Моя плюшечка

Дахён бежала, не разбирая дороги и то и дело натыкаясь на прохожих. Слёзы застилали взгляд, капали на нарядное платье, она вытирала их резким взмахом руки, не заботясь о поплывшем макияже. Внутри горячим комком тлела обида и непонимание. Ведь всё было хорошо, зачем Юндже так поступил? Зачем не просто разорвал ни с того, ни с сего их практические безоблачные двухмесячные отношения, но ещё и оскорбил прилюдно? Дахён чуть ли не с детского сада слыла признанной красоткой: большеглазая, с милым личиком и густыми волосами, со спокойным и покладистым характером она была любимицей семьи и учителей. Лет в пятнадцать произошёл гормональный сбой — испортилась кожа, волосы и ногти и появился лишний вес. Из-за постоянного плохого самочувствия и насмешек ровесников пришлось бросить обожаемые бальные танцы. Обеспокоенные родители потратили небольшое состояние на врачей и психологов, и к двадцати годам Дахён превратилась в красивую, но немного полноватую девушку. Цену она себе знала, но посторонним людям не особо верила, так как в своё время досыта нахлебалась непрошенных советов и всяких гадостей. И если бы не самая близкая подруга Наён, так бы и осталась замкнутой угрюмицей. С мелким энергичным электровеником она познакомилась ещё в детстве и та всё время шевелила её и подбивала на различные приключения. Ей почему-то сразу не понравился Юндже, от которого сама Дахён была в полном восторге. Факультетский «принц» сам подвалил к ней на одной из вечеринок, куда Дахён притащила неугомонная подруга, угостил неплохим шампанским и пригласил на свидание. Так всё и завертелась. Девчонка втрескалась по уши в нагловатого красавчика и уже подумывала отдать ему свою девственность, но внезапно всё обрушилось с безжалостностью снежной лавины. Сегодня Юндже назначил ей свидание в одном довольно пафосном местечке и прихорошившаяся Дахён предвкушала милый вечерок в приятной компании, а получила моральную оплеуху. Её парень, не стесняясь персонала и других посетителей, заявил, обнимая какую-то тощую красотку, что Дахён не соответствует его высоким стандартам. Играть с ней было весело, и он даже кое-что выиграл в споре с приятелями, но терпеть её несовершенства больше не намерен. Сил ошарашенной Дахён хватило только на то, чтобы молча развернуться и выйти вон. Разревелась она уже на улице, долго успокаивалась на скамейке в каком-то парке, а потом поехала домой на такси, молча смотря в окно на мигающий огнями город, и угрюмо думала, что только такого пинка судьбы она и достойна. Вся влюблённость мигом перегорела, оставив не боль, а только недоумение и какую- то странную брезгливость. Неужели для современных мужиков важна только внешняя картинка, а внутреннее содержимое объёкта вожделения совсем не имеет значения? Они что, не понимают, что со временем любая, даже самая совершенная внешность поблёкнет, а жить -то с человеком… Нет, она и раньше не особо принимала такую позицию, а сейчас и вовсе пришло разочарование в красивых парнях и вообще в противоположном поле. Домой Дахён вернулась опустошённая и всю ночь проворочалась на широкой кровати, лишь иногда задрёмывая. Слёзы иссякли, и она поклялась самой себе больше никогда не реветь из-за проклятых мужиков. Хватит, побыла дурой два месяца, теперь на эту удочку её никто не поймает. — Так я и знала, что этот козёл что-нибудь выкинет! — эмоционально откликнулась Наён на тихий рассказ о любовном провале. — Вот же тварь бессовестная! Ну ничего, мы ему ещё покажем, где раки зимуют! — Успокойся, я в порядке. Никому мстить не хочу, — тусклым голосом ответила Дахён. — Так, это что ещё за настрой? Где моя любимая плюшечка и что это за унылый кактус тут? Всё, решено, раз это тебя так зацепило, идём записываться в спортзал. Подтянем попки, разомнёмся и поглазеем на мускулистых красавчиков. Ты же знаешь, что мой кузен — хозяин фитнес — клуба. Он нам скидочку организует. — Не хочу. — А тебя никто не спрашивает. Ты мне желание должна, забыла? Вот и исполняй теперь. Против энергичной подружки у Дахён не было никаких шансов. Отсутствием денег тоже отговориться не получилось — Наён происходила из обеспеченной семьи и просто отмахнулась на жалкие возражения, пропев, что так как каприз её, то и платить будет тоже она. Мало того, неугомонная девчонка ещё и в магазин спортивной одежды затащила за новеньким костюмом, но тут уж Дахён стояла насмерть, выбрав себе свободные штанишки и безразмерную футболку. Наён неодобрительно цокнула языком, но отстала, только карие глаза странно блеснули. Сама она напялила коротенькую маечку и обтягивающие шортики, весьма ловко сидящие на её хрупкой фигурке и больше похожие на трусы, видно и впрямь решила позавлекать мускулистых мачо. — Так бы и сказала, что тебе компания нужна, — буркнула Дахён, рассеянно рассматривая вычурные бутылки для воды. — Блин, плюшка, тебе лет сколько? Ворчишь, как старая аджумма. Молодость даётся один раз, так и нечего тут плесенью покрываться, — со смешком парировала Наён. — Сама спичка, — совсем по-детски надула губы девушка. — Да, да, мы с тобой сладкая контрастная парочка. Но обе милашки, так что наши красавчики нас ждут. Вот увидишь, заметят нас и все гантели пороняют. — Да иди ты! — Только вместе с тобой, плюшечка моя! ******************** Дахён любила свою подругу как родную сестру, которой у неё никогда не было, но иногда её хотелось просто придушить. Вот как сейчас, например. Нет, поначалу всё шло, как по маслу. Они приехали в современный фитнес-центр, переоделись, мило пообщались с приветливой