего они никогда не испытывали, смех прошел, и они безумно смотрели друг другу в лица, как будто не могли насытиться. "Я просто не мог насытиться тобой", - внезапно тихо говорит Юнги, и в тот же момент Чимин поворачивается в его сторону, он ничего не говорит, он встает и медленно протягивает Юнги руки, помогая ему встать. Он не сопротивляется. Еще пара мгновений, и они вернулись к тому, с чего начали. Юнги продолжал рисовать, только теперь уже Чимин не мог отвести взгляд. Он смотрит на Юнги , на его худые руки, которые делают резкие, но в то же время легкие мазки кистью, его взгляд больше не блуждает, а четко сфокусирован на холсте. В конце проекта, как бы это ни раздражало, их проект оказался лучшим из всех предложенных. Чимин даже получил много предложений от художников, которые просили его стать их музой. Но позже эта участь выпала на долю Юнги, чему он был безмерно рад. И когда они позже окончили университет, только один из них стал настоящим художником, когда Чимин пошел по стопам другого направления-танцев. Но он не перестал приходить к Юнги , когда его даже не нужно было умолять стать его музой, Чимин сам этого хотел. ____________ Юнги на самом деле не волнует возможность того, что мир станет монохромным в его глазах.По крайней мере, до недавнего события. Пока эта участь не постигла его сводного брата Ким Тэхена. И вот тогда он понял, когда пришло это осознание, он вдруг перестал верить, что эта история с родственными душами может быть мифом, вымыслом. Когда Тэхен кричал и просил о помощи у него на глазах, потому что сейчас он просто не мог видеть такого прекрасного солнца, луны и неба в цвете. "У меня есть кое-что для тебя, позволь мне войти", - сказал он, постучав в дверь. Он ничего не ответил, такое состояние уже было обычным для Тэхена , что серьезно беспокоило Юнги, даже если он не мог чувствовать то же самое, что и он, но, по крайней мере, он был рядом с ним, настолько, чтобы тот не ушел бы в себя еще больше. В конце концов, настоящий Тэхен и прошлый Тэхен-это уже два разных человека, две разные и больше не связанные вселенные. Юнги протянул ему портрет Тэхена. Он ухмыльнулся "Какая жалкая трата времени и красок", посмотрев на картину еще раз, и снова устремил взгляд куда-то в пустоту. Конечно, Юнги все еще в какой-то степени понимал Тэхена, как художника, как человека, чтобы представить мир, который больше не окрашен, просыпаясь каждый раз и не принимая свою судьбу. "Конечно, тебе легко говорить, когда ты видишь все в цвете, когда я просто не могу узнать, какого цвета одежда на мне сейчас", - сказал он, но все еще продолжая смотреть в одну точку. "Тэ, ты не должен терять себя, только потому, что ты потерял способность видеть, это не должно разрушать твое сознание", - жалобно говорит Юнги, надеясь, что Тэхен прислушается к его словам, хотя он и сам понимал, с одной стороны, насколько жалко его замечание. "Есть ли...,- продолжает он, заикаясь, - есть ли вероятность, что твоя родственная душа снова полюбит тебя?" - говорит он, мягко кладя руку на плечо Тэхена. "Это невозможно, - категорично заявляет он. - Почему так?" Юнги проговаривает. "Хен, Чонгук сказал мне, что он уже влюблен в другого человека, с которым у него отношения уже более нескольких месяцев, это должно тебе кое-что сказать, верно?" он говорит, когда в его голосе нет никаких эмоций, абсолютно. Даже если Юнги даже не знал этого человека, о котором говорил Тэхен, так как они долгое время жили в разных городах, и, возможно, они встречались с ним в этот период. Но так как этот человек был дорог Тэхену , он решил немного расспросить его о нем: "Как ты узнал, что он твоя родственная душа?" Тэхен выдохнул "Мы часто встречаемся, из-за того, что связывает меня с ним, я думаю, именно так я понял" " Ты сказал ему, что вы родственные души?" - тихо говорит Юнги. Внезапно на лице Тэхена появились слезы. "Хен, я...