Defeat Or Victory?

Тяжелая входная дверь с грохотом захлопнулась за Кириллом, эхом разнесясь по дому. Мужчина небрежно швырнул связку ключей на тумбочку у входа, где они с металлическим звоном заскользили по полированной поверхности. Его шаги отдавались в тишине коридора, пока он направлялся в гостиную. Кирилл рухнул на диван, который издал тихий вздох под весом. Его пальцы, начали выстукивать рваный ритм по подлокотнику. Наконец, не в силах больше сдерживаться, он резко выпрямился и крикнул, его голос, пропитанный раздражением, эхом отразился от стен: – Эд! Быстро спустись в гостиную! Наверху послышалась возня, затем торопливые шаги. Эд, чувствуя напряжение в голосе отца, решил не испытывать его терпение. Он даже не успел нормально зайти к себе в комнату, как подорвался к отцу. Мальчик слетел по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки, и через считанные секунды оказался в дверном проеме гостиной. Эд замер, глядя на отца. Его худенькая фигура казалась еще меньше на фоне массивной мебели. – Подлизался уже к деду, да? - когда он заговорил, его голос был тих, но каждое слово, казалось, била, словно хлыст. – Мы просто нашли общий язык - мальчик опустил голову, избегая пронзительного взгляда отца. Тишина, последовавшая за словами Эда, была тяжелой и гнетущей. Мужчина медленно поднялся с дивана, его фигура нависла над мальчиком, словно грозовая туча. Лицо Кирилла исказилось в злобной усмешке, глаза сузились, превратившись в две холодные щели. – Значит, нашли общий язык с дедом – протянул он, его голос был обманчиво спокоен – И что же, понравилось быть любимчиком? Эд молчал, боясь сказать что-то не то. Кирилл резко встал, заставив мальчика вздрогнуть. – Отвечай, когда я с тобой разговариваю! – рявкнул он. – Я... мы просто разговаривали - пробормотал мальчик – Дедушка рассказывал истории.. – Истории значит - фыркнул Кирилл – А ты и рад стараться, да? Думаешь, если дед тебя по головке погладит, то жизнь сразу сахарной станет? – Но отец, я не.. - Эд поднял глаза. – Молчать! – оборвал его мужчина – Я вижу, к чему это ведет. Сегодня ты у деда любимчик, завтра начнешь требовать особого отношения. Так вот, запомни – в этом доме нет места избалованным детям. Он схватил сына за плечо и потащил к двери, ведущей на террасу. Мальчик попытался сопротивляться, но хватка отца была слишком сильной. – Отец, пожалуйста - взмолился Эд, но Кирилл оставался глух к его просьбам. Распахнув дверь, мужчина вытолкнул сына на террасу. Прохладный вечерний воздух сразу обжег кожу мальчика. – Раз тебе так нравится общаться, поговори-ка лучше с ночью – процедил Кирилл – Может, она научит тебя уважению и скромности. С этими словами он захлопнул дверь, оставив Эда одного на холодной террасе. Щелчок замка прозвучал как приговор. Он сидел на холодном полу, прижав колени к груди. Ночной воздух пробирал до костей, но мальчик старался не обращать на это внимания. Его глаза были сухими – он изо всех сил сдерживал слезы, зная, что отец презирает любое проявление слабости. Вместо этого Эд сосредоточился на своей ладони. Он глубоко вздохнул, вспоминая уроки с Азулом. "Огонь – это первый шаг к тому, чтобы стать магом" – звучал в его голове добрый голос дедушки. Мальчик закрыл глаза, пытаясь почувствовать тепло внутри себя. Прошло несколько минут напряженной концентрации. Наконец, на его дрожащей ладони появился крошечный огонек – не больше пламени свечи. Эд смотрел на него с смесью гордости и разочарования. Пламя было таким маленьким, таким хрупким… Внезапно дверь террасы тихо скрипнула. Мальчик вздрогнул, мгновенно погасив огонек. В дверном проеме стояла его мать, её лицо было бледным от волнения. – Эд, милый - прошептала она, оглядываясь