девушкой-тренером и даже немного позанимались на тренажёрах, когда Наён вдруг заорала: — Оппа! Чонгук —оппа, приветик! Высокий широкоплечий парень в брендовом спортивном костюме повернул темноволосую голову на звук и расплылся в очаровательной кроличьей улыбке. Он что-то негромко сказал стоящему рядом приятелю и вместе с ним направился к сияющей Наён и растерянно топчущейся около неё Дахён. — И кто это тут у нас такой крикливый? А, это же моя любимая сестрёнка, — ловко поймав в родственные объятья восторженно пискнувшую Наён, парень легонько чмокнул её в макушку и поднял глаза на Дахён. Та молча стояла, не зная куда себя девать от пристального разглядывания. Казалось, чужие тёмные глаза просканировали её фигуру, проникая сквозь одежду и видя насквозь все несовершенства. " И этот туда же», — промелькнула неприязненная мысль. Кто такой этот Чонгук, Дахён прекрасно знала, видела сто тыщ его фотографий за столько-то лет дружбы с его кузиной, но вот в реале они никогда ещё не сталкивались. Ишь, сверлит своими глазюками, будто Дахён недостойна находиться в его совершенном фитнес-центре. «Ну, не больно-то и хотелось», — со странным чувством досады подумала девушка, тут же решив, что ноги её здесь не будет, если парень позволит себе хоть одно нелицеприятное замечание по поводу её фигуры. И пусть Наён обижается, сколько влезет. — Блин, вы же ещё не знакомы! Моя лучшая подруга Хван Дахён. Это мой кузен Чон Чонгук и его друг Ким Югём. — Ну привет, плюшечка. Наслышан о тебе. А в жизни ты ещё красивее, чем на фотках, — от провокационного тона Дахён вскинулась, как боевой конь при звуке полковой трубы, но промолчала. Знала она все эти игрища — стоит только что-нибудь ляпнуть, как тут же начинаются завуалированные оскорбления. — И вам не хворать, дяденька, — процедила она, отводя взгляд в сторону и отчаянно стараясь не краснеть. — Можешь звать меня оппа, если хочешь, — после насмешливого хмыка выдал парень и многозначительно переглянулся с кузиной, только вот занятая борьбой с собой Дахён этого не заметила, отчаянно желая удрать куда подальше. За подставу Наён сегодня ждёт большая головомойка… — Спасибо, обойдусь, — отрезала она, стрельнув глазами в сторону и заметив, с какой завистью пялится в их сторону девица с гантелями, изящно изгибающаяся неподалёку. — А что так? — не оставлял её бренную тушку в покое настырный тип. — Слишком много желающих набиться мне в «братики». Боюсь, что всех не смогу запомнить, Чонгук —ши, — издевательски вежливо отозвалась Дахён, поднимая наконец глаза и решительно встречаясь взглядом с недовольно прищурившимся парнем. — Не буду вам мешать. Наён, я в раздевалку, а потом подожду тебя в кафе на выходе, — девушка решительно развернулась и ушла, не слушая летящих в спину протестов подруги. Ситуация жутко раздражала, чужой родственник парой фраз выбесил конкретно. Своим поведением Дахён тоже была недовольна. Возможно, наглый тип и не имел в виду ничего плохого, но это его небрежное «плюшечка» здорово зацепило и так раненую бывшим самооценку. Хотелось пореветь всласть и мороженое, но ни того, ни другого Дахён сейчас себе позволить не могла, поэтому сидела в спортбаре и мрачно цедила цитрусовый микс из красивого стакана. " Месячные скоро, что ли? Этак я и на людей бросаться начну». — Ты чего сбежала-то, бука? — плюхнулась на стул рядом с ней Наён и жадно присосалась к своему стакану с охлаждённым зелёным чаем. — Оппы испугалась, что ли? Не бойся, он девушек не ест, даже таких аппетитных как ты. — Наён, ещё слово — и можешь забыть о том, что мы подруги минимум на месяц, — угрожающе прошипела Дахён. — Ты совсем уже краёв не видишь. Ещё и кузену про моё прозвище растрепала. Плюшкой меня можешь звать только ты, ясно? — Ой, мой кактусик опять оброс колючками! Я и не говорила, он просто слышал, как я болтала с тобой по телефону. Чонгук — оппа очень настырный и вредный иногда, поэтому тут я ничего поделать не могу, уж извини. Просто не обращай внимания, и он отцепится. Кстати, с теми, кто ему безразличен, он ведёт себя совсем по-другому. — Блин, ну может ему памятник поставим за то, что он чуть ли не в глаза меня коровой обозвал! — Дахён, ты слишком утрируешь. Я понимаю, что тот поганец нанёс тебе довольно сильный удар по самолюбию, но давай не будем всех парней под одну гребёнку равнять. Если ты не заметила, он с тобой заигрывал, между прочим, — вполне серьёзно проговорила Наён. — Учти, это редкое явление. — Угу, как песок в пустыне. Мозги компостировать будешь кому-нибудь другому, мне без надобности. — Злая плюшечка — завораживающее зрелище. Ты ещё милее, когда бесишься, — Дахён вздрогнула, когда за спиной смешливо фыркнули, и по округлившимся глазам подруги поняла, кого принесла нелёгкая. Наглец без разрешения уселся за их столик и искушающе улыбнулся, уставившись во все глаза на красную от злости Дахён. Кажется, он просто наслаждается произведённым эффектом, как дурной младшеклассник, что дёргает девчонок за косички. С трудом взяв себя в руки, Дахён решила, что никакого зловредного кузена здесь нет. Так, пищит комар какой-то, обращать на которого внимание — себя не уважать. Второй раз сбегать она не собиралась, и так повела себя как последняя малолетка. Наён же не знала, смеяться ей или плакать. Похоже, нашла коса на камень и оставалось только смотреть и любоваться зрелищем. Она не говорила подруге, что оппа уже полгода достаёт её просьбами познакомить его с Дахён и лайкает как сумасшедший все её немногочисленные фотки в соцсетях. Но сначала не