how to see the sun rise

Все отношения Бэкхена, которые когда-либо у него были, плохо заканчивались, а чаще были просто плохими по своей природе – Бэкхен всегда выбирал людей, которые его не ценили, доверял тем, кто этого вряд ли был достоин, и вообще влипал в разного рода драмы. Он никогда не думал о себе ничего хорошего, просто не позволял себе этого. А любовь принимают только такую, какую, как кажется, заслуживают. Чанель возвращается из Сингапура, но не пишет Бэкхену ничего. Бэкхен узнает это от Чонина, который видел Чанеля, когда тот заходил в «Королевство Матрасов» в последний раз. Уволился. Бэкхен отмахивается от Чонина, стоит тому лишь слегка намекнуть, что он жалеет старшего. От работы теперь Бэкхен отвлекается, чтобы выйти на улицу покурить. Его настроение портится с каждым днем, что Чанель ему не пишет. Минсок с Лу Ханем заботливо пытаются закормить его грусть, и в их доме появляется все больше еды, больше чем, когда-либо было. У Бэкхена же совершенно пропадает аппетит, и он худеет так, что приходится прокалывать новую дырку в ремне. Он выкидывает свитер Чанеля из своей комнаты, Минсок подбирает его и прячет подальше от глаз Бэкхена. Бэкхен продолжает злиться на себя. И он злится на то, что ему непонятно, как Чанеля разлюбить. Хотя все ему подсказывает, что стоит. Стоит это сделать, пока не поздно. В среду Бэкхен идет на работу, замазав синяки под глазами BB-кремом, который Лу Хань подарил ему на прошлый день рождения. Он слушает музыку только чтобы отвлечься от любых мыслей. На улице сухо, почти тепло, и совсем нет ветра. Он идет, засунув руки в карманы, ссутулив плечи, опустив голову вниз, довольно быстро. Когда он подходит уже совсем близко к магазину, он замечает синий (как вечернее море) мопед, и Чанеля, который боком сидит на нем. Бэкхен замедляет шаг, Чанель поднимает голову, и видит его. Он грустно улыбается. У Бэкхена екает сердце. - Я хотел тебя увидеть, - говорит Чанель, когда Бэкхен подходит, наконец-то, ближе. Бэкхену кажется, будто он преодолевал это расстояние под взглядом Чанеля вечность. - А я-то как хотел, - едва слышно даже для себя шепчет Бэкхен, Чанель не замечает. На нем новый костюм, Бэкхен и не думает, что это «Прада», наверное, самое дешевое, что Чанель нашел на Мендоне. - Прости, что не писал, был занят, - быстро говорит Чанель так, будто это ничего не значит. Бэкхен смотрит на него и не может поверить. Он чувствует, как в глазах появляются слезы. - Хотел извиниться за все, - Чанель неловко трет шею, - Я не должен был. Бэкхен не понимающе качает головой. Чанель звучит неуверенно, будто он не совсем хочет говорить то, что говорит. Но он делает это. Бэкхен чувствует, что вот-вот с ним сделают нечто ужасное. - Просто я так увлекся. И у меня так давно никого не было, - оправдывается Чанель глухим голосом, он скрещивает ноги, и Бэкхен ненавидит его в этот момент. - Я не знаю, о чем я думал. Давай, - он говорит, и Бэкхен закрывает глаза, он не хочет знать, что Чанель скажет дальше. Но Чанель жестоко продолжает, - просто забудем. Мне… Это не то, что мне нужно. «Ты мне не нужен», мгновенно слышит Бэкхен, и глотает воздух так, будто его жестко ударили. Он открывает глаза. Чанель смотрит на него вопросительно, его взгляд все такой же нежный, его кожа, наверное, такая же теплая, и весь он такой же, каким и был. Бэкхена трясет. Он теперь знает, что его сердце разбито. Весь мир для Бэкхена будто замирает. Глаза Чанеля такие внимательные, и Бэкхен смотрит на него в ужасе. - Я люблю тебя, - вдруг честно говорит он, и его руки сжимаются от бессилия. Он не может притвориться, что все в порядке, он просто не может сказать «да ладно, бывает». Он качает головой, - Я уже очень люблю тебя. Бэкхен еще несколько секунд стоит перед Чанелем. Тот бестолково открывает рот, его взгляд бегает. Бэкхен смотрит ему в глаза, пытаясь сдержать всхлип. И убегает со всех