Я заберу всю славу себе

— Весенние Ветра В воздух взлетели мелкие капли воды вместе с частицами гидро элемента. Слайм, только успевший появиться из волн небольшого водоёма моментально растворился в потоках воздуха, созданных магией Джигоку. Среди появившихся ветров беспокойно зашелестали лепестки эдельвейса, кружась в понятным одному Анемо Архонту танце. Рука Джигоку взмыла в воздух и дёрнулась, показывая в сторону, куда уносились дуновения ветра. — Хм… Парящий Мир под Лунным Светом. Глаз Бога Джигоку засиял светом и из рук девушки начали вырываться дикие ветра укутывающие землю всё теми же лепестками эдельвейса. Но как только первый лепесток коснулся земли Джигоку вся затряслась, тело обмякло и девушка упала на землю без сознания, подняв в воздух частицы грязи с земли. Один лепесток приземлился ей на нос, но в тот же момент исчез вместе с подхватившими воспоминания о нем ветрами. Паймон и Люмин, до этого наблюдавшие за развернувшимся шоу резко подскочили, в два шага оказавшись около неудавшегося мага. — Эй, Джигоку, проснись! — Паймон попыталась растормошить девушку, но не могла ничего сделать, ведь максимум её силы — поднять её руку — Да что же случилось?! С другой же стороны у Люмин было достаточно сил, чтобы поднять Джи, но вот до ближайшего города, казалось, далеко, а настолько много Путешественница с таким тяжёлым грузом при всем желании не пройдёт. Но нужно что-то делать… — Я понесу её. — у Люмин не оставалось другого выбора, она не могла просто бросить свою спутницу тут умирать. — А поднимешь? — Придётся. Люми глубоко вздохнула, прикрыв глаза и присела на корточки. Глаза снова открыты, а руки уже полезли под спину и колени Джигоку, чтобы поднять её. У Путешественицы это удачно вышло и она направилась к месту, где дно было выше всего. Как-то она да пройдёт… Где-то по ту сторону… Джигоку сидела на полу в месте, которое можно было описать всего одним словом — нигде. Тут не было ни звука, ни шороха, ни света. Джигоку не могла видеть даже свои руки, только беспросветная темень. У неё вообще ещё есть зрение? — Поздравляю, ты сделала это. Неожиданный и такой громкий голос раздался будто прямо в мозгу Джигоку, раздражая всё, что только можно. Девушка опустилась к полу, так что приняла лежачее положение. — И смысл в этом всём? Джигоку всю начало трясти. Голос стал ещё громче, ещё больше раздражая. Ощущение, будто с ней не говорят, а режут изнутри. — Бросила свою жизнь, свою лучшую подругу ради мира, рожденного чьим-то больным воображением?! У Джигоку из глаз прыснули слезы. Голос стал невыносимо громким. — А теперь ещё и захотела себе невероятную силу, способную всё сломать?! Джигоку обливалась слезами, начиная биться головой об пол. Треуголка спала и отлетела немного дальше. — А НЕ ЛИШИТЬ ЛИ МНЕ ТЕБЯ СИЛ ВОВСЕ, А?! Джигоку скрутилась в позе эмбриона и перевернулась на спину, не переставая рыдать. Она без конца всхлыпывала, но не могла этого слышать. Она могла слышать только голос.

— Прекрати…

Джигоку прохныкала единственное, на что была способна, даже не услышав себя. — АХ ПРЕКРАТИТЬ?! Я БУДУ С ТОБОЙ ВСЕГДА! ТЫ ПОПАЛА В МИР, В КОТОРЫЙ МЕЧТАЛА, ДА! НО ЗАПОМНИ… Джигоку начала кричать изо всех сил, раздирая горло, проливая ещё больше слез. — Бесплатный сыр только в мышеловке. И ты попалась. Тем временем в реальном мире Джигоку кричала и в реальном мире. Уже лёжа на лавке собора, куда её совместными усилиями притащили Люмин, а потом и Эмбер. Над её лицом нависла Барбара, пытающаяся понять, почему человек, казалось лежащий без сознания, душераздирающе кричит и рыдает. Её лечение ничего не могло сделать, поэтому она просто пыталась найти способ успокоить Джигоку. Как вдруг её глаза открылись, а сама она подскочила, принимая положение сидя. Барбара в тот же момент отскочила, чтобы не произошло столкновения и, к счастью, успела как раз вовремя отдёрнуться. — Прекрати, прекрати… Джигоку повторяла одно слово будто мантру и в этот момент дверь в Собор отворилась и там показалась Лиза, пришедшая, когда Эмбер рассказала ей о странной девушке, якобы в обморок, но при этом кричащей и рыдающей. Вместе с библиотекаршей в Собор залетел огромный сокол, почти сразу приземлившийся на спинке лавочки, на которой сидела Джигоку. Никто из присутствующих не мог понять что эта птица тут забыла. Но Джи кинулась к ней, а точнее ему и обняла. — Йоке, спаси, это снова она… Девушка перестала рыдать, теперь лишь хныкая, обнимая птицу, которая, кажется, и не была против. К этому моменту Лиза уже успела подойти. — Уф, милашки, боюсь сейчас я ничего не могу сделать. Её всю трясёт, и она явно ничего не скажет. — Лиза хмыкнула смотря на эту странную девушку, говорящую что-то соколу. — Нужно отнести её ко мне. Полежит, отоспиться… И птицу у неё забирать не надо. Паймон и Люмин всё это время внимательно слушали библиотекаршу, а после этого переглянулись и кивнули друг другу. — Йоке, она научилась говорить… Что мне теперь делать Йоке… Джигоку снова подала голос, всё ещё обращаясь к птице. — Я пойду скажу кому-то из рыцарей отнести её ко мне домой, милашки. Нужно с этим разобраться. — Лиза, совсем не улыбаясь, направилась обратно к выходу из Собора. — И что нам теперь делать?.. Паймон тихонько спросила она это у всех, кто остался, но ни Люмин, ни Эмбер, ни Барбара не выдали ни слова. В Мондштадте же собирались грозовые облака. Ветра были неспокойными. Анемо Архонт пробудился, Дракон Востока окончательно взят под контроль Бездной.

Грядут Восточные Ветра, моя дорогая. Они сдуют тебя.