получалось, а потом Дахён стала несвободна. Что ж, клин клином вышибают, а Чонгук — далеко не худший вариант. У неё же есть место в самый первый ряд для наблюдения за наклёвывающимся забавным противостоянием. ****************** Дахён сосредоточенно пыхтела, считая про себя количество упражнений на пресс, и с удовлетворением думала, что родственник Наён свалил в пампасы и доставать её сегодня некому. Эта ушлая скотина не пропускала ни одной возможности поддразнить её и постебаться, слушая в ответ хмурые огрызания и расплываясь в своей невозможной улыбочке. Девушке же уже гордость не позволяла просто всё бросить и не приходить в проклятый спортзал. К тому же Наён бы её вконец достала своим зудением, да и жаба душила отказываться от практически бесплатного абонемента как раз тогда, когда она на волне праведного гнева решила всерьёз заняться своей неидеальной фигурой. На все провокационные подколки подружки о новом поклоннике Дахён только показательно морщилась, старательно не замечая ни горящих интересом и странным предвкушением тёмных глаз, ни того, как неприлично близко Чонгук иногда вставал к ней, будто пытался завоевать её личное пространство. На мелкие подношения вроде бутылки минералки или стакана сока в фитнес-баре она и вовсе не обращала внимания, считая, что все плюшки достаются ей за компанию с любимой сестрёнкой господина Чона. Слишком мало прошло времени после прошлого предательства, чтобы она поверила в серьёзный интерес к себе со стороны такого парня, как Чонгук. К тому же Дахён была вовсе не из тех дев, которые клин клином вышибают и повторять свои ошибки не собиралась. Нет уж, хватит с неё красавчиков, их повышенного самомнения и высоких запросов. — Пыхтишь, плюшечка? Молодец, — раздался вдруг над головой ненавистный голос. — Ты немного неправильно делаешь это упражнение, давай я помогу, — на живот слегка дезориентированной Дахён легла мужская ладонь. — Ты что творишь?! — с яростью отбросив чужую руку, прошипела Дахён. Кожу под футболкой жгло, будто она вылила на себя кипяток. Откуда появился этот прыщ, он же уехал по делам? — Направляю, чтобы нагрузка была правильной, — делано невинно ответил Чон, наряженный для разнообразия в драные джинсы и угольно-чёрную футболку. Видимо, дела у него были неофициальные, или противная Наён опять наврала. Дахён стиснула зубы, чтобы не наговорить гадостей и мысленно пообещала отомстить неугомонной подружке, которая хотела свести её со своим кузеном и совсем не понимала, что тот просто издевается. — Спасибо, конечно, но у меня свой тренер имеется, — пробурчала она, в очередной раз, избегая смотреть в лицо парню, который с удовольствием оглядывал её аппетитную фигурку и раскрасневшуюся от нагрузок мордашку. — Мина-нуна была вынуждена срочно отъехать по делам. У неё ребёнок заболел, так что она просила меня присмотреть за тобой и закончить тренировку, — невозмутимо отозвался парень, внезапно присаживаясь на корточки и заглядывая ей прямо в глаза. — Почему ты такая грубая со мной, плюшечка? Я тебе совсем не нравлюсь? — А должен? — Дахён прикусила губу, решив высказать этому наглецу всё, что она думает по поводу его издевательских заигрываний. — По-моему, я ясно даю тебе понять, что твоё внимание мне неприятно. Не пойму только, почему до тебя не доходит. Или мне прямым текстом тебя послать? — А давай, — насмешливо воодушевился Чонгук, но в чужих глазах Дахён разглядела злой огонёк и поняла, что нарываться не стоит. Кто знает, на что способен этот непредсказуемый тип? — Неуважаемый Чонгук-ши, я не желаю с вами общаться. Давайте сделаем вид, что мы незнакомы, — выдавила она из себя и растерянно хлопнула ресницами, когда услышала решительное: — И не мечтай, плюшечка. Даже не подумаю выполнять твой так называемый посыл, — весело хмыкнул невыносимый парень. Да что ж такое-то? Похоже, всё-таки придётся бросить этот спортзал и поискать себе что-нибудь более бюджетное. И пусть Наён лопнет от злости. — Я услышала, — как можно невозмутимее произнесла она. — Отойди, я хочу на сегодня закончить тренировку, так что смысла в твоём присутствии больше не вижу. — Ладно. Тогда, может, сходим куда-нибудь? Ты вечером свободна? Дахён просто онемела от такой наглости. Нет, вы поглядите на него! Его послали, а он и в ус не дует. Обалденное самомнение! — Для тебя я всегда занята, — фыркнула возмущённая девчонка и гордо удалилась, спиной ощущая его пристальный взгляд и с трудом подавляя желание перейти на бег. Выйдя в пустынный коридор, она направилась к раздевалке. Щёки полыхали пожаром и когда её внезапно схватили за руку и развернули к себе, впечатав в крепкую грудь и прижав к мускулистому телу, Дахён даже не сразу поняла, в чём дело. — Ну почему ты такая злюка? — обиженно пробормотали сверху. — Я же ничего плохого не имею в виду, просто хочу с тобой общаться. — Слушай, Чон, у тебя что, с ушами проблемы? Я не желаю общаться с парнем, который то и делает, что насмехается надо мной, — пробормотала Дахён, пытаясь вывернуться из обманчиво некрепких объятий и невольно вдыхая лёгкий, свежий и слегка терпкий запах его туалетной воды. В душе зрело странное чувство, но осознавать и анализировать его девушка сейчас была не в состоянии. — Насмехаться? Когда это я над тобой смеялся? — недоумённо спросил Чонгук, слегка ослабляя хватку, отодвигаясь и заглядывая ей в лицо. — Да каждый раз! Не надоело ещё? У тебя тут толпы моделек ошиваются, иди с ними воркуй, а меня оставь в покое! — А мне может, ты больше нравишься, — Дахён и сама не поняла, как очутилась