Тепло на двоих

— Сейчас… секунду, — пробормотал Лёша, открывая духовку. Кухня сразу же заполнилась запахом запечённых овощей. Быстро поставив стальную форму на стол, парень подул на ладошки и, опустившись на стул, виновато улыбнулся: — Пусть остынет, и через пару минут можно есть. К приготовлению ужина Макаров подошёл ответственно и посвятил процессу всё свободное время, что у него было по возвращению с университета. Задачка не была тяжёлой, да и сам ужин был скорее формальностью, но Лёша видел, что Игорь переживает, а потому старался по максимуму. Ещё больше полицейского «накрыло», когда пришла Пчёлкина. Все вместе за столом они сидели уже минут так десять, а Гром всё ещё продолжал нервно бегать глазами, изредка постукивая ногой по полу. «Ну чего он? Вроде, всё самое страшное уже позади. Юля согласилась, да и я не против их брака. Или они поссорились?» — улыбка не слезла с губ Лёши, а лишь стала слегка натянутой; парень внимательнее присмотрелся к полицейскому и журналистке. Последняя, так же замечая волнение своего спутника, бережно накрыла руку Игоря, что сжалась на горлышке бутылки, своей ладонью, и что-то прошептала мужчине на ухо. Макаров снова растянул губы, на сей раз в ободряющей улыбке, и предложил, протягивая руку: — Давай я открою. Бутылку полусухого вина принесла Юля. Ещё один формальный атрибут этого ужина, ведь в компании Пчёлкиной Гром с детьми ужинали, обедали и завтракали уже не раз. «Такого пира не было, даже когда Игорь нас с Юлей знакомил… Хотя, я представляю во что бы тогда превратился "семейный ужин" с двумя пьяными подростками», — Лёша мысленно усмехнулся, срывая акцизную марку с горлышка. Справившись с пробкой, парень наполнил бокалы и передал их Игорю и Юле. — А себе налить? — спросила журналистка, зная, что будущий муж будет не против того, чтобы Лёша немного выпил. — Эм… — Макаров слегка замялся, облизывая губы и опуская взгляд на бутылку. Вино вызывало неприятные воспоминания и ассоциации, хотя было явно дороже, чем то пакетированное, которым когда-то накидался парень. Лёша повёл плечом и плеснул себе немного. — Ну, — Макаров поднял бокал, — за вашу помолвку. Прозвучал короткий звон стекла, и напряжение вмиг спало. — Кого ты позовёшь свидетелем? — сразу же поинтересовался парень, обращаясь к Грому. Вчера вечером Лёша услышал только сокращенную версию того, как Игорь делал Юле предложение. По словам мужчины, всё с самого начала пошло не по «плану» Лизы, из-за чего Игорю пришлось импровизировать, но в итоге получилось даже лучше, чем все предполагали. Сейчас же, Макарову было дико интересно узнать мелкие детали. — Ты прям как Лиза, — Пчёлкина прыснула со смеху. На радостях, Юля сразу запостила фото с кольцом, и принялась принимать поздравления от подруг и коллег, а затем журналистке пришлось уделить Макаровой целый час, чтобы выслушать её радостный спич. — Диму Дубина, — ответил Игорь и, помолчав, слегка обиженно добавил, — вообще, я ещё когда-то по молодости обещал Игнату, что возьму в свидетели его. — Ага, спасибо, — фыркнула Юля, отмахиваясь. — Знаю я твоего друга-еврея с шутками с Привоза. Раньше всех украдёт меня и будет требовать с тебя реальный выкуп. Лёша тихонько прыснул со смеху, пряча старательно рвущуюся наружу улыбку за бокалом. — А вы его вообще звать не собираетесь? Лиза же расстроиться, если он не придёт… Игнат был вторым после Юли предметом подражания у Макаровой и в какой-то степени даже у Лёши. Выстроив с детьми давнего друга доверительные отношения ещё в первый год их жизни у Грома, Игнат растил у Лизы уверенность в себе и умение переть напролом; Лёше же после просьбы Игоря показал несколько приёмов по самозащите и нападению. (Скорее, показывали парни Бустера, а тот только