Мистер Пропер

Как же Джисону надоело терпеть это ноющее недержание. Он съехался с Минхо, и спустя три года отношений всё стало только хуже. Хан получает лишь мимолётные чмоки в уголки губ перед сном и парами в университет, а дело в том, что Ли, воспитан в весьма консервативной семье. По наставлениям отца — неправильно заниматься любовью со своей парой, не состояв в отношениях хотя бы пять лет, ведь важно доверие и надёжность в своем партнёре, а это, как известно, проверяется со временем. Уходя, Минхо даёт Джисону несколько просьб в уборке по дому, Хани нехотя соглашается и провожает своего парня на утреннюю смену, легко чмокая в уголок губ: — Хорошо, хорошо, я всё сделаю, когда проснусь. Спать больше не хочется; не зная, чем занять себя, Джисон идёт заваривать имбирный чай. «Источник моей утренней энергии перед уборкой», — бубнит про себя Хан, наливая кипяток и вдыхая терпкий аромат имбиря, мяты и лимона. Закончив с завтраком, он поволок себя в ванную за шваброй. Нелюбимое это его дело — мыть полы, но ничего не поделаешь, если Минхо сказал — значит нужно исполнять. Довольно приятного зелёного цвета пластик скользит в мокрых руках, в предплечье упирается утолщённая тёмно-зеленая рукоять на конце швабры. Неудовлетворённое тело Джисона подкидывает слегка заманчивую идею в такой же желающий разрядки мозг, и уже оттуда сигнал идёт в штаны, но воплощать Хану это не очень хочется, всё-таки неизвестно, «кто там на этой швабре обитает, так и заразу подхватить можно» — подумал бы так Хан, если бы возбуждение не перекрывало доступ к здравомыслию. Полутвёрдый стояк немного мешает поиску хоть чего-нибудь смазывающего, благо Минхо на каждом углу хранит крем для рук, чтобы те не пересыхали. Джисон снимает штаны и усаживается на диване, обильно смазывает округлую мышцу, медленно вводя фаланги одного пальчика; в неудобной позе затекают ноги и спина, поэтому он подкладывает по бокам и сзади подушки. Больше не отвлекаясь, продолжает толкать в себя уже два пальца: от волновых движений по всему телу боль сменяется возбуждением, сочащийся естественной смазкой член подрагивает и капает на задравшуюся чёрную футболку. Хану хочется скорее провести вдоль ствола, потереть головку и помять яички, кончить. Но ещё больше ему хочется член Минхо в своем рту, поэтому Хан тянется к той самой швабре. Берёт в рот темно-зеленый кончик и посасывает его, представляя член Минхо, одновременно трахая себя уже тремя пальцами. Хорошо растянутая дырочка ноет и отдает в пах к дрожащему члену. Джисон, предвкушая следующее наслаждение, прикладывает к колечку мышц слюнявую рукоять швабры и медленно вводит — ноги дрожат, глаза закатываются. Представляя, что швабра — это член Минхо, Хан не торопясь насаживает себя на ручку, другой рукой поглаживая свой член. Стимуляция с двух сторон быстрее доводит до конца, но хочется ещё чуть-чуть продлить оргазм и он с замиранием сжимает основание члена, прерывая оргазм. Слюна течёт из приоткрытого рта, неравномерно глотающего воздух, пальцы на ногах сжались, член слегка обмякает от ненаступившего оргазма, хочется большего, хочется ласковых слов и Минхо в себе, а не швабру. Спустя пару секунд Хан продолжает толкать швабру в анус, входя глубже чем до этого, и снова, уже сильнее, надрачивая свой член. Возбуждение быстро доходит до пика, Джисон замирает, глаза закатываются, он отпускает швабру и сосредотачивается уже на движениях своей руки, чтобы скорее кончить. Пара белёсых полос пачкают живот и футболку, рука обмякла, голова откинулась назад, а тело дрожит от наслаждения. Джисон летает в ощущениях прошедшего оргазма пару минут, но резко падает обратно на свой диван, услышав щелчок замочной скважины. Минхо вернулся домой, о чём написал Джисону в смс. Но Хан был занят, сильно увлечён процессом, что совсем не услышал уведомлений. Он вскакивает, натягивает трусы и домашние штаны, скорее бежит в ванную на обмякших ногах. Спотыкается, снимает футболку и вытирает полусухую сперму с живота. — Я дома, Хани, — громко говорит Ли, снимая обувь и верхнюю одежду. — «Хани?» — Минхо заходит в гостиную и спотыкается о брошенную на полу швабру. — Серьёзно?.. Джисон, ты не закончил работу ещё и бросил тут всё. Джисон, ты где? — громче зовёт и направляется в ванную убрать швабру, но дверь не открывается: — Джисон, ты в ванной? — Минхо, подожди, я немного занят: жалобно простонал тот охрипшим от стонов ртом, судорожно дёргаясь в стороны, не зная, куда спрятать футболку в сперме. — Хорошо, Хани, но когда ты выйдешь, — уже улыбаясь говорит Ли, — скажи мне, почему рукоять швабры липкая?