Мотылек

- Убери его. Эрен обернулся: Капитан стоял в дверях, прислонившись к косяку, руки скрещены на груди. - Кого? - Его. Леви выразительно посмотрел в угол. Эрену понадобилось пару секунд, чтобы понять: на уровне глаз, ближе к окну, сидел мотылек. - Мотылька, сэр? - Да. Прозвучало так, будто насекомому нужно было вспороть шею. Эрен послушно накрыл мотылька рукой и стал аккуратно двигать сложенную домиком ладошку в сторону окна, но когда, рядом с форточкой, раскрыл ловушку, в ней никого не оказалось. Тяжелый взгляд Леви чувствовался всей спиной. - Сэр, я думаю, он улетел. - Найди его, Йегер, и сделай так, чтобы больше его не было. - Так точно, сэр. Эрен развернулся, чтобы по привычке, вдолбленной еще в кадетском корпусе, снабдить эти слова приложенным к сердцу кулаком, но в тот момент, когда пальцы готовы были стукнуть форменную куртку, с его руки сорвалось что-то белое. Мотылек взмахнул крылышками по направлению к Леви. Капитан отреагировал молниеносно: боевая стойка, руки потянулись к отсутствующему УПМ, прищуренный взгляд – еще чуть-чуть и Леви бросился бы в атаку. Мотылек испуганно затрепетал крылышками в другую сторону. Эрен замер. Леви был страшен и комичен одновременно: напоминал поджарого кота, готового броситься на несчастное насекомое, но вот скорости его реакции могли позавидовать многие солдаты развездкорпуса, дойди дело до схватки с титанами. - Я сказал: убери. – Не слова даже, а шипение. Эрен схватил мотылька в кулак. - Если я еще раз увижу насекомых в этой комнате, получишь еще две комнаты на уборку. – Капитан выпрямил плечи и снова скрестил руки на груди. – Понял? - Да, сэр. Эрен снова приложил руку к сердцу, но капитан уже закрывал за собой дверь. Чуточку слишком поспешно. Мотылек был раздавлен. Эрен – заинтригован. - Мотылек? Ах, да. – Ханджи поджала губы и замолкла. - Что «да», Ханджи? - Просто делай так, чтобы Леви не видел ни мотыльков, ни бабочек. Никогда. Эрен нахмурился. - Почему? Ханджи вздохнула. - Эрен, ты что, глупый? Леви ненавидит бабочек любого вида. Ясно? На секунду повисла пауза. - Ненавидит или боится? Ханджи усмехнулась. - Тебе сказать мою версию или его? Леви сидел в кресле, спиной к двери. В приоткрытую дверь Эрен видел его макушку, едва торчащую из-за спинки стула, но капитан не реагировал на стук. Эрену же очень нужно было доложить о том, что эксперимент закончился: хотелось спать, а без разрешения старшего спускаться в подвал и укладываться в койку было нельзя. Поэтому он осторожно приоткрыл дверь еще шире и просунул в образовавшуюся щель голову: - Капитан Леви? В ответ – тишина. Пришлось протиснуться внутрь полностью. - Капитан Леви? Эрен обошел кресло и заглянул капитану в лицо. Тот спал. Кажется, глубоко. На секунду мелькнула шальная мысль не будить его, не нарушать спокойствие, дать поспать еще хотя бы полчаса: у Леви между бровями не залегала складка, губы, расслабленные, не поджатые, как обычно, словно стали больше. Потом возникло легкое беспокойство: капитан не почувствовал приближения другого человека, все ли с ним в порядке? Но тут Эрен заметил еще более невероятное: на груди у капитана сидела, будто медаль, ярко-синяя бабочка. Эрен опешил: спокойный, расслабленный капитан с синим, будто мазок краски, пятном на форме, выглядел совсем непривычно, очень по-человечески и очень (это слово Эрен подберет только через несколько