через плечо – Ты в порядке? Я принесла тебе одеяло… Мальчик смотрел на мать широко раскрытыми глазами. Его сердце разрывалось от желания прижаться к ней, почувствовать тепло и защиту. Но страх за неё был сильнее. – Мама, не надо - тихо, но твердо сказал он – Возвращайся в дом. Если папа узнает, что ты здесь.. Он не закончил фразу, но Дари поняла. Она на мгновение замерла, её рука, держащая одеяло, дрогнула. – Но, Эд... – начала девушка, её голос дрожал от беспомощности. – Пожалуйста, мама - настаивал мальчик, стараясь, чтобы его голос звучал уверенно – Со мной всё будет в порядке. Я... я привык. Эти слова, казалось, причинили Дари физическую боль. Она сделала шаг вперед, но остановилась, услышав тяжелые шаги в доме. – Я люблю тебя - прошептала она, быстро положив одеяло на пол террасы. Дверь закрылась так же тихо, как и открылась, оставив Эда снова в одиночестве. Он посмотрел на одеяло, но не стал его брать, боясь, что отец заметит. Вместо этого мальчик снова сосредоточился на своей ладони, пытаясь вызвать огонь. На этот раз пламя появилось быстрее, чуть больше и ярче, чем раньше. Эд смотрел на маленький огонек, чувствуя, как его наполняет решимость. Он знал, что однажды этот огонь станет достаточно сильным, чтобы защитить и его, и маму. А пока... пока он будет учиться и ждать. Внезапно он услышал приглушённые голоса, доносящиеся из дома. Эд напряг слух, пытаясь разобрать слова. – Кирилл, ты не можешь оставить его там на всю ночь! - это был голос матери, в котором слышались отчаяние и страх. – Не указывай мне, что я могу, а что не могу делать в своём доме - прорычал Кирилл – Мальчишке нужно преподать урок. – Но он же может заболеть! – взмолилась Дари. Послышался звук удара и приглушённый вскрик матери. Эд вздрогнул, его пламя мгновенно погасло. Он сжал кулаки, чувствуя, как внутри нарастает гнев и бессилие. Мальчик закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться. "Контроль, Эд. Огонь требует контроля", – вспомнил он слова деда. Медленно выдохнув, он снова открыл ладонь. На этот раз пламя появилось почти мгновенно, больше и ярче, чем когда-либо прежде. Утро выдалось серым и промозглым. Кирилл, хмурый и невыспавшийся, вышел на террасу. Его взгляд упал на Эда, который сидел, прислонившись к стене, с закрытыми глазами. – Вставай – резко бросил мужчина – Хватит прохлаждаться. Мальчик медленно поднялся, стараясь не показывать, как затекло его тело. Он молча прошел мимо отца в дом, чувствуя на себе его тяжелый взгляд. Спустя час вся семья собралась в гостиной. Кирилл мерил комнату шагами, его лицо было искажено гневом. – Итак - начал он, остановившись перед Дари – Кто из вас позвонил деду? Тишина. Никто не осмеливался произнести ни слова. – Я спрашиваю еще раз – голос Кирилла стал угрожающе тихим – Кто посмел вмешать старика в наши семейные дела? – Дорогой, я не понимаю, о чем ты… - девушка подняла глаза на мужа: – Не ври мне! – рявкнул он, ударив кулаком по столу – Отец едет сюда. Кто-то из вас ему позвонил! Эд и Шер переглянулись. Они оба знали, что никто из них не связывался с дедом, так как телефонов у них ещё не было. – Это ты ему позвонила – мужчина процедил сквозь зубы смотря на жену. – Кирилл - начала она дрожащим голосом – Ты же знаешь, что давно удалил номер своего отца с моего телефона. Я даже не помню его номера. – Лжешь! – рявкнул Кирилл, делая шаг к ней – Кто еще мог ему позвонить? – Я правда не звонила ему – настаивала Дари, отступая – Может быть, он просто решил навестить нас? – Просто так? - он фыркнул – Не смеши меня - Кирилл протянул руку – Дай мне свой телефон. Сейчас же. Дари колебалась, ее рука инстинктивно потянулась к карману, где лежал телефон. – Зачем? – спросила она