Not Who She Seems/ Не та, кем она кажется

Она не была уверена, что ей понравилась эта идея. Ей объяснили весь план, и она не была уверена, что он ей понравился. С тем, что они получат возмездие, она могла бы смириться. Это как раз та часть, которая связана с ее возвращением, что ей не нравится. Она не знала, как они это сделали, но, очевидно, Тор и Локи получили одобрение плана от ее бабушки и дедушки. Даже в первой части, когда она покинула безопасные палаты до того, как пришло время сесть в Хогвартс-экспресс. И это была первая часть, которая ей не понравилась. Не то чтобы она не хотела выходить на улицу. Рейне очень хотелось выйти на улицу. Оставаться в доме становилось все меньше. Но сделать это, чтобы вернуться на Тисовую улицу… именно там ей очень не понравилась эта идея. Первые признаки, которые она узнала о плане, были когда ее дяди, Сириус, Ремус, близнецы и Тонкс закрылись в гостиной. План был услышан на следующий день после этого. Сначала Рейна сказала «нет». Она ни за что не хотела возвращаться туда, черт возьми. Но им удалось убедить ее, что это добавит к полному результату. Тонкс вышла, похожая на Рейну, с кучей денег после того, как Сириус поручил ей купить одежду, которая была дорогой, красивой и явно принадлежала маггловскому дизайнерскому бренду, что вызвало бы несколько слухов, когда ее увидят соседи Дурслей. Дарси и Джейн ушли с ней, и они вернулись с несколькими большими сумками, улыбаясь. «Мой отец маглорожденный, — сказала Тонкс. «И он знает немало компаний. Я могу попросить его помочь с приобретением машины. Чтобы это сработало, все должно быть идеально. Говоря об идеале, вы все тоже должны быть одеты правильно. Вы двое», — сказала она. Она указала на Тора и Локи: «Вам понадобятся дизайнерские костюмы. И любой, который подойдёт, мы можем одеть вас, как телохранителей. Итак, обычный костюм и солнцезащитные очки». «Одна проблема, — сказала Рейна, — нам понадобится кто-то, кто сможет водить машину». «Я могу это сделать». — сказал Ремус. «У меня было несколько работ в маггловском мире. Там легче найти работу, чем в волшебном мире. На одной из них я какое-то время был водителем». «Папа может заполучить хорошую машину, которая сможет находится в движении, Ремус может водить ее, у нас есть одежда для Рейны, и теперь все, что нам нужно, это костюмы для вас двоих, Ремуса в роли водителя-телохранителя и Сиф и Трёх Воина как других телохранители. Затем появитесь среди бела дня, когда большинство людей будет поблизости, и тогда все их соседи начнут говорить, и это приведет к разрушению их безупречной репутации. Конечно другие толчки тоже помогут. " В конце концов, три женщины снова пошли за покупками, на этот раз затащив за собой Сиф, Вольстагга, Фандрала, Тора и Ремуса, чтобы купить себе костюмы. Локи остался, так как смог наколдовать себе костюм. Остальные просили его сделать то же самое, так как Дарси и Тонкс казались торговыми маньяками, но он только усмехнулся и отправил их на пытки. «Я думаю, мы, должно быть, обошли все магазины одежды в этом городе». Сиф простонала. «Как может быть так много в одном месте? Зачем смертным так много?» «Потому что для этого и нужен рынок». — сочувственно сказала Гермиона. «Однако я скажу вот что: я бы предпочла тебя, а не себя. Ты нашла то, что искала?» «В конце концов. Тонкс и Дарси не позволили нам получить те первые, которые мы нашли». Сиф покачала головой. «Мы вернулись туда, откуда начали, и получили костюмы откуда-то под названием Slaters». «Они делают красивые костюмы. Эй, а кто еще знает, что вы задумали?» «Сириус, Ремус, Тонкс, ты, Фред и Джордж, и я думаю, Рейна рассказала Рону и Джинни, но это все». «Значит, остальные члены Ордена не знают?» «Они будут только мешать». Сиф сказала ей, как только вошла Рейна. «Кто будет мешать?» «Остальные члены Ордена. Да, и Тонкс сказала, что у нее есть машина на завтра. План выполняется». «Хорошо. Но есть одна проблема». «Что случилось?» «Я не могу ходить на этих каблуках». «Я не тот человек, у которого ты можешь узнать про это». — сказала Сиф. Гермиона улыбнулась. «Но я знаю, кто может помочь. Давай. Мама, Джейн и Дарси будут более чем готовы помочь». После нескольких болезненных часов Рейна смогла ходить на смехотворно высоких каблуках, не сломав лодыжку, как она уже делала несколько раз. Джейн и Дарси ходили рядом с ней, чтобы поймать ее, если она упадет, а Эмма дала ей инструкции, как сохранить равновесие. Следующий день прошел, как обычно, до полудня. Они собирались отправиться туда, когда большинство людей приходили домой с работы, но пока было еще рано, так что к их приезду собиралась небольшая публика. Но