Моя отдушина.

Что. Всё было так просто? Надо было просто написать? POV: Ханма Вечер шестнадцатого сентября. — Ты знаешь, что ты пиздец жестокий человек, Ханма? — парень лишь оскалился. — Ты и сам не лучше, дружок. — старший лишь оскалился в ответ, — Я пропаду на несколько дней. Увидим, насколько сильно он привязался. — А он ведь и вправду полюбил тебя, Шуджи. Поступаешь пиздецки хуёво. — блондин поправил очки на глазах. — Шуджи? Я ждал, что ты исковеркаешь моё имя под «Сюдзи». Твой отец ведь испоганил мой бейджик в кофейне по твоему приказу, Кисаки. — тот лишь скучающе скинул сигарету с крыши. — Тему не переводи. — Ты так печёшься о нём, потому что Тачибана тебя так же кинула? — улыбка на лице Ханмы стала шире. — Иди нахуй, долбаёб. Чё собираешься делать дальше? — Играть. — Смотри не влюбись. — Кисаки обернулся и потопал прочь, бросив эти слова напоследок. Взглянув на ночной город, Ханма проговорил одними губами «интересно, кто первый влюбиться». Парень прекрасно понимал, что в этих отношения не обещают ничего хорошого: и ему, и Казуторе будет больно; может сейчас Ханемия и слаб, но позже он обязательно станет сильнее — Ханма понимает, Ханма идёт на риск, Ханма готов почувствовать боль. Конец POV: Ханма