прижатой к стене. Гадкий агрессор, пользуясь своим ростом, навис над ней, упершись руками по бокам от её бедовой головушки. — Свисти больше, — пропищала она, не зная как выкрутиться из странной ситуации. — Так бы и облизал тебя всю, сахарная плюшечка. Или куснул разок, да нельзя. Наён меня сожрёт, — горячо выдохнули ей в ухо. — Я не прикалываюсь и не шучу. Ты мне нравишься, честно. Подумай об этом. Не убегай, Дахён –и. Длинные смуглые пальцы аккуратно заправили за ушко выбившуюся из причёски прядку, мимолётно погладили пламенеющую щёку и исчезли. Дахён стояла ни жива, ни мертва, тупо глядя вслед странному парню. Он же шёл, сжимая кулаки, и корил себя за поспешность. Но желание прижать к себе миленькую злючку стало просто невыносимым, вот и не удержался. Подружка сестры нравилась ему уже давно, вот только мутить со старшеклассницей было стрёмно, потому что он себя прекрасно знал и если бы стал с ней встречаться, то невинными поцелуйчиками точно бы не ограничился. Вот и ждал подходящего момента, но переосторожничал и милашку увели. Разузнав же последние новости у Наён, угрозами и шантажом вынудил её привести свой краш в спортклуб. Вот только милая пухляшка идти на контакт совсем не желала. Все его наработанные годами приёмчики по охмурению трепетных дев с ней не срабатывали, вызывая только отторжение. Конечно, парень понимал, что после разрыва отношений очертя голову кидаются в новые только дурочки, но ждать больше не желал. Уведут ведь сокровище. А то, что фырчащая рассерженным ёжиком Дахён и впрямь сокровище, Чонгук убеждался чуть ли ни при каждой их встрече. Острая на язык и по-хорошему упёртая дева ворвалась в его сердце, бесцеремонно вышвырнув оттуда все прочие романчики. Парень никогда не назвал бы себя однолюбом, но после их знакомства на других смотреть совсем не хотелось. Всё это тянулось уже давно и доставляло немало неудобств, но Чон никогда бы не променял милую плюшечку и на сотню подтянутых красоток. Что ж, он тоже может быть упёртым и отступать не собирается. Только видимо нужно сменить тактику… ******************** — Все мужики — козлы! — важно подняв вверх палец, изрекла пьяненькая Дахён. Рядом что-то согласно промычала не менее нетрезвая Наён и Чонгук не сдержал смешка, настолько умилительными были две этих пьянчужки. — Бери сестрицу, а я мисс Хван возьму. Это ж надо было так нажраться! — скомандовал он ухмыляющемуся Югёму. — Оппа, ты тоже козёл. И ты, Югём –оппа, — изрекла кузина, подняв на них мутноватый взгляд. — Твари безрогие, — поддержала подругу Дахён и неприязненно зыркнула на отобравшего у неё рюмку парня. — Почему безрогие –то? — пропыхтел Чонгук, ловко закидывая проспиртованную тушку себе на спину. — Так это ты у своей козы спроси, — от чужого дыхания возле уха вниз по позвоночнику пробежали приятные мурашки. — Верная видать, не изменяет, вот рога и не выросли. — Логично, — хмыкнул парень и двинулся к своей машине. — Вот только нету у меня никого. Хочешь быть моей козочкой? — Неа. Ты слишком шик…каркт, тьфу! Слишком крутой для меня, короче. Не хочу опять… — охотно ответили со спины и уткнулись носом в волосы на затылке. — Ты хорошо пахнешь. Пупок не надорвёшь? Я тяжёлая. — Да не особо. И мы уже пришли. Дахён прикрыла глаза, переживая приступ внезапного головокружения, а очнулась уже в едущей машине. Слегка подташнивало, и непонятно было, почему кузен подруги просто не посадил её в такси. Она покосилась на водителя и невольно залюбовалась чётким профилем и мускулистыми руками, уверенно лежащими на руле. Нет, внешне этот приставала Чон был очень даже в её вкусе, но вот почему он так к ней прилип, оставалось для неё загадкой. Уж она- то на собственном горьком опыте узнала, что таким самоуверенным красавчикам доверять совсем нельзя. — А где Наён? — хрипловато спросила девушка, осознав, что в машине они вдвоём. — Её Югём домой повёз. Ему как раз в ту сторону надо, — невозмутимо отозвался Чонгук. — Ясно — вяло промямлила Дахён и прикрыла глаза. Спать хотелось неимоверно, а ещё в голове крутилась навязчивая мыслишка о том, что её адреса наглый парень так и не спросил… Разбудил её запах свежесваренного кофе. Сонно потянувшись, девчонка охнула от острого приступа головной боли, с трудом припоминая события прошлого вечера. Воспоминания заканчивались на второй бутылке соджу… Кровать, как впрочем и вся окружающая обстановка были незнакомы. Дахён, подавив болезненный стон, спешно осмотрела себя и с облегчением выдохнула, поняв, что она во вчерашних шмотках. Увидев на тумбочке зелёную бутылочку широко разрекламированного опохмелина, она поспешно употребила его по назначению, чуть не подавившись в процессе. Через несколько минут стало несколько легче. Внутри черепной коробки уже не резво долбили бешеные дятлы, а деликатно постукивали крохотные молоточки, поэтому Дахён рискнула выйти из комнаты на поиски неизвестной личности, приволокшей её к себе. Почти не удивившись присутствию на кухне господина Чона в фартучке развесёлой расцветочки, девушка оперлась на дверной косяк и стала наблюдать, как он ловко заворачивает яичный рулет. — И что я делаю в твоём доме? — хрипло поинтересовалась она, невольно опять залипая на мускулистые, обнажённые по локоть руки. — Проснулась? Завтрак сейчас будет, — невозмутимо откликнулся хозяин и полез в огроменный холодильник, ловко швыряя на стол закуски в нарядных пластиковых контейнерах. — И с чего это вы так вчера нарезались, что обзывались всякими словами? — Да придурок один у нас преподаёт, задолбал уже придирками. Всё ему