Его ангел (His Angel)

      Флёр не могла припомнить, приходилось ли ей хоть раз просыпаться как сегодня — не имея никакой возможности шелохнуться, потому что спящий рядом черноволосый юноша крепко прижимает её к себе. Как это ни странно, он всё ещё крепко спал, хотя обычно именно он просыпался первым и лежал, не двигаясь, боясь её разбудить. Сейчас же они поменялись ролями, и Флёр не собиралась шевелиться, если это поможет ей подольше оставаться в его объятьях.       Дыхание Гарри щекотало ей ухо, и она слегка повернула голову, чтобы взглянуть на него. При всем своём желании она не смогла бы описать, что именно она испытывает, глядя на его лицо. Безусловно, она его любила. Но сейчас она испытывала и что-то иное. Гарри принадлежал ей… Чувство обладания было Флёр в новинку, но всё же в глубине души она испытывала что-то подобное весь прошедший год в Хогвартсе.       Раньше Флёр никогда не испытывала желания объявить что-либо своей единоличной собственностью. Всё, что она имела, она была не против разделить с другими. Но Гарри… Флёр не гордилась собой за это, но его она никогда бы ни с кем не стала делить.       С самого Рождественского бала она думала о том, чтобы поставить ему метку. Среди её народа такое было редкостью. Очень немногие вейлы могли влюбиться по-настоящему; куда чаще они выходили замуж по необходимости, в поисках той безопасности, которую даёт брак. И лучшее, на что вейла могла рассчитывать — это найти кого-то, кто будет относиться к ней с уважением… по крайней мере, большую часть времени… а она в ответ будет удовлетворять его нужды и создаст с ним семью. Вейлы практически никогда не бывают по-настоящему счастливы.       Чаще всего к вейлам относятся как к трофеям. Бабушка Флёр была очень несчастлива в браке, девушка практически ничего не знала о своём деде, и эта тема была весьма болезненной для её семьи. Но желание Аланы исполнилось: Доминик относился к её дочери так же, как Гарри к её внучке. Флёр и Аполлин оказались среди немногих счастливиц. А теперь Флёр изо всех сил надеялась, что и её маленькой сестрёнке в будущем так же повезёт встретить такого же замечательного парня, как Гарри.       Метка использовалась вейлами, чтобы заявить свои права на того, кого они выбрали. Это такая форма обязательств друг перед другом, в чём-то похожая на брак. Можно даже сказать, что это нечто большее, чем брак, так как теперь они с Гарри связаны по законам магии, а не просто словами-клятвами, которые легко нарушить. По законам магии, они теперь связаны как спутники, за неимением лучшего слова.       Когда мама рассказывала Флёр об их наследии, девушка даже и не думала, что ей доведётся когда-нибудь найти того, кого она сможет полюбить так сильно, как Гарри. Она заранее смирилась с тем, что её ждёт такая же судьба, как и большинство вейл. И уж конечно она и не мечтала встретить того, кому ей захочется поставить метку. Но встреча с Гарри показала ей, как она ошибалась.       Правда, чтобы чары сработали, нужно, чтобы вейла и её избранник испытывали друг к другу одинаковые чувства. Если бы чувства Гарри были намного слабее, метка бы не появилась. И Флёр боялась даже представить, как бы она чувствовала себя в такой ситуации. А сейчас она беззвучно ругала себя за то, что вообще предположила, что такое возможно. Во всем виновата её неуверенность в себе и чувствах Гарри. Как бы Флёр ни уверяла Гарри, что её чувства к нему неизменны, она продолжала бояться, что однажды он решит бросить её. К счастью, сейчас эти страхи остались в прошлом, и Флёр поклялась себе, что больше никогда не усомнится в любимом.       Щеки девушки покрылись лёгким румянцем при мысли о том, что им с Гарри ещё предстояло сделать. Возраст не был проблемой, как и взаимное согласие. Флёр уже видела желание в его взгляде, когда он смотрел на неё. Иногда в его взгляде появлялась и похоть, которую она терпеть не могла в обращённых на неё взглядах других мужчин; но всё же когда так на неё смотрел Гарри, её пробирала приятная дрожь.       Прошлой ночью ей пришлось сдерживать себя, чтобы не отдаться ему прямо здесь и сейчас. Они были одни, им никто не мог помешать. Гарри желал её так же сильно, как и она его, и Флёр понимала, что он ждёт только её согласия. И пусть он даже и не догадывался об этом, она дала ему своё согласие уже давно. Флёр очень ценила то, что Гарри не давил на неё в этом вопросе и уважал её мнение.       После того, что произошло прошлой ночью, больше не было смысла отрицать их взаимное притяжение. Теперь это был лишь вопрос времени, и Флёр собиралась подарить себя Гарри ещё до его отъезда. А единственная причина, почему она остановилась прошлой ночью, была, как она и сказала, в том, что ей не хотелось, чтобы их первый раз произошёл в таком мрачном месте, когда под их дверью топчется эта ненормальная женщина.       Прошло ещё несколько минут, и Флёр не смогла сдержать хихиканья, когда что-то начало щекотать ей шею. Судя по всему, Гарри уже проснулся, и в голове у Флёр моментально созрел план.       Она повернулась к нему с коварной ухмылкой и легонько поцеловала. Гарри ответил на поцелуй и медленно открыл глаза, взглянув на неё своими сияющими изумрудными глазами. Через пару мгновений Флёр отстранилась и вновь повернулась к нему спиной, слегка поёрзав попой, чтобы прижаться к нему посильнее.       — Bonjour monsieur, — прошептала она, и ещё немного поёрзала, чтобы прижаться к нему всей спиной.       Бросив взгляд через плечо на лицо Гарри, Флёр не смогла сдержать смех. Он выглядел именно так, как она и представляла — красный как свёкла, с чётко написанным на лице желанием выброситься из окна от греха подальше.       — О, пег’естань, 'Арри. Я же уже не первый раз чувствую такое по утрам.       Гарри покраснел ещё сильнее, хоть Флёр и казалось, что это невозможно.       — Но… — его голос звучал выше, чем обычно, а на лице не осталось и следа сонливости.       — Мне есть чего ждать с нетег’пением, пг’авда?       Флёр снова рассмеялась над его выражением лица, и тут Гарри наклонился к ней. Её глаза расширились, когда он впился губами в её губы. Но почти сразу же она закрыла глаза от удовольствия и погладила его по щеке.       — В эту игру можно играть вдвоём, — отстранившись, произнёс Гарри с кривой усмешкой.       Флёр улыбнулась в ответ и уткнулась носом ему в грудь.       — Ты кто такой, и куда ты дел 'Арри Поттег’а?       Гарри рассмеялся в ответ и покачал головой.       На часах было уже десять утра, но им ужасно не хотелось покидать объятья друг друга. К тому же, они не горели особым желанием встречаться с остальными обитателями этого дома и видеть их реакцию на вчерашнее.       — Навег’ное, нам пог’а вставать… — мягко произнесла Флёр минут пятнадцать спустя. И стоило ей произнести это, как её желудок громко заурчал. — Окей, я хочу есть.       Через полчаса, приняв по очереди душ и переодевшись, они были готовы. Гарри, как обычно, надел джинсы и рубашку. Флёр же выбрала юбку и блузку, причём выглядела она в них так обворожительно, что Гарри какое-то время оцепенело смотрел на неё, будучи не в силах оторвать взгляд. Затем, осознав, что он делает, парень быстро отвёл взгляд в сторону.       Флёр только вздохнула. Неважно, сколько раз она говорила ему, и даже показывала, что ей нравится, когда он так на неё смотрит, Гарри был неисправим. Так что она просто взяла его под руку и потянула к двери.       Перед дверью в кухню они обменялись взглядами, говорившими, что никто из них не хочет встречаться с теми, кто ждёт внутри. Но выхода не было, и им пришлось открыть дверь. Тут же кухня наполнилась свистом в исполнении Сириуса и близнецов, на чьих лицах сияли подозрительно одинаковые ухмылки. Помимо них в помещении находились только Гермиона, Рон и Джинни. Миссис Уизли нигде не было видно, чему Гарри и Флёр несказанно обрадовались. Не то, чтобы их волновало, что она может сказать или сделать, но всё же им хотелось избежать очередной конфронтации.       — Хорошо спалось? — подняв бровь, поинтересовался Сириус.       Гарри метнул в убийственный взгляд в его сторону, но тут же нахмурился, увидев на виске крестного довольно внушительный синяк. Флёр также его заметила, и сразу же поинтересовалась:       — Что с тобой случилось?       Лицо Сириуса неожиданно побелело, а близнецы, Гермиона и Рон сдавленно прыснули от смеха.       — Нимф… Тонкс! Я имел в виду Тонкс! — к концу фразы голос Сириуса приобрёл истерические нотки, и Гарри оглядел сидевших за столом, пытаясь найти объяснение странному поведению крестного. Складывалось впечатление, что Сириуса посетило какое-то весьма болезненное воспоминание, сродни воспоминанию о времени, проведённом в Азкабане.       — Тихо, тихо… Тонкс здесь нет, — успокаивающе произнёс Фред.       — Ага, она уехала с утра пораньше, помнишь? — добавил Джордж.       Заметив растерянные взгляды Гарри и Флёр, он наклонился к ним и пояснил:       — Он снова рассердил Тонкс.       — Не только я. Ты бы видел Ремуса, — мрачно пробормотал Сириус. — Черт, я не помню, чтобы она когда-либо проявляла подобную жестокость. Не удивительно, что она уже стала аврором. Вы двое, наверное, хотите перекусить? Извините, но боюсь, вам придётся подождать до обеда.       Тут на его лицо вернулась прежняя усмешка.       — Тяжёлая ночь, я…       — Сириус… — предупреждающе произнёс Гарри.       Флёр пожала плечами и прижалась к Гарри, сжав его руку и подмигнув Сириусу, который, казалось, от удивления потерял дар речи.       — Вы… подождите… вы двое, правда… о, боже!       Пока его крестный с трудом подбирал слова, Гарри едва удерживался от смеха, а Флёр уже беззвучно хихикала, уткнувшись ему в плечо. Она была права, не стоит им знать, как всё было на самом деле. Так намного веселее.       