у меня не было времени, я опоздал. Я видел его с другим, а потом я потерял цвет, и вот я здесь, он моя родственная душа, но он перестал любить меня". "Но ничего нельзя сделать, что-нибудь?" - все еще жалобно говорит Юнги. Тэхен качает головой, все еще со слезами на глазах. Было ужасно видеть его таким, особенно тот факт, что слезы текли так небрежно, без каких-либо эмоций, что Юнги мог только догадываться, что происходило внутри Тэхена. Они попытались поговорить еще пару раз, но Тэхен был слишком подавлен, чтобы продолжать разговор, и единственными словами, которые он произнес перед тем, как Юнги покинул свою комнату, были "Просто найди свою вторую половинку, прежде чем она перестанет любить тебя", - сказал он так мягко, что глаза Юнги были чужды, чтобы снова увидеть улыбку на его лице. _____________ Юнги наконец-то все рассказал Чимину. "Так это действительно не миф?" он спросил с интересом. Юнги кивает головой. "Должно быть, это действительно ужасно", он продолжает "Быть лишенным цвета" Юнги ничего не говорит. Что-то ударило его в грудь, что-то едкое и тяжелое. Ему было больно за Тэхена, и он боялся, что такая судьба когда-нибудь коснется его, он не хотел этого допустить. "Но, вероятно, моя вторая половинка уже видит мир в монохромном цвете", - говорит он, опуская голову. "Почему же?" Юнги говорит, заинтересовавшись. "Потому что я давно влюблен в мужчину, который,кажется, никогда не поймет, что я чувствую к нему" "Похоже, у тебя явно слабоумный человек" Юнги усмехается, когда затем Чимин повторяет то же самое. "Может быть",-говорит он, пристально глядя на Юнги. Когда он подумал об этом, может быть, если бы он хоть на долю секунды допустил, что Чимин был его родственной душой, был бы шанс, что они могли бы быть вместе? Только если Юнги когда-нибудь осмелится произнести эти слова, когда он не делал этого много лет и сомневался, что сделает это сейчас. Когда позже многие вопросы не давали ему покоя: "Почему он не может просто восхищаться Чимином все это время и молча любить его?" и "Почему Чимин не понимает, что сотни его картин, это не просто так, это не просто картины, это своего рода способ для Юнги показать свою любовь к нему?" Ответов на эти вопросы не было, но Юнги не ожидал их получить, он знал, что можно их и не существует. ___________ "Ты когда-нибудь любил?" эти слова разносятся по студии откровенно громко. Юнги сбился с ритма, когда снова рисовал Чимина. "Пожалуйста, не двигайся, ты ведь знаешь ... " у него нет времени закончить, и Чимин продолжает " Да, да, я знаю, но .... Мне все еще интересно" Юнги грозно посмотрел на Чимина, когда тот продолжил двигаться, этот взгляд заставил Чимина перестать это делать. "Но я, по крайней мере, имею право говорить, так что ты ответишь на мой вопрос?" фыркнул тот. "Я люблю искусство", - говорит он, даже не глядя на Чимина, продолжая смотреть на холст. "Нет, это не тоже самое, я имею в виду любовь к человеку, а не по отношению к искусству" Юнги молчит. "Могу ли я считать это положительным ответом?" - спрашивает Чимин. Юнги хихикает: "Считай, как знаешь" Чимин стонет: "Так я прав? Боже, что ты собираешься делать? Ты признаешься ему?" - множество вопросов посыпалось в сторону Юнги от Чимина. "Не...двигайся", - говорит он, указывая кистью в сторону Чимина. "Ты зануда", - он снова фыркает. "Но, по крайней мере, ты расскажешь мне, как это будет", - начинает он снова " Как ты признаешься ему в этом?" Юнги выдыхает: "Хорошо, хорошо, ладно", - вторит он, откладывая кисть, - " Но в этом случае, ты прекратишь бомбардировать меня вопросами?" Чимин кивает. "Предположительно, я собираюсь сделать это на своей выставке" он говорит, снова отводя кисть в левую сторону и начиная рисовать. "О Боже, я представляю себе эту картину, он, наверное, будет безумно счастлив", - говорит Чимин с таким энтузиазмом . Юнги улыбается и внезапно переводит взгляд на Чимина. Да, он готов это сделать, он наконец-то решил, он собирается сделать все, что