В аду цветы расти не должны

***

Всякий раз, когда младший получал раны, Юнги терял самообладание. Вот и сейчас он успел только натянуть спортивные штаны и схватить пистолет, спрятанный в гардеробной. Сбегая по лестнице, он на ходу выкрикивает распоряжения. А когда видит отползающего на пороге Чонгука, падает перед ним на колени, стараясь зажать его рану. В глазах нескрываемые чувства: беспокойство, смятение и гнев. — Хён, это всего лишь царапина, — спешит заверить старшего. Но Чонгук догадывается, что выстрел в плече сквозной. От болевого шока он пока не чувствует, где именно жжёт, откуда хлещет кровь, падая каплями на мраморный пол. — Вызывай врача! Немедленно! Что стоишь, сукин сын?! — кричит он стоящему рядом парню из клана. А затем приказывает переместить Чонгука в одну из комнат, сам поднимается с колен. С кончиков длинных пальцев капает алая жидкость. Бель, все это время искавшая аптечку вместе с Мисук, наконец, нашла бинты. Прижимая белую ткань к ране, она то и дело спрашивала не больно ли Гуку. А тот лишь улыбался, шутя и отнекиваясь. Сейчас же она заворожённо наблюдает за Юнги, с поступью хищника, с гордо поднятой головой выходящего за порог. — Юнги! — мысль о том, что и его могут ранить, внезапно поразила, заставляя ее произнести это имя. Но он не обернулся. Бель сжалась от беспокойства, но твёрдо решила, что сейчас ее помощь будет необходима раненому. Поэтому принялась помогать поднять его. Босые ноги ступают по тёплой каменной дорожке. Уверенно и грозно. Юнги знает, стрелявший все ещё наблюдает за ними. Раскинув руки в стороны, позволяя дракону на спине ожить, он скалится, словно царь зверей, знающий о своём превосходстве. — Стреляй! Кто бы ты ни был! — грозный рык проносится по затихшему двору. Толпа людей клана наблюдает за главой, ожидая приказа «фас!», — Стреляй, ублюдок! Потому что другого шанса меня убить не будет. Я найду тебя, хоть в аду достану, и заставлю плеваться своими легкими. Ты задохнёшься в своей же крови! Выстрел в воздух со стороны леса спустя пару минут означал, что противник принял вызов. Юнги, поднявший пистолет к небу, подтвердил, что отныне он ведёт на этого противника охоту. — Найти ублюдка! Развернувшись, широкими шагами направляется в дом, на ходу отдавая приказ позвонить отсутствующему Чону. — Ты где шляешься, твою мать?! — грозный голос звучит так, словно Юнги на грани бешенства. — Я же сказал Гуку, что жду вас на месте встречи, — пробормотал Чон. — Его ранили. Немедленно действуй, Хосок. И не возвращайся без информации, а в лучшем случае без головы нашего врага. Кем бы он ни был. — Даже если это Чимин? Юнги замер. Впервые мысль о том, что это мог быть он, заползла в голову, засела там, заставляя его злиться ещё больше. — Даже если это Чимин.

***

— Хён, твоя жена слишком сильно суетится. Это раздражает, — кидает Чонгук только вошедшему Юнги. Бель хмурится, меняя повязку. — Где же этот врач? Он потерял достаточно крови, — шёпот девушки раздаётся еле слышно. От шока она совсем позабыла о своей фобии, а сейчас еле держится, пытаясь унять тошноту. Юнги замечает неестественную бледность и растерянность девушки, которая выглядит более больной, чем Чонгук. А когда она, подорвавшись со своего места, бежит в ванную, проводит ее взглядом, а затем сам идёт за ней. — Ты в порядке? — Все хорошо… Просто я ненавижу кровь, — тихо произносит она, склонившись над раковиной. Плечи слегка подрагивают, а руки, испачканные в крови, дрожат. Юнги подходит вплотную. — К сожалению, кровь будет окружать тебя всю жизнь, — произносит он, взяв ее руку в свою большую ладонь. Начинает мыть пальцы девушки тёплой водой, слегка поглаживая их своими, — Дыши глубже, скоро пройдёт. — Спасибо, — только и произносит она вслед уходящему Юнги. Он и не догадывался об этой боязни девушки, считая, что уж она-то давно должна была привыкнуть к этому, ведь Тэхен не раз получал ранения. Вскоре прибежал и врач, который наложил швы, повязку и, выписав пару лекарств, покинул особняк Мин. — Ты будешь соблюдать все, что он сказал, — строгий голос Юнги раздался в проеме двери. Он успел переодеться в джинсы и футболку. — Хён, я больше не маленький и давно вырос, — бормочет Чонгук, лёжа в большой кровати с перевязанным плечом. Благодаря обезболивающим, он чувствует себя хорошо и практически забыл о боли. — Я уезжаю, поэтому о тебе позаботятся Мисук и Ынбель, — хитро улыбнувшись, покидает комнату. — Черт… — слышит, как младший скулит в ответ.