ног. Он бежит, не оборачиваясь, бежит, что есть сил, так быстро, как может. Сердце колотится в ушах, слезы застилают глаза, и Бэкхен бежит, не разбирая дороги, не останавливаясь, не думая. Он не оборачивается назад, потому что знает, что Чанель стоит там, ничего не чувствуя. Бэкхен бежит, пока может. Бэкхен бежит так далеко. Он возвращается домой пешком вечером, попадая по пути под чертовски холодный дождь. Лу Хань и Минсок в гостиной, смотрят телевизор, обнявшись. Когда Бэкхен входит, Минсок охает и спешит накрыть его одеялом, а Лу Хань идет доставать из шкафа полотенце. Бэкхен безразлично садится на диван, Лу Хань набрасывает ему на голову полотенце. Его ноги гудят от боли. Минсок спрашивает, что случилось, Бэкхен не отвечает, и Лу Хань дает ему чашку горячей воды. Бэкхен, не задумываясь, пьет. Он сидит некоторое время, Лу Хань и Минсок напряженно сидят рядом с ним, ожидая, что он что-нибудь скажет. Спустя минут десять Бэкхен только вздыхает, и, выпутавшись из одеяла, уходит в свою комнату. Сначала он раздевается, бросая одежду на пол. Заползает в кровать, и просто лежит, закрыв глаза, стараясь ничего не чувствовать, ничего не думать. Его окружает темнота. Его телефон, забытый в кармане штанов, звонит несколько раз, но Бэкхен даже не двигается. Чуть позже он переворачивается на спину, кладет голову на подушку и накрывается одеялом. Смотрит в потолок. Следит, как тени двигаются по потолку. Резко его плечи дергаются от рыданий, он втягивает носом воздух, выдыхает и подавляет желание разреветься. Вытирает выступившие опять противные слезы. Жалко скулит и кусает кулак, чтобы не произвести звука громче. За дверью слышно обеспокоенный голос Минсока. Всю ночь он слушает звуки вокруг. Ближе к рассвету Бэкхен засыпает, и спит где-то полтора часа, почти как убитый. Он просыпается, ощущая сухость в горле. Встает, перешагивая через вчерашнюю мокрую одежду, чтобы пойти на кухню, за стаканом воды. Потом снова просто лежит в кровати. Включает музыку, листает песни одну за другой, потому что ни одна ему не нравится. Где-то в два часа дня он встает опять, одевается и идет в гостиную со своим одеялом. По телевизору идет фильм «Законы привлекательности» и Бэкхен смотрит его два раза подряд, прилипнув щекой к дивану. Появляется Лу Хань, спрашивает, как Бэкхен себя чувствует. Бэкхен высовывает руку из-под одеяла и делает неопределенный жест рукой. Не издает ни звука. Лу Хань видел его любым, Лу Хань понимает его всегда. И сейчас, он хмыкает и оставляет Бэкхена наедине с самим собой. Бэкхену просто нужно пережить это. Бэкхену просто нужно это пережить. Он выходит бегать опять. Он проводит на стадионе тридцать минут или около того, пока ему вдруг не хочется спрятаться от всех. Он торопится домой, чтобы снова забраться в свою кровать. Просто Бэкхена бесит, что, когда он надеется на что-то хорошее, и просто начинает быть счастливым, с ним обходятся вот так. Вся такая хуйня и становится причиной тех беспокойств и неврозов, всех его неуверенностей, зависимостей, предрассудков. Из всех его межличностных отношений, хорошие у него только с Лу Ханем. Бэкхен ценит своего друга, как ничто больше на свете, но ему уже смертельно надоело быть одиноким в романтическом плане. Он не шутит, когда говорит, что ждет смерти, но никто не воспринимает его всерьез. Бэкхен прячется от всего мира. Чанель показался ему таким правильным. То есть, конечно, если подумать, то и он тоже был какой-то катастрофой (он зациклен на том, чтобы накопить денег на пять лет беззаботной жизни, классно конечно, но разве он не пропускает свою молодость со всем этим?). Однако у Чанеля были какие-то мечты, для которых он делал все, что мог. Чанель знал, что и как в этом мире. Чанель был достаточно светлым, чтобы что-то планировать и думать, что у него есть какие-то права на надежды и амбиции. И Чанель был таким понимающим, он правда