угодно, но он, наконец, расскажет ему о своих чувствах. Это подействовало как выброс адреналина, когда он подумал, как бы он поднял этот конкретный портрет перед собой и признался в этом. "Признаться" это слово имело определенную магию для Юнги , когда он впал в транс, представляя, как он это сделает. "Расскажи мне об этом человеке", - внезапно заявляет Чимин, когда Юнги застывает в одном положении, не в силах пошевелиться. Но то, как загорелись глаза Чимина, выделяясь, как звезды в самую черную январскую ночь. Юнги не мог устоять перед его обаянием. "Этот человек изменил мою жизнь, однажды", - начал он, опираясь на мольберт "И когда это произошло, я понял, что теперь он мой воздух, без которого я не могу проснуться, без которого я не вижу смысла существовать", он не упомянул никаких внешних характеристик, он думал, что эти слова были. Чимин побледнел, только на этот раз Юнги не мог понять его причин, он всегда знал истинную причину каждой эмоции, вызванной Чимином, но не сейчас. Он был бледен, как небо на рассвете. Когда Чимин думал, что Юнги влюбился в другого человека, когда он думал все время, с самого начала, и, может быть, он знал, что Юнги влюблен в него, может быть, он ошибался, и это было так больно, но все равно, он был рад, что он любит, может быть, Юнги тоже любят, может быть, эта любовь взаимна? И почему так сильно болит в груди. ____________ Позднее ночью. Юнги все еще был полностью погружен в мысли о Чимине, он не собирался покидать его голову ,оставаясь там , как в фильм, который прокручивал его снова и снова, с большей скоростью. Лицо Чимина, последнее, что он помнил, возникло перед его глазами. Когда горела единственная прикроватная лампа в комнате, стоявшая на той же тумбочке, излучавшая так мало света, что казалось, будто это просто небольшое скопление мотыльков, кружащих вокруг. Он не мог понять, о чем думал Чимин в тот момент, он отдал бы все, действительно все, чтобы узнать, о чем он думал. Но он не мог. И эта мысль разъедала изнутри. Он так много и так тщательно думает, как будто таким образом сможет понять, что это был за взгляд, и чего он хотел, но не сказал, чего не сказал. Закрыв лицо руками, закрыв глаза, слеза предательски скатилась, в мыслях, которые начали давить на его голову, что, в свою очередь, заставило его сердце биться быстрее, его виски начали биться в такт сердцебиению, отбивая каждый ритм, как стрелки секунд на часах. Он открывает глаза, когда пытается взять себя в руки, вспоминая в этот раз самые яркие и счастливые моменты, проведенные с ним, забывая этот взгляд, наконец-то он отвлекся. Подумав, что лампа погасла, потому что он не видел ничего, что было зажжено ранее. Но он не погасла... Он потер глаза, вскакивая с кровати, и делал это снова и снова, когда они уже начинали болеть от того, как часто он их потирал. Он начал паниковать, что сопровождалось частыми фразами "Все это сон, это не может быть правдой, мне все кажется", одна сменяла другую, но ничего не менялось, все было черно-белым, все было абсолютно. Теперь, даже когда слабый свет лампы больше не был тепло-желтым, даже он был монохронным. Он начал кричать, произнося новую фразу с новой силой , он был готов рвать на себе волосы, он был готов перевернуть все в этой комнате, но он ничего не мог сделать, все сбылось, все, чего он так боялся, все произошло, и произошло так, как он себе представлял, с самым ужасным исходом. Тэхен прибежал на его крики, запыхавшийся и такой сонный, но он пришел: "Хен, Боже мой, что случилось?" - кричит он, беря Юнги за плечи обеими руками , слегка встряхивая его, чтобы привести в порядок. Слезы появились на лице Юнги, "Хен, я..." он начал задыхаться от собственных слез, "Я не вижу ... " захлебываясь собственными слезами продолжил он "Я не вижу...