Потерянный в боли

      Римус Люпин заходит в дом и небрежно вешает куртку на крючок, который криво висит на стене прихожей.       Глядя на него парень усмехается, вспоминая, как Сириус пытался аккуратно прикрепить этот несчастный металический крючок для одежды, спустя три часа, отбив все пальцы и проклянув всё, что только было можно, ему это удалось. Тогда он с Блэком только начали наполнять уютом и комфортом свой небольшой домик, купленный Сириусом на деньги, которые любезно оставил ему дядюшка Альфард. - Вот кончится война, мы с тобой заживём! - мечтательно говорил Сириус, обнимая парня, сидя на диване. - Если выживем - соглашался Лунатик, залезая рукой в роскошные волосы Блэка. - Эй! - слегка толкает в бок Люпина Сириус. Выживем конечно, всё будет хорошо. Ты же мне веришь? - делая щенячьи глаза, спрашивал Бродяга. - Верю - с улыбкой отвечал Римус, после чего клал свою голову на плечо Блэка и понимал, что абсолютно счастлив.       Люпин проходит в гостиную, где видит сидящих на диване Лили и Джеймса, а рядом с ними в кресле пристроился Хвост. Это не было для него неожиданностью, ведь они дружили настолько крепко, что могли прийти в любое время, так как ключ у них был.       Всё время, которое он проводил с Мародёрами, было для него самым счастливым. Он никак не мог понять, за какие заслуги ему достались самые лучшие друзья, которые всегда могли выслушать, дать совет или поддержать. А один из Мародёров даже смог покорить сердце оборотня.       Римус до сих пор помнит тот день, когда он понял, что влюбился в чёртового Сириуса Блэка. В его волнистые длинные волосы, пронзительные серые глаза и самую обворожительную улыбку.        Он выглядел крайне нелепо, как думал сам Лунатик, когда засматривался на то, как Сириус смеётся от очередной глупой шутки Джеймса, или же поправляет свои волосы, убирая их за ухо.       Римус помнит их первый спонтанный поцелуй на Астрономической башне. Тогда Бродяга сильно поссорился со своим братом, Регулусом, который сообщил ему, что думает над вступлением в группу Пожирателей смерти. - Как он мог, Лунатик? Разве он не понимает, что идеи Тёмного Лорда ненормальны!!! - яростно жестикулировал Сириус, после чего его плечи осели, и он поник. Это я во всём виноват, родители промывали ему мозги, а меня не было рядом - дрожащим голосом повествовал Блэк, потягивая сигарету. - Нет! Не говори так, ты любишь его, но он сделал свой выбор, ты ни в чём не виноват! Я не позволю тебе так думать. Ты самый искренний человек, которого я когда-либо встречал, ты не можешь винить себя за решение Регулуса - убеждал его друг, на что Бродяга лишь благодарно ухмыльнулся. - Рем, а ты веришь в судьбу? - после долгого молчания спросил Сириус. - Я? Смотря о чём ты говоришь... - начал Люпин, но его перебили. - Знаешь, какое было моё впервые впечатление о вас? Джеймс, когда я увидел его на станции был лохматым очкариком, но женщина, стоящая рядом с ним, хлопотала вокруг него и то и дело пыталась обнять, в отличии от моей матери, которая говорила мне о том, чтобы я не смел позорить наш чистокровный род, он сразу показался мне безбашенным, и мы обменялись улыбками, я сразу понял, что это будет дружба навеки - Бродяга сделал затяг, и эффектно выпустив кольцо дыма, продолжил. - Питер, толстый ребёнок, запуганный, то и дело шмыгающий носом, вытирал его грязной рукой. Меня, как с самого детства обученного манерам, такое поведение сначала оттолкнуло, но как видишь он очень хорошо вписался в нашу маленькую компанию, чего я, если честно, не ожидал. - А ты... - он вздохнул, будто готовясь к чему-то. Ты был худым и высоким мальчиком с пшеничными волосами и еле заметными веснушками, которые я почему-то приметил сразу. Твоя фигура особо не выделялась среди толпы, ты застенчиво стоял, переминаясь с ноги на ногу, и у меня