***

Нынешнее время. Двадцать пятое сентября. Квартира Акаши. 20:22. Девушка с высоким пучком вышла из комнаты. Заметив странное поведение гостя, она быстро подошла к нему. — Эй, Казутора-кун, ты в порядке? — та потрепала его за плечо. — Ханма написал. Мне Ханма написал. — Сенджу так и не поняла, это была радость или ступор. — Вау. Круто! — Он предложил встретиться... — Казутора неловко потрепал край чужой футболки. — Сейчас ты никуда не пойдёшь. И в подтверждение слов Кавараги, на улице загремело, а дождь лишь усилился. Взгляд парня сразу перешёл на окно, а затем обратно на Кавараги. — Если через час не успокоится дождь, тебе придётся остаться на ночь. Я не позволю тебе идти в мокрой одежде домой. — Кавараги грозно посмотрела на Ханемию. — Но.. — А ещё лучше, позвони родителям сейчас и скажи, что дома тебя не будет! Сделаем пижамную вечеринку! — Но, Сенджу... я ведь буду мешать! У вас и так места очень мало! — Не беда! У нас есть этот диван, на котором можно спать! А если тебе будет страшно спать одному, можешь лечь со мной в одну кровать! Сам видел, они у нас огромные! Решай быстрее, мне нужно будет предупредить Такеоми, чтобы он побольше накупил еды! Пожалуйста, Казутора-кун. Как сложно сопротивляться... Но и уходить я не хочу, я только согрелся... — Л-ладно... — совсем тихо и неуверенно это было сказано. — Yay! Значит я звоню Такеоми, а ты маме или папе, или кому там, ну неважно в общем, звони давай. Отошёв в более тихий уголок, чтобы мама не слышала на фоне голос Кавараги, парень начал набирать номер мамы. Долгие гудки, а затем трубку подняли. — Да, Тора? — Мам, тут такое дело... Я в гостях у друга с университета, а дождь только усиливается.. — Ох, ты ведь не забыл зонт дома? Сильно промок? — она и вправду волновалась, Казутора чувствовал это. — Я забыл, прости. — тяжелый вздох матери, который заставил парня почувствовать себя виноватым, — и я промок.. — ещё один вздох, — я могу остаться у него на ночь? — Тора, если дождь прекратится до 9 часов, ты можешь смело идти домой. Что это за вопросы такие, у тебя своего дома нет? — она не была возмущена, она очень переживала за своего асоциального ребёнка. — Мам, это правда мой очень хороший друг. Хочешь, я буду скидывать тебе фото каждые тридцать минут? Пожалуйста! Я не хочу в холодной одежде идти домой, а ты знаешь, что чужую я не смогу попросить. Очень тяжелый вздох. Казутора напрягся, ведь он понимал, что мама правда очень волнуется. «А вдруг тебя там наркотиками накачают? Или обманят и изобьют? Тора, я могу разрешить тебе пойти на ночь лишь к Манджиро, Баджи или к Чифую с Мицуей. Я не доверяю тому месту, где живёт Кен, понимаешь?» — слова, которые госпожа Ханемия сказала на единственную просьбу Казуторы остаться на ночь; к слову, вся компания тогда пошла тусоваться к Доракену, в тот час, когда Тора слушал пьяные возгласы отца. — Ладно, Тора. Но пожалуйста, присылай мне фото, ладно? И обязательно утром, в 9 будь дома. — Мам, я буду в 9 спать... — Досыпать ты будешь дома, ладно? Я волнуюсь. — Хорошо, мам. Спасибо. Приятного отдыха! — И тебе, солнце. Затем Казутора скинул трубку. Улыбнувшись, он зашагал обратно к Кавараги, которая уже во всю распиналась перед старшим братом и объясняла ситуацию. В конце он, видимо, сдался ибо Сенджу слишком радостно запищала, что и заставило Санзу выйти из комнаты и швырнуть в неё подушкой. — Хару, Казутора остаётся на ночь! — в парня полетела эта же подушка. — Я так понимаю, ты от меня на этот вечер отъебёшься? — поймав свою подушку, Санзу прислонился к косяку двери. — Не-а! — Блять. Смотрев на это, Казутора улыбался. Внутри так было спокойно и комфортно, будто он прочувствовал что такое дружная семья. Смотреть на ворчливого Харучиё и задорную Сенджу было весело. Впрочем, потом на него наконец обратили внимание. — Хочешь можешь с нами в комнате спать. — на это заявление Сенджу, Хару лишь закатил глаза. — У нас и так места мало, ты издеваешься? — на лице розоволосого вздулась венка. — Когда к тебе приходил Майки, я спокойно отреагировала на то, что он спал с нами! Так что пойди мне на уступки! — хихикув, Сенджу швырнула в Санзу диванной подушкой, которую тот не поймал. — А.. архг... аггх... — порычав, не найдя правильных аргументов, старший сдался, — ладно. — Вот и чудненько! Меня даже не спрашивают. Ладно, надеюсь, Кавараги ничего не придёт странного в голову.

***

От неловкости их спас звук поворота ключа. Акаши сразу же погнали встречать старшего — традиция, которую нельзя нарушать. В это время Казутора посмотрел на часы. 21:15. Надо отправить маме сообщение. Отправил маме несколько фото с подписью «они пошли встречать брата, а я сижу и жду их». Такеоми не был настроен на разговор, как Казутора понял, потому быстро слинял в комнату. — Не волнуйся, Казу, это нормально. Он очень уставший, потому сразу ушёл. — с пакетами всякой вредной еды, которую видимо купили для этой ночевки, Кавараги зашла в комнату, следом за ней шёл Санзу, выключая повсюду свет. Брюшерка на столе, кричащая о борьба с наркотической зависимостью очень напрягала Ханемию. В детстве парня запугали, что его могут напичкать всякой дрянью, из-за чего сейчас он сидит как на иголках. Санзу сразу бросилось это в глаза, а потом он заметил куда смотрел Ханемия всё это время. — Кхм, не волнуйся. Я прохожу курс реабилитации от зависимости. — как ни в чём не бывало ответил Санзу. — А! Так вот почему ты такой напряжённый! Боишься, что мы тебе что-нибудь подсыпаем? Не переживай, всё в порядке. Если хочешь, я могу пробовать первая, чтобы тебе было спокойнее. — этот факт немного напряг Сенджу, и она всеми силами пыталась развеять эту атмосферу. — Пф, парень, если бы я был под наркотой, поверь мне, таким злым я бы не был. — Акаши старший лишь фыркнул, раскрывая пачку чипсом. — У него ломка, потому он такой злюка. — Оу, простите, я не хотел, чтобы вы чувствовали себя неловко. — Казутора поднялся и склонился перед Акаши. — Чего? — первое, что вырвалось у Харучиё. — Эй, Казутора-кун, подними голову! Не склоняйся, пожалуйста! Теперь нам и вправду неловко! — кровь приступила к щекам Сенджу, которая судорожно начала жестикулировать. Подняв голову, Казутора увидел смущённые лица обоих из близнецов.

