Приворотное зелье для Гермионы Грейнджер.

Последняя подобная пробежка у меня была на третьем курсе, когда мы с Гарри спасались от профессора Люпина. И то, по-моему, это было не настолько быстро. Н-да, явно эта пробежка ещё не скоро забудется. *** Лицо Паркинсон надо было видеть: глаза полные волнения и, в то же время, еле сдерживаемого смеха, уставились на влетевшую в класс Гермиону. Та, в свою очередь, была краснее помидора, а волосы растрепаны в разные стороны хуже обычного, да и дышит так, словно сейчас выплюнет легкие! Ещё и схватилась за стену в проходе, согнувшись пополам. Как только дыхание успокоилось, а внимание сокурсников уменьшилось и они вернулись к незаконченным обсуждениям, Гермиона отправилась к своему месту. Единственными, кто не переставал за ней наблюдать, были Гарри, Рон и Пэнси. Последняя изо всех сил пыталась не расхохотаться, но усердно сдерживалась, то и дело пырскала и беззвучно тряслась. Гриффиндорка же, заметив абсурдность всей ситуации, и поддавшись соблазну посмеяться, всё-таки хихикнула. – Откуда ты так бежала? Словно на Пушка наткнулась, – с улыбкой, как и всегда, собственно, процедил Рональд. – Из библиотеки, я зачиталась, – всё ещё улыбаясь и пытаясь привести дыхание в покое, изложила девушка. – Слушай, Гермиона, я порой с тебя удивляюсь! Как можно настолько глубоко уйти в книгу, что даже не смотришь на время? – Гарри смотрел на подругу так, будто она нашкодивший котенок, что странно, ведь обычно она так делала, если они опаздывают или еще что-то в этом духе. Задуматься над этим девушка не успела, в класс медленно вплыла профессор МакГонагалл. Единственное, на что сейчас хватило Гермиону прежде, чем Гарри отвернулся – это удостоить друга слегка сердитым взглядом. Но настроение у нее всё равно было отменным! Первый день учебы всё-таки! – Здравствуйте, седьмой курс! Заканчивайте разговоры, открывайте учебники и начинаем занятие! Весь урок прошёл, на удивление, спокойно. Слизеринцы лишь изредка кидали свои мерзкие шуточки! На них не очень похоже, видимо, и правда, повзрослели. Только с Пэнси они иногда, улыбаясь, переглядывались. А так, в основном, Гермиона была полностью погружена в новую тему, по которой МакГонагалл решила ничего не задавать, ссылаясь на то, что они только вышли с каникул и, под одобрительное улюлюканье двух факультетов, объявила об окончании урока. *** Мысли Малфоя были забиты лишь одним вопросом: «Каким сраным образом он должен приворожить эту заучку, Грейнджер?». От одной мысли о ней становилось тошно, да и от всей ситуации в целом. Он даже не может представить, как можно хотя бы нейтрально к ней относиться, а об «отношениях» и речи быть не может! Две столь противоречивые личности вдруг, вот так внезапно, стали испытывать друг к другу чувства! Да где это видано? Ладно, хорошо, ведь нет ничего невозможного, так? Но всё равно, это может пошатнуть его репутацию, не думаю, что Скиттер упустит такую сенсацию как «Драко Люциус Малфой, единственный наследник чистокровного рода Малфоев, выбирает себе в спутницы маглорожденную волшебницу: Гермиону Грейнджер. На самую сильную ведьму этого столетия и пал выбор молодого Малфоя! А как завязалась их «крепкая» связь – до сих пор неизвестно». Слизеринец аж поежился. Бр-р-р-р. Не хочется думать о плохом, но что-то ему подсказывает, что может быть и хуже… *** Следующие сутки прошли без происшествий. Гермиона старалась быть спокойной. Они с Пэнси договорились встретиться сегодня после ужина в выручай-комнате и спокойно всё обсудить. Но как только они оказались на месте, самообладание Гриффиндорки полетело к чертям и в течение следующего часа она выплескивала все, что накипело в ней за эти дни. *** – До похода в Хогсмид осталось всего-то два дня! – Гермиона уже битый час истерила в выручай-комнате и начинала знатно капать Пэнси на нервы. – А если я не успею ничего предпринять!? Или не смогу выследить момент, когда он подольет зелье и выпью его!? Пэнси!! Мне страшно! Что вообще об этом подумают Гарри и Рон!!? Что будет со мной?? А если он как-то воспользуется этой ситуацией!? Мерлин, она что, не затыкаема? Всегда же была спокойной и рассудительной Гермионой, способной сохранять хладнокровие в стрессовых ситуациях. А тут, на тебе! Истерит и бьется в припадке! Да, согласна, ситуация не из приятных. И тут только два варианта: либо она будет действовать по плану и сможет спокойно изобразить девушку под приворотным зельем без последствий, либо же она будет прибывать в забвении следующие три месяца и захлебываться в любви к чертову Малфою. Выбор невелик, но все же… Тут хотя бы есть из чего выбирать! А вот если бы они с Гермионой не подружились, она бы сейчас ничего не знала и прибывала в неведении! «Попалась бы на удочку и была бы дурочкой!» – подумала Пэнси перед тем, как её вернули в реальный мир. – Паркинсон, мать твою! Чего ты молчишь!? – шатенка возмущенно взглянула на подругу, в ожидании объяснений, по какой же причине та никак не участвовала в её рассуждениях, и вместо помощи просто пялила в одну точку, равнодушно наблюдая за происходящим. – Помоги же мне что-нибудь придумать! – Гермиона, прошу тебя, успокойся! Включи своё хладнокровие и мозги! План прост, по крайней мере в том, как не выпить зелье. Дальше будем действовать по ситуации, – спокойствие Слизеринки убивало. Как можно сохранять хладнокровие, когда тебя хотят приворожить? Ладно, если по глубокой симпатии, но тут из-за глупой игры. Это, признаться честно, даже немного обижало. Но когда гриффиндорка вспоминала человека, собирающегося её «приворожить», то обида моментально сметалась в сторону, а на её место приходил страх. Ведь он гадкий, бесчувственный, отвратительный, вечно её оскорбляющий, не имеющий и капли совести Слизеринец и ей придется играть с ним в «любовь» и, возможно, в «сюси-пуси»! Бе, ужас какой! Захотелось сунуть два пальца в рот и прочистить желудок, а заодно голову. Но на это не было времени, им, действительно, нужно всё хорошенько обдумать и решить, как действовать так, чтобы Малфой её не вычислил. Ведь изображать сильные чувства к человеку, которого ненавидишь – безумно сложно. Но выхода не было, если только она не хотела прочувствовать на себе действие приворота. – И какой у нас план?