Ирония судьбы

Офис госпожи Мангетсу находился в одном из центральных районов Токио. Офис занимал целое здание одного из многочисленных небоскрёбов, которые зачастую волновали простых прохожих своими незатейливыми формами и огромными размерами. В полностью застеклённом здании завораживающе отражались огни ночного города, плавно растекались отблески фар от проезжающих мимо машин, иногда проплывали фигуры редких ночных гуляк. Госпожа Аямэ назначила встречу Маусу на глубокую ночь. На улице возле здания не было ни души, а на подземной парковке Казухиро уже ожидала его сегодняшняя сопровождающая. У входа в здание стояла довольно привлекательная девушка; она была одета в красиво расшитую, явно недешевую юкату. На платье девушки были искусно вышиты сюжеты древних японских сказок, где живущие сотни лет ёкаи грабили деревни, похищали и убивали прекрасных юных дев. У юкаты имелись довольно высокие и вызывающие вырезы, идущие вдоль всей ноги, которые открывали вид на изящные ноги девушки. Юката подчёркивала точёную фигуру девушки, выделяя и её тонкую талию; густые чёрные волосы были собраны в низкий тугой пучок и крепились резной шпилькой ручной работы. К сожалению, лицо незнакомки было закрыто тематической маской, которую особо любили носить на всевозможных летних фестивалях. Но скрытое от посторонних лицо несло в себе определённый шарм и было полностью в духе госпожи Аямэ. Она всегда любила украшать пространство вокруг себя, не обращая внимания на то, были это люди или вещи. Девушка без каких-либо слов дождалась, когда Маусу выйдет из машины, и учтиво ему поклонившись, жестом руки предложила следовать за ней. Покинув этаж парковки, Маусу вслед за девушкой прошёл лабиринт из многочисленных коридоров на первом этаже и дошёл до лифта, который, судя по всему, связывал отдельные этажи здания, на которых располагались покои госпожи Мангетсу. Первый этаж здания не особо отличался внутренним дизайном от других офисов крупных компаний. Обычный человек с улицы никогда бы и не догадался что в этом здании находился главный офис Аямэ Мангетсу, хрупкой на первой вид старушкой, которая держала под своим жёстким контролем все бордели многомиллионного Токио. В этой индустрии ничто не происходило без её ведома, госпожу Аямэ не только уважали, но и боялись из-за того, каким путём она пришла к своей нынешней должности. Кабина лифта, которая около пяти или десяти минут поднималась до нужного этажа наконец-таки остановилась, озвучив мелодичную ненавязчивую трель. Выйдя из лифта Маусу бегло огляделся по сторонам. На этаже стоял мягкий обволакивающий полумрак. Освещение здесь обеспечивали небольшие бра и напольные фонари, выдержанные в старинном стиле. Они светили тёплым тусклым светом, придавая и без того необычной обстановке офиса ещё больший шарм. Интересными оказались даже стены, которые были оклеены обоями холодного винного цвета, с такими же зарисовками из старых легенд, которые были вышиты искусными мастерицами на юкате сопровождающей Маусу девушки. Этот этаж был, выдержан в привычном классическом японцами стиле. Местами встречались красивые деревянные фрески с вживлёнными в них цветами, которые корнями переплетались между собой. По дороге к кабинету госпожи Мангетсу иногда встречались девушки, полностью повторявшие стиль провожающей Маусу. Все они были красиво и роскошно одеты, но скрывали лица за декоративными масками. Они неслышно и практически незаметно плыли по местным коридорам, учтиво кланяясь Казухиро каждый раз. Дойдя наконец до нужной двери, Маусу был обыскан верзилами охранниками, которые в отличии от девушек какими-либо манерами не отличались. Они без особых приветствий провели прямо-таки доскональный осмотр одежды Казухиро, не постеснявшись залезть даже во внутренние карманы его пиджака. Такая наглость не могла остаться безнаказанной, и Маусу брезгливо окинув обоих мужчин холодным взглядом в мельчайших подробностях запомнил внешность обоих. Уже после своего разговора с главой он обязательно отыщет их в более неформальной обстановке и научит всем правилам приличия, которые только известны человечеству. Досмотр наконец-то закончился и перед Маусу распахнулись массивные деревянные двери. Покои Аямэ Мангетсу были поделены на определённые