за пару часов до отъезда Тонкс, Дарси и Джинни схватили Рейну, ухмыляясь, как сумасшедшие, и затащили в свою комнату. «Нам лучше пойти помочь ей». — сказала Гермиона Джейн. «Мы можем попробовать. Но Дарси нелегко отговорить». Однако их планы по спасению вскоре были разрушены, поскольку они были вовлечены в перестройку. Рейна ворчала и стонала, когда ее тянули за волосы, когда они пробовали разные прически. Потребовалось время, пока группа не уехала на Тисовую улицу, когда Рейна была объявлена ​​готовой. А потом была часть, которая только усугубила ситуацию. Ей пришлось оставить Ардвада. Это был первый раз, когда она была далеко от своего нового фамильяра, и она не знала, как волк это воспримет. Но она с трудом могла отвезти его на машине, не говоря уже о Тисовой улице. *** Многие головы повернулись, чтобы посмотреть, как длинная гладкая черная машина остановилась перед домом номер четыре. Стекла в задней части были тонированы, поэтому пассажиров не было видно. Водителем оказался седеющий мужчина в простом черном костюме и водительской фуражке. У людей на пассажирском сиденье были длинные рыжие волосы и борода, и у обоих были конские хвосты. На них были солнцезащитные очки и костюм. Задняя дверь открылась, и из нее вышел крупный мужчина с длинными светлыми волосами. Он был одет в костюм и красную рубашку, которая казалась шелковой любому, кто был достаточно близок, чтобы увидеть это должным образом. Он снова повернулся к машине и протянул руку, чтобы помочь молодой женщине. Ее черные волосы были зачесаны элегантно, но не сбоку, и миссис Полкисс увидела, что большая часть ее наряда была произведена Кельвином Кляйном. В основном черное платье с V-образным вырезом имело белый V-образный вырез и золотой и серебряный пояс. Черный пиджак был приталенного размера и того же производителя, но был открыт, чтобы продемонстрировать явно дорогое платье. На ней были черно-золотые туфли на высоком каблуке, в которых женщина узнала туфли Gucci, которые она видела в Лондоне, и хотела, чтобы она могла позволить себе и снимать, как и весь ансамбль. Люди заметили мерцание, когда свет отражался от ее украшений. На ней было в основном золотое кольцо, которое образовывало два соединяющихся сердца спереди, одно из которых было серебряным и имело кристаллы по контуру. Ее ожерелье представляло собой хрустальную стрекозу, а браслет — золотые и серебряные бусины с вкрапленными кристаллами. В девушке было что-то знакомое, подавляющему большинству, поэтому они сосредоточились на ней. «Разве это не кузина Дадли?» — спросил Пирс у матери. «Это… ты прав! Это девушка Поттер!» Это вызвало ажиотаж вокруг них, когда они заметили остальных. Из машины вышел мужчина с зачесанными назад черными волосами. Он был ниже, чем светловолосый мужчина, но ненамного, а также был тоньше и стройнее. Он был одет так же, как светловолосый мужчина, но в зеленой рубашке, а также имел богато украшенную трость, что, очевидно, было чисто для галочки. За ним, обнаружив, что это одна из тех машин с сиденьем напротив заднего сиденья, пошел человек с довольно мрачным видом, одетый как рыжеволосый мужчина, только что вышедший из машины вместе с водителем. Затем это была женщина, которая была одета так же, как и мужчина, предшествовавший ей, с волосами, собранными в длинный конский хвост, а затем еще один мужчина, еще один блондин, одетый как и его спутники. «Что она делает с людьми, у которых явно достаточно денег, чтобы нанять телохранителей?» — спросил мистер Прентис. «И почему она одета так, как будто она одна из них?» — спросил Пирс. Двое мужчин проводили ее к двери дома номер четыре, и женщина сопровождала их. Человек с мрачным лицом исчез за стеной дома, и они догадались, что он по какой-то причине проверяет периметр. Но почему, когда они жили в безопасном районе? *** Рейна сохраняла бесстрастное выражение лица, когда Локи постучал в дверь. В противном случае Тор, вероятно, выбил бы его с ноги. Она посмотрела на дом, который был ее адом, когда она росла. Это должно было быть безопасное место, чтобы позвонить ей домой. Но этого не было. Вот почему она подавляла всякое чувство вины за то, что в конечном итоге случится с ее некогда родственниками. Они сами навлекли это на себя. Теперь у нее была новая жизнь, лучшая. И она чувствовала удовлетворение от того, что доказывала, что вся ложь неверна, и показывала, что она стоит большего, чем думают люди. И это чувство росло, когда она знала, что в конце концов Дурслей ждет возмездие. Дверь открылась, и появился Вернон Дурсль. Он быстро стал белым, затем красным и, наконец, пурпурным. «Ты! Где ты была, девочка?» Он почти взревел. «Ни