комментировал: — Та шо ты от нево бегаешь, кабута ты ему деняг должен. — Таки шо ты махаеш своими кулаками, как тот заиц в поле. Реще давай. Разрешаю этаму кабану шнобель расквасить.) — Собираемся. — Мы уже начали составлять список гостей, — заверила Юля, накалывая на вилку кусочек рататуя. — М-м-м-м… очень вкусно, Лёш, — похвалила журналистка. — Спасибо, — Макаров легонько кивнул, накладывая запечённые овощи себе в тарелку. — К слову, про гостей… — начал Игорь, а Пчёлкина, перехватив взгляд мужчины, хитро улыбнулась и спросила: — Ты сам будешь, или позовёшь кого-то? Лёша закашлялся, представляя, что ему придётся знакомить родителей с Кириллом и боясь даже предположить, как последний на это знакомство отреагирует. «Точно испорчу им праздник таким "подарочком"» Парень закусил губу и резко мотнул головой. Юля и Гром заговорщически переглянулись, но больше на эту тему говорить не стали. — А когда свадьба? — запоздало поинтересовался Лёша. — Это самое тяжёлое — выбор даты, — вздохнула девушка. — Как и выбор места проведения, — добавил Игорь, который чуть не поссорился с невестой, когда они начали обсуждать подходящие для этого мероприятия рестораны. — Лиза уже успела закидать тебя вопросами? — Макаров обратился к Юле и тепло улыбнулся, вспомнив сестру. — Ага, ещё сказала, чтобы без её ведома ничего не смели выбирать. — Всё ясно — в нашей семье главная Лиза, — хохотнул парень, отпивая вина. А Гром только в очередной раз спокойно выдохнул, убеждаясь, что Лёша всё-таки считает себя частью семьи. — Ты вот шутишь, а она, как вернётся — быстро порядки наведёт, — Пчёлкина хитро прищурила глаза, а затем вернулась к теме, — но мы хотим где-то в середине осени всё организовать, как раз к годовщине. — М-м-м… — Макаров вытер губы салфеткой и подался вперёд. — Я ни разу полностью не слышал историю вашего знакомства. Только какие-то кусочки. — Серьёзно? — Юля вопросительно выгнула бровь. — Лизе мы её рассказывали как минимум дважды. Парень только виновато повёл плечом и слабо улыбнулся уголком рта, мол: «извините, что раньше не интересовался» — Ну, слушай… — Игорь сел удобнее и откашлялся. — Помнишь дело про три трупа в квартире? — Это которых бабка-соседка убила? — уточнил Лёша. Полицейский кивнул и, отпив вина, начал: — Вот она… — мужчина вилкой указал на Пчёлкину, что сложив руки на груди, с интересом наблюдала за ним. На лице журналистки так и было написано: «Ну, давай, расскажи свою версию». — … припёрлась на место преступления раньше опергруппы… — Прям-таки «раньше», — закатив глаза, фыркнула девушка, встревая. — Не успела в подъезд зайти, как полицейские машины во двор заехали. — … стала всё снимать, — продолжил Гром, не обращая внимания на комментарий. — Мы еле её отогнали от места преступления и изъяли видео и фото. — Ничего вы не изъяли. Тоже мне «профессионалы». — А, ну да, у тебя копий было много… — Пока они додумались, что я наснимала кучу материала, я уже успела его сохранить везде, где только можно и даже скоренько пост набросала, — Юля победно сверкнула глазами, забирая роль рассказчика. — Припугнуть меня не получилось, так они меня загребли, как подозреваемую. Он меня лично опрашивал, — подперев подбородок рукой, журналистка глазами указала на Игоря. — Юля потом несколько раз меня у отделения караулила, всё пыталась детали выяснить, — добавил полицейский, тепло улыбаясь. — Ну, интересно же! — Пчёлкина хлопнула по столу и обратилась к Лёше, — ты прикинь: в квартире три трупа и все по-разному убиты. — А ты вообще как об этом узнала? — удивился Макаров. Девушка медленно, слегка грустно выдохнула и пояснила: — Я вообще редко о таком пишу — ну кого расчленёнкой удивишь? Но у меня тогда прям о-о-очень большой застой был. Все новости