***

— Джихен, мне плевать, чем он занят. Как видишь, я приехал один, без охраны. Немедленно позови его, — холодно приказывает Юнги, стоя на пороге дома. — Как скажешь, — презрение так и сквозит в голосе парня, а глаза не скрывают ненависти. Юнги знает, почему. Пару минут ожидания, и в дверном проеме все же показывается Чимин. — Мне нужно поговорить с тобой. Наедине, — сухо произносит Юнги, направляя на него взгляд чёрных глаз. — И тебе привет, — улыбается Пак, становясь напротив мужчины. — Чимин, ответь мне честно, это все, что я попрошу у тебя. Это ты стрелял в Гука сегодня? — он заглядывает «другу» в глаза, пытаясь отыскать там ответ на свой вопрос, — Ответь мне. — А ты поверишь, если я скажу, что не причём? — ухмыляется Чимин, запуская руки в карманы брюк, — Мы теперь враги, Юнги. Так получилось. Мое слово не имеет веса для тебя. — Ложь. — Я не трогал твою семью, — горькая улыбка трогает пухлые губы. Он хочет сейчас же уйти, чтобы не видеть главу «Белых Драконов». Его лицо напоминает тому о предательстве и продажности человеческой натуры. — Спасибо, — кивает Мин, медленно разворачиваясь и собираясь уйти. — Однажды, кто-то из нас выиграет. Так все и закончится. Знай это. И Юнги знает. Ему не хочется видеть погибель друга, ведь, как бы он ни злился на него, Юнги любит, в глубине души до сих пор ждёт его. До сих пор видит в нем своего соратника и верного партнера. Между ними много недоговорённости, молчания, обид. Но поздно что-то исправлять, да и Чимин не поверит ни единому его слову. Юнги для него ничего не значит более. Их дружба давно им позабыта.

***

— Я хочу поговорить с тобой, — серьезно произносит Бель, заняв кресло напротив хозяина дома. Она в том же кабинете, где они и увиделись впервые. Тогда она испытывала страх, раздражение и непонимание. Сейчас первые два чувства исчезли, осталось только третье. Она не понимает, на какой стадии они находятся. Они не муж и жена, не друзья, не любовники, всего лишь два знакомых, которые спят в одной кровати. Вот уже неделю он приходит, когда она уже спит, и уходит, когда Бель все ещё спит. Этот круговорот нарушился лишь сегодня: она обнаружила его дома. — Да, я слушаю, — отложив какие-то бумаги, сухо проговорил он. — Я понимаю, что ты должен знать, поэтому хочу воспользоваться моментом и сказать, что с завтрашнего дня я буду снова ездить на работу, — твёрдым, не терпящим возражений голосом заключает она. — Не будешь, Ынбель, — сжав пальцами переносицу противится, — Я не могу и тебя контролировать. Не сейчас. — Меня не нужно контролировать. Пары человек из охраны будет достаточно. Мой магазинчик без меня просто погибнет. — Я сказал своё слово, а теперь любезно покинь кабинет, пока я в состоянии разговаривать с тобой внятно и спокойно, — опустив снова взгляд на бумаги, кидает он, явно игнорируя девушку. Бель выходит, громко хлопнув дверью, отчего челюсть Юнги моментально сжимается.