не вижу цветов" он упал на грудь Тэхена, отчаянно глотая каждую слезу, которая выкатывалась из его глаз. "Я ... Я не могу, не сейчас, - говорит он, быстро вставая и подбегая к прикроватной тумбе с лампой, на которой стояла фотография Чимина, все еще незаконченная, - Я еще не закончил, я должен был закончить ее и передать ему...признаться". "Мне жаль", - тихо говорит Тэхен, и это все, все, что он сказал, это были его последние слова. Юнги кричал еще более дотошно, все демоны в его голове разрушали его сознание. "Выставка уже завтра, он будет там, я должен закончить это для него",-он берет себя за волосы, небрежно взъерошивая их. Тэхен молчит. Это полностью прикончило Юнги. ____________ Он не помнил, как и где заснул. Он проснулся от голоса Тэхена, призывавшего его поторопиться, чтобы не опоздать на выставку его работ. А он трус, он боится открыть глаза и снова увидеть только два различимых цвета:черный и белый. И не более того. Но это не может длиться долго, он открыл глаза, и снова отчаянная слеза скатилась с его лица "Это действительно был не сон" "Не сейчас, Хен", - кричит ему Тэхен, поднимая его с кровати. "Мы действительно можем опоздать", он небрежно вытирает слезу с лица. И невольно улыбается, чтобы скрыть свое откровенное чувство сочувствия. Зная, как сильно Юнги не любит, когда его жалеют, зная это, он скрывал это изо всех сил. Но Юнги увидел это в его глазах, но ничего не сказал. Тэхен обнимает его, чувствуя то же самое, что и когда-то, когда он тоже потерял цвет. Теперь, наконец, Юнги понял жестокость судьбы, теперь, когда она сбила его с ног, заставив пасть на колени, и почувствовал себя беспомощным, понимая, что на этот раз он ничего не сможет сделать. ___________ Выставка действительно завораживала, Юнги откровенно поражен тем, что видит свои картины сейчас за пределами своей мастерской. Множество людей, которые отчаянно ждали его открытия, только подтвердили его талант и мастерство. Много людей, но никто из них, никто не интересовал его так сильно, как единственный-Чимин. Несмотря на количество мастеров , художников и всех, кто так или иначе был связан с искусством, подходили к нему, говорили ему комплименты, он кивал и благодарил всех, когда был один в его голове, кто не выходил, снова и снова заползая в его сознание и разум. Он смотрел и продолжал представлять, как увидит его в толпе, снова увидит его улыбку, его глаза, самого себя, без следа его. И когда это стало реальностью, он не мог поверить ни нашим глазам, ни своему разуму. Впервые за много лет он увидел его в черно-белом, теперь его губы не были цвета сакуры, они были одно цветными, его лицо, его тело, его глаза которые раньше были яркими, как звезды, все это больше не излучало цвета, и это было так больно и так жестоко. Он хотел снова повторить вчерашнюю истерику, но вовремя сунул это состояние в кулак, сделав глубокий вдох, собравшись с мыслями. Теперь еще одна причина, по которой он хотел покончить с собой на том же месте, появилась ровно за секунду до того, как Чимин подошел к нему, осветив его своей улыбкой, кто-то неизвестный, тот схватил его за тонкую талию, и, кажется,он был совсем не против, похоже, они пришли вместе. Юнги стоял как вкопанный, пока они не подошли. "Юнги, выставка действительно нечто, ты действительно великолепен", - говорит он со своей яркой улыбкой. Юнги не издает ни звука, ни единого движения, он все еще пытается осознать реальность последних дней и всего, что выпало на его долю. "Я был уверен, что ты не придешь", - внезапно говорит он, полностью игнорируя человека рядом с ним. " Извини, мне пришлось его подождать", указывая на незнакомца рядом с ним. "Но это больше не имеет значения, я хотел бы представить тебе Чонгука". Последнее, что наполнило воспоминания Юнги "Чонгук", нахлынуло так внезапно и так остро забило мысли. Он вспомнил Тэхена, который так тихо сидел в своей комнате, и его слова. "Чонгук сказал мне, что он уже влюблен в другого человека, с которым у него отношения уже более нескольких месяцев" Это разбило его душу и сердце, его разум перестал