штампуют, а я неделю сижу без информации, — журналистка прикусила губу и мотнула головой. — А у меня в том доме дедушка когда-то жил, так меня все местные знали. Я, конечно, особо ни на что не рассчитывала, но всё-таки попросила пару знакомых — как что случиться, чтоб мне сказали. Ну, а райончик там небольшой, и стоило тогда кому-то полицию вызвать, как информация уже расползлась. Лёша понимающе кивнул, а затем обратился к Игорю, едва сдерживая смешок: — Не выяснила детали? — Выяснила, — скомкано бросил Гром, краснея и отворачиваясь. — Он мне сначала груби-и-ил, — Юля погладила мужчину по руке, растягивая слова, — потом игнори-и-ировал, а затем вдруг взял и согласился со мной пообедать, — Пчёлкина опустила голову на плечо полицейского и хитро улыбнулась. — Я тогда еду дома забыл… — постарался оправдаться Гром. На секунду в кухне повисла тишина, а затем троица одновременно захохотала — все знали, что Игорь никогда не брал с собой на работу перекус из дома. С дурной привычкой пытались бороться как дети, так и Юля, заботливо впихивая ему контейнеры с обедом, но мужчину уже было не переделать — привыкший, он либо забывал о еде вовсе, либо вспоминал о перекусе, когда тот уже был съеденным кем-то из коллег. О том, что Игорь согласился на обед, только потому, что Пчёлкина ему понравилась, Макаров знал — случайно услышал разговор Игната с Громом, когда последний признался, что журналистка ему «упала в глаз», а он мало того, что не знает, как к ней подобраться, так ещё и побаивается разочаровать Юлю. Бустер, пусть и в шуточной форме, но весьма серьёзно предложил товарищу сымитировать нападение на Пчёлкину. Парни одессита просто для виду покрутились бы возле журналистки, которую должен был спасти Игорь. Предполагая, что Юля сама «начистит морду» кому угодно, мужчина отказался, хотя со временем всё чаще начал подумывать о предложении друга. А затем девушка позвала его на «деловую встречу», и уже через несколько месяцев Гром представил Юлю детям. Лёша тогда только вежливо кивнул, с опаской глядя на нового человека — парень только-только привык к Игнату и коллегам Игоря, когда Гром привёл в дом ещё кого-то. А Лиза, прищурив глаза и сложив руки на груди, пошла в наступление: — Вы кто? Как вас зовут? А работаете где? — Гром ещё не успел представить гостю, как Макарова начала забрасывать ту вопросами. Игорь постарался усмирить дочь, однако Пчёлкина жестом остановила его, заводя диалог с Лизой. — Мастерски спрашиваешь — чётко и по сути, без лишних разглагольствований, — кивнув, похвалила Юля. — Как настоящий журналист. Только я бы советовала быть менее резкой и расположить к себе собеседника. — Вот только льстить мне не нужно, — прошипела Макарова, будучи всё ещё настороженной. — Лиза! Журналистка подмигнула Грому и, обернувшись к девушке, заговорила серьёзно: — Я не пытаюсь к тебе подластиться. Просто говорю очевидный факт. Я уже давно в этой сфере и поверь, глядя на своих «коллег», — Пчёлкина поджала губы и закатила глаза, — научилась отличать профи от любителей. Есть такие, что просто лепят текст, не знаю… эм… — Юля замялась, подбирая нужные слова. — Без души, — еле слышно подсказала Лиза, что теперь смотрела на журналистку блестящими глазами. — Точно! — Пчёлкина щёлкнула пальцами. — Ну, знаешь, без интереса — нет бы, детали какие узнать, фоточку щёлкнуть, так они просто сухие факты выдают, лишь бы побольше публикаций было. — Да-а-а-а-а! — Макарова закивала головой и, слегка краснея, призналась, — я так несколько статей из журнала переписала, ну таки-и-ие они глупые были. Но это я так… — девушка смутилась ещё больше и вдруг опустила глаза. Родные полностью поддерживали Лизу в выборе весьма нестандартного хобби, вот только Макарова была слишком