***

— Гук, я собираюсь завтра поехать на работу, — присев на диван в гостиной, начала разговор Бель. Парень поднял взгляд больших глаз, с интересом наблюдая за девушкой. — И хён позволил? — Конечно же, нет. Поэтому я хочу попросить тебя о сопровождении. Так он будет злиться меньше, — фыркнула она, отпивая из большой чашки с банановым молоком. За эти дни, проводя с Чонгуком все своё время, она пристрастилась к этому вкусу. — Он придушит и меня, и тебя, — засмеялся он, — Но я согласен. — Спасибо, — ухмыльнулась она в ответ, наблюдая через окна за спиной парня за уезжающим Юнги, — Он снова куда-то уехал, — невольно вырвалось у неё вдруг. — Он ищет нашего врага. Какой-то придурок, выживший из ума, решил, что может вот так просто бросать нашему клану вызов. Я сам лично подключусь к поискам, найду его. — Рана не зажила до конца, — возразила она, поглядывая на пластырь, который периодически выглядывает из-под его футболки. — Поэтому я и сижу сейчас здесь, — морщится он. — Тебе не нравится моя компания? — сузив глаза, пробормотала она. — Лучшая компания. Просто я устал быть бесполезным. — Понимаю, — вздыхает Бель, опустив погрустневший взгляд на свои колени. — Все наладится, Бель. Драконов не так просто сломить, а ты одна из нас, — подмигивает он, на что девушка лишь закатывает ореховые глаза, искренне улыбаясь в ответ. От разговора их отвлекает громкое цоканье туфель на шпильке по мрамору. А вскоре взору предстала девушка. Рыжие волосы уложены аккуратными локонами, зелёные глаза подведены чёрной подводкой, облегающее белое платье открывает вид на длинные стройные ноги, на губах играет уверенная улыбка. Она выглядит словно модель, сошедшая с обложки журнала. — Чонгук-и, привет, — фальшиво «защебетала» она, помахав рукой с идеальным красным маникюром. Бель узнала ее. Она та самая девушка, которую Бель застала вместе с Юнги. При свете дня она выглядит ещё безупречней. — И тебе привет, Лиен, — поднялся Чонгук, приветствуя ее, одновременно кидая мимолетный взгляд на застывшую Бель. — Где мой любимый? — усиливает она интонацию на слове «любимый». — Если ты про Юнги, то он только уехал, а я здесь, пупсик, как видишь, — раскинув руки в стороны, низким голосом произнёс Чонгук. — Я подожду в его комнате, — собираясь пройти к лестнице, бросила она через плечо, явно игнорируя присутствие Бель. — Не подождёшь. Какого черта тебе делать в нашей с ним комнате? — твёрдый, упрямый голос Бель, заставил девушку остановиться и развернуться лицом к стоящей рядом с Чонгуком Бель. Брови младшего поползли вверх, а затем удивление сменилось на хитрую, довольную ухмылку. — Ты кто такая, простушка? — с высокомерием оглядев ее с ног до головы, вкрадчиво произносит рыжеволосая. — Мин Ынбель, жена Мин Юнги. Приятно познакомиться. А теперь выметайся из этого дома, — схватив ее за локоть, тянет на себя, к выходу. — Отпусти, дура! Чонгук-и, скажи ей! — заныла она, очутившись у порога. — Извини, Юнги запретил кому-либо трогать его жену, — скрестив руки на груди, спокойно заключил он. — Он говорил, что не хочет тебя! Оно и понятно. Мы все равно будем с ним вместе! В этом доме или в другом, без разницы. Ты даже ногтя моего не стоишь, — фыркнула Лиен, отходя в сторону ворот, к припаркованной там машине. — Ещё раз явишься, и я покажу, как хорошо умею зашивать рты. И даже Юнги тебя не спасёт, — подмигнула Бель испуганной девушке и громко хлопнула входной дверью. А, развернувшись, столкнулась с улыбающимся лицом парня. — Браво! — восхищение так и сквозит в голосе, наполненном гордостью. Аплодисменты раздаются громко, заставляя Бель смутиться и убежать в комнату. Она уверена, Гук расскажет Юнги обо всем, либо это сделает Лиен. В любом случае он узнает. Но Бель почему-то не стыдно. Ей противна сама мысль, что Юнги, как взрослый мужчина, может желать других или спать с другими женщинами. Но ведь в какой-то степени Лиен права. Он не хочет ее, свою жену. И Бель отчего-то обидно. Она твёрдо решила, что поговорит с ним об этом сегодня же, поэтому, сидя в кресле на балконе, ожидает привычного рева мотора. Девушка не замечает, как засыпает там же. Не замечает и машину, приехавшую только что. Юнги плетётся в комнату. Он снова приехал почти под утро, потный, грязный и вымотанный. Ощущение липкости и пыли заставляет немедленно направиться в ванную. Вода смывает всю усталость. Натянув домашние штаны, Юнги оглядывается, пытаясь глазами найти девушку. Взгляд цепляется за притягательную «картину»: Ынбель, в ночной белой рубашке, спит в мягком кресле. Ветерок, подхватывающий подол шелка, открывает вид на аппетитные бёдра. Луна серебряным светом освещает ее лицо, губы приоткрыты, а ресницы слегка подрагивают. Он сглатывает, подходя все ближе и ближе. Чувствует, как внизу, в штанах, становится тесно. То ли от долгого воздержания, то ли… — Юнги? — потянувшись, сонным голосом прошептала Бель. — Не стоит спать на открытом воздухе. — Я ждала тебя. Сегодня приходила одна гостья, — Бель запнулась, наблюдая за занявшим кресло напротив Юнги. Старается смотреть в глаза, не опускать взгляд на голый торс. — Гостья? — Лиен. Но я выгнала ее, — хмурится она, пытаясь понять, почему мужчина лукаво улыбается. — И что же она хотела? — Тебя, — раздраженно бросила Бель, отвернув лицо в сторону. Вдруг глаза ее распахнулись от неожиданности: Юнги, обхватив кресло, притянул его с девушкой вместе к себе. Оказавшись между его бёдер, она закусила губу, устанавливая зрительный контакт. Тонкая бретелька сползла, обнажая изящное плечо девушки. Глаза Юнги проследили за дуновением ветра. В горле пересохло, а мозг напрочь отключился, давая всю власть его телу. Кончиками пальцев погладив нежную кожу на открытом, таком манящем участке тела, он усмехнулся, заметив мгновенно мурашки. Глаза, не скрывающие желания и страсти, впились в неё, словно хищник когтями: — А ты? Кого хочешь ты? Поцелуй, с треском разрушивший все внутренности Бель, кажется, заставил ее сердце биться быстрее.