сразу же появилось непонятное желание познакомится с тобой - он рассказывал это так восторженно, что сердечко Римуса Люпина ёкнуло. - И я не пожалел ни об одном своём решении, вы все стали для меня опорой и поддержкой, и я пытался отдавать тоже самое. На втором курсе мы раскрыли твой секрет, и я не мог понять, как такой отзывчивый человек как ты, мог считать себя монстром, и я поклялся себе сделать всё, чтобы ты не чувствовал себя таковым. Но на пятом курсе я понял, что влюбился... Влюбился в этого худого парнишку на платформе, который никогда не отказывал в помощи, в запах старого пергамента, которым отдавал его свитер, в его самое доброе сердце - Сириус остановился, ожидая ответа, а Лунатик от шока и удивления не мог сказать ничего из той речи, которую репетировал перед зеркалом каждый вечер. - Прости, давай забудем эту... - «пламенную речь», хотел сказать Блэк, но не успел, ведь его губы накрыл нежный, почти воздушный поцелуй. Тогда для них не существовало времени, были только они и ветерок, который слегка заметно обдувал их лица. Тишина даровала покой, медленно углубляя поцелуй. Оторвавшись, Люпин взглянул в эти обворожительные серые глаза и понял, что не хочет отрывать взгляда - Хэй, Сохатый!!! - говорит Римус, смотря на Джеймса. Привет, Лили! Здарова, Хвост! А где Сириус?? Он должен был быть дома - не получив ответа он продолжил. Как дела в ордене? Никаких вылазок в ближайшее время? - забрасывает он вопросами, недавно ставшую родителями пару. О, да недавно у четы Поттеров родился очаровательный мальчик, которого было принято назвать Гарри, он перенял от Джеймса почти все, но его изумрудно-зелёные глаза, чётко давали понять, что его мамой была Цветочек, такое прозвище Лили дал Сириус, когда она наконец сдалась под чарами Сохатого и стала близким человеком для круга Мародёров, до этого он ограничивался простым «Эванс» - .... - Слышал, у Гарри начали резаться зубы, дети так быстро растут не правда ли? Почему вы молчите? Эй!!! Земля вызывает Сохатого - Лунатик щёлкает пальцами перед лицом друга, но в ответ ему лишь тишина, и только бледное лицо девушки с примесью жалости, уже пристально смотрящее на него.       Девушка тихо поднимается со своего места и вплотную подходит к парню. Насколько Римус помнит Лили всегда была очаровательной леди, её осанка всегда была ровной, а речь была умна и понятлива. Поттер так запал на эту девушку, что добивался её четыре года. Друзья помогали ему завоёвывать её, утешали, когда его попытки флирта заканчивались провалом и даже пытались остановить его, но он твердил, что она обязательном станет его женой, так и произошло.       Лили поднимает глаза на Люпина, и он замечает, что по её щекам медленно бежат слёзы. - Лилс, что случилось? - обеспокоено спрашивает Римус, но девушка подносит палец ко рту, показывая, что нужно замолчать, и говорит то, чего он точно не ожидал. - Римус, пожалуйста... - практически умоляет миссис Поттер. Нас уже нет...С тобою ходит только твоя тень. Я, Джеймс и Питер погибли, Сириус сейчас в Азкабане. Пожалуйста, отпусти нас - тихо говорит она, смотря прямо ему в глаза.       Римус отшатывается, и его его голову резко пронзает боль. Паника накатывает на него. - Что за глупая шутка? - нервно усмехается парень, но все молчат. - Нет, подожди, что ты несёшь? Джеймс?? Питер?? Ну!! - отчаянно вертит он головой, в ожидании, что это просто нелепая шутка. - Мне жаль, Лунатик - кивает головой Поттер и... Исчезает? Растворяется в воздухе?       