критична к себе, чтобы рассматривать это дело, как что-то серьёзное: — Да ну вам, текст как текст, — отмахивалась девушка, когда брат, таки уговорив делиться своими набросками, вместе с Игорем хвалили её вариации статей. — А вот свои результаты преуменьшать не нужно! — несогласно тряхнув головой, Пчёлкина подступила на шаг к Лизе. — Покажешь, что у тебя получилось? — поинтересовалась журналистка, потихоньку завоёвывая доверие Макаровой. Лёша легонько мотнул головой, прекращая предаваться воспоминаниям, и осмотрел заставленный тарелками стол, пытаясь сообразить чего там не хватает. — Точно, салат! — воскликнул парень, подрываясь, — поставил в холодильник и забыл. — Сиди, я сам достану, — уже спокойный Гром остановил сына, поднимаясь из-за стола. Дальше ужин и беседа потекли непринуждённо, с шутками и весёлыми историями из жизни, которыми делилась Юля. Особенно много журналистка рассказывала о своей студенческой жизни, пытаясь приободрить Макарова, который честно признался, что «задолбался от этой учёбы». «И это я ещё молчу о тех двух дурочках, что на меня взъелись…» — Лёша прикусил язык, освежая бокалы. Девушки, с которыми Макаров чуть не втянулся в конфликт, защищая неизвестную ему студентку, начали точить на него зуб. Парень неоднократно замечал их косые взгляды или заковыристые вопросы, которыми студентки пытались донять его. Но делиться подозрением, что в университете возможно повторяется та же история, что и в дет.доме-школе, Лёша ни с кем не хотел. Кирилл почувствовал, что удовольствие от хорошего сна пропадает, когда за окном начало сереть. — «Ну, шо за хуйня?» — мажор зажмурился, покусывая слегка обветренные губы. Вечер постепенно подкрадывался, укрывая улицы сумерками и окутывая Гречкина уже привычными ощущениями усталости и «заёбанности». — «По классике блиа-а-а-а-дь», — блондин зашипел, сквозь зубы. Общее недовольство жизнью приправлялось слабой тревогой, но Кирилл быстро взял себя в руки, мысленно повторяя, что это дело легко поправить. Мажор поехал бы к Лёше, однако тот был занят, как и его квартира. Поэтому Гречкин обратился к тому, что вчера предусмотрительно спрятал в коробочке из-под наушников. — «То-ка’ самому глотать щас не прикольно…» Быстро оценив всю «хуёвость» своего состояния, блондин пришёл к выводу, что перед тем как употреблять «веселящее вещество», следовало бы по максимуму улучшить настроение. Разослав пару сообщений с предложением зависнуть в клубе, Кирилл уже бодрее подошёл к шкафу, дабы выбрать подходящий наряд на этот вечер. «Давненько я тут не был…» — мажор криво улыбнулся, заходя в «У.Е.» и безразлично кивнул паре девчонок, которые, завидев Гречкина, принялись радостно махать ему руками и подзывать к себе. Блондин проигнорировал приглашение, направляясь к бару. «Ну, заебок», — Кирилл выдохнул, замечая на месте надоедливого бармена его сменщика. — Там Никита спрашива… — сходу начал работник, откладывая салфетку. — Помню, не заёбывай, — мажор поморщился, отмахиваясь. «Я щас про бухло хочу думать», — глаза Гречкина жадно забегали от одной бутылки к другой, что заманчиво стояли на полке с алкоголем. Кирилл слегка разочаровано поджал губы, останавливая взгляд на «коллекции» любимого виски, бутылки которого были полными и явно ещё не открывались. Одной из частых претензий Всеволода была та, что сын тупо «выжирает» дорогой алкоголь, который работникам приходиться списывать, из-за чего бар теряет значительный процент прибыли. Зажмурившись и потерев глаза, блондин скомандовал: — Налей мне то, чё заканчивается, — сейчас Гречкину было безразлично, что пить. Снабдившись стаканом с внушительной порцией коньяка, мажор упал за первый попавшийся столик, заводя с посетителями бессмысленную беседу, что уже через