Приюти льва.

Из-за него Кейа, черт возьми, пропустил пары. — И так, ты хочешь сказать, что ты человек, превращенный в льва? , — громко через нос выдохнул Кейа. — Абсолютно точно, — Дилюк подтвердил, небольшим кивком.       Кейа решил ничего больше не спрашивать. Пусть лучше Дилюк все расскажет сам. Правда, Рагнвиндр не сразу понял, что от него требуется. — Зачем ты на меня смотришь так? , — Дилюк поднял бровь, не понимая взгляда Кейи. — Как «так»? — Ну, осуждающе, что ли. Я не понимаю, почему. — Это я не понимаю почему «ты меня нашел» и " ты — человек лев»! , — развел руками и довольно артистично прикрикнул Кейа. — Я. Мне нужно было… Запах, — Сдался Дилюк, после попыток объяснить, что происходит. После чего Кейа демонстративно плюнул в его сторону и ушел в другую комнату. Ну и пусть. Кейа большой мальчик, сам все разузнает.       «Дилюк Рагнвиндр — пропавший сын глубокоуважаемой семьи Рагнвиндров, лучших виноделов Мондштадта. Мальчик исчез из дома в возрасте 7-ми лет. Мать семьи отказалась давать какие-либо комментарии. Отец семейства, Мастер Крепус, все же сказал одну фразу: " Я не знаю, где мой сын, но если он сбежал из дома, он больше не будет моим сыном «. Спустя 3 месяца с момента исчезновения Дилюка Рагнвиндра, его мать повесилась, а отца нашли убитым. Каким образом — полиция скрывает. " — Кейа нашел это в какой-то статье в интернете. Он был удивлен. Нет, не удивлен, ошарашен. Сначала он думал, что да, возможно у Дилюка и у Кейиных приемных родителей просто одинаковые фамилии, но после упоминания о Мастере Крепусе — приемном отце Альбериха, руки Кейи сами по себе начали дрожжать. Он быстро начал набирать номер мамы. Гудки даже не начинались. Такого номера не существует. Дальше по списку контактов. Номер отца. Тяжелые гудки, с каждым разом ударяющие по сердцу. Здравствуйте. Телефон вызываемого абонента выключен или находится вне зоны действия сети. " — Черт. Нужно валить домой. Срочно. "       В комнату заходит Дилюк. — Кейа. Извини меня, я не знаю, как сформулировать то, что должен тебе сказать, — Кейа не ответил и Дилюк подошел к нему, лёгкого тряся за плечо, — Эй? Перед ответом, парень повернулся. — Пожалуйста, скажи, что это сон и они живы, — Телефон у него выпал из рук. Который раз за день. — Прости, я не знаю, — Дилюк грустно повел глазами, пытаясь утешить Кейю. Получалось плохо. — Да черт! Свали отсюда! Видеть тебя не хочу! , — Грубо и со слезами на глазах выкрикнул Кейа. Дилюк отшатнулся, пребывая в глубоком шоке. Он не знал, как реагировать, поэтому просто стоял, действуя Кейе на нервы.       Кейа злился. Злился настолько сильно, что по щекам текли слезы, обжигая нежную кожу, кусал губы, чтобы сдержать истошный крик, а кулаки сжимались так, что ногти впивались в ладошки, оставляя красивые полумесяцы. Кейа чувствовал безысходность. Отвратительное чувство. Он не знал, живы ли практически единственные дорогие ему люди. Если нет, то он снова один. Сердце снова потяжелело. Кейа почувствовал - сейчас выпрыгнет. Хотелось кричать, орать, и бить стекла. Он снова себя возненавидел. Как и одиночество, которое Кейа всю жить избегал, избегает, и, наверно, будет избегать. Кейе не хотелось думать, что вот уже, он больше не увидит улыбку матери, гордящуюся за сына, который поступил на ее любимую специальность. Не увидит укоризненный взгляд отца, когда тот принес в дом первую двойку за четверть в 10-ом классе, первую, да не последнюю. Его настигли те же самые чувства, когда маленькому мальчику, который ждал родителей после работы дома, позвонили из служб опеки на его первый кнопочный телефон, и сказали, что его родители мертвы. Разбились на машине. Кейа долго ревел над рисунком, который нарисовал в школе и принес показать маме. Дешевый карандаш смылся, оставляя разводы на бумаге.       Кейа отвернулся, не желая показывать Дилюку то, что сам считает слабостью, и стал ждать того момента, когда истерика закончится.       Дилюк понимающе улыбнулся, сел на кровать, став увлеченно разглядывать что-то на полу, даже глазом не смея смотреть на Кейю. Кейа же, наверно, был бы ему благодарен, если бы ему сейчас не приходилось все силы направлять на то, что бы сдержать этот маленький порыв, который еще чуть-чуть и перерос бы в паническую атаку. — Это случилось, когда мне было 7, — Начал Дилюк спокойным голосом, надеясь, что Кейе это поможет скорей успокоится, — Я играл на заднем дворе нашего дома на даче со своими друзьями, пока родители собирали урожай на переднем, потому что мы должны были перезжать в квартиру в городе, — Кейа вправду успокоился, положив голову на стол, отодвинув ноутбук и внимательно слушал, — Из кустов я услышал, что меня кто-то позвал. И я, не сомневаясь, пошел туда. Не очень четко помню, что произошло, но помню — был взрыв. Я видел, собственными глазами, как моих друзей разорвало на части. Как в меня прилетела окровавленная рука моей лучшей подруги, которая упала бездыханным телом на уже кровавую землю. Той девочке было 5, ей оторвало не только руку, но ещё и ноги. Там еще был мой другой друг. Ему досталось хуже. Его маленькое тельце разорвало на два кусочка, а голова была подкинута в воздух, — Руки Дилюка крупно дрожали, — Там еще были мои друзья. Но я не запомнил их смерть. Нам всем было от 5-ти до 9-ти лет, — Дилюк закончил, видимо не желая продолжать дальше. Кейа не настаивал, но поглощенный ужас интересом взял свое. — Как ты выжил? — Не понимаю. После того, как я это увидел, я отрубился в чьих-то когтистых лапах, — Тело Дилюка покрылось мурашками, — Очнулся в какой-то лаборатории. Среди таких же как и я детей. Тот человек с когтистыми лапами сказал: ты особенный.Ты должен был выжить.       Дилюк закончил. В его словах была тяжесть. Ему было определенно очень больно говорить это, но Дилюк чувствовал долг за собой, рассказать Кейе.        Сначала Кейа молчал. Но потом Кейа задался вопросами: «Кто он?» " Кто такой чертов Кейа Альберих?» — Дилюк. Но я же видел родителей совсем недавно. Почему в статье написано, что они мертвы? — Они.Они мертвы, я видел их смерть. Это было еще больнее. Смотреть на их смерть через экран лабораторного монитора. Мама не выдержала, а отца они довели пытками. Я.я не знаю, что они могли такого сделать., — Дилюк поник, но Кейе он был никто, и ему было абсолютно всеравно на него, поэтому Альберих стал дальше заваливать его вопросами. Кейе нужно было знать правду. Дилюк его понимал. — Как тогда я мог общаться с ними, абсолютно живыми? , — Зубы Кейи сжались. Либо ему врут, либо… Он даже думать об этом не хотел. — А ты уверен, что видел именно их? , — Дилюк посмотрел на него пугающим взглядом. Кейа не видел этого. Он это прочувствовал, табуном мурашек по спине.