Двое могут хранить секрет, если один из них мёртв

1. Эшара Дейн. Он прибывает в Звездопад c Джоном в одной руке и с Рассветом в другой. Эшара оказывает ему радушный прием, настолько радушный, сколько можно ожидать от женщины, чьего любимого брата он убил. Она предлагает им с Хоулендом комнаты и ванну. А за ужином обращается к нему, растягивая слова: - Не могу поверить, что у тебя бастард. Кто его мать? Нед знает, что она сохранит секрет. После того, что случилось с Элией и её детьми, Эшара как никто другой понимает, какой опасности подвергаются отпрыски дракона. Но она почти незнакомка, поэтому он отвечает: - Я бы предпочёл не говорить об этом. Эшара пожимает плечами и делает глоток вина. Она предлагает для Джона кормилицу Виллу. - Не сказать, что она мне теперь нужна, - добавляет Эшара, наливая себе ещё одну чашу вина. Что бы с ней ни случилось с их последней встречи, оно изменило её не меньше, чем изменился он сам. 2. Кэйтлин Старк. В Кэйтлин Талли он находит все, что когда-либо надеялся найти в жене, и даже больше. Когда он видит её, стоящую перед воротами Винтерфелла с его сыном на руках, Нед не может поверить, что такая женщина действительно принадлежит ему. В тот миг, когда он представляет Джона как своего сына, он видит, что что-то в ней ломается. Не внешне, разумеется. Она Талли и не привыкла устраивать сцены. Она просто отворачивается, а когда опять обращает на него свой взор, её синие глаза полны льда. В последовавшие месяцы и годы, даже после того, как лёд в направленных на него глазах растаял, желание рассказать Кэйтлин правду так и не утихает. Сотни раз он едва не делает это, тайна давит на него тяжким грузом. Но так и не осмеливается. Нед не сможет жить в мире с собой, если подвергнет Кэйтлин опасности, а знание правды приведёт только к этому. 3. Мейстер Лювин. В тот год, когда Джону исполняется десять, он без конца болеет. Что бы ни делал мейстер Лювин, он не может вылечить его. Насморк сменяется нездоровыми хрипами в груди, хрипы переходят в сотрясающий всё тело кашель, в отхаркиваемых мокротах появляется кровь. Нед все дни проводит в богороще, а вечерами не отходит от его кровати. Однажды к нему подходит мейстер Лювин и со всей возможной деликатностью спрашивает, не была ли мать Джона больна. Здоровье Лианны пребывало в полном порядке до самой смерти. Нед уже открывает рот, собираясь сказать, что Лианна была здорова, и Рейегар тоже, пока боевой молот Роберта не выбил ему сердце через спину. Но вовремя спохватывается. - Она была здоровая женщина, - угрюмо сообщает он мейстеру. Джон идёт на поправку сам, без помощи Лювина. 4. Джон Аррен. Как бы сильно ни любил Нед своего отца, он не очень хорошо знал Рикарда Старка. Единственным настоящим отцом для него всегда был Джон Аррен, и поэтому лгать ему ещё труднее. Любая ложь противна его природе, но ложь Джону, человеку, в честь которого он назвал ребёнка сестры, просто за гранью добра и зла. - Скажи, что мне делать? – хочется спросить Неду. Он чувствует себя таким же растерянным, как и тот мальчик, впервые приехавший в Долину много лет назад. Но вместо этого он спрашивает про Лизу и малыша. 5. Джон Сноу. - Пожалуйста, отец, скажи, кто она? - умоляет тринадцатилетний Джон, глядя на него глазами Лианны и с тем же выражением, что он часто видел на лице Лианны. Он сын Лии, этого отрицать нельзя, но он и его сын. Мальчик сможет хранить тайну, теперь открыться ему не так уж и опасно. Он сможет понять и принять. Но если рассказать Джону сейчас, Джон может не простить ему молчания. Пусть его отец Рейегар Таргариен, но Нед любит Джона так же горячо, как и пятерых своих настоящих детей, и не хочет, чтобы между ними что-то встало. - Однажды я расскажу тебе, Джон, обещаю. Ещё немного времени. Это всё, что нужно Неду. 6. Бенджен Старк. Бенджена он едва знает. Младший брат только вышел из пелёнок, когда Неда отправили на воспитание в Гнездо. А Бенджен всегда был неразлучен с Лианной. Лиа была его голосом, его храбростью, его постоянным компаньоном, тем же, кем Роберт был для него. И, может, именно поэтому он всё рассказывает, поэтому он стоит перед статуей Лианны в крипте и не может заставить себя солгать брату. Нед ожидает, что Бенджен испугается так же, как боится он сам, спросит, что им делать, если Роберт со своими людьми приедет на Север, чтобы сделать с сыном Лианны то же, что сделали с детьми Элии. Но Бенджен улыбается, касаясь холодного камня надгробия сестры. - Так значит, мы всё же не полностью её потеряли. И эти слова, как ничто другое, помогают Неду смириться, наконец, с утратой.