***
Так уж вышло, что так обожаемый Ликсом Бан Чан, позвал того на свидание. А как только оно подошло к концу, Ли не медля позвонил лучшему другу, Хёнджину и спустя минуты две непонятных счастливых визгов в трубку, Феликс все таки поведал другу о произошедшем событии. Тот пообещал Ликсу быть у того как можно быстрее и уже через минут 10 стоял на пороге квартиры младшего весь запыхавшийся, в пижаме и накинутой сверху куртке***
-...Вот, а потом он поцеловал меня в лоб, представляешь! - смущённо и радостно выкинул Феликс, на радостях заключая друга в объятья еще крепче. - Ай, попросил же не душить! - слегка посмеиваясь, сказал Хёнджин. — Ха-ха, простии - протянул Ёнбок, озаряя старшего своей солнечной улыбкой, от чего тот сам невольно улыбнулся и будто бы под гипнозом очарования младшего задержал свой взгляд на нем, рассматривая каждую веснушку на лице напротив.***
— Эй, Джинни, ты уверен что не хочешь остаться? Уже поздно как-никак, - сонным голосом проговорил Феликс, наблюдая за обувающимся Хёнджином. - Да не стоит беспокоиться, - с усмешкой сказал старший, - Все-таки я не далеко живу. - закончил тот надевая куртку. - Ну все, спокойной ночи.- с улыбкой проговорил Хван, обнимая младшего на прощание. - Спокойной, Хён, - Ли обнял друга в ответ. - Напиши мне, как вернёшься домой, а то я волнуюсь! - Хорошо, мам! - саркастически сказал старший после чего последовало закрытие дверей лифта.***
Как только замок на двери щёлкнул, Хёнджин с громким усталым вздохом медленно сполз спиной по стенке. Бан Чан, Бан Чан и еще раз Бан Чан, как же он устал от этого имени. По мокрому от солёных дорожек лицу покатились новые. Безусловно, Хёнджин счастлив, если счастлив Феликс, он искренне радуется продвижению отношений своего друга, каждая новая встреча, каждый новый телесный контракт, Хёнджин знает о каждом их новом шаге и каждому искренне радуется… но как же больно. Как же больно слышать имя объекта обожания друга, как больно слушать все истории про каждый маленький шажок в их отношениях. "Как больно любить лучшего друга" пронеслось в голове Хёнджина после чего тот, положив голову на колени залился громким плачем.