зоны и первой из них была переговорная. В этой комнате зачастую и проводились всевозможные встречи госпожи Аямэ. Комната была выполнена в таких бордово-шоколадных оттенках, как и коридоры этажа. На стенах висели всевозможные гравюры, на каждой из которых были запечатлены красавицы давно ушедших эпох. Госпожа Аямэ восседала за низким деревянным столом, за которым в лучших японских традициях и происходили переговоры. В последнее время она увлеклась чайным искусством и потому сейчас, не обращая никакого внимания на вошедшего посетителя, сосредоточено и аккуратно заваривала чай. Её движения были плавными и медленными, но видимо возраст всё же давал о себе знать поскольку, казалось бы, твёрдая рука женщины времена пробивало на мелкую дрожь, из-за чего помешивающая заварку ложечка временами дребезжала о фарфоровые стенки заварочного чайника. Тратить своё время для наблюдения за впавшей в дзен старушкой Маусу мало привлекало, поэтому он тактично напомнил о себе, громко прокашлявшись. Такой намёк конечно же не мог не остаться незамеченным, но госпожа Мангетсу явно не собиралась спешить. Она неохотно отложила столовый прибор в сторону, правой рукой небрежно махнула в воздухе после чего рядом с ней тут же появилась одна из стоявших за её спиной девушек. Та подала ей длинную деревянную трубку, заранее заправленную табаком, и аккуратно подожгла её. Затем без каких-либо лишних движений она быстро и ловко переместила весь чайный сервиз на стоявший рядом поднос и бесшумно удалилась. Госпожа Мангетсу после небольшой затяжки наконец-таки обратила свой взгляд на Маусу, образ которого слегка заволакивался дымом от ужасного на запах табака. Маусу, который никогда особо сам не жаловал сигареты сдерживал рвотные позывы и старался не сильно принюхиваться к отвратительному запаху табака, который за свои деньги явно не должен был так мерзко пахнуть. Старушке же эта мерзость явно нравилась, потому как её сморщенное от прожитых лет лицо расплылось в довольной и ехидной улыбке. - Ну и что же могло привести моего милого внучка, который даже ради приличия не посещает свою семью? – с издёвкой спросила госпожа Аянэ, смотря на Маусу с издёвкой и небольшим укором в глазах. Она внимательно прошлась взглядом по Казухиро с ног до головы, прожигая его своими холодными выцветшими серыми глазами. Маусу терпеть не мог эти пренебрежительные тон и взгляд, которыми и сам так любил пользоваться, когда кто-то из его подчинённых конкретно косячил. Сейчас он чувствовал себя дорвавшимся до наказания юнцом, который любое своё действие выполнял наперекосяк. Ему безумно хотелось ответить чем-то более колким подобное приветствие родной бабки, но ссориться времени совсем не было, поэтому Маусу сдержался, мило улыбнувшись, и сел за столик, хотя подобного приглашения он ещё не получил. - Я думал, что Вы хотя бы угостите меня хотя бы чаем, раз я так давно не посещал наш милый дом. – беззаботно ответил он, вальяжно раскинувшись. – Я ведь даже не получал в последнее время приглашений от Вашего имени. Неужели я окончательно пал Вам в немилость? – удержаться хоть от малейших колкостей Маусу всё же не мог и поэтому решил прощупать почву, раз бабка пребывала в неплохом настроении. - Что толку звать тебя, если ты каждый раз разводишь цирк и бедлам из любого ужина, - устало ответила старуха, неторопливо затянувшись. – Так зачем ты всё-таки пожаловал? Районы я с тобой делить не собираюсь, если хочешь толкать свою дурь на моей территории, то можешь возвращаться в свою конуру, такой херни никто не будет продовать здесь, пока я жива. – сухо и серьёзно заявила Аямэ, снова уткнувшись в лицо Маусу. К своему великому сожалению, Маусу так и не смог в своё время убедить старуху в том, что торговать таблетками намного проще и легче, чем героином, который она поставляла в любую точку страны. Аямэ Мангетсу держала под своим контролем не только бордели, но и чуть ли не весь наркотрафик по всей префектуре Токио. Она умело использовала для этого аэропорты и вокзалы, что, по сути, открывало перед ней куда большие возможности и рынки сбыта. Именно из-за разницы в предпочтениях к распространяемым веществам Маусу, по сути, конкурировал лишь с собственной бабкой, которая непреклонно отвергала любое его