одного письма, в котором говорилось бы, что тебя там не будет! Мы приехали на станцию, чтобы забрать тебя без каких-либо признаков присутствия тебя! Мы зря потратили хороший бензин! «На самом деле, мистер Дурсль, мы привезли Рейну только на короткий визит, и мы хотим поговорить с вами по некоторым… вопросам опеки». — сказал Локи. «После короткого разговора Рейне больше никогда не придется ступать в этот дом. Вам это нравится?» В отличие от Вернона, Локи не кричал, так что, скорее всего, никто не услышал, что он сказал. Но Вернон заметно успокоился. Он огляделся, заметил людей, которые смотрели, на, очевидно, дорогую машину, Ремуса, Сиф, Фандрала, Вольстагга, и кивнул. «Тогда вам лучше войти». Он повернулся и провёл их внутрь. Явно выставленное напоказ богатство и мысль о том, что Рейна никогда не вернется после сегодняшнего дня, явно привлекли внимание Вернона. Звук щелканья костей достиг ушей Рейны, когда они миновали чулан под лестницей, и она увидела, что Тор держал одну руку в другой. Он явно сейчас очень старался не выйти из себя. Войдя в гостиную, они увидели, что Петуния и Дадли уже сидели там. Все тоже сели. «Надеюсь, с нашей племянницей не было особых проблем. Она не совсем… контролируемая молодежь». — сказал Вернон. «Я советую тебе быть осторожным с тем, что ты говоришь, смертный». Тор прогрохотал. «Мы знаем о вашей лжи и о том, что вы сделали с Рейной в прошлом». «Вы… вы часть ее, не так ли!» — крикнул Вернон. «И что это должно значить?» — спросила Сиф. «Они считают, что всякий, кто не похож на них, кто не обычный смертный, — уроды». — сказал Локи обманчиво спокойным голосом, откинувшись на спинку сиденья. «И, прежде чем мы двинемся дальше, давайте установим некоторые факты. Лили Поттер никогда не была той, кем вы ее считали. Она была богиней Асгарда, первой в мире принцессой, которая стала смертным ребенком и жила смертной жизнью. Следовательно, Рейна никогда не была вашей племянницей. Вы не ее родственники. Но никто здесь этого не знал. Если бы мы знали, где она была, мы бы забрали ее отсюда в мгновение ока, но этого не произошло. Вместо этого она была здесь и осталось расти под вашей… заботой «. Он усмехнулся. «Локи говорит, что вы совершили самые большие ошибки в своей жизни, по отношению к Рейне». — сказал Тор. «Вы оскорбили принцессу Асгарда и вы за это заплатите». «Вы осмелились войти в мой дом и угрожать мне и моей семье?» «Я действительно не стала бы этого делать». — сказала Рейна, когда Вернон поднялся на ноги и сжал кулаки. «Не говори мне, что делать, девочка!» «И не кричи на нашу племянницу». — сказал Локи. «Мы здесь сегодня, чтобы объяснить, в чем именно вы ошиблись и сделали не так. Если бы вы относились к Рейне как к своей собственной дочери, вы бы прожили как королевская семья всю оставшуюся жизнь, заботясь о ней. Как бы то ни было…» Он усмехнулся. *** «Эй, что происходит?» — спросил Пирс Вольстагга, который прислонился к машине. — Что Поттер с вами делает? «Она часть семьи». — сказал Вольстагг, как будто это объяснило это. Пирс выглядел смущенным. «О чем вы говорите? Она сирота. Ее кузен сказал мне об этом. Дурсли — единственная семья, которую у неё осталась». «Ее мать была удочерена. Пропала в юном возрасте. Как только они узнали о ней, ее дяди решили забрать ее. Они и их родители годами искали ее мать». «Вольстагг!» Он оглянулся, увидел Хогуна, и ему стало немного стыдно. «О, я и мой большой рот». Он продолжил. «Я не должен был тебе так много рассказывать». На самом деле это был план. От одного из них должна была быть «утечка» информации. Хогун только покачал головой и отвернулся. «Но ведь у нее ведь уже есть семья, да?» — спросила миссис Полкисс, начав разговор, желая узнать больше о том, что откопал ее сын. Это могут быть хорошие сплетни. И одна из так называемых «идеальных», семья Дурсль. Она не могла понять, почему ее сын так хорошо дружил с китом, которого они называли сыном. «Мне действительно не следует ничего говорить. Я уже сказал слишком много». Вольстагг покачал головой. «О девушке, которую вы знаете, всегда ходили странные слухи. Я слышала их от самой Петунии Дурсль. Я просто хочу знать, насколько они правдивы. Я ничего не скажу». Женщина сказала это, не заботясь о том, что она, вероятно, нарушит это обещание через несколько минут. Вольстагг взглянул на Хогуна, который следил за местностью. «Что ж, мы слышали, что они не обращались с ней так, как должны. Судя по тому, что я видел на ней, все слухи о Рейне, вероятно, ложны. Более милой молодой леди вы нигде не найдете. И еще кое-что, что я слышал, это что она тоже хорошо учится в школе. Она ходит в частную