тихо. – Дай. Мне. Свой. Чертов. Телефон, – каждое слово Кирилла звучало как удар. Мальчики стояли, застыв от страха. Эд чувствовал, как внутри него нарастает гнев и беспомощность. Он хотел защитить маму, но не знал как. Мальчик расправил плечи и посмотрел прямо в глаза отцу. – Нет – твердо сказал Эд – Мама не должна отдавать тебе свой телефон. На мгновение в комнате воцарилась мертвая тишина. Шер смотрел на брата широко раскрытыми от удивления глазами, а Дари застыла, не веря в происходящее. Кирилл медленно перевел взгляд на сына, его лицо исказилось от ярости. – Что ты сказал? – процедил он сквозь зубы. Мальчик сглотнул, но не отступил. – Я сказал "нет" – повторил он, стараясь, чтобы голос не дрожал – Ты не имеешь права так обращаться с мамой. Мужчина усмехнулся, но в его усмешке не было ни капли веселья. – Смотрите-ка – сказал он с издевкой – Побывал у деда и набрался смелости? Думаешь, теперь можешь указывать мне, что делать в моем собственном доме? - Кирилл сделал шаг к Эду, нависая над ним. Но мальчик не сдвинулся с места. – Это не смелость, отец – ответил Эд, глядя ему в глаза – Это правильно. То, что ты делаешь – неправильно. Кирилл побагровел от гнева. Он поднял руку, словно собираясь ударить Эда, но внезапно остановился, заметив что-то в глазах сына. Это был не страх, к которому он привык. Это была решимость. – Ты... – начал Кирилл, но вдруг замолчал, не зная, что сказать. Эд чувствовал, как внутри него разгорается огонь – не тот маленький огонек, с которым он практиковался ночью, а настоящее пламя уверенности и силы. – Мама не звонила дедушке – твердо сказал мальчишка – И даже если бы позвонила, это ее право. Ты не можешь контролировать каждый наш шаг. Кирилл открыл рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент раздался звонок в дверь. Все вздрогнули, внезапно вспомнив о предстоящем визите Азула. Кирилл бросил последний яростный взгляд на Эда и прошипел: – Мы еще не закончили этот разговор. Затем он повернулся и направился к двери, пытаясь взять себя в руки перед встречей с отцом. Когда Кирилл вышел из комнаты, Дари обняла Эда, шепча слова благодарности. Шер подошел к брату, глядя на него. Мальчик стоял прямо, чувствуя, как внутри него продолжает гореть огонь решимости. Он впервые за долгое время почувствовал надежду. Надежду на то, что однажды они смогут быть свободны от страха и контроля отца.

***

Девочка внимательно следила за реакцией Ацу, стараясь сохранять спокойное выражение лица. Его пронзительные глаза методично сканировали каждую строчку на листке, задерживаясь на красных пометках ошибок. Когда взгляд Ацу наконец остановился на оценке внизу страницы, его брови сошлись на переносице. От чего Дейнерис тут же опустила взгляд. – Что по оценкам, Дейнерис? - Ацуни кинул бумаги на стол и посмотрел серьезно на девочку. – Прости. Но тема была сложная и я.. – Никаких но - перебил мужчина – Это провал, Дейнерис. Ты учишься в одном из лучших лицеев страны, где по-настоящему оценивают знания. В конце концов, ты моя правая рука. Где это видано, чтобы на такой позиции был кто-то без должного образования? – Прости - виновато ответила она – Я исправлю оценку. – Чтобы завтра все исправила. Иначе - без тренировок неделю - он откинулся на спинку кресла. – Неделю!? - воскликнула Дейнерис, её глаза расширились от удивления – Ацу! Это уже перебор! – А как мне по другому заставить тебя пересдать!? Дейнерис, скажи спасибо, что я даю тебе такое мягкое наказание. –Ты.. - девочка на мгновение прикусила губу, борясь с желанием огрызнуться. Затем, решительно подойдя к столу мужчины, она взяла бумаги с оценками – Ну спасибо - произнесла Дейнерис с едва заметной ноткой сарказма в голосе. Развернувшись, Дейнерис