Я не хотела такой жизни!

Она стягивала волосы руками. Она оказалась в теле трёхлетней девочки. Хотелось выть матом. У неё наконец появился стабильный заработок. Художникам вообще зарабатывать сложно, но она справилась. Выбралась из долговой ямы в которую её бросили сразу после выпуска из школы. Ей, сироте, было очень сложно, мучительно. Ходила сразу на несколько работ, оплачивала долги. Не могла рисовать! Рисование это её страсть. Ещё с детства, когда у неё был маленький кусочек бумаги и огрызок карандаша, она рисовала. В начале получалось плохо. Можно сказать отвратительно. Но она научилась. Чаще брала в руки карандаш. В одиннадцать устроилась на работу. Странно? Немного. Но это кафе никак не могло найти работника на полставки. Уже в одиннадцать она была высокой и за пятиклашку её никто не принимал. Не очень простая работа для ребёнка. Все окупилась, когда она смогла купить хорошие карандаши. Не просто обычный карандаш, а набор цветных! Для неё это была поистине огромная радость. После выпуска из школы у неё образовались долги. Она не понимала откуда и как, но сделать нечего не могла. Кто послушает восемнадцатилетнюю сироту? Никто. Даже если прислушаются, то не помогут. Зачем им помогать ей? Она устроилась на несколько работ. Медленно выплачивала долги. И рисовала. Когда выплатила все повешенные на неё долги, она стала рисовать. Ведь кроме рисования и нескольких работ, у неё ничего не было. Ещё позже она стала сотрудничать с издательствами книг. Она рисовала обложки и иллюстрации. Плавно развивала свой спрос в издательстве. Её работы всегда отвечали требованиям издательства и были очень красивыми. Она накопила на телефон. Создала Инстаграм и стала создавать портреты. У неё все наладилось и вот она тут! В теле мелкой девчонки.

***

Страх сковал конечности. Её начало трясти. Истерика подбиралась к горлу. Слёзы уже начали идти из глаз. Она упала на колени перед зеркалом и издала полузадушеный крик. Не её тело. Не её голос. Не её лицо. В дверь комнаты резко открывается, показывая испуганное лицо женщины на пороге. Она мягко подхватила её. Её ещё так не носил. На секунду истерика прекратилась, но вскоре сново стала набирать обороты. Женщина мягко начала что то ворковать на английском. В затуманишься мозгу проникла мысль. Она плохо знает англиский.

***

Мистер и Миссис Харриет очень переживали за свою дочь. Она была громким и активным ребёнком. Старалась много говорить. Яркое настроенная девочка всегда поднимала настроение. Но недавно Лиззи приснился кошмар. Она стала походить на бледную тень себя прежней. Она совсем не разговаривала. Её возили по детским психологам, но они только разводилы руками. Девочка ни в какую не хотела говорить. Теперь каждую ночь дочь плакала в подушку. А все, что могли сделать родители это сидеть с ней рядом и гладить её голову. Это действие немного успокаивало дочь.

***

Теперь-уже-Лиззи не знала куда себя деть. Она часто вспоминала свою работу и потраченную возможность. Её просто выдернули из привычной жизни слишком резко. Не спрашивая разрешения. Маленькая Лиззи имела темно каштановые волосы и болотного цвета глаза. У неё просто не получалось сопоставить портрет этой маленькой девочки со своим. У неё были светло русые волосы и карие глаза. Форма глаз у Луизы была более открыта, чем тогда. Ей становилось жутко, неуютно когда она смотрела в зеркало. Было страшно остаться тут навсегда. А то, что её не заберут... Тогда ей придётся остаться тут. Вечность смотреть в зеркало и видеть свою-не свою внешность. Это было ужасно. Боги верните её обратно. Но боги её не услышали.

***

Прошло два года как она в этом теле. Она практически не смотрит в зеркала. Ей все ещё непривычны прикосновения семьи. Она стала неплохо понимать их разговоры. Даже научилась писать и читать! И альбомы. Карандаши. Ручки. Она счастлива была держать в руках рисовальные принадлежности. У неё в прошлой жизни были похожие. Но сейчас ей не надо было ради них работать. Она могла получить только попросив. ПОПРОСИВ! Это было удивительное чувство. Волшебное и чудесное. И в тоже время ужасно неестественное.

***

Но была и ещё одна вещь которая её смущала. Это цветы на руке её матери. Вначале она думала что это просто татуировки. Но слишком часто она видела на руках людей цветы. Это были разные цветы, но всегда расположенные на руках. Но, признаться она не обращала на эти татуировки до определенного момента. Её новая мать, решила рассказать дочери сказку. О волшебной любви и соулмейтах. Родственных душах. О цветах на руках. Только с утра до неё дошло. Это так походит на новую реальность. Но цветы на руках у матери были... Мертвыми. А на руках у отца не было цветов. Только пустые руки. Если вы подумали, что Лиззи пошла узнавать у них о цветах, то вы ошибаетесь. Она просто приняла к сведению. И ничего не сказала и не спросила.

***

В школе она стала своеобразным аутсайдером. Ей было с высокой колокольни плевать на остальных. Она к ним не лезла и они не лезли к ней. Правда что бы это усвоить, ей пришлось пару раз ударить некоторых личностей в лицо. Но они поняли. На счёт оценок, то все было хорошо. Хотя в школе которой она училась была другая программа в отличии от её прошлой школы, но... Школа есть школа. А она в ней уже отучилась. Единственная вещь, которая смущала преподавателей это частые прогулы. Её просто нельзя было заставить ходить на уроки если она этого не хотела. Хотя, стоит ей отдать должное, на всех контрольных она присутствовала. И всегда получала хорошие оценки. Учителя всегда изумлялись, как она это делала.

***

Когда она закончила школу, она поступила на юридический. Конечно, рисование она не бросила. Но зарабатывать на рисование было тяжело. Знала на собственном примере. Да и вообще, у неё могло и не получиться зарабатывать рисованием. Ей просто повезло, что в кафе где она работала приходила жена издателя. Не будь её, история могла быть совершенно другая. Именно поэтому она решила поступить куда то. А решить куда, помогли родители. Отец был юристом. Вот и все. Рисование же перешло в разряд хобби.

***

Блаженная улыбка и кофе в руках. Сессия закончилась и впереди долгий отдых. Она отхлебнула кофе и чуть прикрыла глаза. Это расслабленное утро прервал громкий звук чего-то падающего. Потом были чьи-то громкие извинения. Она недовольно открыла глаза. Её глаза встретились с аметистовыми глазами. Руки стали покалывать. Она опустила взгляд на расцветающее на них цветы амаранта*. Она снова подняла взгляд и встретилась с такими же ошеломлёнными глазами. Да, бл*ть.