выдавать что-либо, кроме этих слов. "Чон Чонгук, парень Чимина, приятно познакомиться", - говорит он, протягивая руку Юнги "что он уже влюблен в другого человека" "Мин Юнги, его лучший друг", - машинально говорит он, пожимая в ответ руку. "Приятно наконец-то познакомиться с тобой, Чимин многое мне о тебе рассказал", - говорит он с намеком на улыбку на лице. "с которым у него отношения уже более нескольких месяцев" "Я надеюсь только на хорошее", - говорит он, но в его голосе нет даже намека на улыбку, в нем нет эмоций. "Конечно, это так, Юнги. Я не помню о тебе ничего плохого, - тихо говорит он сразу после слов Юнги "Ты знаешь Ким Тэхена?" Юнги говорит почти беззвучно. Увидев такую неожиданную реакцию, он не ожидал ее. Чонгук кивнул "Да, это мой друг, мы познакомились с ним, когда я был в другом городе", - говорит он, слегка поворачивая голову. - "Почему ты спросил о нем? ты его знаешь?" Юнги так же быстро кивнул: "Он мой сводный брат" "Вау, Юнги, и как ты мог скрывать его от меня?" - говорит он, слегка игриво хлопая Юнги по плечу. Юнги все еще стоит как вкопанный, он совершенно забыл о картине, которую собирался передать, и имеет ли она уже какое-то значение, кажется, нет, он опоздал. Чонгуку, похоже, кто-то позвонил, и он был вынужден отойти, прежде чем извиниться за то, что вынужден оставить их на некоторое время. "Вот, пожалуйста, прочти это, когда будешь один", - говорит Чимин, протягивая сложенный лист бумаги. "Может быть, это единственный раз, когда я буду честен с тобой " "Прошу прощения?" - говорит Юнги, все еще без намека на чувства в голосе. Чимин рассмеялся, этого было достаточно, чтобы он забыл о том, что слышал секунду назад. "И у меня есть кое-что для тебя", - наконец он протягивает картину, стоявшую за его спиной, которую должен был отдать Чимину, и рассказать наконец о своих чувствах. Чимин вздыхает: "Еще один шедевр, нарисованный твоими талантливыми руками" Юнги прерывает его: "Это не тот подарок, о котором ты мог подумать", - говорит он смущенно, Чимин улыбается в ответ, что побуждает его продолжать говорить "На самом деле, это что-то вроде признания, я ведь должен был сказать тебе это когда-нибудь", внезапно набравшись смелости, он говорит "Я люблю тебя" так тихо и так нежно, он сказал, в тот момент он так сильно хотел прикоснуться к Чимину, потому что это просто слова, а он хотел чувствовать, почувствовать его прикосновение, его так рядом и так близко. Чимин улыбается, снова улыбается, и это больше не похоже на обычную улыбку, как будто надевая маску, он скрывает за ней что-то большее. "Ты знал..." сдается Юнги, он все понял. Наконец-то он понял все, каким дураком выглядел в его глазах, и каким он остается по сей день, если бы сделал это раньше, не видя всего этого, и, наконец, последних.... цвета. "Мне жаль, ты опоздал", - говорит он, когда улыбки больше не было, он больше походил на Юнги, как будто он потерял остатки эмоций в своем голосе, в выражении лица, во всем сейчас. В этот момент Чонгук выглядит так, как будто ничего не произошло, но Юнги снова не соизволил взглянуть на него. Теперь он буквально впивался взглядом в Чимина, он хотел запомнить его лицо, его целиком, полностью. Ведь ему казалось, что на этом история закончится, их история подходила к концу, и это мог быть последний миг, когда он его увидит, он хотел бы пусть это и будет их последняя встреча, но все бы выглядело так, пусть все выглядело по-другому, почему они не могли расстаться по-другому, не разбив друг другу сердца, но возможно ли это? Нет. Прошло всего пару мгновений, а Юнги уже видит, как Чимин уходит, может быть, насовсем, а может быть, и навсегда. И ноющая боль в груди, боль во всем теле, он был готов прямо сейчас пасть на колени и разрыдаться самым душераздирающим криком. Ему хотелось разорвать каждую нарисованную им картину, на которой был он. Сейчас он не может на них смотреть.