направилась к двери, её шаги были быстрыми и резкими. Но голос Ацу остановил её: – Стоять - его тон не оставлял места для возражений – Что нужно сделать когда прощаешься с боссом? Тем не менее, Дейнерис просто фыркнула и молча вышла с кабинета, после чего специально захлопнула дверь. Оказавшись в коридоре, девочка прислонилась спиной к стене, чувствуя, как адреналин постепенно отступает. Она посмотрела на бумаги в своих руках, где красным маркером была выведена неудовлетворительная оценка. – И как же мне ее исправить завтра? - безнадежно прошептала Дейнерис. На следующий день девочка шла в лицей с тяжёлым сердцем. Несмотря на все усилия, материал так и остался непонятным. Сдача теста прошла как в тумане, и когда учитель вернул работу, девочка с ужасом увидела ту же неудовлетворительную оценку. С чувством поражения она направилась в штаб. Каждый шаг давался с трудом, словно на ногах были тяжёлые кандалы. Войдя в кабинет, она увидела Ацуни, который уже ждал её. Один взгляд на лицо Дейнерис сказал ему всё, что нужно было знать. – Не справилась - произнёс он. Это был не вопрос, а утверждение. Дейнерис молча покачала головой, не в силах поднять глаза. Мужчина глубоко вздохнул, его лицо стало жёстким. – Ты знаешь наказание. Не возвращайся, пока не получишь хорошую оценку. Девочка кивнула, чувствуя, как к глазам подступают слёзы. Она развернулась и быстро вышла из кабинета, не желая, чтобы Ацу увидел её слабость. Как только дверь за ней закрылась, мужчина тяжело опустился в кресло. Его суровая маска спала, уступив место усталости и сожалению. – Прости, но так нужно - прошептал он в пустоту кабинета, зная, что Дейнерис уже не может его услышать. И снова Ацуни был недоволен. Выйдя из кабинета, Дейнерис начала искать Киру по всему штабу. Ее глаза осматривали каждое помещение, пока она не заметила знакомую фигуру возле лестницы. Кира стояла, опершись на перила, и о чем-то оживленно беседовала с двумя мужчинами в строгих костюмах. Заметив приближающуюся Дейнерис, она слегка нахмурилась, явно почувствовав напряжение девочки. – Прошу прощения, господа - сказала девушка своим собеседникам – Нам нужно поговорить наедине. Мужчины кивнули и удалились, оставив Киру и Дейнерис одних у подножия лестницы. – Что случилось, Дейнерис? – спросила Кира, внимательно глядя на девочку. – Босс.. - Дейнерис глубоко вздохнула, пытаясь собраться с мыслями – Он до сих пор в ярости из-за моих оценок. Я... я провалила последний тест, и не могу ее исправить уже неделю. Но как я могла всё исправить за один день? Это невозможно! Он сказал чтобы я не появлялась у него на глазах, пока не исправлю все. Кира! Ну хотя бы ты, прошу! Поговори с Ацу! Может у тебя выйдет его переубедить! - глаза девочки были наполнены полны надежды и отчаяния одновременно. – Прости, малышка - девушка прикоснулась к щеке Дейнерис – Он наш босс, я не имею никакого права ему возражать. Но ты, его правая рука - напомнила она – Будь напористой, докажи ему, что ты не зря получила это звание. Кира внимательно посмотрела на девочку, заметив её растерянность. – Послушай, я знаю твой характер. Ты сильная, упрямая, но иногда это мешает тебе видеть выход из ситуации. Ты сможешь пересдать, если действительно этого захочешь. – Но как? Я не могу это сделать целую неделю! – воскликнула она. – А кто сказал, что ты должна справиться в одиночку? – улыбнулась девушка – Всегда можно попросить о помощи. Знаешь, ты могла бы обратиться к своему брату. Он отлично разбирается в учебе и наверняка сможет тебе помочь. – Я... я думала, что должна справиться сама – тихо произнесла она. Дейнерис нахмурилась, её губы сжались в тонкую линию – Разве это не моя ответственность? Я же правая рука, я