школу, которую семья ее отца посещала на протяжении нескольких поколений, очевидно в Шотландии «. Миссис Полкисс ощетинилась с нетерпением. Это была золотая жила информации. Они солгали обо всем! Вольстагг заткнулся, когда открылась входная дверь. Мать и сын быстро ушли, когда четверо вошедших вышли из дома, никто из них не знал, что там происходило, благодаря иллюзии на окне, созданной Локи. *** «Как бы то ни было… вы относились к ней как к рабыне». В комнате стало темно, его глаза были холодными, как и его ухмылка. Вернон снова сел, явно напуганный простой сменой освещения, у которого не было видимого источника. «И вы пожалеете об этом». «Снаружи люди. Люди смотрят. Вы ничего не можете сделать». — сказала Петуния явно в ужасе. «Мы уже спланировали эту встречу». — сказал Тор, ухмыляясь. «Локи поместил иллюзию на окно. Любой, кто может заглянуть внутрь, просто увидит, как мы разговариваем». «Чего вы хотите?» — спросил Дадли. «Прямо сейчас мы просто хотим, чтобы вы знали, что Рейна наконец-то со своей настоящей семьей». — сказал Локи, когда Тор заключил свою племянницу в однорукое объятие. «Но знайте это, однажды; вы действительно пожалеете о том, что сделали. И у вас не будет никаких предупреждений о том, когда этот день наступит. Но пока вы можете наблюдать, как ваша репутация рушится вокруг вас». «Теперь мы можем идти?» — спросила Рейна. Она не хотела больше здесь находиться. Этот дом хранил у нее только плохие воспоминания, и она, к счастью, никогда его больше не увидит. «Конечно.» — сказал Тор. Но по пути к выходу он выразил часть своего разочарования, пробив дверцу чулана. Дверь полностью провалилась вместе с большой частью стены. Лестница тревожно заскрипела. Он усмехнулся, заметив, что все трое Дурслей отступили на шаг. Всем было очевидно, что он не использовал даже малую часть своей силы. Они вышли из дома и заметили, что сейчас на них смотрит больше людей, а Пирс Полкисс и его мать быстро уходят от Вольстагга. Было ясно, что Вольстагг «ошибся». На ходу Рейна держала голову высоко поднятой, едва взглянув на жителей Тисовой улицы и некоторых из других частей Литтл-Уингинга. Никто из них не был на ее стороне раньше, когда она жила здесь. Теперь они не стоили ее времени. Большинство женщин здесь, как и Петуния, жили сплетнями. Надеюсь, теперь это сработает против ее бывших родственников. Но даже если бы этого не произошло, они скоро осознали бы свои ошибки. Вся группа снова села в машину и уехала. Выйдя из Литтл-Уингинга, Рейна расслабилась. «Ты в порядке, Рейна?» — спросил Тор. «Просто Рада, что выбралась отсюда. Я никогда не хочу возвращаться». «Ну, теперь тебе и не придется». — сказал Тор. Она кивнула и ничего не сказала. Когда они вернулись на Площадь Гриммо и вошли в дом, до них донёсся воющий звук. Промежуточного визга было достаточно, чтобы точно сказать Рейне, что это за шум. Она сбросила каблуки, не желая больше носить эти чертовы штуки, и быстро направилась наверх. Когда она вошла в свою комнату, она увидела Ардвада на кровати, плачущего. «Ардвад». — мягко сказала она. Ее волк немедленно перестал плакать и посмотрел на нее. Он бросился на нее, и глаза Рейны расширились. Он сильно ударил ее и сбил с ног. С большим «бум!» она упала на пол. Ардвад начал облизывать ее лицо и несколько раз лаял от счастья. «Ардвад!» Она засмеялась, пытаясь оттолкнуть его от себя. Он не сдвинулся с места. Чрезмерно ласковый фамильяр, очевидно, плохо справился с их первой разлукой. Тем более, что он был взаперти, пока ее не было. «Нужна помощь, подруга?» Она оглянулась и увидела улыбающихся ей Рона и Гермиону. «Пожалуйста.» Вместе им троим удалось оттолкнуть его достаточно, чтобы она смогла встать. «Как все прошло?» — спросила Гермиона. «Насколько это возможно. Я думаю, что магия Локи и то, что Тор… ну, Тор, просто напугал Дурслей, заставив замолчать на большую часть визита. Было сказано всего несколько глупостей. Но нанесен ущерб их репутации и готово. Как долго Ардвад плакал? " Она почесала его между ушами. «С тех пор, как ты ушла «. — сказал Рон. «Он ждал у двери какое-то время». — сказала Гермиона. «Перед тем, как подойти к твоей постели». «Да, мама поняла, что вы все ушли, и начала кричать о безрассудстве всего этого. Мы думаем, это повредило его ушам». «Мы, Рональд?» — спросила Гермиона. «О, хорошо, — подумала Гермиона». — сказал Рон. Рейна улыбнулась. «Пойдем сядем». — сказала она, направляясь в свою комнату. *** В тот вечер за ужином Молли Уизли все еще кипела и бормотала о безответственности и безрассудстве. Сириусу наконец надоело. «Молли, ты забрала Рейну к себе домой на два лета, но это все еще не меняет того, что