Он уходит. Уходит один из самых близких людей. Человек, который всегда умел поднять настроение, отпуская глупые шутки, и сам же смеяться с них. Римус больше никогда не услышит этого смеха, и что-то внутри него рушится. - Нет!!! Нет! Хвост, пожалуйста, где Сириус? - срывающимся голосом спрашивает оборотень, затаив самую крошечную надежду. - Сириус в Азкабане!!! Это он убил меня, оставив только палец!!! - кричит Петтигрю, показывая окровавленную руку, у которой нет одного пальца. От этого вида парню становится дурно, такое ощущение, как-будто он попал в сюжет однотипного ужастика, рассказываемого в детских лагерях. - Бродяга не мог, нет!! Мы же друзья... - уже пытается сдержать рыдания Римус. - Мне жаль, но так и есть, прощай, Лунатик - печально говорит Питер и растворяется, как Джеймс.       Хвост...Питер... Человек, который часто понимал его лучше, чем остальные. Люпин разбивается во второй раз. - Хвост!!! - кричит он, постепенно теряя рассудок и переводит взгляд на плачущую девушку - Лили? Пожалуйста, не уходи, не оставляй меня, прошу тебя! - умоляет парень. - Прости меня - слёзно говорит она, прежде чем исчезнуть, как остальные.       Лили... Девушка, которая стала его первым другом в вагоне Хогвартс- Экспресса.       Сердце оборотня ломается, разлетается на миллиарды мелких частиц. ***       Римус приходит в сознание. Он совсем один в компании пустых бутылок из-под алкоголя. Люпин не помнил, как горячая жидкость приятно растекалась по горлу, но знал, что под её воздействием он забывал...       Забывал безжизненные тела друзей, статьи газет, в которых писали о заключении Сириуса Блэка, забывал ту боль, которая поселилась и крепко засела в его сердце.       Но он всё ещё жил в той реальности, где погибли Лили и Джеймс, а Сириус предал их. Нет... Он же так доверял ему, он же так любил его.       Весна. Поляны Хогвартса распространялись различными прекрасными цветами. Светило солнце, и легкий зной обжигал спину.       Блэк усердно работал над венком из ромашек, смешно хмурив брови, когда соединял цветы между собой. Слышалось жужжание пчёл, и Лунатик наслаждался этой атмосферой. - Всё! Теперь ты – король ромашек! - торжественно произнёс он, надевая импровизированную корону на голову Люпина. Тот же очаровательно улыбнулся парню, готовясь, что-то сказать. - А ты – вечная королева драмы, поздравляю!!! - серьёзно говорит Римус, кладя на волосы молодого человека плетение из одуванчиков. Получив от Сириуса наигранно обиженный взгляд, он не сдерживается и начинает заразительно смеяться, и Бродяга готов отдать ВСЁ на свете, только, чтобы этот смех не заканчивался. - Шучу, король одуванчиков... - мягко произносит Лунатик в ключицу парня, упираясь в неё головой       Если бы вы спросили, чем пахнет Сириус для Римуса, то он бы ответил бы, не задумываясь.       Мятный шампунь, запах табака, обычно исходящий от его вещей, в особенности кожаной куртки. Он пах дорогим одеколоном и огневиски, всем тем, что успело стать для оборотня родным.       Их не мог предать ЕГО Сириус.        Его Сириус, который плёл для него венки, подбирая любимые цветы Римуса.       Его Сириус, который всегда приносил ему плед, устраиваясь рядом.       Его Сириус, который так часто рассказывал Лунатику о всевозможных созвездиях, глядя на окутанное ночью небо.       Его Сириус, который учился готовить для него, хоть и часто сжигал свои произведения искусства.       Его Сириус, который обещал всегда быть рядом...       Но Люпину придётся принять... Принять, что он остался совершенно один в всепоглощающей его тело боли и пустоте, которую теперь некому заполнить. - Бродяга? - шепчет Лунатик, прижимаясь к тёплому боку парня, пережив истерику, которая случилась, после того, как он узнал о смерти матери. - Ммм - сонно отвечает тот, запуская руку в пшеничные волосы Римуса. - Пообещай, что всегда будешь рядом - неловко бормочет он, сдерживая солёную жидкость. - Обещаю - отвечает Сириус, целуя оборотня в макушку.       Люпин поднимает стеклянную бутылку и со всей силы кидает её в стену.       Она разбивается, также как разбилось сердце Римуса, ведь теперь он совсем один.