Фред и Джордж казались впечатлёнными, и Гарри даже заметил лёгкую зависть в их взглядах. Гермиона покраснела и изо всех сил старалась не встречаться взглядом ни с Гарри, ни с Флёр. Но Гарри тут же понял, о чём она в тот момент думала. На её лице было то же неодобрительное выражение, которое он не раз видел в Хогвартсе, и весь её вид говорил о том, что ей ужасно хочется указать на ошибочность его действий. Рон же просто был в бешенстве.       Неожиданно внимание присутствующих привлекла Джинни, которая вскочила из-за стола и выбежала из кухни. Через пару минут Гермиона отправилась за ней, а следом и Рон. Гарри вспомнил, что Гермиона рассказала ему о Джинни, когда они пошли в совятню на следующий день после избрания его чемпионом. Отношение Гарри к этому с тех пор ничуть не поменялось, но сейчас он надеялся, что Джинни перестанет бросать на него такие взгляды и наконец-то избавится от своей одержимости Мальчиком-Который-Выжил.       Тем, кто остался в кухне, понадобилось некоторое время, чтобы прийти в себя. Сириус, Фред и Джордж тихо сидели, бросая на парочку быстрые взгляды и тут же отводя взгляд в сторону. Гарри и Флёр не обращали на них внимания, поглощённые разговором. В конце концов, близнецы тоже вышли, качая головами, и Гарри мог бы поклясться, что один из них, уходя, пробормотал «счастливчик».       Когда же Сириус, наконец-то решился посмотреть на них, Гарри обрадовался, поняв, что крестный не собирается их пилить. Судя по всему, Сириуса действительно шокировало, что никто из них не собирался ничего отрицать. Но по серьёзному выражению на его лице Гарри понял, что тот хочет поговорить о чём-то серьёзном. Или нет…       — Вы пользовались… ну, ты понял?       Гарри громко застонал.       — Сириус, мы не делали того, о чём ты думаешь.       — У меня сложилось другое впечатление. К тому же, Люпин тут не единственный, у кого хороший нюх.       Гарри растерянно посмотрел на крестного, но Флёр слегка покраснела и что-то пробормотала себе под нос. К счастью, Сириус решил не развивать тему, и весёлая усмешка сошла с его лица.       — Кое-что случилось, о чём вам стоит знать.       По мрачному тону крестного Гарри догадался, что не стоило ждать от этой новости ничего хорошего.       — Дамблдор не хотел, чтобы вам сообщали, но несколько дементоров появились… — Сириус замолк, перед тем как продолжить, — на Тисовой улице.       — Там, откуда мы забг’али 'Арри? — обеспокоенно спросила Флёр.       Гарри же застыл, не в силах поверить услышанному. Дементоры? В магловском мире?       — Когда это было?       — Четыре дня назад, — поймав обеспокоенный взгляд Гарри, Сириус добавил. — Не беспокойся, никто не пострадал. Маглы не могут видеть или слышать их, а они чаще всего игнорируют маглов, если им не приказано иное. А вот у бедной Арабеллы чуть не случился сердечный приступ.       Имя «Арабелла» показалось Гарри странно знакомым, но он решил не задумываться об этом сейчас.       — Они искали меня? — бесцветным голосом спросил он.       Флёр крепче сжала его руку. Сириус поморщился — это был глупый вопрос.       Что-то было не так во всей этой ситуации. Она вообще не имела смысла. Гарри знал, что сейчас всё идёт на пользу Волдеморту, так как его самого и Дамблдора считали сумасшедшими. Зачем же кому-то понадобилось, чтобы люди начали задавать вопросы?       — Мы пытаемся найти ответы на эти же самые вопросы, — ответил Сириус, когда Гарри поделился с ним своими мыслями. — Ничто не сходится. Дамблдор предупреждал Фаджа, что министерство может потерять контроль над дементорами, но это, похоже, не тот случай.       — Откуда вы это знаете? — с любопытством спросила Флёр.       Гарри тоже это заинтересовало, и он взглянул на крестного, ожидая ответа. Из всего, что им было известно, Волдеморт уже начал собирать сторонников. Сириус же улыбнулся, глядя на них.       — Вам ещё есть чему поучиться.       Он выпрямился на своём стуле.       — Подумайте, — Сириус указал на Гарри. — Как ты сам сказал, зачем Волдеморту посылать за тобой дементоров? Это вызовет подозрения, которые Волдеморту совсем не нужны. К тому же, если бы он так сильно хотел тебя убить, он бы послал по твою душу нескольких Пожирателей Смерти либо явился лично. Но посылать нескольких тёмных существ…       Сириус немного помолчал, чтобы сказанное лучше дошло, затем продолжил.       — К тому же, если бы он и вправду получил контроль над дементорами, то заключённые в Азкабане Пожиратели Смерти уже были бы на свободе. В Азкабане сейчас остались только те Пожиратели Смерти, которые в своё время входили в ближний круг. И будь я проклят, если Волдеморт просто оставит их гнить там. Они слишком ценны для него.       — Тогда кто же послал за мной дементоров? — спросил Гарри.       — Я знаю не больше тебя. Существует вероятность, что это всего лишь дурацкое совпадение, как нас стараются уверить Фадж и министерство. Но это слишком уж притянуто за уши, а Фадж лезет из кожи вон, чтобы эта новость не просочилась в газеты, что лишь заставляет нас подозревать и его самого, и министерство в целом.       — Они знают, что меня там больше нет?       Сириус покачал головой.       — Нет, не беспокойся. Они и понятия не имеют, где ты на самом деле. Память Дурслей была изменена, а сами они уехали в отпуск и предположительно взяли тебя с собой.       Гарри кивнул, его это устраивало.       — О, что касается твоего вопроса…       — Не сейчас! — торопливо воскликнул Гарри, но, как говорился, слово не воробей.       Сириус широко ухмыльнулся, а Флёр выглядела заинтригованной.       — Что? — спросила она, переводя взгляд с Сириуса на Гарри, который внезапно начал изучать пальцы на своей свободной руке.       — Гарри не горит особым желанием возвращаться в Хогвартс в этом году, — ответил Сириус, чем заслужил недовольный взгляд крестника.       — Что? Почему? — спросила Флёр, повернувшись к Гарри.       Сириус рассмеялся.       — Да ладно, Флёр, ты прекрасно знаешь, почему.       Девушка заметила лёгкий румянец на щеках Гарри и с улыбкой поцеловала его в щеку.       — Поблагодаришь меня позже, Гарри, ладно? — в ответ на эти слова Сириуса на лице Гарри появилось такое выражение, что и он, и Флёр не выдержали и прыснули со смеху. — Возвращаясь к твоему вопросу — как только ты сдашь СОВ, я оформлю тебе французское гражданство. Но для тебя мы будем оформлять его в магловском мире, так что это будет несколько дольше.       — Почему?       Вместо ответа Сириус поморщился и встал. Подойдя к двери кухни, он запер её и наложил то же заглушающее заклятие, что и Флёр прошлым вечером.       — Вот… теперь мы можем спокойно разговаривать. Меня не особо волнует, что скажет Дамблдор, но некоторые люди в этом доме слишком уж пекутся о собственном благе, — пробормотал Сириус. Затем обернулся к сидящей за столом парочке и вздохнул. — Я постараюсь объяснить как смогу. Хотя вы можете и не понять, уж лучше бы Ремус вам это объяснял, он разбирается во всем этом куда лучше меня.       Собравшись с мыслями, Блэк продолжил.       — Магические законы не всегда обладают приоритетом над магловскими. Все, даже чистокровные маги, при рождении регистрируются как обычные маглы. В Министерстве Магии есть специальный департамент, занимающийся этими вопросами. Но ты же понимаешь, почему я не хочу, чтобы они занимались твоим случаем, учитывая, что сейчас происходит?       Гарри в ответ кивнул.       — Хоть они и стараются изо всех сил дискредитировать тебя, я не думаю, что они на самом деле хотели бы… особенно Фадж… чтобы ты ускользнул из-под их сферы влияния. И чтобы не привлекать к этому вопросу внимания, по крайней мере, на какое-то время, ты будешь получать французское гражданство как обычный магл. Доминик поможет ускорить этот процесс, но он всё равно займёт некоторое время… Я не могу точно сказать, как долго, но когда всё будет готово, ты сможешь перевестись из Хогвартса в любой момент.       — Но это означает, что мне всё равно придётся туда возвращаться, — печально ответил Гарри.       — Только на время, — успокоил его Сириус. — Если ты попытаешься перевестись из Хогвартса сейчас, ты столкнёшься с очень сильным сопротивлением.       Гарри нахмурился, и некоторое время разглядывал крестного, прежде чем заговорить.       — Ты что-то недоговариваешь.       Гарри уже неплохо научился читать людей, и в уставшем выражении лица Сириуса ему почудился призрак того человека, который только-только сбежал из Азкабана. Сириус замолчал, разглядывая сидящих перед ним Гарри и Флёр. Затем, вздохнув, мужчина откинулся назад на своём стуле и запустил руку в волосы, которые были почти той же длины, что и у Гарри.       — Ты же не думаешь, что Дамблдор примет это без возражений? — устало спросил он.       После этого Сириус снова замолчал, уставившись невидящим взглядом в пустой камин.       — Я ему не доверяю, — в конце концов, тихо произнёс он. Увидев выражение на лицах Гарри и Флёр, он добавил, — Вы двое многого о нём не знаете. Раньше он не был таким, но сейчас я понял о нём одну вещь — что бы он ни делал, это всегда лишь часть чего-то большего.       — Но…       — Я не пытаюсь настроить тебя против Дамблдора. Когда я сказал, что не доверяю ему, я лишь имел в виду, что не согласен со многим из того, что он делает. Или, более конкретно, с его желанием просто сидеть и смотреть, как всё вокруг скатывается в хаос. Ни я, ни Лили никогда не доверяли Дамблдору в такой же степени, как Джеймс или Ремус. Мы на одной стороне, но лучше всё же держаться от старика подальше.       — А с чего ты перестал ему доверять? — тихо спросил Гарри.       — Сам подумай! Что случилось в прошлом году? Тебя втянули в Турнир Трёх Волшебников, и что сделал Дамблдор? Ничего! Каждое из испытаний едва не заканчивалось твоей гибелью, а он просто наблюдал в сторонке. Конечно, он попросил нас подготовить тебя, но это лишь похоже на то, что он знал о грядущем возвращении Волдеморта. А если он знал, то почему же он не воспользовался этим временем, чтобы найти Волдеморта и не дать ему возможности возродиться вообще?       Гарри обнаружил, что невольно соглашается со всем, что говорит Сириус. Не то чтобы он сам никогда об этом не задумывался, но он просто принимал всё это как есть.       — Я не хочу, чтобы ты стал подчиняться Дамблдору, Гарри. Орден… уже не тот, что прежде. Дамблдор уже не тот, что прежде, и я не знаю, хорошо это или нет. Так что будет разумным, если вы двое… — на этом месте Флёр взглянула на Сириуса, удивлённая тем, что тот упомянул и её тоже, — … будете полностью независимыми. Беспокоиться насчёт Волдеморта станете, когда придёт время, а сейчас живите своей жизнью. Если Волдеморт решит скрываться ближайшие лет десять, пусть, вам же даже лучше. Обустраивайте свою жизнь. А для этого вам нужно избавиться от любого контроля здесь.       Сириус задумчиво помолчал, а затем взглянул на Гарри неожиданно строгим взглядом.       — Ты обязательно должен сдать экзамены, Гарри. Если ты с ними справишься, ты окажешься на один шаг ближе к тому, чтобы покинуть Хогвартс и, таким образом, избавиться от любого, кто захочет навязать тебе свои правила игры, — тут он с улыбкой взглянул на смутившуюся Флёр. — Я не говорю, что вам нужно перестать наслаждаться обществом друг друга, но мне нужно, чтобы ты помогла ему. Поможешь?       — Помогу, — мягко ответила Флёр, а Гарри усмехнулся.       — Она и так мне уже помогает.       — Конечно-конечно… свою девушку нужно обязательно покрывать, так? — подколол в ответ Сириус.       Флёр открыла, было, рот, но тут же торопливо закрыла его. Сириус и Гарри вопросительно взглянули на девушку, по какой-то причине выглядевшую весьма смущённой. Но не успел Гарри ничего спросить, как Флёр заговорила сама.       — Сириус… насчёт гг’ажданства 'Арри…       Мужчина кивнул, с любопытством глядя на неё и ожидая продолжения.       — Если бы мы поженились…       На лице Сириуса появилась широкая усмешка.       — Уже решились на это? Знаете, я в тот день просто пошутил, но…       — Дай мне закончить! — воскликнула Флёр, слегка покраснев и старательно избегая взгляда Гарри, что, в общем-то, было, не так уж трудно, так как тот снова занялся изучением собственных пальцев. — Пг’осто ответь мне, если бы мы поженились… это уског’ило бы пг’оцесс?       Продолжая всё так же усмехаться, Сириус кивнул.       — Конечно, ускорило бы. Я не могу точно сказать, насколько, но… идея неплохая. Итак… вы собираетесь сбежать и тайно пожениться, или как? — подняв бровь, поинтересовался он. — Если что, я могу помочь.       — Нет! Но мы, я имею в виду… Я и 'Арри, мы… — девушка замолчала, потерявшись в собственных мыслях.       Гарри и Сириус обменялись взглядами, говорившими, что ни один из них не понимает, о чём она говорит. Правда, что касается Гарри, это было не совсем так, он догадывался, к чему клонит Флёр, но он и понятия не имел, верны ли его догадки.       — Что? Только не говорите мне, что вы двое уже поженились втайне от всех, — воскликнул Сириус.       Гарри открыл было рот для ответа, но так и не произнёс ни слова, встретившись взглядом с Флёр. Он и сам не смог бы объяснить почему, но что-то ему подсказывало, что первый пришедший ему на ум ответ ранит чувства Флёр. Пожав плечами, Гарри улыбнулся любимой и слегка кивнул. Флёр в ответ улыбнулась и нежно сжала его руку. Они совершенно забыли о Сириусе, который широко раскрытыми глазами наблюдал за этим обменом взглядами. И только когда он издал какой-то забавный звук, парочка обратила на него внимание.       — Это, конечно, немного трудно принять… но… — неуверенным голосом произнёс Сириус, и Гарри ухмыльнулся, наслаждаясь тем, как они снова сбили с толку его крестного. Флёр же стало жалко мужчину.       — Non, опять… это не то, о чём ты подумал.       Сириус несколько мгновений смотрел на неё, а затем поднял руки вверх жестом капитуляции и схватился ими за голову.       — Вы двое в могилу меня сведёте, — покачав головой на их коварные усмешки, он с лёгкой улыбкой повторил свой вопрос. — Это и в правду ускорило бы процесс, если бы вы узаконили свои отношения, так что давайте, рассказывайте, что вы думаете по этому поводу? Есть что-то, что нужно знать мне, Аполлин и Доминику?       — Да, есть кое-что, о чём необходимо знать maman, как и papa, и тебе, — Сириус кивнул, ожидая продолжения. — Пг’ошлой ночью я отметила 'Арри магией.       — Отметила, — с усмешкой переспросил Сириус, заметив, что их щеки покраснели. — Ты не могла бы пояснить?       Он перестал усмехаться и выжидательно посмотрел на них. Флёр вкратце объяснила, причём многое из её объяснений стало новостью для Гарри. Теперь он понимал, почему она так беспокоилась о том, что могла отнять его свободу. Но он просто не мог представить, что мог бы быть привязан так к кому бы то ни было ещё. К тому же, хоть он в этом никогда и не признался бы, ему очень нравилась сама идея, что он теперь принадлежит Флёр, а она ему.       — Я понимаю… — задумчиво пробормотал Сириус. — Думаю, это определённо должно помочь. Судя по тому, что ты рассказала, это именно то, что нам нужно.       Он улыбнулся им и продолжил.       — Слава Мерлину, что французское Министерство магии отличается от английского. Так что… — Флёр и Гарри напряглись при виде коварного блеска его в его глазах. — Я полагаю, мне просто необходимо вас поздравить.       Они пробормотали слова благодарности, и Сириус поднялся из-за стола. Потянувшись, он взмахнул палочкой в сторону двери, которая тут же засияла слабым светом.       Гарри взглянул на часы и с изумлением обнаружил, что уже половина первого. Наклонившись к Флёр, он прошептал:       — Пойдём опять в Косой переулок?       — Тебе нужно что-то ещё? — с любопытством поинтересовалась Флёр.       Они и правда, вчера сделали всё, что планировали. Но у Гарри появилась ещё одна идея, о которой он пока не хотел рассказывать Флёр. К тому же, он хотел ещё раз сводить девушку в кафе Флориана, в котором ей очень понравилось.       — Эммм… вроде того.       Флёр выглядела озадаченной, но всё же согласно кивнула.       Они спросили разрешения у Сириуса. Тот удивился так же, как и Флёр, но всё же предложил им дождаться Тонкс, которая должна была скоро вернуться.       И вот час спустя Гарри обессилено прислонился к стене тёмного переулка, стараясь прийти в себя после того, как его, по ощущениям, протащило через невероятно узкую трубу. В этот раз совместная аппарация была куда более неприятной, чем с Люпином, даже довольно болезненной. Гарри не имел ни малейшего понятия, почему он так реагирует на магические способы перемещения. Флёр понадобилось несколько глубоких вздохов, чтобы прийти в себя, после чего она принялась успокаивающе гладить Гарри по спине. Тонкс же с изумлением наблюдала развернувшуюся перед ней картину.       — Чемпион Турнира Трёх Волшебников, Мальчик-Который-Выжил и Мерлин знает кто ещё, но стоит заставить тебя аппарировать, и мы получаем… вот это… — взмахнув рукой в сторону Гарри, весело произнесла она.       Флёр в ответ хихикнула, и это заставило Гарри недовольно зыркнуть на обеих девушек.       Немного поплутав по магловским улицам, они подошли к «Дырявому котлу». Эту прогулку нельзя было назвать особо приятной, так как Тонкс с пурпурными волосами и Флёр со своими собственными серебристыми привлекали внимание проходящих мимо людей. Гарри мог чувствовать завистливые взгляды всех встречных мужчин, направленные на него — Флёр, как всегда, держала его за руку, а Тонкс шла позади него, но держалась куда ближе, чем считалось приличным.       В баре было полно народу, так что Гарри и его спутницы постарались как можно быстрее подойти к Тому, бармену. Тот был приятно удивлён, увидев Гарри, и с готовностью предоставил уединённое место, где они могли бы пообедать.       И Гарри, и Флёр понравилась весёлая девушка-аврор, так что они быстро подружились и с удовольствием слушали её истории о времени её учёбы в Хогвартсе.       Тонкс училась в Хаффлпаффе и была охотником в факультетской сборной по квиддичу. Гарри вспомнил, что в Зале Славы он видел фотографию одной из старых школьных команд по квиддичу, на которой девушка с пурпурными волосами держала кубок вместе с остальными членами команды, одетыми в жёлтые мантии. На его вопрос Тонкс ответила, что это было, когда она училась на шестом курсе — тогда они, наконец, завоевали Кубок Школы.       Когда с обедом было покончено, Гарри потратил немало времени, пытаясь объяснить Флёр, что ему нужно сходить в одно место в одиночестве. Тонкс изо всех сил сдерживала хихиканье, наблюдая, как Гарри пасует под взглядом своей девушки. Она знала, что Флёр лишь дразнит парня, но тот воспринимал всё очень уж серьёзно. Когда же Гарри ушёл, Тонкс наклонилась к Флёр и с усмешкой пробормотала:       — Ты видела его лицо, когда ты так смотрела на него? Он был похож на обиженного щенка.       Вейла усмехнулась в ответ и обернулась, провожая Гарри взглядом.       — Он такой милый, когда так делает, non?       — Ты проклянёшь меня, если я с тобой соглашусь?       Девушки рассмеялись, но тут же стушевались, заметив, что на них смотрят все посетители бара.       — Хочешь пробежаться по магазинам, перед тем как мы встретимся с Гарри у Флориана?       — Oui, звучит неплохо, — ответила Флёр.       Она смерила убийственным взглядом уставившегося на неё мужчину. Тот даже попятился, когда она проходила мимо вместе с Тонкс, пославшей незадачливому воздыхателю зловещую усмешку.