не могу постоянно просить помощи у других. – Малышка, сила не в том, чтобы всё делать самой - Кира мягко улыбнулась, положив руку на плечо девочки – Настоящая сила — в умении использовать все доступные ресурсы. Твой брат — это часть твоей команды, твоей семьи. Обращаться за помощью — это не слабость, это мудрость. – Ты думаешь, я действительно могу это сделать? – Конечно – уверенно ответила девушка – Он будет рад, что ты доверяешь ему настолько, чтобы обратиться за помощью. Это то, что делает вас семьей. – Ты права - она медленно кивнула, принимая эту мысль – Если я все таки не пойму, я попрошу у него помощи. – Вот это правильный подход - одобрительно кивнула Кира – Используй свои связи, свое положение. Ты правая рука босса не просто так. Докажи, что достойна этого звания не только в делах организации, но и в учебе. – Спасибо, Кира!! - Дейнерис выпрямилась, в её глазах появился огонек решимости – Я постараюсь!! – Я знаю, что ты справишься – девушка ободряюще сжала плечо девочки – А теперь иди. У тебя много работы. Девочка кивнула и быстрым шагом направилась прочь, уже продумывая, как обратиться к брату за помощью. Кира смотрела ей вслед, улыбаясь. Она знала, что девочка сильная. Ей просто нужен был небольшой толчок в правильном направлении и напоминание о том, что сила может проявляться по-разному.

***

Дейнерис тихо закрыла за собой входную дверь, стараясь не привлекать внимания. Дом встретил её привычной тишиной – родители, уехали по работе в другой город на две недели. Она медленно поднялась по лестнице, чувствуя, как с каждым шагом нарастает внутреннее напряжение. Остановившись перед дверью комнаты Аима, девочка глубоко вздохнула. Слова Киры эхом отдавались в её голове: "Обращаться за помощью — это не слабость, это мудрость". Она подняла руку, готовясь постучать, но в последний момент замерла, её кулак застыл в миллиметре от двери. Сердце Дейнерис учащённо забилось. Девочка закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями. "Я правая рука, я должна уметь решать проблемы самостоятельно" - пронеслось у неё в голове. Образ разочарованного Ацу всплыл перед глазами, заставляя её поморщиться. Дейнерис медленно опустила руку, отступая на шаг от двери. "Нет, я должна попробовать сама" - решила она, чувствуя смесь решимости и неуверенности. – "Если у меня не получится... тогда, может быть, я попрошу помощи. Но сначала я должна попытаться сама". С этой мыслью она развернулась и направилась к своей комнате. Закрыв за собой дверь, девочка села за стол, решительно открыла учебники и начала готовиться к пересдаче. Однако, краем глаза она всё ещё посматривала на стену, отделяющую её комнату от комнаты брата, зная, что помощь совсем рядом, стоит только попросить. И вот, вечер снова застал Дейнерис за столом, заваленным учебниками и тетрадями. Часы неумолимо отсчитывали время, но девочка, казалось, не замечала их хода. Она погрузилась в учебу с отчаянной решимостью человека, которому больше нечего терять. Глубокой ночью, когда луна уже клонилась к горизонту, дверь в комнату тихо приоткрылась. Аим, разбуженный светом из-под двери сестры, заглянул внутрь. То, что он увидел, заставило его сердце сжаться. Дейнерис сидела, обхватив голову руками. Её пальцы были запутаны в растрепанных волосах, а глаза покраснели от усталости. Она пыталась вчитаться в текст учебника, но строчки расплывались перед глазами. – Дейнерис? - тихо позвал парень. Девочка вздрогнула и подняла взгляд. На мгновение в её глазах промелькнуло узнавание, а затем что-то словно сломалось внутри. Она вскочила со стула и бросилась к брату, обхватив его руками и уткнувшись лицом в его грудь. Аим крепко обнял сестру, чувствуя, как её тело сотрясается