Become one exception

      На постоялый двор «Ваншу» опускался вечер. Солнце не спеша скатывалось к горизонту, цепляясь за скалы Заоблачного предела, желая остаться еще ненадолго и подольше погреть земли Ли Юэ. Конец дня выдался необычайно теплым, и даже легкий ветерок не приносил желанной прохлады. Он лишь лениво играл с растрепанными темно-зелеными волосами адепта, наблюдавшего за закатом с самого высокого балкона. Опершись на перила, последний защитник Якса вглядывался в острые вершины, пронизанные краснеющими лучами почти севшего солнца.       Сяо видел закаты несчитанное количество раз, и каждый из них был мимолетным взглядом вдаль, на горизонт, который иногда окрашивался кроваво-красным цветом – цветом многочисленных жертв, погибших от рук адепта. Ни один вечер не вызывал таких яркий воспоминаний. Сяо каждый раз тщетно пытался подумать о чем-то другом, но смерть бестактно лезла в голову, прогоняя прочие мысли. Юноше было гораздо спокойнее, когда закатное солнце скрывалось за грозовыми тучами или густыми облаками. Лишь бы не видеть наливающийся красный закат, от которого во рту чувствовался привкус металла.       Якса никогда не понимал пристрастия смертных к любованию закатом. Что может быть хорошего в приближении ночи? Вдвойне больше опасности, втрое больше усилий ради людского покоя. Адепт мог на пальцах одной руки пересчитать ночи, когда он не пронзал кого-то своим копьем. С восходом луны зло считает своим долгом покуситься на чей-то покой и привлечь внимание. К счастью, юноша не позволял себе проигрывать. Таков был контракт, и нарушить его – значило лишь погибнуть. А смерть, по стойкому мнению Яксы, приравнивалась к непозволительной слабости.       Сотни лет борьбы научили его контролировать внутренних демонов. Режущая боль кармы вынудила Сяо принять ее, жить с ней и научиться сдерживать. Лучше всего это получалось в одиночестве, что стало еще одним поводом не подпускать к себе людей. Кроме одной особенной девушки…       Адепт продолжал сверлить взглядом Заоблачный предел в надежде, что хотя бы один из Архонтов ниспошлет ему ответ на неустанно мучающий вопрос: «Что смертные нашли в закатах?»       Более двух тысяч лет уже прожито и, кто знает, сколько раз по столько же он еще пробудет на этом свете, защищая Ли Юэ. И ни разу солнце напоследок не смогло достучаться до равнодушного сердца Сяо. Но не смогло только солнце, так ведь?       Последние лучи наконец ускользнули за скалы. Адепт закрыл глаза, но под веками осталась багровая пелена. Казалось, кровь и смерть преследуют его сегодня как никогда. Снова больно.       Глубокий прерывистый вдох, содрогнувшиеся от напряжения плечи. Сяо до белых костяшек сжал деревянную перекладину под руками, на висках проступил пот. Очередная борьба с собой началась.       Демоны пожирали адепта изнутри, в ушах звенело от их голосов.       Вдох.       Выдох.       Контроль.       Вдох…       - Сяо, - позади раздался тихий знакомый голос.       Якса от неожиданности на мгновение задержал дыхание и распахнул глаза. От боли взгляд заволоки едва заметные ненавистные слезы. Адепт презирал себя таким – слабым. Трудно было всегда, но он каждый раз побеждал. Он привык быть сильным, но самоконтроль все чаще давал сбой.       - Сяо? - девушка подошла ближе, - Ты в порядке?       Она легко коснулась его напряженных плеч. Защитник Якса опустил голову и резко выдохнул.       - Все хорошо, - он сказал это достаточно тихо, но в вечерней тишине ничто не ускользало от чуткого слуха путешественницы. – Я… не в настроении, Люмин, - эта фраза прозвучала грубее, чем того хотел Сяо. Девушка попыталась обнять адепта со спины, но только ее руки опустились с его плеч, Якса ускользнул, оставив после себя резкое дуновение ветра и еле уловимый запах миндального тофу.       - Ты снова ушел… - невольно вслух сказала Люмин. В ее голосе чувствовалось искреннее разочарование.       Девушка подошла к деревянным перилам, где пару секунд назад стоял Сяо. Она скрестила руки на перекладине и опустила на них голову. На чернеющем небе уже поблескивали первые звезды.       - Ты как эти звезды… Также далек и холоден. Почему ты снова закрылся от меня, Сяо?...