не так, мы групповой проект уже три раза переписывали. Злые мы были. Захотелось расслабиться в преддверии выходных. — Ну и как, удачно? Голова не болит после пяти бутылок-то? — Пяти? — растерянно переспросила Дахён. — Пожалуй, мы переборщили. — Ну, учитывая то, что мне пришлось переть тебя на спине, то наверное ты права. Будешь должна мне тюбик бальзама от растяжения мышц, — делано скривился Чон, внутренне посмеиваясь. Слегка растрёпанная и насупленная девчонка выглядела невероятно мило, руки просто чесались её потискать. — А почему ты меня к себе приволок? — невольно морщась от нового приступа головной боли, проворчала Дахён. — Вот не поверю, что такой сталкер, каким ты притворяешься, не разузнал мой адрес. — Голова болит? — вкрадчиво поинтересовался парень, игнорируя резонный вопрос. — Хочешь, сделаю массаж? И, не дожидаясь ответа, резво переместился за спину ошарашенной такой скоростью девчонки. Когда на её виски легли прохладные длинные пальцы и принялись умело массировать, Дахён растеклась покорной лужицей и не сумела сдержать короткого довольного стона. — Если будешь так стонать, милашка, я могу и не сдержаться, — промурлыкали прямо над её ушком, заставляя вздрогнуть и покраснеть. — Может, хватит уже прикалываться? — попытка сказать это твёрдо не удалась, и вместо уверенного голоса получился какой-то полузадушенный писк. — Наверное, кое-кому стоит проверить свои очаровательные ушки, — бархатный шёпот принял слегка угрожающий оттенок. — Я же сказал, что вполне серьёзен. И тебе придётся сдаться, потому что я никогда не проигрываю. — Никогда не говори «никогда», — хмыкнула разозлённая таким самцовым заявлением девица, отбрасывая в сторону ласковые руки, от действий которых в голове уже начал образовываться сладкий туман. — Зачем я тебе? — А зачем вообще парням нужны девушки? — ехидно осклабился невыносимый Чон, в упор рассматривая её своими большими чёрными зенками. — Баловать, заботиться, кормить вкусняшками. Ласкать и наслаждаться сладкими стонами. Целовать и любить до потери пульса. Думаю, ты будешь очень отзывчива, милая плюшечка. — Извращенец! И не мечтай даже! — Дахён с ужасом слышала свой хриплый голос и понимала, что из этой берлоги похоти и разврата нужно срочно драпать сверкая пятками. Нет, она вовсе не боялась кузена своей лучшей подруги, но было в его спокойном тоне нечто, что заставляло её испытывать странные, ранее недоступные ей чувства. Ей вдруг захотелось повестись на эти сладкие речи и довериться сильным рукам. Вместо этого она резко развернулась и бросилась в коридор, на ходу подхватывая лежащую около обувного шкафа сумку. — Да не бойся ты, глупышка, — Чонгук легко догнал и обнял со спины брыкающуюся девчонку. — Вот же бешеная! Будешь пинаться — поцелую. Она тут же замерла испуганной мышкой и, слушая заполошный стук чужого сердца, ему так и хотелось привести свою угрозу в исполнение. Но парень уже давно понял, что сиюминутное удовольствие может стоить ему очень дорого, поэтому задавил в себе все тёмные желания. — Не дёргайся, замок всё равно заблокирован. Без меня не выйдешь. Я отвезу тебя домой, и это не обсуждается. — А вчера ты этого сделать не мог? — гневно пробормотала Дахён. — Не мог. Ты была слишком неадекватная. Думаю, твоим родителям бы не понравилось, если бы я приволок тебя домой. — Зато им жутко понравиться, что я не ночевала дома! — Ты уже взрослая, пора им привыкать. Не трусь, я вчера написал с твоего номера, что ты ночевала у Наён. Тётя подтвердит, если что. — Да ты просто спаситель юных дев! Пусти, сказала! — А что, если нет? Ну ладно, ладно, не пыхти, — Чон нехотя разжал руки и отошёл. Чёрные глаза подозрительно поблёскивали и Дахён каким-то седьмым чувством поняла, что сейчас он сморозит очередную хрень. — Просто ты так очаровательно бесишься, что хочется смотреть на это снова и снова. — Псих! Если ты меня сейчас не выпустишь, я натравлю на тебя Наён! — Меняю код от двери на свидание, — хмыкнул наглец, расплываясь в очаровательнейшей ехидной улыбочке. — Ну, не будь букой, соглашайся. — Ладно, — обречённо вздохнула мисс Хван. — Но ни на что особо не рассчитывай. Репей. — Это наша семейная черта, — хмыкнул довольный парень, доставая из шкафчика кроссовки. — Да уж я заметила, — проворчала Дахён, невольно залипая на широкую спину, обтянутую белой футболкой и тут же одёргивая себя. Так уж и быть, сходит с ним разок, пусть разочаруется и отстанет. ***************** Дахён поправила лямку нарядного сарафана и поморщилась, когда ветер кинул прядь распущенных волос ей в лицо. Наён полчаса пищала и бегала по потолку, когда узнала, что её упёртый кузен добился своего и ведёт её на свидание. После этого отвязаться от предложенных в приказном порядке услуг самозваного стилиста стало невозможно. Дахён вовсе не хотела выряжаться, вот ещё, но как всегда сдалась под натиском превосходящих сил противника, который пустил в ход запрещённое, но действенное оружие — нытьё. Не слушая никаких возражений, подруженция с головой залезла в её шкаф, выудила оттуда самые непрактичные и нарядные вещи и заставила всё перемерять, а потом ещё долго возилась с её лицом и волосами. В результате Дахён стала похожа на персонажа какой-нибудь дурацкой манги для девочек. Нежно-лавандовый сарафан с цветочным принтом, миленькие босоножки, распущенные по плечам волосы и аккуратный макияж заставили её почувствовать себя дорогой куклой на витрине магазина. Девушка досадливо топнула ногой и отправилась к автобусной остановке. Из медленно проезжающей мимо машины посигналил