пару минут приняла совершенно иной вид — молодые люди теперь общались так, словно были старыми товарищами. Когда настрой стал «таким, как надо», в ход пошёл амфетамин. Кирилл окинул зал клуба одобрительным взглядом — тот больше не был похож на притон. Мышцы на лице блондина чуть дрогнули, появилась хитровато-довольная улыбка — при веществе жизнь явно казалась терпимее. Всё ещё хихикая с какой-то совершенно глупой, но от этого не менее смешной шутки Игоря, Лёша зашёл в комнату, по пути прихватывая лежащий на столе телефон — хотел обсудить семейную новость с сестрой (предстоящая свадьба Грома и Юли в последнее время была самой обговариваемой темой у Макаровых), когда заметил одно сообщение от Гречкина. — Ну и что там? — присев на кровать сестры, шепнул парень, всматриваясь в цветные пятна. По тому, как сильно тряслась картинка, Лёша понял, что Кирилл куда-то направляется, будучи при этом уже достаточно пьяным. Мажор держал телефон рядом со своим лицом, из-за чего то занимало практически всё пространство «кружочка». Остановившись, блондин принялся что-то говорить, но у Макарова не получилось разобрать слов, как из-за музыки, так и из-за заплетающегося языка Кирилла. «Хотел бы — ничего не понял из того, что он говорит», — Лёша с отвращением поморщился, но продолжил смотреть видеосообщение. Кто-то рядом стоящий с Гречкиным взялся что-то снимать на видео со вспышкой, которая в этот самый момент хорошо осветила лицо сына прокурора. Макаров смог прочитать по губам мажора, как тот выругался: «сукаблять», и заметить зрачки Кирилла ещё до того, как он отвернулся от яркого света. В груди парня тут же появился неприятный жар, который опустился в желудок. — «Блять, да какого хуя это начинается опять?» — Лёша тяжело вздохнул и упал лицом в подушку. Отвечать Кириллу не хотелось. После его сообщения у Макарова пропало то хорошее настроение, которое образовалось за семейным ужином. Теперь не хотелось вообще ничего. В голове шумело из-за выпитого вина. Парень едва сдерживал себя, чтобы не написать Гречкину гадостей. — «Блять, даже не пиши мне, когда ты такой», — Лёша подорвался и схватил телефон, намереваясь передать свою мысль Кириллу, но передумал. «Так я хотя бы знаю, что с ним всё нормально и он жив, а то свалится где-то и…» — зажмурившись, Макаров стиснул зубы и мотнул головой. «Да и не обещал он мне полностью бросить…» — парень уткнулся лбом в корпус смартфона и тяжело вздохнул; от этой мысли стало ещё противнее на душе. Помимо искреннего волнения за здоровье блондина, в голове у Лёши мелькал ещё и страх того, что в таком состоянии Кирилл способен на измену, несмотря на все свои обещания. — «Наиграется со мной и найдёт себе кого-получше… в таких-то местах», — мысленно фыркал парень, «провожая» мажора на тусовки. Однако тот, будто чувствуя переживания Макарова, поводов для ревности не давал и всегда выходил на связь. «Намного лучше, когда ты рядом со мной. Причём это лучше для нас обоих». — Улёгшись на спину, Лёша закинул руки за голову и медленно выдохнул. «Боже, да ну нафиг, — скривившись, парень цокнул языком. — Ты завтра даже не вспомнишь, о чём мы разговаривали. Так зачем мне трепать свои нервы?» Глубоко дыша, Макаров полежал ещё несколько минут, после чего, хрустнув пальцами и абсолютно игнорируя Кирилла, написал сестре: «Что подарим Юле и Игорю?» Закинув локти на спинку диванчика, Паша сидел и пожирал взглядом девушку за пару столиков от него, когда рядом послышалось издевательское: — И в скольких позах ты её уже трахнул? — вернулся выходящий «по-о-оку-у-ури-и-ть» Марк. Не оборачиваясь к товарищу, Гущин протянул: — Пока что только в двух… — парень подался вперёд и, уткнувшись локтями в колени, коснулся безымянного пальца, на котором