***

      Гарри глубоко вздохнул, прежде чем постучать в дверь. Он боялся, что разозлил Флёр своим желанием пойти сюда одному, но он не хотел, чтобы она всё узнала сейчас. Только когда придёт время.       На мысль сделать это его навело воспоминание об одном разговоре с Сириусом. Гарри тогда рассказал крестному о том, что произошло в ночь Рождественского бала между ним и Флёр, а Сириус в ответ сказал ему кое-что очень важное. Гарри вспомнил об этом разговоре сегодня рано утром, когда он лежал без сна и размышлял о произошедшем накануне. То, что сделала Флёр, отметив его, привязав его к себе, а также привязав себя к нему, позволяло взглянуть на их отношения по-новому.       Сириус тогда спросил его, насколько серьёзны его чувства к Флёр. Крестный объяснил, что хотя для них самих разница в возрасте и не играет особой роли, но с течением времени она всё равно никуда не денется. Флёр была старше, и с этой точки зрения будущее наступало для неё быстрее. Поэтому ей необходима была определённость, чувство постоянства в жизни.       Гарри снова и снова обдумывал эти слова, лёжа в обнимку с любимой и любуясь её ангельским лицом. Она дала ему смысл жизни. Она дала ему будущее. Она дала ему так много, что он очень сильно переживал при мысли, что не сможет дать ей то, в чём она нуждается. Что бы он ни делал для неё, всё казалось ему недостаточным. Почему она полюбила его, он так и не понял, и, наверное, никогда не сможет понять в будущем. Метка… Её метка. Он чувствовал, что не достоин этой метки, не достоин такого совершенного во всех отношениях существа, как она.       И он был готов на что угодно, чтобы сделать её счастливой. В конце концов, он любил её и не мог думать ни о ком другом, даже если пытался. Он хотел провести всю оставшуюся жизнь с ней, и даже Волдеморт не сможет разлучить их.       Вздохнув, Гарри вынырнул из своих мыслей и постучал снова, на этот раз более громко и нетерпеливо. Через пару секунд дверь отворилась, и лицо мистера Кипа расплылось в улыбке при виде посетителя.       — Мистер Поттер! Проходите. Вам долго пришлось ждать? Простите, я наводил порядок в задней комнате и не слышал стук.       — Не беспокойтесь, всё в порядке, — улыбнулся в ответ Гарри, входя в дверь, которую старик придержал для него.       — Итак… — вопросительно произнёс мистер Кип, пройдя за стойку и повернувшись к молодому человеку, который вдруг занервничал. — Чем я могу помочь?       Гарри поморщился, но быстро взял себя в руки и стал объяснять, что ему нужно. На лице старика появилась улыбка, которая по мере рассказа становилась всё шире и шире. А когда Гарри закончил, продавец хмыкнул, заставив парня слегка покраснеть.       — Я понимаю, почему в этот раз вы пришли без мисс Делакур. Почту за честь выполнить вашу просьбу. Когда вам нужен ваш заказ?       Гарри пожал плечами и слегка нахмурился.       — А сколько времени обычно занимает изготовление?       — По тому, что вы мне рассказали, я полагаю, изготовление займёт несколько месяцев. И это ещё оптимистичный прогноз.       — Так долго? — удивлённо спросил Гарри.       Мистер Кип кивнул.       — О да… мы вообще не используем магию во время ковки, мистер Поттер, мы считаем, что использование магии в процессе уменьшает ценность готового изделия, так как даёт шанс изготовить подделку. Все руны, надписи и прочее наносятся на уже готовое изделие. Также нам потребуется время, чтобы достать все необходимые материалы.       Гарри неуверенно улыбнулся.       — Как вы думаете, можно будет завершить изготовление к Рождеству? Ну, пожалуйста?       Мистер Кип обдумывал это некоторое время, а затем со вздохом кивнул. Как он мог отказать мальчику? Парень выглядел так, словно от этого заказа зависела его жизнь… может быть, в каком-то смысле так оно и было.       — Думаю, это возможно, но я должен предупредить вас… цена будет высокой.       Гарри кивнул. Естественно, он этого и ожидал.       — Я понимаю.       Мистер Кип улыбнулся и пожал ему руку.       — Буду держать вас в курсе, как продвигается дело. Передавайте привет мисс Делакур, — подмигнув, добавил он.       Гарри улыбнулся в ответ.       — Обязательно… спасибо вам большое!

