мертвая часть меня

чимин старался не соглашаться на ночёвки и встречи с друзьями (по сути, после обострения всевозможных расстройств у него остался только чон) потому в этот вечер остался дома. если пойти к кому-нибудь — в 110-ти процентной вероятности ты будешь что-нибудь есть. бесполезно отрицать: либо мама друга захочет накормить, или твой друг оформить секретный заказ сета суши и устроить тебе сюрприз. отказаться можно, но каковы последствия? отеки с утра? боль в желудке? привес в виде пары килограмм? ненависть к себе за срыв? остаётся немного вариантов. знакомство с белым другом в квартире где ты гость и бесконечный стыд. чимин никак не может допустить такого позора, потому всячески сливается. хотелось бы ему быть другим. не испытывать вину и тяжесть сожалений. позволить себе наведать чонгука с его любимым медовым тортом. разрешить себе оформить заказ в маке в виде дабл чизбургер меню и не волноваться что диетическая кола недоступна к заказу. но чимин просто сломанный мальчик, страдающий по сей день из-за веяния моды на героиновый шик и нелестных комментариев своего окружения. ему просто нужен тот, кто даст ему почувствовать себя идеальным. чтобы его вакуум дал трещину, и он смог жить как все нормальные люди. время перед сном чимин заполнил просмотром корейских мукбангов и рецептов из пинтереста. его желудок сводили судороги, которые он глушил теплой водой. и почему он должен так мучаться? просто блять за что? ему все равно никогда не быть идеальным. он никогда не добьётся заветной цифры на весах, скул как у беллы хадид. щелчок. чимин оглядывает пустой холодильник и словно голодный волк перерывает все кухонные ящики. открытая пачка отсыревших хлопьев. их просто невозможно есть, они стоят здесь с прошлого месяца. но чимину нужно это. заполнить безграничную пустоту внутри себя этим дерьмом. он закидывает голову назад и всыпает её всю. есть сырую гречку рыжеволосый не решился, а готовить её слишком долго. он долго не думает. вытирает рот рукой позволяя остаткам хлопьев упасть на пол и идёт в комнату. где-то должна быть шоколадка которую ему подарил чон. пустая упаковка падает на пол уже через минуту, парень даже не жуёт. большие джинсы, большая мастерка и несколько купюр. он в спешке обувается и идёт в круглосуточный магазин. берет всё что нравится. чипсы, булочку с корицей, большую молочную шоколадку. этого мало. для пака, что голодает неделями это действительно мало. он молодой парень которому нужны силы на жизнедеятельность. ему следовало бы питаться на 2200 калорий (средняя суточная норма для взрослого человека), но никак ни на 1000. пока пак берет дешевые сосиски его одолевает холод. — чимин? почему ты здесь так поздно? брюнет подходит со своей корзинкой мягко улыбаясь. чимина одолевает стыд. настолько невероятный, что он либо лопнет от эмоций, либо заплачет. как минимум. ему стыдно, что чонгук видит количество еды которое пак набрал себе. он знает, что пак дома сейчас один. и съест это всё сам. точно знает. на самом деле, чонгук даже не смотрит на продукты чимина. ему важен он, его кошачьи глаза и небрежный но приятный стиль. чонгуку важен чимин. — не подумай что я собираюсь это всё съесть. пожалуйста, не думай. чимин едва держится, чтобы не зарыдать. чонгук, знал бы ты как ему тяжело. — а что ты взял? чипсы и шоколадка? это же ничего по сути. мне даже на перекус не хватило бы. — младший смеётся. чимину нечего сказать. он отказал чонгуку в ночёвке, игнорит его последнее сообщение и сейчас встречает его в круглосуточном магазине около дома. ему стыдно. но не перед чонгуком за продуктовый набор, а перед собой. пустота разрастается ещё больше. становиться невозможно дышать. сейчас чимин очень слаб перед брюнетом. но последний не идиот, он прекрасно знает что сейчас происходит с чимином. но чтобы не усугубить его состояние продолжает просто смотреть и ждать. — чонгук, я такой голодный. синяки под глазами и тонкая бледная кожа и буквально висящая как на скелете одежда не могла не привлекать внимание чона. он и сам видит что ты голодный, чимин. он видит, что ты вот-вот сорвешься. как минимум — обморок. чонгук открывает чимину запечатанный сэндвич и даёт прямо в магазине. он оплатит его на кассе. — только жуй хорошо, ладно? чимин же взгляд не поднимает, он жуёт его глядя в никуда. чимин выглядит как сиротка, а чонгук добрый дядя давший милостыню. он подходит ближе и чуть наклоняется к паку. — пойдём ко мне домой, я приготовлю для тебя что захочешь. а чимин соглашается. сейчас ему это нужно, горечь сожаления ударит его потом. настолько сильно, что ему будет тяжело дышать. *** пак сидит на кухне чонгука и ест печенье. эту кухню он видел сегодня по видеовязи. чонгук что-то рассказывает паку дабы отвлечь его, но рыжик не здесь. он в далёкой соте. не сказать что приступ рефлексии, он просто. не здесь. он жадно поедает печенье. а чонгук сливает воду со спагетти и приступает к готовке соуса. сегодня на ночной перекус (что вполне нормально) спагетти в сливочном соусе с грибами и курицей. чонгук любит готовить, чимин любит есть. только вот чимин ест редко, потому и чон готовит с такой же периодичностью. хоть поест нормальной еды, а не отсыревшие хлопья. чимин рад что поест, а чонгук рад что с ним сейчас чимин. под его присмотром, ест. а с последствиями он разберется. по крайней мере, так думает.