от рыданий. – Я не могу, Аим - всхлипывала Дейнерис – Я уже две недели пытаюсь пересдать, но ничего не выходит. Я такая бездарная! – Тш-ш - успокаивающе произнес он, поглаживая сестру по спине – Ты не бездарная, слышишь? Но девочка, казалось, не слышала его. Слова лились из неё потоком, словно прорвав плотину: – Я ничего не умею. Все остальные справляются, а я... я просто неудачница. Почему никто не замечает, как я стараюсь? Может, мне не место здесь? Может, я не заслуживаю быть правой рукой Ацу? Каждое её слово было как удар ножа для Аима. Он крепче прижал сестру к себе, чувствуя, как собственное сердце разрывается от боли за неё. – Послушай меня, Дейнерис - твердо сказал он, отстраняясь и глядя ей в глаза – Ты не неудачница. Ты одна из самых умных и талантливых людей, которых я знаю. Да, сейчас тебе трудно, но это не значит, что ты чего-то не стоишь. – Но я правда не понимаю этот материал - она всхлипнула, пытаясь успокоиться – Как бы я ни старалась… – Знаешь - парень вздохнул, проводя рукой по волосам сестры – Иногда нам всем нужна помощь. Это не делает нас слабыми. Наоборот, признать, что тебе нужна поддержка - это признак силы - он мягко улыбнулся, вытирая слезы с щек Дейнерис – Что скажешь, если мы вместе разберемся с этим материалом? Два ума лучше, чем один, верно? Дейнерис помолчала несколько секунд, а затем медленно кивнула. – Хорошо - тихо произнесла она – Спасибо. Аим обнял сестру еще раз, чувствуя, как напряжение начинает покидать её тело. – Всегда пожалуйста, малышка. А теперь, давай-ка сначала немного поспим. Свежая голова - залог успеха. Дейнерис слабо улыбнулась и позволила брату увести себя к кровати. Впервые за долгое время она почувствовала проблеск надежды.

***

Аим решительно шагал по коридору штаба, его шаги эхом отдавались от стен. Сжатые в кулаки руки и напряженные плечи выдавали его внутреннее состояние. Он чувствовал, как гнев клокочет внутри, вспоминая измученное лицо сестры. Без стука он распахнул дверь кабинета Ацу. Мужчина за столом даже не дрогнул. Он сидел, склонившись над бумагами, его пальцы быстро перебирали документы. – Что-то случилось? - спокойно спросил Ацу, продолжая просматривать документы. – Серьезно? - возмущенно нахмурился Аим, его голос дрожал от едва сдерживаемого гнева. Мужчина наконец медленно поднял взгляд. Его лицо оставалось непроницаемым, словно высеченное из камня. Темные глаза внимательно изучали парня, словно оценивая каждое его движение. – Давай ближе к делу - он откинулся на спинку кресла, сложив руки на груди. – Прекрати гонять Дейнерис с оценками - он глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. – И это все, что ты хотел сказать? - Ацу приподнял бровь, в его голосе слышалось легкое раздражение. – Очнись! - парень повысил голос - Она не спит ночами, лишь бы улучшить оценки ради твоего одобрения! Мужчина молчал, его взгляд был прикован к Аиму. Казалось, он анализировал каждое слово, каждый жест парня. – Господи - Аим тяжело вздохнул. Он подошел к столу и уперся в него руками, наклоняясь ближе к Ацу – Она еще ребенок! – Она моя правая рука - процедил Ацуни, медленно поднимаясь. – Дейнерис морально не вывозит, - Аим скривился, в его глазах читалась мольба о понимании – Она старается, очень старается. Знаешь, что самое больное? Когда моя сестра думает, что недостаточно хороша, что никто не видит, как она старается! Ацу глубоко вздохнул, его лицо на мгновение смягчилось, но быстро вернулось к прежнему выражению. – Дейнерис сама выбрала быть моей правой рукой, это раз. Во-вторых, повзрослев, она уже будет знать, как жесток мир. – Она ребенок!! - парень почти кричал – Она уже настрадалась тогда! Ее психолог сделал все, чтобы моя сестра могла