Гарри Поттер и Пошлые сказки

      — Уродец, — скривился Тобиас, отступая от люльки, чтобы не видеть своего годовалого сына. — Как ты могла разродиться таким выродком?       Эйлин, уже давно привыкшая к презрительным словам мужа, молча качала колыбельку маленького Северуса, но тот не желал засыпать, продолжая спокойно смотреть на свою маму, и не издавал ни звука, словно понимал, что сейчас говорят про него.       В дверь тактично постучали, и лицо Тобиаса озарилось ликующей улыбкой.       — Кто там? — испуганно спросила Эйлин, заслоняя собой люльку с сыном. — Кого ты позвал в столь поздний час? — в голове женщины крутились страшные мысли о том, что супруг всё-таки решил избавиться от ребёнка.       — Не трясись, — бросил ей муж. — Теперь все наши проблемы будут решены, — он распахнул дверь. — Здравствуйте, Дамблдор, мы ждали вас!       — Приветствую, король Снейп, — вкрадчиво ответил мудрый волшебник. — Я пришёл сразу же, как только получил ваше письмо. Что-то случилось с юным принцем?       Эйлин облегчённо выдохнула, когда увидела старца и отошла от колыбели. О Дамблдоре, его силе, доброте и справедливости знали жители всех королевств. Она была уверена, что этот человек никогда не причинит вред невинному.       — Северус ужасен, как мелкий крысёныш, — сквозь зубы сказал Тобиас, не желая подходить к колыбели. — Совсем недавно в царстве Поттеров тоже родился наследник, и о красоте маленького царевича говорят по всему свету. Я прошу вас сделать моего сына таким же.       Дамблдор посмотрел на него с осуждением, а после перевёл взгляд на маленького Северуса:       — Я не могу вам помочь. Могу лишь сказать, что мальчик, действительно уродлив, но это вовсе не помешает ему стать добрым и привлекательным, кроме того, он будет умнее всех людей в королевстве и сможет сделать умным того, кого полюбит больше всех.       Лицо Эйлин озарилось светлой улыбкой, она забрала сына из колыбели и крепко обняла. Чего нельзя было сказать о Тобиасе, мимикой лица которого можно было отпугивать ворон на кукурузном поле.       — Кому не повезло, так это царевичу Гарри Поттеру, — осторожно добавил Дамблдор, стоя в дверях. — Бедный мальчик будет настолько же глуп, насколько красив.       Когда король и королева обернулись к двери, волшебник исчез. 20 лет спустя       Предсказание Дамблдора сбылось. Как только Северус научился произносить первые слова, он стал говорить так складно, что все приходили в восторг и неустанно восхищались его умом, находчивостью и харизмой. Даже при безобразном лице, народ любил и почитал своего принца, ведь благодаря ему королевство процветало и богатело.       — В царстве Поттеров, сегодня намечается роскошный бал в честь двадцатилетия царевича Гарри, — хитро улыбнулась Эйлин своему сыну.       — День рожденье, который из года в год является смотринами? — без особого интереса спросил Северус, проверяя налоговые листы, чтобы убедиться, что казённые деньги не идут в карман знати. — Если он так красив, как ходят слухи, то не пойму, почему он до сих пор не в браке.       Эйлин вытащила из рукава листок, развернула и положила поверх отчётов, которые изучал сын. Северус покосился на мать, не понимая, почему из-за такой ерунды она мешает ему работать, потом взял лист в руку и обомлел.       На небольшом куске пергамента был изображён разноцветными угольками портрет самого прекрасного юноши, которого когда-либо видел принц. Ни один художник не смог бы сам придумать такую красоту. Северусу не составило труда понять, что это и есть Гарри Поттер.       — Я приглашён? — невозмутимо спросил принц, хотя сердце бешено трепетало в груди, а взгляд не желал отрываться от небольшого портрета.       — Как и каждый год, дорогой, — королева ласково погладила сына по руке.       — Думаю, что сегодняшние дела можно отложить, — Северус, спрятал рисунок в нагрудный карман и резко выпрямился так, что ножки стула противно скрежетнули по полу.       — Твой конь уже готов и ждёт тебя у ворот, — не скрывая довольства, произнесла Эйлин, поймав на себе удивлённый взгляд сына. — Я предусмотрела несколько вариантов развития событий, и если бы ты, как всегда отказался, то коня бы отвели обратно в стойло.       Северус улыбнулся и оставил нежный поцелуй на щеке матери, после чего быстрым шагом направился к выходу из замка.       Дорога до соседнего царства заняла у него несколько часов, а так как между семьями были дружеские отношения, то границы никто не охранял и любой мог свободно перемещаться между королевствами.       От длительной скачки у Северуса устали ноги и заболела спина, да и лошади нужно было дать отдохнуть. До дворца оставалось не больше пятнадцати минут, и принцу впервые в жизни захотелось предстать перед другими в лучшем виде.       Он натянул уздечку, и конь пошёл спокойным шагом, а Северус стал приглядывать подходящее место, чтобы немного размять ноги. Неожиданно он услышал чей-то горький плач. Спешившись, принц привязал коня к дереву и пошёл на звук, который становился всё громче и громче с каждым шагом.       Северус обогнул раскидистую иву и не поверил своим глазам. Гарри, тот к кому он мчался на праздник и смотрины, сидел на берегу небольшого озера. Глаза его от слез были красными и опухшими, а сам он был погружён в глубокую печаль, но даже это не уменьшало красоты юноши.       Увидев его вживую, а не на пергаменте, внутри Северуса, что-то щёлкнуло, голова опустела, земля ушла из-под ног и появилось ощущение полёта. Никогда раньше, принц не чувствовал себя так легко и естественно. Он понял, что влюбился, отныне и безвозвратно.       — Почему царевич, так печален? — Гарри вздрогнул и поднял на него изумрудные глаза. — Ведь вы так прекрасны! Я видел много красивых людей, но такой красоты никогда не встречал.       Царевич поджал губы и опустил взгляд.       — Мои слова вас как-то задели? — Северус присел рядом с ним. — Или мой внешний вид? — осторожно добавил он.       — Нет! — тут же эмоционально выпалил Гарри и закусив губу, отвёл взгляд, тем не менее, переставая ронять слёзы.       — Тогда кто? — спросил Северус, чувствуя иррациональную злость на неизвестного обидчика.       Ноздри царевича задрожали, а взгляд заметался, было видно, что он хочет что-то сказать, но сдерживает себя. Принц не стал давить, лишь терпеливо ждал, пока парень успокоится и сам всё расскажет. И не прогадал.       — Я просто глуп. Всю жизнь… Они смеются… — он снова замолчал.       — Вы поэтому не на собственном празднике?       Гарри лишь кивнул, боясь раскрыть рот, чтобы из него не вылетела очередная глупость.       — Вы вовсе не так глупы, царевич. Кто по-настоящему глуп, ни за что не признается в этом.       — Этого я не знаю, — сказал Гарри, — я знаю только, что я очень глуп, оттого я так горюю.       — Ну, если вы горюете только из-за этого, я могу помочь в вашем горе, — улыбнулся Северус, чуть наклонив голову, чтобы видеть его глаза.       — Как же вы это сделаете? — удивлённо спросил царевич, забыв о своей печали, в том время, как глаза наполнились надеждой.       — Я могу, — сказал принц, — сделать умным человека, которого полюблю больше всех. А так как я люблю вас больше всех на свете, то я могу вам передать столько ума, сколько вы захотите.       — А взамен? — спросил Гарри и от изумления прикрыл ладонью рот. — Кажется я… вы уже… я чувствую себя совсем иначе…       — Честно признаться, я ехал к вам на праздник, чтобы бороться за руку и сердце. Вы окажете мне честь и выйдете за меня? — с трепетом в голосе спросил Северус.       Гарри смутился немного помолчал и ответил:       — Нет.       — Но почему же? — спросил принц. — Неужели вы не хотите выйти за меня замуж из-за моего безобразия? Может быть, вам не нравится мой ум или мой характер?       — Нет, — ответил Гарри, — мне нравится и ваш ум, и ваш характер…       — Значит, вас пугает только моё безобразие? — подвёл итог Северус. — Но это поправимое дело, потому что вы можете сделать меня очень красивым человеком!       — Как же сделать это? — удивлённо спросил царевич.       — Очень просто, — сказал принц. — Если вы полюбите меня и захотите, чтобы я стал красивым, я и стану красивым. Дамблдор предсказал мне ум и способность сделать умным человека, которого я полюблю. И он же дал вам способность сделать красивым того, кого вы полюбите.       — Если это так, — задумчиво сказал Гарри, — то я всем сердцем хочу, чтобы вы сделались самым красивым на свете!       И не успел царевич произнести эти слова, как Северус показался ему самым красивым человеком, какого он когда-нибудь видел.       — Невероятно, — с изумлением выдохнул Гарри.       — А теперь вы согласны…       Но не успел Северус договорить, как царевич уже припал к его губам. Принц обнял его и притянул к себе вплотную, не веря, что сегодняшний день реален, а не плод его воображения.       — Мы можем вернуться к вам на праздник и поразить собравшихся гостей, — предложил Северус, проследив взглядом, за языком Гарри, быстро пробежавшимся по припухшим губам.       Царевич снова смутился и покраснел:       — Да, разумеется, только… — он опустил взгляд вниз, и принц поступил так же, — я не знаю, что со мной.       — Должен признаться, что мне льстит такая реакция, — заискивающим голосом произнёс Северус, опустив руку на чужую эрекцию.       С губ Гарри тут же сорвался протяжный стон. Принц понял, что это для него в первые, но не мог понять, как этому прекрасному созданию удалось оставаться совершенно невинным на протяжении двадцати лет.       — Вы никогда не касались себя тут? — шёпотом спросил Северус, замечая заметно расширившиеся зрачки и многострадальную нижнюю губу, которой хорошенько сегодня досталось, от вредной привычки царевича постоянно её закусывать.       Гарри испуганно покачал головой. Теперь уже Северус облизнул пересохшие губы:       — Не бойтесь, — принц попытался успокоить его, не спеша приспуская край штанов, выпуская эрегированный член, — будет приятно, — Северус обхватил его своей рукой, и царевич вздрогнул. — Обещаю, — жарко выдохнул он ему на ухо, прикусывая мочку.       Гарри захлебнулся собственным стоном, когда рука начала быстрые и ритмичные движения. Весь мир поплыл перед глазами, тяжёлая голова упала на плечо Северуса, а пальцы невольно сжали мундир. Царевич льнул к нему, непроизвольно двигая тазом и продолжать стонать в шею, посылая по телу табуны мурашек.       Северус прикрыл глаза утопая в звучном и прекрасном голосе Гарри, чувствуя, что возбудился не меньше, он расстегнул пуговицу на собственных штанах и обхватил оба члена рукой.       — Царевич, будьте любезны протянуть руку помощи, — попросил принц, но, когда Гарри оторвался от его плеча и поднял затуманенный взгляд, понял, что тот уже где-то далеко отсюда.       Северус взял его за запястье и заставил обхватить их члены. Инстинктивно, царевич начал повторять за ним движения и вот уже лес наполнили их общие стоны. Принц покрывал его лицо невесомыми поцелуями, и шептал на ухо слова одобрения в перемешку с тем, что он планирует с ним делать в их первую брачную ночь.       Гарри кончил, задрожав всем телом, Северус сделал несколько фрикций и кончил следом.       Они сидели под ивой на берегу небольшого озера, выравнивая дыхание, потом молча поправили одежду, и царевич пошёл вслед за принцем в сторону его коня, чтобы вернуться на праздник и осчастливить родителей новостью о грядущей свадьбе.       Сидя в седле и чувствуя за спиной своего возлюбленного, Гарри взволнованно произнёс:       — Надеюсь, торт ещё не съели.