Не сейчас,и не после, никогда. Он не заметил и не почувствовал, как соленые слезы скатились по его лицу, он наконец вспомнил о письме, издав пару душераздирающих стонов, он открыл его. "Поздравляю тебя с успешной выставкой! Да, ее час еще не настал, потому что я пишу это письмо за день до его начала, но я уверен в ее успехе, потому что это твои картины, и я полностью и без остатка уверен в твоем таланте. Конечно, тебе может показаться странным, что я впервые пишу тебе такое письмо, но все же я впервые буду с тобой честен, никакой лжи, больше никакой фальши. Дорогой моему сердцу мой друг Мин Юнги. Я не хочу говорить так много, но, кажется, этих слов достаточно, чтобы ты понял, что я пережил за столько лет. Вспоминая мои частые перепады настроения, потому что я страстно желал услышать от тебя эти простые, но такие сложные слова "люблю", этого было бы достаточно, чтобы залатать все дыры в моем сердце, забыть все те бессонные ночи, когда я рыдал и молился всем богам, чтобы ты наконец сделал это. Но этого не произошло. Да, я любил тебя до глубины души,до мозга костей, до боли в груди, разрывающей меня на части, и я не остановился, даже когда увидел, как ты был поглощен искусством, кажется, слишком много придавать значения тому, что было вокруг тебя тогда. И если утром я озарял тебя улыбкой, я был для тебя музой, и когда ты сказал, что самая прекрасная часть меня-это мои глаза, я сиял, а с наступлением ночи эти глаза рыдали, эти глаза были опухшими и красными от слез, я не мог остановить их, ни себя, ни эмоции, ни чувства в тот момент. Это было похоже на то, что ты был изолирован от этого мира, и последние несколько месяцев ты был полностью прикован к своей растущей карьере, и я не мог вмешиваться в тебя, но я действительно не понимаю, как ты мог не заметить мои чувства к тебе? Я даже начал сомневаться, что все делаю правильно, и я не переставал думать и представлять тот момент, когда ты действительно скажешь "Я люблю", это согрело мою душу. Но это длилось недолго, я больше не могла лгать себе, лгать Чонгуку, когда мы встретились, вероятно, в самый ужасный период моей жизни, он сделал меня счастливой. Он дал мне то, чего ты, вероятно, не давал, потому что не осознавал этого. Он научил меня любить и быть любимой. Я принял его чувства, я знаю, что ты, вероятно, не будешь возражать, и ты действительно будешь заботиться обо мне, как и раньше, но Чонгук-хороший парень, я уверен в нем. Я очень надеюсь, что ты найдешь свою вторую половинку, свою родственную душу, и сделаешь это до того, как она перестанет тебя любить, ты действительно должен это сделать, иначе потом будет слишком поздно, поверь мне. Спасибо тебе за все годы, проведенные вместе, я действительно помню каждое мгновение , проведенное с тобой, я восхищался тобой, а ты мной, когда я был твоей музой, и я благодарю тебя за то время, которое ты мне дарил. Ты всегда будешь моей первой любовью, Юнги. Я все еще тот Чимин и та муза для тебя. Я любил тебя, Мин Юнги." ____________ Он глубоко погрузился в свои мысли, когда они атаковали его разум, его тело. Он не мог контролировать то, что так явно вырывалось из всего его тела,души, сердца, разума, все это теперь непрерывно сгорало, как будто подожженное керасином, и для этого было достаточно одной спички. Как он мог быть таким слепым? Так долго? Его родственная душа была так близка и так близка, и это был Чимин. Человек, которого он любил бесконечно сильно, всем сердцем и душой, теперь любит другого. "Я слишком долго был трусом, я такой дурак", - говорит он уже на эпопее своих эмоций. Все, он больше не мог сдерживать их, слезы безжалостно лились, и он не мог сопротивляться им, крики, казалось, исходили из его души, когда он услышал свой собственный крик, который, казалось, говорил и звал на помощь. Но никто ничего не смог исправить, он опоздал. Ничто уже никогда не будет прежним.Ничего, кроме одного. Что останется неизменным. Потому что Юнги всегда будет любить Чимина.