ты не ее мать! Следовательно, ее дядя, бабушка и дедушка, прежде всего, должны принимать решения, касающиеся ее безопасности, и стоит ли ей рисковать. Не ты. И, честно говоря, они существуют намного дольше, чем ты, так что просто прими это «. «Но она могла быть ранена! Там могли быть Пожиратели смерти Сириус!» — сказала Молли. «Мы бы позаботились об этой проблеме, если бы кто-нибудь из них показал свое лицо». — сказал Тор. «Мы участвовали во многих битвах за эти годы. Задолго до того, как родился Дамблдор. Мы более чем способны защитить Рейну от смертных волшебников». Молли разинула рот. Все они знали, что взрослые асы были старыми, но это был первый раз, когда они были намного старше, чем выглядели на самом деле. Затем она заткнулась, соответственно испуганная. По крайней мере, сейчас. *** Мельница слухов на Тисовой улице уже работала со скоростью милю в минуту. Слухи о том, что Дурсли, скорее всего, были жестокими над детьми и лжецами, быстро поносили их. Семья получила много злых глаз, когда вышла на улицу, и быстро удалилась в безопасность и уединение своего собственного дома. Дети, которых Дадли и его банда избивали и издевались, начали высказываться, и эти трое быстро становились наименее любимыми людьми на улице. Внутри дома Дурслей было ощутимое чувство напряжения. «О, Вернон, что мы будем делать?» — спросила Петуния. «Я знал, что эта девушка доставит больше проблем, чем она того стоит Петунья. И теперь, когда она принимает ее, у нас возникают проблемы. Но нет, тут ничего не поделаешь. Эти уроды не могут ничего сделать, чтобы прикоснуться к нам, нормальным люди. Все это пройдет, и все будет хорошо. Вот увидите. К тому времени, когда Дадли вернется в школу, все будет так, как будто ничего не произошло «. «Ты уверен, папа?» «Я уверен, Дадли. Просто подожди и посмотри». Однако вскоре выяснилось, что Вернон ошибался. Слухи в конце концов дошли до Граннингса, и его начальство изучило его обычное поведение. Вернон вскоре оказался без работы. Через день после этого все трое проснулись и обнаружили, что кто-то нарисовал спреем слова «Загонщики для детей» большими красными буквами на фасаде их дома и порезал автомобильные шины Вернона. Когда ему заменили их, Вернон собрал свою семью и направился к дому своей сестры. Она согласилась принять их, пока все не утихнет. Однако их мир был недолгим. В ночь перед тем, как Дадли должен был вернуться в Смелтингс, их всех подняли с постели люди в доспехах, грубо вытащив их из спален. Все они были невероятно сильными, и четверо Дурслей, казалось, не могли им навредить. «Как ты посмел ворваться в мой дом?!» — взревела Мардж, пытаясь замахнуться на двух мужчин, которые тащили ее вниз по лестнице. «Как ты посмел напасть на меня и мою семью?!» «Ты будешь молчать женщина! Тебя везут в Асгард, чтобы встретить наказание за преступления против принцессы Рейны». Мужчина у двери был одним из троих, которых узнал Дурсль. Он был одним из «телохранителей», которые были с Рейной и двумя ее дядями. Он был в доспехах, но отличался от других. «Лорд Фандрал, куда мы должны отвести их по прибытии?» — спросила та, что держала Петунью. «Прямо к Всеотцу. Он желает лично наказать тех, кто превратил жизнь его внучки в ад после убийства ее родителей». «Да». «О чем ты говоришь?» — пробормотала Мардж. «Эта маленькая девка ничего не стоит! Она ни для чего не нужна, кроме…» Она была отрезвлена, когда один из охранников ударил ее рукой. «Ты не будешь так говорить о принцессе». Он зарычал. «Не трогай мою сестру снова!» Вернон взревел, его раздражение было вызвано тем фактом, что он полностью проснулся и видел, как его сестру ударили пощечиной. Однако один из двух охранников, выводивших его из дома, ударил его по затылку. Этого было недостаточно, чтобы вырубить его, но этого было достаточно, чтобы ошеломить его. У них были конкретные распоряжения о транспортировке этих заключенных. Выйдя на улицу, они вытащили четверых на площадку для бивреста, которую Хеймдалль вскоре открыл для их перевозки. «Я отправлю тебя обратно в Лондон, Фандрал. Принцесса Рейна пойдет в школу через два дня. Вы все будете нужны». Фандрал кивнул. «Убедитесь, что они не задерживают царя слишком долго. В конце концов, сейчас середина ночи». Руки Дурсля были связаны, а затем привязаны к отрезкам веревки, прикрепленной к седлам лошадей. Всех троих заставили бежать за лошадьми по радужному мосту, и они много раз чуть не падали. Но, несмотря на ночь, город казался очень активным. Казалось, что многие люди выстроились вдоль улиц, освещенных факелами. И все они смотрели, как они проходили. Что ж, вопиющее было более точным описанием. Лошади