сейчас отсутствовало обручальное кольцо. — Ну-у-у… чё я могу сказать… — рыжий уже собирался дать оценку девушке, когда та отставила свой стакан и уверенно направилась к танцполу — туда, где Кирилл что-то упорно доказывал какому-то парню, закинув руку тому на плечо для большей устойчивости. Приблизившись к Гречкину, девушка провела пальцами по спине сына прокурора, отчего тот вздрогнул, словно от удара током. Барыги наблюдали за ситуацией с особым интересом, а Паша даже с долькой напряжения. Девушка снова сделала попытку пойти на контакт с мажором, но Гречкин грубо оттолкнул её руку и, тряхнув головой, сказал что-то явно неприятное — щёки посетительницы начали заливаться краской. — Ты смотри… не ведётся наш любитель флирта, — удивлённо фыркнул Гущин. — Походу, Кирюха конкретно запал на свою «снежную королеву». — Снежную королеву? — хохотнув, переспросил Марк. — Это типа она тоже торчит? — Та не… — Паша громко заржал и мотнул головой. — Она его морозит… или чё-то типа того… — скомкано бросил парень, снова прикипая взглядом к своей «избраннице». — Ну чё, те-рь’ как всегда можешь пойти подобрать «объедки» за Гречкиным, — хлопнув друга по плечу, рыжий противно оскалился и кивнул в сторону расстроенной девушки. Гущин резко обернулся к Марку и зло сверкнул глазами. Неизвестно, что дальше бы вытворил Паша, если бы рядом с парнями не материализовался Кирилл. — Чё-каво’? Пацыки, чё киснем? — блондин устроился между товарищами и встряхнул их, приобняв за плечи. — Хуёво тут у тебя, Греч, — Гущин цокнул языком, выбираясь из-под руки мажора. — Нихера интересного… — прошипел парень, бросая последний взгляд на тот столик, за которым сидела уже не интересующая его девушка. — Пиши-звони, — Паша лениво поднял ладонь на прощание и пошёл на выход, намереваясь податься в другое место, где у него не будет конкурента в виде Гречкина. «Ну и уёбывай тогда нахуй» — проведя языком по зубам, Кирилл ткнул средний палец в спину удаляющемуся другу и покосился на Марка, взвешивая все за и против остаться в его компании. Рыжий был не особо приятен сыну прокурора, но знакомый обещал «заебись трипчик», и пусть его товар по качеству уступал тем препаратам, что толкал Гущин, вещества у Марка были поразнообразнее. «Та бля, ща отпустит, и начнётся реально тухляк», — мажор поморщился и тяжело вздохнул. Ему совершенно не хотелось расставаться с приятным эйфорическим состоянием. Туманно соображая, Гречкин быстро написал Лёше: «скучаю», и, хлопнув в ладоши, скомандовал: — Так, — палец блондина упёрся в грудь барыги, — ты вываливай на столик свою заебатую херню, а с меня бухло. «И похуй на батины нравоучения», — криво улыбаясь, Кирилл щелчком пальцев подозвал официантку и попросил ту организовать элитную выпивку. Обсудив с Лизой все нюансы и согласившись в итоге на галстук-бабочку, Лёша уже успел позабыть о веселящемся где-то Гречкине, когда тот напомнил о себе коротким сообщением. — Скучает он, блять, — из груди парня вырвался пьяный смешок. «Нет бы позвонить, предложить погулять…» — Макаров намеренно разгонял в себе злость, забывая, что именно он изначально дал знать Кириллу, что будет занят. Накрутив себя обратно до неспокойного состояния, Лёша снова уставился в экран смартфона, листая чаты и пуская вызов по видеосвязи. — Лёш, если это не что-то важное, то я тебе голову откручу, как приеду, — пригрозила сестра, отвечая на видеозвонок. — Я только в душ собралась, и тут опять ты, — Макарова откинула полотенце вместе с косметичкой на кровать и крепко взяла телефон в обе руки. — Ну, говори, только быстро, а то они там сейчас всю горячую воду выполоскают… — девушка страдальчески поморщилась, косясь в сторону. — Я боюсь… — хрипло признался Лёша. — Чего? — фыркнула