какой-то придурок и она с трудом подавила желание показать ему неприличный жест. — Мисс Хван, и куда это вы так спешите? — насмешливо поинтересовались сзади слегка запыхавшимся голосом. Дахён обернулась и увидела своего сегодняшнего кавалера. Он миленько улыбался, протягивая небольшой изысканный букет. — Привет. Пошли в машину, а то меня оштрафуют за стоянку в неположенном месте. — Привет, — растерянно пробормотала она, уже догадавшись, кто именно ей сигналил. Лукаво улыбающийся парень по-джентельменски распахнул перед нею дверь недешёвой машины и с довольным видом глядел, как она поспешно садится в салон, неловко прижимая к себе букет. От него прямо-таки веяло мужским самодовольством. Кстати, обожающий спортивный и полуспортивный стиль одежды Чон сегодня тоже принарядился в классические светлые брюки и ослепительно белую рубашку с еле заметным цветочным принтом. У Дахён даже закралось подозрение, что подруга остановила свой выбор на этом сарафанчике неспроста. Уж не намекает ли нахалка на парную одежду? — Ну и куда ты планируешь меня повести? — всё ещё смущённая таким галантным поведением, пробормотала Дахён, рассеяно глядя в окно на нарядно сверкающие огни вечерних улиц. — Я банален, — усмехнулся Чонгук, не отрывая глаз от дороги. — Сначала в ресторан, потом можно в кино или в парк погулять — куда захочешь. — А в планетарий слабо? — подначила Дахён, невольно начиная расслабляться от общей атмосферы и почти дружеского трёпа. — Не получится, у них сегодня выходной. Можем в следующий раз сходить. Насчёт ресторана возражений нет? — Ладно, только никаких суши, я их недолюбливаю. В этом небольшом заведении Дахён впервые, поэтому с любопытством осматривается по сторонам, отмечая шикарные бордово — сиреневые скатерти, уютные ниши с живыми цветами и общую милую атмосферу. Кормят тоже неплохо, и она перестаёт ежесекундно ожидать подвоха, непринуждённо болтая о разных пустяках и чуть краснея от пристальных взглядов и лукавых улыбочек своего визави. Что скрывать, внимание красивого взрослого парня ей невольно нравится, хотя о своём провале на любовном фронте она не забывает ни на минуту и поддаваться на уловки прожженного ловеласа не собирается. Чонгук понимает, что новая тактика действует, но радоваться не спешит, помня из рассказов Наён и своих собственных наблюдений, какая плюшечка недоверчивая и как моментально выставляет колючки, стоит только брякнуть что-то не то. Она заливисто смеётся в ответ на его ехидную шуточку, а парню до одури хочется сцапать милашку и показать НАСКОЛЬКО она ему нравится. Вместо этого он улыбается и заказывает ещё одну порцию так понравившегося ей десерта. — Ты смерти моей хочешь, что ли? — притворно стонет Дахён. — Я ж лопну сегодня и родина тебе этого не простит. — Не лопнешь, не переживай. Во время прогулки все лишние калории сгорят как миленькие, — хмыкает Чон, облизывая взглядом слегка измазанные мороженым губы. Потом они долго бродят по красиво освещённому парку, то опять болтая о всякой ерунде, то уютно молча. Чонгуку жутко хочется взять её за руку и в конце концов это желание побеждает все опасения. Дахён слегка вздрагивает, когда чувствует, как её пальчиками завладевает сильная мужская ладонь, но руку не отнимает. Их переплетённые пальцы почему-то ощущаются как нечто правильное и это странно. Ладно, пусть сегодня будет всё так, как он хочет. — Дахён, я понимаю, что тороплюсь, но давай попробуем встречаться? — вопрос звучит как насмешка, но когда девушка вскидывает глаза и пристально смотрит ему в лицо, то видит, что Чон абсолютно серьёзен. — А как же толпы твоих поклонниц? — хмыкнув, спрашивает она, игнорируя бешено колотящееся сердечко. — Забудь про них. Когда я кем-то серьёзно заинтересован, то остальные идут лесом. Можешь у своей подружки спросить, она тебе врать не станет, — уверенно отвечает парень, ласково поглаживая мягкую ладошку. — Я не готова пока к серьёзным отношениям, — честно отвечает она. — Значит, будем встречаться несерьёзно, — выдыхает Чонгук. — Ты только не отталкивай меня, пожалуйста. — И чего ты ко мне прицепился? — слегка кокетливо вздыхает Дахён, не в силах устоять перед мольбой в чёрных глазищах. — У меня кинк на миленьких пухляшек, — стремительно наклонившись, парень усмехается, с умилением глядя на моментально порозовевшие щёчки. — Йа, Чон Чонгук! Извращенец! — девчонка лупит по твёрдой груди кулачком, но невыносимый тип только посмеивается, даже не пытаясь увернуться. — Не извращенец, а ценитель нестандартной красоты, — невозмутимо поправляет он. — Ты красотка, разве не так? И что тут странного, что я на тебя запал? Хочешь, докажу? Растерянная Дахён изумлённо смотрит, как он вежливо останавливает идущего им навстречу мужчину средних лет и спрашивает, красива ли его девушка. Тот окидывает её внимательным взглядом, а потом выдаёт: — Обалденная милашка. Никогда не понимал, что заставляет современных девушек греметь костями. У самого дочка вечно на диетах сидит, за столом один лист салата по тарелке гоняет, смотреть противно. Запомни, малышка, мужик не собака, на кости не бросается. Ты очень ладненькая, прямо как моя жёнушка в молодости. Повезло тебе, пацан. Чонгук победно улыбается и благодарит словоохотливого аджосси, а потом берёт онемевшую от таких откровений девчонку и ведёт её дальше. По плану у него романтические посиделки у реки и любование подсветкой Радужного моста. ***************** Дахён не знает, что делать. Разум вопит, что ничем хорошим эта якобы романтичная история не закончится, предательское