перешли на шаг, направляясь через город. «Почему все в это время на улице?» — вслух задумался Вернон. «Я был прав, вы все чудаки». «Они вышли, потому что среди наших людей распространились слухи о вашем обращении с принцессой Рейной. Наш народ очень любил ее мать, и она — все, что осталось от ее матери сейчас. Многие еще не имели возможности познакомиться с ней, но судя по тому, как ее семья приняла ее возвращение, многие полагают, что она следует за принцессой Ингрид по темпераменту и является очень доброй молодой женщиной. Мы искали ее годами, только чтобы обнаружить, что вы оскорбляли ее, пока она жила с вами. Они собрались чтобы посмотреть, как вы прибудете к суду «. — объяснил охранник, ухмыляясь. «Вы сами навлекли это на себя. Никто вам не поможет». «Это безобразие! Мы свободные люди! Вы не можете этого сделать! У нас есть права!» — сказал Вернон. «Если ты не отпустишь нас прямо сейчас, ты пожалеешь об этом!» Дадли угрожал. Охранники на лошадях просто смеялись и не обращали на них внимания. Вскоре толпа перестала просто пялиться, когда юноша бросил в них снаряд, который попал в квадрат Дадли между плечами, заставив его споткнуться. Многие другие начали присоединяться к ним, забрасывая семью из четырех человек гнилыми фруктами и овощами и всем остальным, что они могли достать. К тому времени, как они добрались до большого дворца, они были в синяках, устали и болели и уже не могли сопротивляться, когда их затащили внутрь. Мардж просто бормотала: «Это невозможно, это просто дурной сон». Снова и снова. Но что бы ни случилось, похоже, она не скоро проснется. Весь двор сумел собраться, кроме Тора, Локи, Рейны, Сиф и Тройки Воинов. Не то чтобы Дурслей это было в новинку. Все, что они знали, это то, что в величественном зале собралось много людей, чтобы посмотреть, как их приговаривают за то, что они считали общественными работами. Их заставили встать на колени у подножия большой золотой лестницы, на вершине которой находился трон. Один наблюдал за ними, сузив глаза, но в остальном его лицо оставалось бесстрастным. Фригга пыталась сохранить самообладание, но не могла полностью остановить взгляд. «Вы четверо — одни из первых смертных за столетия, ступившие в наше царство». Один начал. «И это грозит более серьезным наказанием, чем то, что вы, несомненно, получите, когда в конечном итоге войдете в царство Хель. Вы совершили преступление не только против члена моего народа, но и против члена моей семьи. Того, с кем вы должны были обращаться как с плотью и кровью. Тем не менее, вы упустили из виду свои семейные обязанности и не только держали ее как рабыню, но также морили ее голодом и многим другим. Что вы можете сказать в свою защиту? " «Мы взяли ее; мы накрыли ее голову крышей и одели ее. Мы ее тоже накормили. Мы просто сделали миру одолжение, удерживая ее причудливые способности на низком уровне и убирая их с пути хороших, честных, трудолюбивых людей. Если бы мы этого не сделали, она бы одичала «. — сказал Вернон. «Нигде нет девушки с более добрым сердцем». — сказала Фригга. «После всего, что вы с ней сделали, она все еще может проявлять любовь и дружбу и получила это взамен, несмотря на ваши попытки сломать ее. Она не урод. Силы, которыми она владеет, присутствовали внутри существ задолго до того, как был создан человек. Это такие люди, как ты, которые могут причинить вред невинным детям, которые зависят от них, которые являются уродами. А не моей внучке «. Один поднял руку, чтобы остановить жену. — Остальным троим есть что добавить? Может быть, вы, Петуния Дурсль? В конце концов, вы действительно считали нашу дочь своей сестрой. Скажите мне, почему вы причинили вред ее ребенку? «Я не могла позволить ее… способностям повлиять на моего сына. Возможно, она что-то с ним сделала». «Но теперь вы помогли донести это до него. Марджори Дурсль? У вас есть что добавить?» «У этой паршивки даже не хватило приличия умереть вместе с родителями». — сплюнула Мардж. «То, что сделали мой брат и его жена, было больше, чем я когда-либо сделала бы. Она была бы сдана сразу же в приют, если бы ее оставили у меня на пороге». «И, наконец, Дадли Дурслей. Что ты можешь сказать в свою защиту?» Он оценил мальчика. На этот раз у Дадли появился здравый смысл. Он пожал плечами. «Папа просто поощрял мое отношение к ней. И я видел, что они делали, поэтому я тоже». А потом он все испортил. «Кроме того, на самом деле это было довольно весело». Выслушав всех Дурслей, выступающих в их «защиту», суд взбесился, многие кричали, чтобы сразу линчевать всех четверых. «ТИШИНА!» — крикнул Один. Суд немедленно успокоился. Он пристально посмотрел на