хоть как-то позабыть про тот день и снова улыбаться! – Все сказал? - голос Ацу оставался спокойным, что только больше разозлило Аима. – Ты невыносим! - парень с силой ударил кулаком по столу, заставив бумаги подпрыгнуть. Он отошел на несколько шагов, запустив руки в волосы и пытаясь успокоиться. Ацу медленно обошел стол, приблизившись к Аиму. Его шаги были неторопливыми, но целеустремленными. – Я сам хочу для нее лучшего - спокойно сказал мужчина – Думаешь, ты лучше, поддаваясь сестре в ваших "детективных" играх? – Откуда.. - Аим замер, шокированный тем, что он об этом знает. – Не недооценивай меня. Я знаю, что делаю - его голос стал жестче – А если ты и продолжишь так себя вести и будешь мешать нам, я ей расскажу о тебе. – Подонок - фыркнул он. Ацу сделал еще один шаг вперед, почти вплотную приблизившись к парню. Его глаза сверкнули опасным блеском. – Родной брат даже считает свою сестру слабой - произнес он тихо, но каждое слово словно вонзалось в Аима острым ножом. Эти слова словно удар хлыста рассекли воздух. Аим резко развернулся, его глаза горели яростью. – Я никогда не считал Дейнерис слабой. Наоборот, я знаю, насколько она сильна. Но даже самые сильные люди могут сломаться под постоянным давлением! – Тогда почему ты так отчаянно пытаешься защитить её от трудностей? - Ацу скрестил руки на груди, его лицо оставалось непроницаемым. – Потому что есть разница между испытаниями, которые делают нас сильнее, и бессмысленным давлением, которое только разрушает! – парень сделал шаг вперёд – Ты думаешь, что делаешь её сильнее, но на самом деле ты просто ломаешь её дух! – И ты, конечно, знаешь лучше, что нужно твоей сестре? - мужчина приподнял бровь, в его голосе звучала насмешка, но глаза оставались серьезными. – Я знаю, что ей нужна поддержка, а не постоянная критика – парировал Аим – Знаю, что ей нужно время, чтобы расти и учиться на своих ошибках, а не бесконечный страх перед неудачей. Ты создаешь монстра, Ацуни, а не лидера! – Мир не будет давать ей время, Аим – голос Ацу стал жёстче – Чем раньше она это поймёт, тем лучше будет подготовлена. Ты хочешь, чтобы она оказалась беззащитной перед реальностью? – К чему? К тому, чтобы стать бесчувственной машиной, как ты? – парень горько усмехнулся – Ты так боишься, что она может оказаться не готова к трудностям, что сам создаёшь эти трудности. Но знаешь что? Ты не делаешь её сильнее. Ты убиваешь в ней все человеческое! Ацу на мгновение замолчал, его взгляд стал задумчивым. – Ты не понимаешь всей картины. Есть вещи, о которых ты не знаешь. – Тогда объясни мне! – воскликнул Аим – Потому что сейчас я вижу только то, как ты медленно разрушаешь мою сестру. Как ты превращаешь ее в подобие себя – холодное и бесчувственное! – Я делаю то, что должен. И если ты действительно заботишься о Дейнерис, ты перестанешь вмешиваться. Аим покачал головой, его глаза наполнились смесью гнева и разочарования. – Нет. Если ты продолжишь в том же духе, то однажды проснёшься и поймёшь, что потерял не только свою "правую руку", но и девочку, которая тебе доверяла. И тогда будет уже слишком поздно что-либо исправить. С этими словами парень развернулся и направился к двери. Но перед тем как выйти, он остановился и, не оборачиваясь, добавил: – И знаешь что? Я не прекращу "вмешиваться". Потому что кто-то должен напоминать Дейнерис, что она достойна любви и уважения, даже когда ошибается. Дверь захлопнулась за Аимом с глухим стуком, оставляя Ацу одного в тишине кабинета. Мужчина медленно опустился в кресло, его взгляд был устремлён в пустоту. На его лице промелькнуло что-то похожее на сомнение, но оно быстро исчезло, сменившись привычной маской холодности. – Мы ещё посмотрим - пробормотал он.