тело недвусмысленно даёт понять, что ему очень нравится настырный Чон, а глупое сердечко учащённо бьётся при каждой их встрече. После немного необычного свидания она обещает подумать над его предложением и хмурится, видя, как непритворно огорчается самоуверенный красавчик. Наён обзывает её глупенькой плюшкой, кричит, что её оппа самый лучший и дуется, не разговаривая с Дахён целых три дня. Сама-то она времени не теряла, уже успела сходить на пару свиданий с Чонгуковым дружком и осталась жутко довольной. Всё решает её бывший, а точнее его самодовольная морда в соцсетях с новой девушкой. Не то чтобы Дахён это сильно цепляет, но комментарии их общих знакомых из серии: « Эта гораздо лучше, чем предыдущая», задевают за живое. В конце концов, она у себя одна, так почему бы и не замутить с красивым оппой, пока предлагают? Даже если ничего не выйдет, будет о чём вспомнить в старости, да и Наён наконец успокоится. В этот же день она звонит Чонгуку и, запинаясь, говорит, что согласна попробовать с ним встречаться. На что парень радостно гудит: «Ну наконец-то!» и тут же начинает планировать, куда они пойдут сегодня. Чон тот ещё прилипала. Получив зелёный свет, он тут же начинает заваливать Дахён милашными сообщениями в соцсетях, заполоняет свой и её инстаграмм совместными селфи и составляет целый список мест для романтических свиданий. Девушке немного не по себе от такого напора, но она понимает, что отступать некуда, только сильнее убеждаясь, что наглый красавчик Чонгук действительно ею всерьёз увлечён. ******************* — Там что, айдол какой-то явился? — ворчит Дахён, с трудом пробираясь сквозь толпу к выходу из университета и стараясь не потерять в студенческом месиве свою мелкую подружку. — Почти, — ехидно хмыкает Наён. — Бойфренд твой решил в очередной раз выпендриться и прикатил на своей новой тачке прямо ко входу. — Чего? — неверяще восклицает Дахён и нервно выдыхает, когда наконец пробирается в первые ряды восторженных зрителей. Чон, мать его за ногу, Чонгук вызывающе шикарен. Наряженный в очередные драные джинсы и обманчиво простую чёрную футболку, слегка облегающую все его мускулы, он стоит, небрежно опершись на капот своей тёмно-синей «Ауди» и лениво болтает с Югёмом, бросая иногда в толпу острые сканирующие взгляды. Дахён прекрасно осознаёт ради кого он сюда притащился, но служить очередным поводом для сплетен ей совсем не хочется. Девчонка резко разворачивается и ввинчивается обратно в гудящую массу людей, решив, что вполне можно выйти и через другую дверь. Вот только все её планы идут прахом. — И куда это так спешит моя секси-плюшечка? — знакомый голос сочится лёгкой угрозой и на её плечо ложится тяжёлая рука. — Забыла пиджак в аудитории, — жалко блеет Дахён, на что над ухом раздаётся насмешливый хмык, а потом её притягивают к твёрдой груди и бесстыдно зарываются носом в распущенные волосы. — Врушка. Ты что, меня стесняешься? — хрипловато спрашивает парень, в очередной раз умиляясь с тут же порозовевших щёчек. — Вот ещё. Зачем приехал? — бормочет Дахён, неловко пытаясь вывернуться из обманчиво некрепких объятий. — Хочу застолбить территорию. Ты моя теперь и нечего всяким придуркам на тебя пялиться, — в мелодичном голосе проскакивают ревнивые нотки. — Да кому я нужна? — с досадой произносит девушка и тут же удивлённо округляет губы, ловя на себе десятки взглядов. — Да вон хоть ему, — небрежно кивает в сторону Чонгук и ещё сильнее притягивает её за талию к себе. Совсем рядом стоит Юндже с кучкой своих приятелей и все они не сводят глаз с колоритной парочки. Его закадычный дружок что-то шепчет с ехидной ухмылкой, а потом этот предатель намеренно громко лениво цедит: — Я смотрю, толстушка наша решила потратить последние карманные денежки и нанять себе жиголо для поддержания собственного ЧСВ. И где только такого красавчика откопала? Сильно небось потратилась. Сердце Дахён пропускает удар и она уже открывает рот, чтобы съязвить в ответ, но Чону помощники не нужны. — Я правда красавчик? — кокетливо вопрошает он, игриво изогнув бровь и пошло облизнувшись. — Я тебе нравлюсь? Прости, братан, но я по девочкам. Под громовой хохот толпы Чонгук спокойно берёт её за руку, не давая ни малейшего шанса вырваться, и ведёт к машине. — Эй, парень, а сколько стоят твои услуги? — кричит им в спину какая-то смертница. — Простите, леди, но в ближайшие лет триста я плотно занят, — не оборачиваясь, бросает наглый Чон, а потом тихо добавляет: — Плюшечка, если ты и дальше будешь дёргаться, я возьму тебя на руки. Это будет феерическим завершением моего эпического появления в твоей альма-матер. — Зачем ты вообще сюда явился? Позёр, — ворчит Дахён, смирившись с тем, что её имя будут полоскать ближайшую неделю по всем универским чатам. — За надом. И вообще, почему ты опять не говоришь мне «оппа»? Мы встречаемся или нет? — тут же переводит стрелки ревнивец. — У нас сегодня двойное свидание, Наён разве не говорила? — Как тяжко жить без огнемёта… — страдальчески выдыхает девушка, покоряясь судьбе. В новёхонькой машине она чувствует себя неловко, напряжённо усевшись с выпрямленной спиной и не обращая внимания на воркование парочки сзади. Чонгук одаривает её внимательным взглядом, а потом, никого не стесняясь, наклоняется и пристёгивает ремень, попутно скользнув губами по тут же заалевшей щёчке. На чётко очерченных губах появляется такая наглая усмешка, что Дахён хочется пулей выскочить из машины и драпать куда подальше. Это далеко не единственный раз, когда он позволяет себе маленькие