четверых. «По вашему собственному признанию и воспоминаниям, которые предоставила Рейна Джеймсдоттир, вы были признаны виновными в предъявленных вам обвинениях. Ваши наказания будут другими, но также поставят вас в такое же положение, как и в случае с тем, в которое вы поместили Рейну. Дадли Дурсль, настоящим на тебя возлагается задача стать конюхом Валькирий. Вы будете заботиться о нуждах своих лошадей без помощи магии или других людей по порученной вам работе, которая доступна другим. Каждый вечер, после того как все порученные вам задания будут выполнены, вы должны будете явиться на тренировочные поля, где вам предстоит сразиться с тремя воинами в бою. Вам никто не поможет. Возможно, в какой-то момент в будущем вы исправитесь. Ваше поведение было результатом влияния ваших родителей и тети. Физический труд, возможно, научит вас ценить тяжелую работу и делать что-то для себя, а борьба каждую ночь, надеюсь, заставит вас осознать свои ошибки, которые вы совершили, когда решили быть хулиганом, и объединиться со своими друзьями против тех, кто слабее вас». Он перевел взгляд на Петунию. «Петуния Дурсль, ты должна стать служанкой во дворце. Опять же, у вас не будет ни помощи магии в ваших обязанностях, ни помощи других. Ты будешь низшей слугой, и твои обязанности будут продолжаться до тех пор, пока тебе не придет время перейти к Хеле и стать жителем ее царства. Марджори Дурсль, до самой своей смерти ты приговорена носить воду из реки Илг, которая находится на самом краю этого царства, в центр города, где есть фонтан. Делая это, вас будут преследовать родственники Сколла и Хати. В отличие от ваших родственников до сих пор, на вас будет наложено заклинание, которое позволит вам избежать смерти, которую волк принесет вам до конца вашего наказания. Наконец-то мы перешли к тебе, Вернон Дурсль. Каждый день и ночь вы будете катить большой валун вверх по склону, по которому течет река Тхьоднума, против течения реки, и когда он достигнет вершины, валун скатится обратно вниз. На вас будет наложено заклинание, так что, пока вы будете уставать, вы не сможете спать или отдыхать, и вы не будете есть, хотя вы будете голодать без еды. Но вы также не умрете от голода или истощения. После того, как будет сочтено, что вы достаточно потрудились, вас скормят волчьему Рою. Забери их отсюда.» Он махнул рукой, и четверых выволокли из тронного зала, а затем в разных направлениях, к местам, где они будут отбывать свои отдельные наказания.’’» *** Когда она начала собирать свои вещи в дорогу за ночь до их отъезда в Хогвартс, Ардвад запрыгнул на сундук Рейны, захлопнув крышку. Он лежал, опустив голову на пол, а его глаза были большими и круглыми, и он издал стон. «Что случилось, Ардвад?» Спросила она. «Я должна упаковать вещи». Он снова заскулил, и в ней вспыхнуло вдохновение. С тех пор, как они вернулись с Тисовой улицы, Ардвад стал ее чрезмерно опекать. Даже до того, что блокировал путь к входной двери каждый раз, когда она проходила мимо него. Он действительно плохо себя чувствовал, оставаясь позади, и она, очевидно, уезжала надолго. Она почесала пространство за его ушами, там, где ему это нравилось. «Ты ведь знаешь, что едешь со мной в Хогвартс, верно?» Он поднял голову, как бы спрашивая «правда?» Она смеялась. «Конечно. Я не могу оставить тебя здесь, когда меня не будет несколько месяцев. Кроме того, ты видел Хогвартс. Замок будет для тебя намного лучше». Ардвад слез с ее чемодана и позволил ей продолжить собирать вещи. Затем Хедвиг заняла свое теперь обычное место на голове Ардвада. Рейна улыбнулась двум своим знакомым, рада, что они так хорошо ладили. Дверь открылась, и Гермиона заглянула внутрь. «Нужна помощь? Я все». «Я должна была догадаться. Заходи. В моей прикроватной тумбочке есть вещи, которые ты можешь вытащить для меня. Спасибо, Миона». «Это не проблема. Рон, кажется, оставит это до завтра, как обычно». — сказала Гермиона. Она ахнула, когда увидела книгу. «Где ты это взяла?» «Локи дал мне ее изучить. Он сказал мне, что руны так неразрывно связаны с магией, что, если я действительно хочу учиться, я должна знать и о рунах». «Но этот том… он должен быть уникальным». — сказала Гермиона, благоговейно переворачивая страницы. «Здесь так много подробных описаний. Даже некоторые профессора Бабблинга, упомянутые в классе, почти потеряны или попали в мифы». «Что ж, библиотека дома огромна. Это книга для начинающих. Это была первая книга, которую Локи дал мне изучить для моих уроков с ним. Когда я закончу с ней, я буду более чем счастлива позволить тебе прочитать это.» «Ты уверена? Я… мне разрешено? В конце концов, я смертная. Так что очень