Кислее уксуса

В гримёрке царили такие шум и суета, что казалось — ещё немного, и с потолка посыпется штукатурка. Главным спонсором всего этого хаоса выступал режиссёр дорамы Чжоу Цзявэнь. Вчера вечером он получил внезапный запрос на проверку сценария "Бессмертия" от людей из отдела цензуры, вычитывающих текст на различные недопустимые на китайском ТВ вещи, и теперь нервничал. Под нож могли пойти как чересчур смелые сцены с объятиями, которые они уже успели отснять, так и самые незначительные моменты, вписанные в сюжет, чтобы порадовать внимательных фанатов новеллы. Текст до начала съёмок уже вычитывали, поэтому столь внезапное требование о дополнительной проверке не могло не нервировать и вызывало кучу вопросов. Что-то из закадрового баловства актёров было слито не тем людям? Недоброжелатели ткнули в какие-то сцены, сказав, что подобные вещи недопустимы? Они не знали. Однако теперь требовалось срочно дополнить сценарий, вписав ещё больше едва заметных вещей, которые цензоры должны были по незнанию и невнимательности одобрить. Чем больше у них будет вариантов, тем выше шансы, что хотя бы часть из них увидят будущие зрители. Времени на правки было чудовищно мало, работы — катастрофически много. – Так, что ещё мы могли упустить? – спросил Чжоу Цзявэнь, постукивая костяшками по столу и призывая суетящихся коллег к порядку. Гомон стал тише, но полностью так и не исчез, поскольку в небольшом помещении собралась добрая половина стаффа. Присутствовали даже те, кого здесь в принципе не должно было быть. Артур, сидевший на диване рядом с Юньси и оживлённо рассказывавший ему какую-то крайне занимательную историю, резко вскинул голову, посмотрев на режиссёра, однако быстро потерял к нему интерес и попытался шёпотом продолжить повествование, но наткнулся на строгий взгляд Лео и поспешно замолчал, прикрыв рот ладонью. – Мы уже обсудили всё со сценаристами и внесли коррективы, и теперь я хотел бы послушать ещё и вас. Мне нужны свежие идеи. Не желаете что-либо добавить? Возможно, кто-то общается с фанатами или сам любит произведение? – Давайте покажем больше украшений в качестве деталей! У нас остались варианты, которые пока не были использованы в работе, – робко произнесла какая-то девушка, поднимая руку вверх. – Люди любят рассматривать заколки и красивый декор на одежде. И волосы! Нам обязательно хотя бы в одной утренней сцене показать распущенные волосы, которые герои будут убирать в причёску! – Хорошо, – кивнул режиссёр, делая пометку в блокноте. – После подумаем, как вписать это, не выбившись из хронометража. Ещё идеи? – Может больше повседневных моментов снимем? Ну там совместный завтрак, уборку в доме, починку изобретений, – добавил кто-то из толпы. Чжоу Цзявэнь недовольно сморщил нос, но галочку себе поставил. – У нас и так хватает подобных сцен, – хмыкнул мужчина, обводя взглядом окруживших его людей. – Всё? Больше никаких мыслей? – Давайте снимем брачную ночь! – хором воскликнули Юньси с Фэйюем, без малейшего смущения и стыда хихикая за спинами коллег. Режиссёр закатил глаза и с тяжелым вздохом "только снова не начинайте" устало потёр переносицу, но Артур всё равно продолжил: – Ту, что с курильницей и воспоминаниями. Уж это то-о-очно сделает дораму известной во всём мире! А фанаты новеллы как обрадуются! – Нет! – рявкнул глава проекта, нервно постукивая по блокноту ручкой. – Нам даже такие строчки в сценарии не утвердят, не то что реальные сцены. Да за подобные выкрутасы мы завтра же полным составом отправимся по домам, и дораму больше никто снимать не будет! – А момент в таверне? Зацензурим как-нибудь, чтобы знающие люди всё поняли, а незнающие даже не подумали ни о чём подобном, – продолжил Артур, заранее зная ответ. Режиссёр отрицательно помотал головой. – Нет. – Тогда сцену с фестивалем, – всё не сдавался Фэйюй. – Ту, в которой мы хотели объятия с Чу Ваньнином показать, но после передумали. – Вы что, издеваетесь? Мы только-только отвоевали у цензоров возможность снять призрачную свадьбу, и то я уверен, что этот вопрос всплывёт ещё не раз. Какая брачная ночь, какие объятья?! Вы меня в могилу сведёте своими шуточками! Да нам такими темпами весь проект прикроют! – окончательно взбесился Цзявэнь. Он начал гневно трясти в воздухе блокнотом и стоящие рядом коллеги, испуганно покосившись на его руки, сделали несколько робких шагов назад, спинами вжимаясь в стены и друг друга. – Я из-за вас вообще без работы останусь! Ребята, ну побудьте вы серьёзными хотя бы три минуты! – Можно тогда я просто прижму Чу Ваньнина всем телом к стене в следующей сцене? – сверкнул улыбкой Артур, приваливаясь плечом к Юньси. Тот скептически фыркнул и с усилием оттолкнул Фэйюя от себя, усадив в прежнюю позу. Режиссёр страдальчески вздохнул и закатил глаза, но парень не унимался: – Даже если не пойдёт в продакшн, можно просто слить фотографии сцены в сеть, и пускай народ на форумах обсуждает, а то о "Бессмертии" совсем новостей нет — до сих пор всё "Неукротимым" завалено. – Фу, не надо ко мне у стен жаться, – со смешком ответил Лео, ткнув парня локтём под рёбра. – Давайте лучше Тасянь-цзюнь низко наклонится надо мной, когда я буду в горячке лежать? Это, кстати, не должны срезать при проверке. – Всё, я понял, толку от обсуждения с вами никакого. Особенно от вас двоих! – разочарованно махнул рукой Чжоу Цзявэнь и направился к выходу. – Если у кого-то возникнут дельные мысли — милости прошу ко мне. А теперь все по местам! Через пять минут начинаем. – Кстати о фотографиях, – хитро шепнул Артур, наклонившись ближе к Юньси, когда они вышли из гримёрки и неспешным шагом направились к павильону, слегка отстав от остальной команды. – Гэгэ, пришлёшь мне парочку своих, а? – Зайди ко мне на страницу в вейбо, – столь же тихо ответил Лео, отлично понимая, к чему клонит Фэйюй, но не желая этого демонстрировать. – Там есть фото на любой вкус. Можешь смотреть и наслаждаться хоть каждый вечер. – Эти кадры есть у всего мира. Я не о них говорю, – игриво улыбнулся парень, жестом отказываясь от помощи идущего рядом коллеги, и протянул руку Юньси, самостоятельно страхуя его на крутых ступеньках. Сапоги с высокой платформой не добавляли мужчине устойчивости — оступиться в них было проще простого, а многослойное длинное ханьфу не позволяло свободно передвигаться, путаясь под ногами. Обычно в таких ситуациях Юньси помогал стафф, смиренным хвостиком следующий за актёрами, куда бы те не пошли, и готовый решить практически все возникающие во время работы проблемы, но спустя несколько недель после старта съёмок ребята начали сознательно отказываться от помощи, делая всё самостоятельно. Сначала им ещё пытались помогать, но после привыкли к беззаботной отмашке Артура "я сам об этом позабочусь" и всё чаще оставляли их наедине, убегая заниматься другими задачами. Тем более что ребята не возмущались по поводу невыполнение стаффом их обязанностей, а, наоборот, радовались отсутствию лишних рук и ушей. – Так как насчёт сделать пару эксклюзивных селфи? А я тебе свои пришлю. – Приходи ко мне в номер и сам на всё смотри. Можешь даже потрогать, – елейным голосом ответил Лео, предварительно посмотрев по сторонам и убедившись, что их никто не подслушивает. А после крепче ухватился за предплечье Артура, подобрал длинный подол ханьфу и сделал первый аккуратный шаг вниз по каменным ступенькам. Фэйюй лишь с притворной грустью вздохнул, придерживая мужчину за локоть. – Жестокий ты, Ло-лаоши. К стене прижать не позволяешь, шпагат демонстрировать не хочешь, личные фото не присылаешь, даже толстовку мою принять в качестве подарка отказываешься. Так и от скуки помереть недолго, – захихикал Артур, лучше Юньси зная, что скоропостижная кончина от тоски ему точно не грозит. Лео хмыкнул и гордо задрал нос. – Ага, давай фотографии друг друга на заставку поставим, будем носить парную одежду, целоваться по углам, жить в одном номере, а после ещё кольцами обменяемся, – проворчал Юньси, отпуская полы ханьфу и аккуратно расправляя мягкую ткань. Несмотря на то что они миновали опасный спуск и вышли на ровную дорожку, Артур продолжал удерживать его локоть. – Всё, отлипни от меня, пока нагоняй не получили, а то смотримся со стороны как влюблённая парочка. – Я бы с радостью поставил твоё фото на заставку, вывесил на балконе огромный плакат, а после ещё и написал о тебе во всех социальных сетях, Ло-лаоши, – ласково шепнул ему на ухо Фэйюй. Лео аккуратно выскользнул из его цепких ладоней и с самым непринуждённым видом начал осматривать локацию для следующей сцены, стараясь не показывать, что внимательно слушает всю ту сладкую ересь, которую несёт Артур. – Чтобы все видели, что ты — мой. И не стоит глазеть и тянуть свои грязные руки к моему прекрасному баобэю. – Кажется, работа над дорамой плохо на тебя влияет, – улыбнулся Юньси, откидывая упавшую на лицо прядь волос. – Где только таких слов нахватался? Так, а теперь аккуратно отойди от меня и иди на своё место, а то уже коллеги косятся. И улыбайся, нас во-о-он там какой-то мужик на смартфон снимает. Наивный. Думает, его за деревом не видно, – негромко добавил он, бросая недовольный взгляд куда-то за спину Артура. Фэйюй послушно кивнул, развернулся и почти вприпрыжку направился к ребятам из массовки, участвующим в следующей сцене. Лео вздохнул, отвернулся от удаляющегося от него Артура и, подхватив поданный кем-то сценарий, открыл его на нужной странице. Быстро пробежался глазами по тексту, вчитываясь в слова реплик и постепенно переключаясь на рабочий настрой. Признаваться в том, что его мало интересовала новая, ни разу никем не надетая толстовка, которую ему недавно попытался вручить Фэйюй, он не собирался даже под пытками. Как, впрочем, и в том, что он бы с радостью оставил у себя старую, пахнущую древесным парфюмом парня кофту, чтобы спать, уткнувшись в неё носом. Не в этой жизни.