***

      Флёр и Тонкс неплохо провели время вместе. Тонкс таскала свою новую подругу по магазинам и заставляла мерить различную одежду. Сама же Тонкс каждый раз надевала на себя что-нибудь и меняла внешность, стараясь подобрать более подходящую для каждого из нарядов. Флёр никак не могла понять, зачем Тонкс вообще это делает. А когда она сказала, что девушка-аврор отлично выглядит и со своими обычными пурпурными волосами и лицом-сердечком, та в ответ с чувством обняла француженку. И продолжила скупать каждый наряд, который они обе примерили.       И всё это время Флёр не переставала гадать, куда же отправился Гарри. Девушка беспокоилась каждый раз, когда его не было поблизости, совсем как в ту неделю, которую Гарри провёл на Тисовой улице. Она всё пыталась понять, почему Гарри решил пойти куда-то без неё. Что-то подсказывало ей, что это связано с ней самой, и раз Гарри не хочет пока посвящать её в детали, она не станет допытываться. Но всё же он опаздывал.       — Где же он? — пробормотала Флёр, скользя взглядом по спешащей по улице толпе, в то время как они с Тонкс стояли на пороге кафе Флориана. — Час уже давно пг’ошел.       — Расслабься, Флёр, он обязательно вернётся. А вообще… — Тонкс замолчала, вглядываясь в толпу. — Похоже, вот и он.       Флёр взглянула в ту сторону, куда указывала Тонкс, и увидела Гарри, пробирающегося к ним через толпу. Гарри было не так уж трудно заметить — было в нём что-то такое, что выделяло его из толпы. И дело было не только в его изменившемся облике. То, как он двигался, как держал себя… изменилось всё. Парень излучал уверенность в себе, которой у него не было раньше. И хоть сам он этого не осознавал, это сразу становилось понятно любому, кто его знал.       Флёр с облегчением улыбнулась, наблюдая за его приближением. Но заметив усмешку Тонкс, тут же придала своему лицу суровое выражение. Было так забавно дразнить Гарри. Флёр едва не рассмеялась, когда он подошёл, нервно ероша свои волосы. Гарри взглянул на неё своими зелёными глазами, и она с трудом удержала ледяное выражение на лице. Весь её напускной лёд, казалось, таял под его умоляющим взглядом.       — Ты опоздал.       — Я знаю. Это заняло немного больше времени, чем я рассчитывал… прости, — последнее слово Гарри произнёс совсем тихо.       Вздохнув, Флёр взяла его за руку и притянула к себе. Она не могла долго притворяться рассерженной на него.       — Есть вещи, котог’ые никогда не меняются, non? — с усмешкой произнесла она, чувствуя, как её сердце пропустило удар, когда взгляд Гарри просветлел, и он улыбнулся ей в ответ.       Тонкс хмыкнула, и Гарри с Флёр, наконец, обратили внимание на происходящее вокруг них.       — Мы собираемся входить, или как? — спросила она.       Её спутники кивнули, и Тонкс открыла дверь.       — Вау… — пробормотала она, входя в кафе.       Внутри была толпа народу. Даже Гарри, который провёл в этом кафе немало времени летом перед своим третьим курсом, не мог припомнить такого столпотворения.       — Добрый день, столик на троих? — раздался рядом голос мистера Фортескью.       Молодые люди обернулись на голос, и лицо Фортескью просветлело, когда он узнал посетителей.       — Добро пожаловать снова! Боюсь, вам придётся подождать немного… сегодня народу почему-то куда больше обычного.       — А что насчёт вон того столика? — спросила Тонкс, указывая на столик, стоящий в углу.       — Он всего лишь для двоих.       Тонкс пожала плечами и переглянулась с Флёр, на лице которой расцвела коварная усмешка. У Гарри появилось нехорошее предчувствие.       — Нам подойдёт.       Мистер Фортескью недоуменно моргнул, а затем расплылся в улыбке и отступил в сторону, пропуская их к столику. Подойдя туда, Флёр заставила Гарри сесть на один из двух стоящих возле него стульев, а сама устроилась у него на коленях. Тонкс уселась на второй стул, весело хмыкнув в ответ на смущённое выражение на лице Гарри. Парень обнял Флёр за талию, прижимая к себе, и Тонкс невольно слегка позавидовала им.       Вскоре все трое уже с удовольствием поедали мороженое. Попутно Флёр и Тонкс усиленно пытались выведать у Гарри, куда же он ходил, но потерпели неудачу. Тонкс первой расправилась со своей порцией и настояла на том, чтобы оплатить счёт. В порыве энтузиазма она вскочила и задела ногой ножку столика. Тот закачался, и Гарри, который как раз зачерпывал ложкой своё мороженое, невольно дёрнулся и испачкал себе нос. Наблюдая за тем, как парень скашивал глаза в попытке разглядеть, что же с его носом, Тонкс не смогла удержаться от смеха.       Гарри улыбнулся ей в ответ, но тут же замер, когда Флёр наклонилась и слизнула капельку мороженого с его носа. Лицо Гарри покраснело, когда девушка наклонилась ещё ниже и нежно поцеловала его, заставив Тонкс и нескольких сидящих поблизости посетителей торопливо отвести взгляд.       — Не хотела, чтобы такое вкусное мог’оженое пг’опало, — прошептала Флёр, её губы двигались в паре сантиметров от его губ.       — Я так и подумал, — с улыбкой ответил Гарри.       Флёр хихикнула и снова накрыла его губы своими. Окружающий мир перестал существовать для них обоих.       — Эмм… Я пойду и ну… оплачу счёт, — неловко пробормотала Тонкс и поспешно удалилась.

***

      А после выхода их кафе Гарри ожидало то, чего он непременно постарался бы избежать, будь на то его воля. Совместная аппарация с Тонкс была для него просто пыткой. Дело в том, подумал Гарри, что у Тонкс ещё пока мало опыта в аппарировании. И потому парень решил больше никогда не аппарировать вместе с ней. Ещё несколько таких перемещений он точно не переживёт.       — Простите меня, — расстроенно произнесла Тонкс, глядя на побелевшие лица Гарри и Флёр. — Я сдала экзамен на аппарацию всего несколько месяцев назад, так что у меня ещё мало опыта.       — Не может быть, — с сарказмом ответил Гарри, за что тут же схлопотал от Тонкс подзатыльник. — Оу!       Молодые люди направились по улице к мрачному особняку. Дом номер 12 словно окружало какое-то поле, делающее его невидимым для окружающих. Гарри и его спутницы привлекали внимание прохожих по дороге сюда, но стоило им подняться на ступеньки дома номер 12, как все тут же перестали их замечать.       В доме им снова, как и вчера, предстояло пройти по полутёмному коридору по направлению к кухне. Тонкс споткнулась об огромную ногу тролля, стоявшую в прихожей, но Гарри и Флёр успели поймать этот странный предмет интерьера до того, как тот наделал много шума. Все трое выдохнули с облегчением.       Сегодня утром Гарри уже довелось увидеть мать Сириуса. Дело в том, что Тонкс по прибытии так же сшибла всё ту же многострадальную ногу тролля и тем самым перебудила все портреты в доме, включая портрет миссис Блэк. Гарри ещё не доводилось встречать женщину с настолько неприятной внешностью и голосом. И теперь он прекрасно понимал Сириуса, весьма нелестно отзывавшегося о своей матери. По правде говоря, Флёр даже пришлось останавливать Гарри, иначе бы он непременно швырнул в портрет взрывающее заклинание после одного особенно отвратительного высказывания в адрес девушки.       Не успели они подойти к кухне, как её дверь распахнулась и, к удивлению Гарри, оттуда вышел мастер зелий. Снейп прищурился, когда встретился взглядом с Гарри, но на этот раз Гарри впервые не увидел отвращение во взгляде профессора. Взгляд Снейпа был почти… нейтральным, оценивающим. Гарри же в свою очередь, кивнул, проходя мимо профессора.       В кухне было полно народу. Большинство из них было незнакомо Гарри, хотя одного из присутствующих он всё же вспомнил. Этот человек однажды поклонился ему в магазине прямо на глазах у тёти Петунии и Дадли. Сейчас же этот волшебник при виде Гарри вскочил с места и кинулся ему на встречу, протягивая руку для рукопожатия.       — Мистер Поттер! Дедалус Диггл к вашим услугам.       Гарри улыбнулся, пожимая протянутую руку.       — Это не вы как-то поклонились мне в магазине?       Дедалус Диггл от восторга так сильно закивал головой, что его шляпа чуть не слетела на пол.       — Вы помните! Какая честь для меня!       Гарри мысленно застонал, но удержал на лице приветливое выражение. Краем глаза он заметил Сириуса, с ухмылкой наблюдающего за этим разговором. А Диггл тем временем повернулся к Флёр.       — Мисс Делакур, или может, мне стоит сказать «будущая миссис Поттер»?       Флёр покраснела и с трудом пробормотала ответное приветствие. А Диггл хихикнул.       — Всегда приятно встретить кого-то столь же очаровательного, как вы.       Гарри едва сдержал рычание, послав убийственный взгляд смеющемуся крестному. Сидящий рядом Люпин, казалось, тоже находил происходящее весьма забавным. Если кто-то и мог подговорить на такое представление совершенно незнакомого человека, так это двое бывших Мародёров.       Стоило Дигглу отойти, как ещё несколько человек захотело представиться Гарри. Эммелин Вэнс и Гестия Джонс, две ведьмы средних лет, Мундунгус Флетчер, неряшливо выглядящий человек с бегающим взглядом. Гарри он не понравился с первого взгляда, как, впрочем, и Флёр, которая даже отступила за спину Гарри, когда Флетчер подошёл ближе. От него так разило табаком, что было трудно дышать.       Помимо них в помещении так же находились Кингсли Шеклбот и Грозный Глаз Грюм, на этот раз настоящий. Правда, разницы между ним и самозванцем, находившимся в прошлом году в Хогвартсе, Гарри так и не заметил, если не считать того, что этот Грюм выглядел немного более нервным и безумным. Впрочем, это не удивительно после того, что ему довелось испытать.       — Хорошо проводите лето, мистер Поттер? — при звуках знакомого строгого голоса глаза Гарри расширились от удивления. Обернувшись, он увидел профессора МакГонагалл, которая глядела на него, слегка улыбаясь.       — Да, профессор, — немного нервно ответил парень.       МакГонагалл некоторое время разглядывала Флёр через свои очки, затем её улыбка стала чуть шире.       — Могу поверить… Он готовится к экзаменам?       Гарри умоляюще взглянул на Флёр, которая лишь усмехнулась.       — Немного.       Обернувшись к Гарри, девушка одарила его взглядом, который он знал слишком хорошо.       — Что ж, мистер Поттер, я недовольна… Я хочу, чтобы вы хорошо сдали эти экзамены, так что вам нужно заниматься усерднее.       Гарри растеряно кивнул.       — Да, профессор, — пробормотал он в ответ.       МакГонагалл кивнула в ответ.       — Я, Аврора и Батшеда ожидаем от вас отличных результатов, особенно Аврора. Я никогда раньше не видела, чтобы она с таким восхищением отзывалась о студенте…       При этих словах Сириус присвистнул, заставив Гарри застонать, а Флёр нахмуриться. Она видела молодую преподавательницу, и совсем не была в восторге от того, что та будет учить Гарри в Хогвартсе.       Профессор МакГонагалл рассердилась.       — Сириус Блэк! Я смотрю, ты так и не повзрослел за все эти годы. Веди себя тихо!       Ремус изо всех сил старался удержать серьёзное выражение лица, Флёр тихонько хихикала, спрятавшись за Гарри, а Сириус опустил взгляд, внимательно рассматривая что-то на полу.       — Да, мэм, — пробормотал он.       — Хммфф… — фыркнув, профессор обернулась к Гарри. — Увидимся в Хогвартсе первого сентября.       Гарри заметил, как погрустнела Флёр при этих словах. Судя по всему, профессор МакГонагалл также это заметила, так как она мягко улыбнулась девушке.       — Мисс Делакур, могу я рассчитывать на вашу помощь в том, чтобы Гарри не сбился с пути за это время?       — Oui, madame, — ответила Флёр, немного воспрянув духом.       Кивнув молодым людям, профессор последовала за остальными, покидавшими кухню. Оглядевшись, Гарри заметил миссис Уизли, чей пристальный взгляд в их сторону совсем его не удивил. Решив не обращать на неё внимания, Гарри и Флёр подошли к Сириусу и Ремусу.       — Это всё члены Ордена Феникса? — с любопытством поинтересовался у них Гарри.       — Ага. Дедалус и Эммелин были в ордене с самого начала его существования. Остальные — представители того самого меньшинства, которое нам удалось убедить в своей правоте.       — Это всё, или есть ещё члены? Все профессора в Хогвартсе тоже состоят в Ордене?       Ремус мрачно кивнул.       — Это практически все… и далеко не все профессора присоединились к нам. Полагаю, только Минерва, Филиус и Северус.       Как раз в этот момент к ним подошла Тонкс, выглядящая на удивление застенчивой. Гарри и Флёр обменялись усмешками, заметив, как Сириус и Ремус попятились от девушки-аврора.       — Привет, Сириус. Я только что узнала, что мне завтра утром на дежурство… ты не против, если я побуду здесь? Я бы хотела поспать несколько часов.       Сириус кивнул.       — Конечно. Я приготовлю… Постой, ты можешь воспользоваться их комнатой. Забыл сказать, пока вас не было, заходил Дамблдор и оставил для вас портключ до Франции. Он активируется через… — Сириус взглянул на часы, — … один час и двенадцать минут ровно. Кстати, портключ — вот эта штуковина.       Сириус указал на небольшую металлическую коробочку, стоящую на столе в углу кухни.       Вскоре после этого уставшая Тонкс ушла, напоследок крепко обняв Гарри и Флёр, чем удивила их обоих. Донёсшийся из-за закрытой двери грохот свидетельствовал о том, что девушка направилась наверх. Слегка поморщившись, Сириус выглянул за дверь, чтобы оценить масштабы разрушений. Но стоило двери открыться, как по ушам всех присутствующих ударили крики разбуженной миссис Блэк.       За оставшееся время Гарри так больше и не увидел ни Рона, ни Гермиону, ни Джинни, что его несказанно радовало. Даже миссис Уизли не попыталась наставить его на путь истинный, хоть ей и очень хотелось, судя по тем недовольным взглядам, которые она периодически бросала на Сириуса. Но крестный, похоже, держал ситуацию под контролем.       За несколько минут до срабатывания портключа вновь появились близнецы. Они вручили Гарри коробку, которая, по их словам, содержала прототипы их изобретений.       Фред и Джордж считали Гарри своим партнёром, поэтому решили предоставить ему честь испытать их изобретения, чтобы «нести хаос и разрушения». Гарри хоть и старался переубедить их в этом, но не преуспел и, в конце концов, по совету Флёр просто сдался. И хоть парни любезно снабдили Гарри инструкцией, тот всё же не рискнул бы использовать хоть что-то до возвращения в Хогвартс. Зная близнецов, пойти не так могло что угодно.       Обняв на прощание Сириуса и Ремуса, Гарри и Флёр взялись за коробочку, которая уже начала светиться пульсирующим голубым светом. Гарри успел улыбнуться и помахать рукой, прежде чем его охватило знакомое, но от того не ставшее более приятным ощущение рывка в районе пупка, и мир вокруг них закружился калейдоскопом красок.       Спустя несколько секунд ноги Гарри ударились о землю, и он тут же потерял равновесие, устремившись лицом навстречу полу. Но в этот момент чья-то сильная рука обхватила его за талию и помогла устоять на ногах. Подняв взгляд, Гарри пробормотал слова благодарности Доминику, который с лёгкой усмешкой смотрел на него. Рядом с отцом стояла Флёр, которой, как всегда, помогло остаться на ногах нечеловеческое чувство равновесия.       — Твоя благодарность звучала не слишком-то искренне, — нарочито обиженным голосом произнёс Доминик в ответ на неразборчивое ворчание Гарри по поводу магических способов перемещения.       В это время Флёр снова подхватила Гарри под руку и потащила за собой через полное народу помещение — тот самый зал в Министерстве магии Франции, который им уже доводилось использовать для магических перемещений.       — Эй, помедленнее, — раздался сзади голос Доминика, но Флёр лишь рассмеялась в ответ и не стала сбавлять темп.       Она выглядела крайне довольной тем, что вернулась. И Гарри был с ней солидарен — он с нетерпением ждал возвращения в поместье Делакуров. Здесь он просто ощущал себя иначе, словно был дома… Раньше что-то подобное он испытывал только при мысли о Хогвартсе. Но его нынешнее чувство всё же было иным. Словно он, наконец, понял истинное значение слова «дом». И для полного счастья ему не хватало только Сириуса поблизости.       Правда, сходное чувство посещало Гарри и при визитах в «Нору» к Уизли. Но там он просто растворялся в толпе. Миссис Уизли относилась к нему как к своему ребёнку, как к одному из своих детей. Конечно, он отличался внешне от детей Уизли, но всё равно оставался лишь ещё одним человеком в толпе.       С Делакурами же всё было иначе. Их семья была небольшой, и Гарри был единственным ребёнком мужского пола. Было очевидно, что Аполлин приняла его как родного сына, и Доминик возможно тоже, и Гарри нравилось это чувство. Он чувствовал, что может поговорить с ними на любую интересующую его тему, и что они без колебаний уделят ему столько внимания, сколько требуется.       Один из министерских служащих поприветствовал Доминика и отступил в сторону, пропуская их в зал с каминами. Служащий подмигнул Гарри, и тот с любопытством посмотрел на него. Поттер был готов поклясться, что они уже встречались раньше. Но прежде чем он успел задать вопрос, мужчина хлопнул его по плечу и произнёс:       — Г’ад снова встг’етиться с вами, мистег’ Поттег’.       — Мистер… эммм, мсье Жак? — неуверенно спросил Гарри.       — Вег’но, — улыбнулся Жак. — В этот г’аз мне не довелось наблюдать ваше пг’ибытие. Всё так же плохо?       Флёр хихикнула и кивнула, а Гарри потупился, чувствуя, как краска заливает лицо.       — Не волнуйтесь, — подбодрил его Жак. — Вы не единственный, кто плохо пег’еносит магические способы пег’емещения.       Не веря своим ушам, Гарри поднял на него взгляд. Жак кивнул, его улыбка стала шире.       — C'est incroyable n'est pas? Как всем этим людям вообще удаётся устоять на ногах.       Гарри с готовностью закивал в ответ, вызвав смешок у своего собеседника.       — Ну что ж, меня ещё ждут дела. Был рад увидеться. До встречи, мсье Делакур?       Доминик кивнул коллеге. Пожав руки Гарри и Флёр, Жак растворился в толпе. А Гарри и его спутники стали пробираться к каминам, пытаясь найти свободный.       Вскоре они нашли подходящий камин в центре зала — перед ним была только группа волшебников, что-то эмоционально обсуждающих по-болгарски. Вслед за болгарами первой к камину пошла Флёр, за ней Гарри. Предварительно спрятав очки в нагрудный карман, он шагнул в пламя и пробормотал «Дом Делакуров». Мир вокруг него закрутился в сполохах зелёного цвета, вызывая тошноту и головокружение.       Внезапно вращение прекратилось, и Гарри услышал переливчатый смех. Снова этот летучий порох поставил его в неловкое положение! Гарри с ворчанием поднялся на ноги, старательно избегая глядеть на Флёр. Вообще-то ей перемещения по каминной сети давались ничуть не лучше!       — О, не будь таким мг’ачным, 'Арри, — услышал он голос Аполлин.       Парень обернулся — более взрослая версия его любимой стояла рядом со своими дочерями. Тут же в него врезалась маленькая ракета, и он с улыбкой поднял на руки Габриэль. Девочка крепко обняла его, а он чмокнул её в щеку, заставив покраснеть. Затем пришёл черед Аполлин обнимать его.       — Хоть вы и уезжали ненадолго, мы всё г’авно по вас соскучились.       Гарри улыбнулся в ответ, а Аполлин взъерошила ему волосы перед тем, как поцеловать своего мужа, который в это время отряхивал сажу со своей мантии.       