предложение пустить в торговлю набирающий популярность кабу. Он даже валил на неё некоторые свои неудачи, когда заброшенный в новые районы новичок наркокурьер пропадал с партией драгоценного кабу. - В этот раз я пришёл по совсем другому делу, - уклончиво ответил Казухиро. – Я же знаю, что Вы имеете достаточно много разных полезных знакомых… И наверняка общаетесь с кем-то из сообщества гулей, если так, конечно, можно выразиться. Мне нужен кто-то из этих ребят, смышлёный, толковый, не задающий ненужных и лишних вопросов. Цена вопроса меня не волнует, я готов даже раскошелиться, чтобы обзавестись таким человеком. После того как Маусу высказал всё, зачем, собственно, и пришёл, он ждал какой-либо реакции от старухи. Та, казалось бы, внимательно слушала его и впала в некий транс, видимо обдумывая сказанное внуком. С ответом она явно не торопилась, поскольку успела ещё несколько раз затянуться трубкой, прежде чем та совсем потухла. Даже после этого она всё ещё сидела некоторое неподвижно, словно мраморная статуя, не выдавая себя ни единым движением. Казухиро уж было подумал, что ту возможно скрутил очередной приступ, которые случались у госпожи Аямэ время от времени, но волновался он понапрасну. Аямэ Мангетсу наконец-то отмерла, после чего неохотно заговорила. - У меня, конечно, есть среди знакомых нужные тебе люди, но все они довольно специфичны… Ты, возможно, считаешь, что гули ничем не отличаются от нас кроме того, что жрут нам с тобой подобных, но это совершенно не так. Если мы с тобой волки в овечьей шкуре, то это самые натуральные хищники; многим из них вовсе не знакомы человеческие чувства. Им плевать, какая ты крутая шишка, если ты не сдержишь условленный с ними договор, они выпустят тебе кишки без разбора, прав ты был или нет. На твоём месте я бы очень серьёзно подумала над тем, стоит ли тебе вообще ввязываться в нечто подобное. Маусу не ожидал, что сварливая обычно старуха будет отговаривать его от собственных планов. Ему казалось, что она перестала переживать о нём ещё тогда, когда Казухиро был несмышлённым пацаном, который после завершения школы решил пуститься во все тяжкие. Возможно, что где-то внутри он даже позавидовал самому себе, что смог затронуть чувства старой корги, которая лично для него уже давно стала лишь ненужным человеком, мешающим ему в исполнении его грандиозных планов. - Я сообщу о тебе одному из своих знакомых. Если его твоё предложение заинтересует, то он сам найдёт тебя. Никаких гарантий я тебе давать не буду. Нереально заинтересовать гулей в чём-либо, когда им не нужно ничего из того, за что обычные люди глотки рвать готовы друг другу. А теперь иди! Если бы я знала, что ты придёшь из-за чего-то подобного даже на порог не пустила бы! – грозно заявила глава клана Мангетсу, жестом указывая внуку на то, что их разговор подошёл к концу. - Благодарю Вас за то, что уделили мне время, госпожа Аямэ, - учтиво поклонившись, произнёс он на прощание. Провожала Маусу до его автомобиля всё та же девушка, которая также учтиво поклонилась ему, когда он выйдя наконец из здания, садился в машину. Она проводила взглядом удаляющийся автомобиль, который скрылся за поворотом, и поднялась обратно в покои госпожи Мангетсу, пройдя в её кабинет. Та уже ожидала её, нетерпеливо трепя подол длиной красной юбки. Завидев в дверях прислугу, она лишь взглядом указала остальным девушкам на дверь, после чего те поспешили побыстрее удалиться из комнаты. - Ты всё слышала сама. Найди Суён и передай всё, что посчитаешь нужным. Намекни ей, что я не останусь перед ней в долгу, если она всё же решится связаться с Маусу. – коротко бросила женщина, доставая из внутреннего кармана легкой накидки небольшой конверт. – А это отдашь ей лично в руки! Свою часть уговора я выполнила, наша сделка на этом будет закончена. – Если пожелает, то у меня ещё найдётся для неё работа, но решать проблемы с человеческими трупами я больше не буду. Ко мне недавно уже наведывались следователи из CCG, а дел иметь с ними мне не шибко хочется. - Как скажете, Госпожа, - ответила девушка, снимая маску и открывая своё лицо, которое так и не удалось увидеть Маусу. Из под неё алым сверкнули знакомые многим радужки глаз, после чего девушка бесследно покинула комнату.