Лиза, прищурив глаза, — включи свет, тебя не видно. Парень перебрался с кровати за стол и щелкнул выключателем лампы, параллельно рассказывая: — Кирилл пошёл на свою… тусовку… — последнее слово Макаров выплюнул с неприкрытым презрением, — я переживаю, что его там спьяну может снять какая-то… — Лёша быстро прикусил язык и исправился, — девушка. Поскольку Лиза ни разу не упоминала, что ей приходилось замечать Гречкина под веществами, то и Макаров решил не говорить сестре о том, что блондин «балуется» наркотиками. — Так говоришь, будто Кир — проститутка… — девушка неодобрительно поморщилась. — Чего тебя вообще понесло в эти ревнивые подозрения? — Не знаю… — помолчав несколько секунд, парень закрыл лицо руками и честно признался, — просто я на фоне его знакомых выгляжу, как натуральный чмошник. Я вообще не понимаю, что он во мне нашёл. — Повтори, пожалуйста, — попросила девушка, — я в твоём бормотании ничего не поняла. — Та-а-а, не важно, — отмахнувшись, выдавил из себя Лёша. «Опять я разнылся, как какая-то тряпка», — Макаров запрокинул голову и глубоко вдохнул. — Ты издеваешься? И ради этого ты мне позвонил? — металлическим голосом спросила Лиза, поднимая одну бровь. — Вы поссорились что ли? — Нет. — Тогда что случилось? У вас же явно что-то случилось, — «взяв след», девушка заговорила быстрее. — Ты, конечно, та ещё драма квин, — Макарова издала тихий смешок и быстро попросила, — не обижайся только, я это в шутку сказала, но тебе для подобных звонков точно нужен повод. Кирилл же не первый раз идёт в клуб, а до этого ты не возникал и спокойненько его отпускал. — Я просто утром слишком переволновался из-за него… — Лёша потёр уголки глаз, поджимая губы. Гречкину удалось «наделать шуму» своим внезапным «исчезновением». Днём мнительный Макаров успел перебрать все возможные и невозможные варианты, почему сын прокурора не выходит на связь. — Я его потерял, а он, оказывается, спал. И то, неизвестно с кем. — Лёша! — прикрикнула на брата Лиза, которой уже начали надоедать безосновательные обвинения Кирилла. — Прости, — Макаров опустил голову, признавая, — меня занесло. «Действительно, почему я начал его подозревать?..» — Ты что, пьяный? — Немного, — хохотнул парень. — Тогда поня-я-ятно… М-да, хорошо, что ты сейчас со мной говоришь, а не с Гречкиным, — девушка цокнула языком и мотнула головой. — Не будешь доверять Кириллу — можешь сразу прекращать эти отношения. — Да я доверяю… — Подожди, а где папа и Юля? — перебила Лёшу Лиза, напрягаясь. — Ты не боишься, что они услышат? — Они вышли пройтись. Я им, видимо, только мешаю… «И тебя вот отвлекаю», — Макарова ещё сильнее затянуло в меланхоличное болото. — Начало-ось… Так! Ты либо сейчас звонишь Киру и падаешь на уши ему, заодно выясняешь, где он-с кем он, либо тоже идешь проветриться, либо ложишься спать. Учитывая твоё состояние — лучше последнее. — Ну, я… — парень замялся и тут же широко зевнул. «…и вправду уже устал…», — подумал Лёша, сонно моргая. — Всё. Отключайся и ложись в кроватку. И только я увижу тебя онлайн, — Лиза шутливо пригрозила брату пальцем и послала в камеру воздушный поцелуй, — спокойной ночи. Люблю тебя, не загоняйся, всё хорошо. — И я… — тихо произнёс Макаров. Поёрзав на стуле, парень поджал губы, ещё какое-то время консервируя в голове тревожные мысли, но то ли алкоголь начал отпускать Лёшу, то ли помог серьёзный тон сестры, но Макарову было тяжело дальше растить в себе раздражение. Снова зевнув, он решил последовать совету Лизы. Быстро раздевшись, Лёша юркнул в постель, даже не заглянув в ванную. Перед глазами снова возникло последнее сообщение Кирилла, и Макарову на секунду стало стыдно, что он игнорирует Гречкина. — «Хотя может, таким образом до него дойдёт, что с ним-угашенным