Гарри и Флёр отыскали в саду Алану, а затем поднялись в свои комнаты. Там Гарри, не раздеваясь, рухнул на кровать и со вздохом закрыл глаза. Флёр отправилась в свою комнату, привести себя в порядок перед ужином. Предполагалось, что он сделает то же самое, но конкретно в этот момент ему было совершенно лень вставать.       Но наслаждаться ничегонеделанием ему удалось всего несколько минут, потом в комнату вошла Флёр и весьма болезненно ткнула его под ребра, заставив подняться. Вручив парню свежую одежду, она отправила его в душ. Гарри пытался было протестовать, но Флёр в ответ предложила войти и помочь ему помыться. Гарри тут же заперся в ванной изнутри, стараясь не обращать внимания на смех Флёр и собственные горящие щеки.       — Сириус рассказал мне кое-что интересное о твоей палочке… Может, расскажешь поподробнее? — спросил Доминик, когда они рассаживались за обеденным столом.       — А что такое? — тут же заинтересовалась Аполлин, переводя взгляд с Гарри на Флёр. От неё не укрылись смущённые взгляды, которыми обменялись молодые люди.       — Мой волос… — тихо произнесла Флёр и тут же добавила по-французски для своей бабушки. — Сердцевина палочки 'Арри содержит волос… мой волос.       На лицах обеих женщин появились одинаковые улыбки. Доминик покачал головой.       — Не удивительно… Не говори никому об этом, а то у тебя не будет отбоя от желающих изучить твою палочку. Наверное, ты первый среди не-вейл, кто пользуется палочкой с волосом вейлы.       Гарри кивнул.       — Олливандер сказал мне примерно то же самое.       — Так, а ещё что-нибудь произошло, о чём нам стоит знать? — спросила Аполлин.       Вопрос матери заставил Флёр уткнуться лицом в плечо Гарри. Делакуры обменялись удивлёнными взглядами.       — Позже, — пробормотала Флёр.       Аполлин кивнула, взглядом заставив замолчать своего супруга, уже готового задать вопрос. Доминику ничего не оставалось, кроме как продолжить трапезу.       Вскоре после ужина Флёр бросила несколько учебников на кровать рядом с Гарри. Парень сидел, откинувшись на подушки и с отсутствующим видом вертел в руках свою палочку, испускавшую голубые искры. Он не сразу заметил присевшую рядом Флёр. Девушка нахмурилась, но не стала интересоваться, о чём же он таком думает.       — О нет, только не сейчас… — простонал Гарри, взяв в руки учебник по астрономии и тут же безразлично отбросив его в сторону.       — Перестань, 'Арри… Твоя профессор была права. Ты готов, но не помешает повторить материал ещё немного, — произнесла Флёр, с учебником в руках забираясь на кровать рядом в Гарри.       Гарри заметил, что рядом с ней тоже лежали учебники.       — Я помогу тебе с астг’ономией и чаг’ами и заодно сама кое-что повтог’ю.       — Ты, наконец, определилась? — спросил Гарри, пока она укладывалась головой ему на колени.       — Пока не увег’ена…       Последние несколько месяцев Флёр мучилась с выбором, чем же ей заняться после окончания школы. Гарри знал, что ей нравится учить других, но она не хотела выбирать эту профессию из-за своей природы. Гарри иногда шутил, что её ученики не будут в состоянии ничего выучить, так как будут слишком очарованы своей преподавательницей. В ответ Флёр тут же принималась очаровывать его самого, заставляя на время забыть вообще обо всем.       Преподавание было не единственным вариантом. Флёр также нравилось работать с цифрами. А учитывая, что она также обожала астрономию, Гарри предложил ей поискать работу в этой сфере. Но опять-таки, кроме преподавания и исследовательской деятельности выбора особо не было.       — 'Арри, — вдруг произнесла Флёр. — Как ты думаешь, я смогу получить г’аботу в Гг’инготтс?       — Бухгалтером? — удивлённо спросил он.       Флёр покачала головой.       — Non, ликвидатог’ом заклятий. Я не думаю, что меня возьмут на г’аботу пг’ямо сейчас, но, по кг’айней мег’е… — девушка неуверенно замолчала, и Гарри улыбнулся.       — Ты хочешь в лондонское отделение?       Она кивнула.       — Я не знаю… если ты действительно этого хочешь. Но… — он замолчал, пытаясь подобрать слова. — Там тебя любой может узнать. А меня там считают психом, помнишь? Они могут…       Флёр внимательно посмотрела на него, и Гарри почувствовал себя неуютно под её взглядом.       — Они могут плохо со мной обг’ащаться, из-за того, что я с тобой? — закончила она за него. — Ты пг’авда думаешь, что меня это волнует?       Гарри пожал плечами.       — Я это понимаю. Просто мне будет спокойнее, если тебя в Англии не будет.       Флёр открыла, было, рот, чтобы запротестовать, но тихий голос Гарри заставил её замолчать.       — Пожалуйста, Флёр, речь не только о том, что люди могут подумать, или как они к тебе отнесутся. Если с тобой что-нибудь случится…       — Со мной всё будет в пог’ядке, — мягко ответила Флёр, но Гарри покачал головой.       — Он угрожал расправиться с тобой. Я не имею понятия, откуда, но он знает, кто ты, поэтому ты в опасности. Я не хочу, чтобы с тобой что-то произошло из-за меня, поэтому, пожалуйста…       Гарри замолчал, отводя взгляд. Вздохнув, Флёр протянула руку и погладила его по щеке.       — Окей, я не буду подавать заявление о работе в Гринготтс.       Гарри кивнул, и на его губах появилась слабая улыбка. Флёр слегка улыбнулась в ответ, а затем прищурилась.       — Но это не означает, что я не буду вг’емя от вг’емени навещать тебя.       Гарри рассмеялся и кивнул.       — Буду ждать с нетерпением.       Флёр широко улыбнулась, прежде чем подняться и снова взять его учебник. Гарри застонал.       — Мы не ляжем спать, пока не повтог’им по кг’айней мег’е половину этого учебника.       Гарри мрачно кивнул, но уже Флёр придумала, как поднять ему настроение.       — Если ты ответишь пг’авильно на все мои вопросы, получишь нагг’аду. Идет? — спросила она, целуя его в щеку.       — Идет, — согласился Гарри с преувеличенно сосредоточенным видом.       Флёр хихикнула и откинулась на подушки рядом с ним. Следующие несколько часов она непрерывно заваливала Гарри вопросами и была вынуждена признать, что его знания весьма впечатляющие. Профессор МакГонагалл определённо не ошиблась, допустив Гарри к экзаменам раньше срока.       Когда же Гарри во второй раз задремал, Флёр, наконец, сжалилась над ним и отложила книгу. Поцеловав любимого, девушка устроилась у него под боком, положив голову ему на плечо, и сама быстро провалилась в сон.

***

      Стоило ему только почувствовать на лице дуновение необычайно холодного ветра, как Гарри понял, что вновь оказался в том самом месте, что постоянно занимало его мысли. Гарри гадал, когда же он снова попадёт сюда, и вот это случилось. Открыв глаза, он оглядел теперь уже знакомый пейзаж. Белое дерево… правда, сейчас оно уже не было таким ярким, скорее серым, чем белым.       Что-то было не так, или, по крайней мере… что-то изменилось. Все предыдущие разы, когда его посещали эти сны, видения… ну или как их ещё назвать, он чувствовал острую необходимость понять, что это белое дерево означало для него. Желание осмотреться по сторонам тоже было, но где-то глубоко внутри. В конце концов, на что тут смотреть — бескрайняя пустая равнина, и лишь на горизонте виднеется что-то похожее на горы. Сейчас же белое дерево едва заинтересовало его. Складывалось ощущение, что пора двигаться дальше, словно здесь уже было выполнено всё, что надо.       Пожав плечами, Гарри прошёл мимо дерева, даже не взглянув на него.       Через несколько минут его путешествие едва не закончилось весьма печально. В какой-то момент под его ногой не оказалось твёрдой поверхности, только воздух. Оказывается, он всё это время находился на скале, нависавшей над морем. И лишь чудом удержался от того, чтобы полететь вниз с обрыва. Выругавшись, Гарри попытался найти палочку, но в карманах было пусто. Просто отлично, сейчас слишком темно, чтобы идти дальше.       В этот самый момент облака медленно разошлись, и показалась луна. Лунный свет залил окрестности, и Гарри смог разглядеть край скалы, с которой чуть не упал.       Также поблизости обнаружилась тропинка, ну или что-то похожее, и Гарри решил пойти по ней. Она вела вниз к подножию скалы, и Гарри не мог разглядеть впереди ничего, кроме тёмных силуэтов и мерцающих огней. Подойдя ближе, в силуэтах он опознал дома. Похоже, он приближался к какой-то деревне.       — Есть тут кто? — позвал Гарри, подавив дрожь от налетевшего порыва холодного ветра.       Он вошёл в ворота и теперь шёл по деревенской улице, по обеим сторонам которой стояли тёмные дома. Слева показалось что-то вроде гостиницы, из которой доносились приглушенные звуки. Дверь была закрыта, но из-под неё пробивался свет и виднелись двигающиеся тени. Так что Гарри предположил, что внутри есть люди.       Подойдя к двери, Гарри попытался её открыть, но она оказалась заперта. Ему показалось странным, что дверь гостиницы заперли, так что он постучал и стал ждать. Никто не торопился открывать дверь, и он постучал ещё раз, громче. Снова никакого ответа.       Но Гарри не покидало чувство, что за ним наблюдают, поэтому он вернулся на главную улицу и пошёл дальше, на ходу потирая руки в тщетной попытке согреть их. Ветер был слишком холодным, казалось, он впивался в кожу тысячей иголок. Не было слышно никаких звуков, кроме завывания ветра, и у Гарри возникло ощущение, что даже если он крикнет во весь голос, его всё равно никто не услышит. От этой мысли по спине пробежал неприятный холодок.       