часов, ворочаясь в кровати) уютно. И ведь, если проснется сейчас, неизвестно, что выбьет его из спокойствия больше: почти склонившийся над ним Эрен или сидящая на плече бабочка. - Капитан? – почти шепотом, - Вы спите? Никакой реакции. Тогда Эрен протянул руку, чтобы сначала спугнуть бабочку, а потом уже будить начальника. В ту же секунду, когда бабочка взлетела, капитанова ладонь оказалась плотно впечатана в эреновскую шею. Эрен резко выдохнул и сам отскочил назад – больно. Леви мигом вскочил на ноги: - Йегер, какого черта? Эрен, к которому возвращалась способность дышать, откашлялся, и уже открыл рот, чтобы объясниться, но тут увидел, как синяя бабочка возвращается к капитану. На этот раз усаживаясь на макушку. - Я хотел, - кашель, - доложить, что мы с Ханджи закончили. - Отлично. На сегодня все. Иди спать. - Есть, сэр. – И снова впечатанный в сердце кулак. – Только, простите… И протянул руку к Леви, смахивая с его головы бабочку. Почти коснулся волос. Движение получилось не резким, а, скорее, каким-то нежным, наверное, поэтому Леви не ударил, не дернулся, а остался стоять на месте, только глаза распахнулись шире. Эрен завис с протянутой рукой. - Что ты творишь? - Капитан, у вас на голове… В этот момент настырная бабочка села на руку Эрена. Леви скривился, а потом – неожиданно: - Красивая. - Что? И сам протянул руку, смахивая бабочку, почти касаясь пальцами чужого запястья. Они простояли так пару секунд: глядя друг другу в глаза, почти с протянутыми друг ко другу руками, Эрен чуть нависая над капитаном. Потом Эрен усмехнулся. - Я думал, вы боитесь бабочек, капитан. – Голос отчего-то был хриплым. Леви поднял брови. - Не боюсь. Они просто неприятные. - Но эта – красивая? Молчание. - Да, эта красивая. Иди. - А бабочка? Убрать? - Иди! Эрен не стал спорить. Только одернул рукав форменной куртки, прикрывая то место, где пальцы капитана почти прикоснулись к его коже и забыл бросить свое привычное «есть, сэр!». - Капитан! - Что? – Леви оторвался от бумаг и поднял на Эрена взгляд. - Смотрите, что я нашел! Эрен разжал сложенные домиком руки. Внутри, зацепившись за одну из его ладоней, сидела ярко-синяя бабочка. Леви передернуло, правой рукой он оперся о ручку стула – почти вскочил, но Эрен сумел уловить секунду, когда капитан взял себя в руки. - Какого черта? Эрен прикрыл бабочку рукой, спрятал ее в домике. - Вы же сказали, что она красивая. - Где ты ее взял? - Сидела на окне здесь, в кабинете. Леви поправил нашейный платок. - Выброси наружу. Эрен послушно подошел к окну и выпустил бабочку. Но под звук закрывающихся ставень сказал: - Если вдруг вам понравился не бабочка, а кто-то другой, я не против. Леви снова поднял на него глаза. - Что ты сказал? - Я не против, сэр. Мне тоже показалось, что она красивая. Эрен упрямо смотрел капитану в глаза. Видно было, что стиснул зубы. Выдержал долгий взгляд Леви. - Эрен, иди отсюда. У меня много работы. - Есть, сэр. – И снова – кулак к сердцу. Эрен закрывал за собой дверь, когда Леви бросил, не поднимая глаз от лежащих на столе бумаг: - Бабочки хороши ночью. Эрен, вытянувшись в стойку, снова приложив кулак к сердцу, широко улыбаясь (благо, капитан не видел этого из-за почти закрытой двери), протянул: - Вас понял, сэр! Ночью, сэр? – А затем уже менее уверенно, - Сегодня, сэр? В ответ - сначала тишина, а затем – суровое, но четкое: - Да.