Ликорис

Когда Пенелопа была маленькой, она верила что есть люди для которых она важна. Она верила что ее отец заботится о ней. И хотя она почти ее не помнит, но когда-то тоже верила в свою мать. Может, если мама была бы жива она бы любила ее. Она думала что Розалия любит ее когда та подписала договор о помолвке с Клодом. Она начала сомневаться в этом когда Розалия приказала ей соблазнить кронпринца, а не ее жениха. На самом деле Пенелопа не помнит в какой момент желание порадовать свою семью стало выше любый жертв, стало выше ее совести и морали. Когда жажда одобрения стала важнее всего что было для нее свято. Важнее ее дитя. Но, в конце концов, это не имеет значения. Лежа на алтаре, в окружение магов, поздно переосмысливать свою жизнь. Она вздрогнула от холода. Пенелопа даже не знала что в подвале герцога Альфиоса есть подобная комната. Единственное что давало свет и тепло это горящие факела на стенах. Стоя рядом с алтарем, Розалия жестко сжимает ее руку. — Надеюсь ты выучила свои слова. — строго сказала Роза. — Если ты сделаешь что то не так весь наш эксперимент, и все ради чего мы трудились пойдет насмарку. Ты же не хочешь сделать жертву Атанасиуса напрасной? Этот идиот сам виноват в своей смерти… — Я все помню. — тихо пробормотала Пенелопа. Все эти 8 месяцев беременности она только и делала что и читала книги о черной магии и ритуалах. Хотя лучше бы этого не делала. Большинство подобных экспериментов заканчивалось смертью «инкубатора» Интересно если она умрет ее сестра хотя бы немного расстроится? К ним подошел маг в черной одежде расшитой золотом. Пенелопа внимательно оглядела его. Среди присутствующих он выглядел наиболее опасно. Вероятно этот человек и есть магистр крови о котором говорил Атанасиус. Как его там звали, вроде Дензил. — Приготовления закончены, леди, — еле выдавил из себя мужчина, — можем начинать церемонию. Церемонию? Интересный способ назвать рождение ребенка, зачатого с помощью темной магии. Пенелопа почувствовала пристальный взгляд Дензила, но когда посмотрела на него тот уже отвернулся. Пенелопе привыкла ко взглядам мужчин, но казалась он смотрел на неё непонятным (грустным?) взглядом. — Рождение темного создание будет довольно болезненным так что вы потеряете сознание как только начнете обряд, — пробормотал Магистр пристально уставившись на огонь факела, — само извлечение существа на магах. Дензил все же посмотрел ей в глаза и казалось что он хочет сказать что-то еще, но в итоге вздохнул и отвернулся. — Ну чтож начнем, — хлопнув в ладоши произнесла Розалия, — все по местам. Розалия отошла вместе с магистром крови ближе к стене и накинула на голову капюшон мантии. Ее голубые глаза казалось ярко горели в полутемном зале. Люди в зале начали выстраиваться на свои позиции. Их в зале было где то десять помимо Розалии и Магистра. Спустя пару минут шепота и окончательных приготовлений наступила тишина. К Пенелопе подошла женщина в белой мантии и напоила ее неизвестным зельем. Вокруг них люди начали произносить заклинание. Все в голове начинало путаться, но внезапная боль внизу живота отрезвила ее. Это было сравнимо с ощущением воткнутых мечей. Она услышала крик, и не сразу поняла что он исходит от неё. — Начинайте. — прошептала женщина. Магесса приподняла сорочку на Пенелопе и начала рисовать символы неизвестной субстанцией. — O Magnum, Deus Tenebris. Ego, Penelope Judith, tradidero corpus meum et anima ad vos. Tolle mei oblationem et da mihi filium tuum. Etiam sed evigilet ita. Пенелопа не объяснили что это означает. Но это особой роли и не играет. Несмотря на то что Розалин убеждала её в безопасности обряда. Пенелопа была уверена — это ее последний день в этом мире. «Интересно, если бы я жила своим умом, у меня был бы шанс жить сейчас во дворце, а не рожать в окружение магов и ожидать своей смерти? Если бы у меня был второй шанс…» Её веки закрылись. *** Спустя пару часов от начала обряда все было тихо. Это как раз и напрягало Магистра. Женщина на алтаре покрылась черными узорами на коже и после криков в начале не подавала признаков жизни. На животе, поверх символов, вырисовывался черный круг, но это всё что изменилось. Маги уже начали уставать. Еще часов пять и мана закончится. Мужчина вопросительно взглянул на графиню рядом с ним. Она не отрывала взгляда от своей сестры. — Делайте то что посчитаете нужным, — прошептала женщина, — вы должны вытащить химеру любой ценой. Магистр начал подходить к алтарю. Посмотрев на магессу он приказал магам — Начинайте читать заклинание «Coactus regeneratione». Мы начнем вырезать химеру из живота. *** Детский крик разбудил Пенелопу ото сна. Неужели она жива? Зрение казалось размытым, но она определенно была в подвале. Пенелопа попыталась двинуть руку, но та отказывалась выполнять команды хозяйки. Тело ощущалось чужим и будто уменьшилось в размерах. Уменьшилось? Пенелопа почувствовала, как её дыхание подводит её. Так, спокойно Пенелопа, дыши. Прикрыв глаза она попыталась успокоиться. Вдох. Выдох. Вдох. выдох. Попытка номер два понять ситуацию. Резко раскрыв глаза она начала осматриваться. Вокруг нее казалось были деревянные невысокие стены. Это больше похоже на… «Я в детской кроватке?!» Пенелопа вздохнула. Гори в аду Атанасиус.