немногие даже могут увидеть Асгард. Не говоря уже о томах знаний, которые ваши люди собрали со всех миров и составили сами». «Гермиона, это всего лишь одна книга. И, если ты беспокоишься, я всегда могу дважды проверить для тебя». «О, спасибо, Рейна!» Вскоре подруга крепко обняла ее. По крайней мере, теперь она знала, что Гермионе действительно нужен подарок на день рождения. «А теперь я пришла помочь тебе собрать вещи. Давай разберемся». Когда они почти закончили, в комнату вошел Рон. «Ой, ты тоже собираешься, Рейна? У нас еще есть все утро завтра!» «Не все утро, Рон». — указала Рейна. «У нас есть самое позднее до половины девятого, и время на подготовку и завтрак уже занимает часть этого времени. Таким образом, мне не нужно вставать слишком рано, чтобы убедиться, что у меня все готово». «Я просто сделаю это так, как всегда». «Гермиона, почему ты такая возбужденная?» «Рейна сказала, что позволит мне прочитать ее книгу о рунах из Асгарда, когда она закончит с ней!» Рон закатил глаза. «Ментальный. Абсолютно ментальный. Эй, Рейна, что ты делаешь с книгой о рунах? Ты не брала эту тему». «Это часть моих занятий с Локи. Он не может смириться с тем фактом, что это не обязательно для студентов». «Почему это должно быть?» — спросил ее Рон. «Судя по всему, они настолько тесно связаны, что легче понять магию, если у вас есть понимание рун. Вы можете манипулировать им дальше, создавать варды и тому подобное». «Ну, мама говорит, что ужин почти готов, и она развесила внизу чертовски большой баннер. Клянусь, она устроила празднование того, что Гермиона и я стали старостами только потому, что это повлияло на нашу последнюю ночь перед возвращением в школу». Молли, казалось, устроила для них пир. Очевидно, это был не просто праздничный ужин, но и прощальный. Она больше ничего не рассказывала обо всем инциденте с Дурслями, как жители поместья привыкли называть его, по крайней мере, не тогда, когда рядом была Рейна. Рейна оглядела стол и слегка улыбнулась, когда увидела, насколько близки Джейн и Тор. Джейн практически прижалась к нему, пока они разговаривали. Джейн останется здесь, пока остальные уедут в Хогвартс, но Сириус пообещал присмотреть за ней, Дарси, Эриком и старшими Грейнджерами. Снейп уже жаловался на то, что маглы находятся в штабе Ордена, ссылаясь на то, что они не могут понять масштабность ситуации, поскольку не могут понять магию. Однако, прежде чем Тор смог сделать что-нибудь дерзкое, Джейн заговорила, что она понимает, что Снейп был человеком науки в волшебном мире, а затем продолжила путать его с маггловской научной теорией. Когда Снейп попытался перевернуть столы и сделать то же самое с теорией зелий, Джейн доказала, насколько она похожа на свою кузину, и с радостью участвовала в беседах и дебатах, очевидно, прочитав много книг в библиотеке и учебников Гермионы. Снейп ушел в более отвратительном настроении, чем обычно, из-за того, что его уделал маггл. Он не только не имел ни малейшего представления о какой-либо теории маггловской науки, но она, очевидно, глубоко исследовала зелья. Вряд ли он знал, что она сделала это именно для такой ситуации, догадавшись, что он будет одним из тех, кто будет противостоять ее присутствию и присутствию других немагических существ. Однако, хотя Снейп ушел в отвратительном настроении, все остальные были очень довольны увиденным. Рейна была уверена, что только из-за этого инцидента мнение Локи о Джейн повысилось, хотя бы на ступеньку выше. Однако Джейн и Тор были не единственными, кто, казалось, сближался. После обеда Рейна направлялась наверх, уходя одной из последних, когда она увидела что-то за дверью кабинета, которая была немного приоткрыта. Это были Сиф и Сириус, которые стояли очень близко друг к другу. Прежде чем она увидела что-нибудь еще, Рейна решила отступить. В конце концов, это был их совместный момент. Она будет уважать их частную жизнь. Она подумала, догадался ли Сириус, что голова лошади в его постели ее рук дела. Затем она пожала плечами. Если бы он этого не сделал, однажды между ними состоялся бы интересный разговор. Затем ее улыбка слегка ослабла. Она скучала по Седрику. Она очень скучала по нему, и вид Тора, Джейн, Сиф и Сириуса напомнил ей, что она потеряла молодого человека, которого полюбила. «Рейна, подруга, ты в порядке?» она услышала, как спросил Рон, когда он догнал ее. Рейна заставила себя улыбнуться. «Я в порядке, Рон. Я просто вспоминаю». Он кивнул. «Ну, тогда ладно. Но если тебе что-нибудь понадобится, ты знаешь, что я всегда здесь. В конце концов, мы лучшие друзья». «Да, спасибо, Рон». «А как насчет игры в шахматы?» «Звучит здорово.» Она кивнула.