слушал Бэкхена, и Бэкхен даже чувствовал себя вроде как нужным, интересным. Своим. А потом ему сказали, что это не так. Бэкхен не знает, куда он смотрел. Понятия не имеет, что он там увидел. Ему просто больно. Он не приходит в магазин матрасов больше ни разу, и, разумеется, его увольняют. Он даже не читает электронное письмо от Чунмена, и на все перечисленные деньги, он заказывает одежды и косметики. Выходит немного. Бэкхена это не заботит. Через три дня заявляются Чонин и Исин. Чонин без слов показывает бутылку виски, и за спиной Бэкхена магическим образом появляется Лу Хань, со стаканами в руках. - Да, - говорит он за него, и Бэкхен закатывает глаза. Они пьют впятером, и в итоге Бэкхен валяется на полу, с подушкой под головой, Минсок и Чонин соревнуются в армреслинге на кофейном столике, а Лу Хань и Исин спорят, кто победит. Бэкхен удаляет все фотки Чанеля с телефона, шепча «пошел нахуй» на прощание каждой. Потом он идет спать. Лу Хань останавливает его на пути в спальню, и нежно гладит по голове, аккуратно поправляя пряди на затылке. - Я правда отношусь к тебе как к сыну, Бен Бэкхен, - искренне заявляет он, и Бэкхен понимает, что он далеко не самый пьяный в этой комнате. Он благодарно обнимает Лу Ханя. Минсок встает и крадет объятие тоже. Чонин с руганью присоединяется тоже, и Исин обнимает их всех, всем портя прически. Еще два дня Бэкхен не выходит из дома и смотрит почти все, что хотел посмотреть, но откладывал. Он идет на пробежку в пять утра, во вторник, когда снова просыпается и снова не может уснуть. Он бежит круг за кругом, изнуряя себя. Он бежит, чувствуя себя все свободней с каждым шагом. С востока выглядывает солнце и Бэкхен подставляет лицо лучам. Он бегает, пока ноги не становятся тяжелыми от усталости, откровенно наслаждаясь ею. Через час к стадиону подходит кто-то, Бэкхен замечает фигуру вдалеке, у входа на стадион. Когда он подбегает ближе, то резко останавливается, чуть не падая, как вкопанный, не в силах повернуть назад или шагнуть вперед. В воротах стоит Чанель. И он выглядит просто ужасно. Бэкхен тяжело дышит, весь красный и потный от долгой пробежки. Он смотрит на Чанеля не отрываясь, и Чанель открывает рот, пытаясь что-то сказать. Бэкхен не знает, что еще Чанель может ему сказать. Музыка Бэкхена продолжает играть бессмысленно, и он выключает ее, снимая наушники. Чанель срывается с места. Он целует Бэкхена так, словно тот принадлежит ему, и Бэкхен поддается, закрывая глаза. Он кладет руку на плечо Чанеля, он открывает рот, он кусает губу Чанеля, он тянется к нему опять. Чанель отрывается от него, и, чуть ли не складываясь пополам, кладет голову ему на плечо. - Прости меня, - сипит он. Бэкхен выдыхает, его горло пересохло. Он гладит Чанеля по спине так, будто тот ничего ему не сделал. - Я идиот, - продолжает Чанель. Он выпрямляется, и смотрит Бэкхену в глаза. Похоже, будто он уже давно не спал. У Бэкхена колит в груди от нежности. - Я ушел от Кенсу, - коротко сообщает он. Бэкхена пробивает на смех. - Бросил телефон в фонтан? – ухмыляется он. - Нет, но номер сменил, - Чанель неловко улыбается. Бэкхен гладит его по руке. - Я не хочу тебя отпускать, - признается Чанель, забирая ладонь Бэкхена в свою. Теплую. - Не отпускай, - предлагает Бэкхен. - Найду другую работу, - Бэкхен хмурится, и Чанель добавляет, - которая не будет отнимать столько времени. Простую. Типа, в книжном или где-нибудь еще. Чанель поправляет волосы Бэкхена, и обнимает его. Бэкхен прячется в его руках. - Буду готовиться к экзаменам, - говорит он, - И еще хочу встречаться с тобой. Бэкхен щурится и смотрит Чанелю в лицо. Прямо за Чанелем ярко светит солнце. - Не думай, что я так просто прощу тебя. - И не надеюсь. Бэкхен устало смеется и Чанель смеется вместе с ним. И в этом смехе столько привязанности, столько нежности и теплоты, что Бэкхен щурится от счастья и улыбается, когда слышит его.