Талисман любви.

Когда сёдзи закрылись, Томоэ медленно повернул голову в сторону футона, посмотрев на юную богиню. Она, свернувшись под одеялом калачиком, и положив под щёчку руки, мирно спала. Лис осторожно развернулся всем телом в её направлении и, аккуратно ступая по дощатому полу, стараясь не издавать лишнего шума, пошёл к возлюбленной. Остановившись возле её постели, ёкай опустился рядом с ней на колени и стал вглядываться в каждую чёрточку лица, как будто видел её впервые. Она казалась такой знакомой и одновременно не знакомой ему. Сознание начало подсовывать картинки из прошлого и, казалось, что всё это произошло только вчера, а не несколько веков назад. « А ведь на протяжении всего времени это была она – Нанами, не Юкидзи. И у реки – когда спасала, и у сакуры – когда я впервые ей признался, и рядом с домом – когда она отдавала заколку»… В момент, когда эта мысль закралась Томоэ в голову, он перевёл свой взгляд с милого личика на вещь, которая всё это время находилась у него в руке. Это была всё та же заколка, только, в данный момент, она словно сияла изнутри. Он понял, что теперь эта вещица не просто украшение для волос, теперь это талисман их любви. Хранитель вновь повернул лицо к своей хозяйке, её ресницы подрагивали, и это свидетельствовало о том, что она крепко спит и видит сны. « О чём они, о ком?» - думал ёкай, наблюдая за спящей. - Томоэ… - тихо шепчет девушка во сне. На это лис лишь улыбнулся, понимая, что даже во сне она всё – равно думает о нём. Ему очень захотелось дотронуться до неё в тот момент и, не удержавшись, он погладил её по щеке тыльной стороной ладони. На её переносице пролегла небольшая складка от сведённых к носу бровей. « Она хмурится совсем как в детстве, даже губки так же складывает». – от этих мыслей в сердце лиса разлилась теплота, распространяясь по всему телу. Он наклонился к её лицу так, что его волосы начали щекотать ей щёки и нос, девушка смешно поморщилась и проворчала что-то нечленораздельное себе под нос, чем вызвала ещё одну улыбку у лиса. Уже не контролируя свои действия, Томоэ поцеловал свою хозяйку, а оторвавшись от её губ, взял в свои руки девичью ладонь и легонечко сжал. Ёкай чувствовал, что сон, медленно но верно, подбирается к нему. Опустив свою голову к подушке, на которой спала девушка, не выпуская её руки, он прикрыл глаза и не заметил, как очутился в объятиях спасительного сна. А в это время в главном зале сидели Микагэ и Мизуки и о чём-то оживлённо разговаривали, как говорится, под чашечку саке. - Микагэ – сама… тихо проговорил змей. - Да, Мизуки, ты что – то хотел спросить? Один кивок головой – и хранитель продолжил. - Микагэ-сама, продолжительное время меня мучает один и тот же вопрос. Ответьте, почему вы тогда не остановили Нанами, почему позволили ей попасть в прошлое? Почему? – уже срываясь на крик, проговорил Мизуки. Бог поднял на него свои голубые глаза и, внимательно и строго посмотрев, ответил на вопрос. - Ты хочешь знать почему? – переспросил мужчина, на что, получив утвердительный кивок продолжил, - Я позволил это лишь потому, что Нанами сделала свой выбор, и не собиралась делать глупости в прошлом Томоэ, она лишь хотела получить там ответы на свои вопросы. Да и прошлое осталось неизменным как для Томоэ, так и для всех остальных. Оно просто стало таким, каким и должно было быть. Ну а если ты ещё что-то хочешь спросить на эту тему, то дождись утра, пожалуйста, а то завтра на рассвете приедут два моих друга, им тоже есть что спросить у меня. - Хорошо, – спокойно ответил хранитель, понимая, что спорить бесполезно. - Ну что же, а теперь всем пора спать! – сказал Микагэ, но, перед тем, как встать и уйти, ещё раз обратился к Мизуки: - Кстати, я могу рассчитывать на тебя? - Да, – послышалось из дальнего угла комнаты. - Очень хорошо, а теперь «Спокойной ночи» - он встал и пошёл в свои покои. - «Спокойной ночи» - поддержали его огнивички. Ночная дымка постепенно окутала храм и спящих в нём людей и духов, даря им сладкие сны. А с рассветом, всё в этом храме должно вновь ожить и прийти в действие.