я не хочу иметь дела…» Вспоминая, как Кирилл просил забрать его из клуба, парень вздохнул и мысленно обратился к блондину: «надеюсь, с тобой всё будет нормально…» «Завтра будет лучше…» — пообещал себе Макаров, прежде чем уснуть. Утро следующего дня действительно выдалось для Лёши лучше, чем предыдущий вечер, а вот для сына прокурора — наоборот. — Фа-а-ак… — прошипел мажор, морщась от головной боли и ломоты во всём теле. Гречкин нехотя открыл глаза и тут же зажмурился — его собственный кабинет, в котором он находился, был полностью залит ярким солнечным светом. Вытерев со щеки след от уже высохшей слюны, блондин осторожно поднялся, выдохнув тихое: — Блять… Откинувшись на спинку кожаного дивана, Кирилл на автомате ощупал карманы джинсов. — «Бля, если всё на месте, то хули я домой не поехал? Хотя… — сын прокурора с сомнением посмотрел на собственную трясущуюся ладонь, — походу не в том я состоянии тогда был… Бля-а-а там, наверное, такое говно намешано было… — мажор поморщился, вспоминая таблетки экстази, что ему впарил Марк, и которыми он пытался усилить эффект амфетамина. — Сука и вот вроде ж зарёкся нихуя у него не брать», — цокнув языком, Гречкин поднялся и, ощущая дрожь во всём теле, сделал пару неровных шагов по кабинету. — Кхм… — сын прокурора тяжело вздохнул, хватаясь за край стола; его взгляд упёрся в оставленный когда-то накладные, и парня вдруг обдало ледяной волной. «Еба… а отсюда нихуя не вынесли?» — подобная мысль была совершенно несвойственной даже для абсолютно трезвого Кирилла, но сейчас ему не хотелось думать с чего вдруг это начало его волновать. Глаза мажора только тревожно бегали. Концентрировать внимание было крайне тяжело, однако блондин осмотрел помещение, медленно дыша и чувствуя, как по коже бегают колючие мурашки. Гречкин шумно вздохнул с облегчением, замечая в замке повёрнутый ключ, но всё же дополнительно проверил дверь — та была закрыта. — Ебать, щас бы покурить… — взъерошив волосы, парень снова осмотрелся, надеясь найти поясную сумку. «Вроде там должна остаться одна сига…» — зевая, Кирилл подобрал с пола бананку, что валялась возле дивана, и проверил её содержимое. Сына прокурора порадовало то, что там действительно оказались сигареты. Но ещё больше Гречкин обрадовался, заметив в поясной сумке пластинки «Ксанакса». Достав блистеры, сын прокурора мысленно похвалил себя за свою лень — он не хотел иметь при себе таблеток и изначально намеревался оставить те дома, предусмотрительно «спрятав» их в баночку из-под аскорбинок, но по привычке своей блондин решил забить и сделать это «как-нибудь потом». И, к большому счастью Кирилла, это решение было верным. Сейчас перед собой Гречкин видел явный способ облегчить собственные страдания. Удивительным образом, мажора не тянуло выпить; наоборот, любые мысли о похмелье вызывали дополнительный мороз по коже и мелкую дрожь, предвещая рвотные позывы. — Пасиба’, такой хуйни нена-а-ад-да’, — прошипел парень, забывая о сигаретах и снова направляясь к выходу. Потянувшись, блондин пообещал себе, что скоро ему будет «заебись нормальок» и, шурша блистером, не спеша сполз на первый этаж пустого клуба. Зайдя за бар, сын прокурора с большим трудом опустился на корточки перед небольшим холодильничком. — Да ёб… — страдальчески вздохнув, Кирилл добыл на свет бутылочку холодной воды. Присев на пол, и уткнувшись спиной в тумбу, мажор ногой закрыл дверцу холодильника и, поднеся упаковку к глазам, внимательно рассмотрел голубые таблетки. Первой мыслью Гречкина была — «выпить целую», но затем парень принял решение остановиться лишь на половинке. — «Та не, мне ж не надо, шоб меня вырубило на дохуя часов. Малой меня опять потеряет», — Кирилл хохотнул, впервые за утро вспоминая о Лёше…