Гарри ничего не оставалось, кроме как идти дальше. Деревня осталась позади, а впереди простирался тёмный лес. Стоило ему войти под сень деревьев, как его окружил туман, такой густой, что даже тропинка попала из виду. Гарри споткнулся и огляделся, чувствуя, как его охватывает паника. Позади не было ни малейших следов деревни, что совсем не улучшило самочувствие парня.       Будь у него выбор, он бы, не раздумывая, вернулся обратно, но его словно тянуло вперёд, заставляя делать шаг за шагом. Будто его тело больше ему не подчинялось.       Внезапно он уловил звук бегущей воды и, кажется, голоса. Подойдя ближе, Гарри смог разглядеть три фигуры в мантиях, медленно идущие всего в нескольких футах от него. К нему вернулась возможность управлять собственным телом, и он стал осторожно приближаться к троице. Идущий в центре был немного ниже своих спутников, и все трое смеялись и разговаривали на каком-то неизвестном Гарри языке.       — Привет?       Никто из троих не показал, что услышал его. Гарри не был удивлён. Всё это было до странного похоже на его путешествие в воспоминания Тома Риддла из дневника на втором курсе. Правда, сейчас окружающее не было черно-белым, и Гарри мог ощущать буквально всё, и холодный ветер, кусающий кожу, и ледяной морозный воздух. Все звуки также были слышны — шелест листвы, завывание ветра, слабый звук бегущей воды, указывающий, что где-то неподалёку тычет река.       Решив, что хуже от этого не станет, Гарри ускорил шаг и нагнал троицу. Они по-прежнему не обращали внимания на его присутствие. Гарри обогнал их и обернулся, желая рассмотреть их получше.       Все трое были мужчинами. Идущий справа был самым высоким из них, с плутоватым выражением лица. Он улыбался чему-то, сказанному его спутниками, и всё время поглаживал свою небольшую бородку. Жест напомнил Гарри Каркарова, хотя этот мужчина и близко не производил столь отталкивающего впечатления, как директор Дурмстранга. А вот причёска у мужчины была практически такой же, как у Гарри — растрёпанные волосы до плеч, которые, судя по всему, так же сопротивлялись укладке, как и волосы самого Гарри.       Идущий слева в росте практически не уступал своему спутнику, но его волосы были коротко острижены, лишь длинная чёлка падала на глаза. И как раз в этот момент мужчина, идущий в центре, протянул руку и откинул ему чёлку, чтобы видеть его глаза, а сказанная им фраза вызвала взрыв смеха у его спутников.       У идущего же в центре мужчины черты лица были более угловатые, чем у его спутников. И если бы кто-то смог взглянуть на него и Гарри одновременно, то решил бы, что они близнецы. У них было лишь одно различие — глаза.       У всех троих мужчин глаза были бледными, практически бесцветными, и это придавало им жутковатый вид. И не было сомнений в том, что все они связаны родственными узами.       Гарри подстроился под неторопливый темп ходьбы мужчин и пошёл вслед за ними через тёмный лес. Все трое теперь молчали, и прежнее веселье исчезло из их глаз, сменившись насторожённостью. По спине Гарри снова пробежал холодок, и он инстинктивно обернулся. В то же время средний из мужчин повторил его движение. У Гарри снова появилось ощущение, что за ним наблюдают, и с каждым шагом оно становилось всё сильнее.       Шум бегущей воды становился всё громче, и вот, наконец, тропа вывела их к берегу реки. Река эта была слишком широкой и быстрой, чтобы можно было преодолеть её вплавь. На другом берегу, прямо напротив того места, где они стояли, тропа продолжалась. На этом же берегу тропа упиралась в остатки моста, который когда-то соединял два берега.       — Невелика проблема, — пробормотал средний из мужчин, заставив Гарри подпрыгнуть от неожиданности.       Гарри с любопытством взглянул на мужчину, который так сильно был похож на него самого. Тот, нахмурившись, разглядывал простиравшуюся перед ними реку. Но удивило Гарри другое — он смог понять, что было сказано! Правда, парень был по-прежнему уверен, что сказано это было не по-английски. Сорвавшиеся с губ мужчины слова были иностранными, но мозг Гарри тут же перевёл их на родной английский. Это было чем-то похоже на то, как Гарри когда-то разговаривал со змеёй.       — Правда? Мне так не кажется, — вполголоса ответил стоявший справа мужчина. Он сделал шаг вперёд и стал что-то искать в кармане мантии.       — Брат, ты слишком много думаешь. Ты забыл, кто мы такие? — средний из мужчин улыбнулся, но взгляд его оставался серьёзным.       — Я это знаю. Но разве ты не видишь его? У меня было чувство, что за нами следят, с тех самых пор, как мы вышли из деревни, — негромко произнёс его брат, указывая на противоположный берег.       — Что ты?.. — начал было спрашивать стоявший слева мужчина, тряхнув головой, чтобы откинуть с глаз чёлку. Но взглянув на тот берег, он прищурился и замолчал.       Гарри проследил за его взглядом и не смог сдержать поражённого вздоха.       Там, на другом берегу реки, находилась фигура в чёрном плаще с капюшоном, слишком хорошо знакомая Гарри по прежним видениям. Паря в трёх дюймах над землёй, Смерть смотрел на троих… нет… Гарри чувствовал, что Смерть видит и его тоже.       — Может, поищем другой путь? — тихо поинтересовался средний из мужчин.       — Игнотус… ты же знаешь, что это самая короткая дорога, — буквально прорычал стоявший справа.       — Но Антиох…       — Нет! Мы зашли слишком далеко, чтобы сейчас отступить. Если мы уйдём отсюда сейчас, нам потребуется несколько дней, а то и больше, чтобы найти другую дорогу.       — Я согласен, брат, но я думаю, что Игнотус всё же прав, — негромко произнёс стоявший слева, настороженно наблюдая за Смертью. — Если мы решим сразиться с ним, ничего хорошего из этого не выйдет.       — И ты, Кадм? Мы не трусы! Это вызов! Отец предупреждал, что мы столкнёмся с чем-то подобным.       — Отец предупреждал, чтобы мы не совались на эту тропу, — пробормотал Игнотус.       — Мы были вынуждены сойти с обычного пути… — ответил Антиох, покачав головой. — Придётся нам играть теми картами, что выпали.       Кадм вздохнул. Игнотус некоторое время молча смотрел на Смерть, затем кивнул.       — Хорошо, но пожалуйста, я вас умоляю… давайте не будем задерживаться в его обществе дольше необходимого.       Антиох кивнул и вытащил палочку. Гарри заметил, что на была совсем не похожа на привычные ему ровные и изящные инструменты для колдовства. Палочка Антиоха была вся изогнута, словно ветка, небрежно сорванная с дерева.       Антиох взмахнул палочкой и перед ним медленно начал появляться мост, соединяя берега реки. Смерть по-прежнему стоял на своём берегу, наблюдая за магами.       Глубоко вздохнув, Антиох ступил на мост. Игнотус и Кадм последовали за ним, также достав палочки. Они шли медленно и осторожно. Даже Гарри почувствовал, что его немного трясёт от волнения, когда он последовал за тремя братьями.       Как только они дошли до другого берега, Смерть неожиданно наклонил голову. Практически автоматически все четверо, включая Гарри, кивнули в ответ. Антиох попытался было обойти Смерть, когда тот заговорил своим отстранённым, холодным голосом.       — Вы хорошо потрудились, чтобы избежать моей ловушки здесь.       Игнотус выступил вперёд.       — Благодарю. А теперь, пожалуйста, позвольте нам пройти, чтобы мы могли продолжить свой путь.       Гарри слегка улыбнулся, увидев, как Кадм отчаянно старается вернуть брата назад. Смерть молча наблюдал за ними, а затем кивнул.       — Да… вы можете пройти. Но сначала, вам полагается награда за то, что вы перехитрили меня. Назовите мне свои желания.       Антиох уверенно шагнул вперёд и, прежде чем Игнотус успел его остановить, произнёс:       — Мне нужна палочка. Палочка непревзойдённой силы.       Смерть кивнул. Антиох судорожно вздохнул, когда его палочка вдруг выскользнула у него из рук и поплыла по воздуху к костлявой руке Смерти. Тот провёл пальцем по палочке, и её тут же окружила тёмная дымка. Как только дымка рассеялась, Смерть протянул палочку владельцу. Антиох широко распахнул глаза, но, казалось, был удовлетворён, так как отступил на несколько шагов, не отрывая взгляда от своей палочки.       Следующим был Кадм.       — Сила… сила призывать обратно тех, кто уже покинул этот мир.       Игнотус аж зарычал от досады на брата, но тот не отрывал взгляда от Смерти. Невероятно, но Гарри был готов поклясться, что Смерть улыбается. Смерть протянул руку, на ладони лежал маленький камень без всяких особых отметок.       — Твоя просьба исполнена. Думаю, ты сам разберёшься, как им пользоваться, — произнёс он.       Затем Смерть обратил свой взор на Игнотуса, ожидая услышать третье желание. Игнотус обернулся и взглянул на братьев, которые, казалось, полностью ушли в созерцание своих даров. Гарри заметил, что глаза третьего брата внезапно приобрели темно-серый цвет, когда он, прищурившись, перевёл взгляд обратно на Смерть.       — Я просто хочу пройти дальше. И не хочу, чтобы вы нашли меня до тех пор, пока я не буду готов.       Смерть какое-то время молчал. В этот раз Гарри точно был уверен, что он улыбается, хоть и не мог сказать, с чего он это взял — под капюшоном Смерти не было видно ничего, кроме тьмы.       — Как пожелаешь.       Смерть протянул руку назад и достал мантию. Гарри от удивления даже задержал дыхание. Эту мантию он узнал бы где угодно.       Игнотус шагнул вперёд и взял серебристую мантию. Гарри заметил, что он так же очарован своим даром, как и его братья. Но всё же Игнотус довольно быстро взял себя в руки.       — Мы можем пройти?       Смерть кивнул и отступил в сторону. Но в этот момент для Гарри мир заволокло тьмой, и последним, что он услышал, был тихий голос.       — Однажды наступает время, когда жизнь перестаёт давать нам что-либо и начинает забирать.