***

Санзу уснул первым, так как это явно не его компания. Сенджу притащила диванные подушки, чтобы Казутора смог улечься вместе с ней на кровати, пока сам парень желал маме спокойной ночи. — Я думала, это будет веселее, чем обычный просмотр фильмов.. — шепотом проговорила Кавараги. — Ну, здесь я могу понять Санзу-куна. Я тоже не любитель всяких вот этих шумных штук. — Какие же вы занудные, хи. — после этого Сенджу зевнула, — ладненько, ложимся спать. Время было только 2 часа ночи, но в сон клонило нереально. Только голова Казуторы коснулась подушек, он сразу отключился. Не смотря на холод в квартире Акаши, ему было очень уютно и тепло, а сопение обоих близнецов сильнее убаюкивало Ханемию.

***

8:00. Утром же, когда мама начала вызванивать, Казутора вспомнил: он не ответил Ханме. Открыв диалог, парень задумался, что написать старшему. куда делись бананы?: Ханма-кун, доброе утро! Прости, что не ответил вчера. Я был занят. Давай встретимся, если ты не против. Прочитано. Ого, он, что не спал? Или работает? ханма шуджи: конечно. у меня к тебе важный вопрос, Ханемия. это не займёт много времени, обещаю. куда делись бананы?: ты не против тогдаа встретить меня и провести домой? я ужасно не выспался, потому не смогу уделить тебе много времени, прости. На самом деле, я просто боюсь увидеть его после своего дня рождения. Всё ли будет со мной хорошо? ханма шуджи: конечно. куда подходить? куда делись бананы?: /отправлена геолокация/ Эта была геолокация парка, неподалёку которого жили Акаши. Не собираясь подставлять целую семью под удар, он выбрал нейтральную территорию для встречи. ханма шуджи: понял, собираюсь. Пытаясь разбудить Сенджу, ему удалось разбудить старшего. Санзу лишь недовольно глянул на Казутору, но когда увидел его обеспокоенное лицо, решил не спрашивать, а наоборот помочь тому быстрее собраться. Заставив, прям как старший брат, Казутору съесть омлет, который Санзу так заботливо ему приготовил, парень подал ему высохшую одежду. Казуторе было плевать, он начал на ходу одеваться, заставив любящего чистоту Харучиё тяжело вздыхать. Поблагодарив за гостеприимство, Казутора проверил не забыл ли он ничего, а потом бегом вылетел из квартиры, заставив Санзу крутить пальцем у виска.

***

Прибежав в парк, Казутора достал телефон. Найдя нужный диалог, он стал набирать сообщение. куда делись бананы?: я на месте! ханма шуджи: обернись. И Казутора обернулся. Позади него стоял Ханма собственной персоной: немного побит, с синяками от недосыпа, и с очень любящей улыбкой. — Пойдём сядем. И Ханемия пошёл за ним. Переступив через переживания и страх, он пошёл следом за Шуджи к первой скамейке, а затем сел рядом. Долгое неловкое молчание, пока Ханма не сказал то, что заставило сердце Казуторы биться в разы быстрее, а щёки краснеть неистово сильно. — Не против встречаться со мной? Или как там это говорится? Короче, вообде не ебу.