вольности, но сейчас ситуация кажется слегка опасной. Неужели он и правда ревнует? — И куда мы отправляемся? — со вздохом смирившись с судьбой, вопрошает Дахён, уже предчувствуя своей мадам Сижу грядущий трындец. — На горячие источники на все выходные, — невозмутимо отвечает парень, а сидящая сзади предательница сообщает с самым невинным видом: — Не волнуйся, у твоих родителей я тебя отпросила, сумка с вещами в багажнике, так что ничто не мешает нам оторваться по полной программе. Дахён молча проглатывает все те «хорошие» слова, что ей ужасно хочется сказать и упрямо отворачивает голову к окну. Налицо круговой заговор и сопротивление бесполезно. Наён прекрасно знает, какая она домоседка и как сильно упиралась бы всеми лапками, если бы ей озвучили свои «генеральские» планы. Поэтому девушка только тихонько вздыхает и робко надеется, что хоть поселятся они в номере с подружкой, мысленно подсчитывая наличность на обратную дорогу. Вдруг что-то пойдёт не так, чтобы хоть на такси хватило… — Ну не дуйся, плюшечка. Нам всем нужно расслабиться и хорошенько отдохнуть, — примиряющее гладит её по плечу Наён. — Я же прекрасно знаю, что ты нашла бы три сотни отговорок и никуда бы не поехала, а мне жутко хотелось показать тебе тамошний аквапарк. — Иногда мне хочется выпороть тебя за твои выходки, мисс Кан, — ворчливо замечает Дахён, смирившись с ситуацией. Это далеко не первый и уж конечно не последний раз, когда её неугомонная подружка выкидывает фортеля. «Хорошо хоть с парашютом прыгнуть не придумала», — мелькает в её голове и она покрепче сжимает губы, боясь подать идею для очередного фокуса. За Наён не заржавеет, ведь в прошлом году они уже прыгали с горы на «тарзанке» и Дахён чуть ёжика против шерсти не родила. Тогда неугомонная подруженция решила, что им надо сбросить стресс после экзаменов и привнести в свою скучную жизнь немножко адреналина. Вот в тот раз Дахён сдерживаться не стала и выложила весь свой запас немногочисленных ругательств. Так что нынешняя выходка — просто детский лепет. Парни благоразумно помалкивали, не спеша встревать в дружеские разборки. Постепенно атмосфера в машине разрядилась, Чонгук включил радио и принялся тихонько подпевать популярной балладе, то и дело бросая косые взгляды на чопорно сидевшую Дахён. Шикарный СПА — центр возник примерно после полутора часов пути. Припарковавшись на стоянке и получив на ресепшене ключи, вся дружная компания отправилась заселяться в номера. — Я стесняюсь спросить, а кто платить будет за все эти роскошества? — бурчит Дахён, окидывая взглядом явно люксовый номер с одной огромной кроватью, дорогими кремовыми шторами и обалденным видом из широкого окна. — Не твоё дело, — ехидно улыбаясь, тянет гадючка, бросая на пол сумочку и с разбегу прыгая на ту самую кровать. — Твоё дело — надеть тот миленький купальник, что подарила тебе я на прошлое Рождество и быть самой очаровательной плюшечкой для моего кузена. — Ну всё, спичка, тебе конец, — свирепо рычит Дахён, хватая с дивана подушку и начиная лупцевать ею задыхающуюся от смеха подругу. Просмеявшись, та ловко уворачивается и вскоре бой заканчивается привычным для обеих хохотом с обнимашками. — Вечно ты заставляешь меня творить всякую ересь, — беззлобно ворчит Дахён, наконец отдышавшись и бездумно перебирая пальцами собранные в косу волосы Наён. — А купальник твой — сплошная порнография, не надену я его. — Куда ты денешься с подводной лодки, — едва ли не мурлыча от удовольствия, лениво цедит та. — И ничего не порнография, хороший слитный купальник, почти спортивный. Ох уж эти твои комплексы! Там в комплекте практически непрозрачное парео, завяжешь и пойдёшь как миленькая. Ну плюшечка, не вредничай, я же знаю, как ты водичку любишь. А тут шикарный аквапарк, клёвое СПА, а на террасе номера мальчишек даже есть отдельное большое джакузи. Побалдеем! — Ты знаешь, что я не могу на тебя долго злиться, и всё время этим пользуешься, — обвиняющим тоном говорит Дахён и получает в ответ наглое: — Угум-с, но за это ты меня и любишь, верно? Иначе уже давно бы закисла в болоте своих предрассудков и сожалений. Молодость у нас одна, подружка, и нечего тратить её на всякую фигню. *************** Дахён облегчённо откидывается на бортик огромного джакузи и тихонько вздыхает, чувствуя, как по телу мягко бьют водяные струи, приятно расслабляя и снимая напряжение. Сегодняшний день был богат на потрясения и неловкие ситуации, и организм требовал тишины и одиночества. Девушка и так-то не любила толпу, а тут к множеству людей в популярном аквапарке прибавился пожирающий взгляд её так называемого бойфренда, который вконец обнаглел и втихушку лапал её за что придётся, якобы помогая и поддерживая, чтобы неловкая Дахён не поскользнулась на мокром полу. Помощничек хренов! Ещё и сверкал своим шикарным торсом, совсем не обращая внимания на добрую половину дамочек, облизывающихся на его зашибенные кубики. Дахён и сама мысленно облизнулась, когда увидела его в одних купальных шортах. Ручки так и чесались потрогать всё это великолепие, которое типа теперь её, но природная скромность велела похотливым мыслишкам заткнуться. Сама она по уши закуталась в парео, хотя подруга была права и её купальник по сравнению с верёвочками некоторых посетительниц аквапарка был просто верхом скромности. Чонгук еле выпутал её из пёстрого куска ткани и присвистнул, оглядывая открывшиеся виды. — Хорошо прячешься, Дахён-и, — интимно прошептал он ей на ушко, наклонившись неприлично близко и ныряя нахальным взглядом в довольно глубокое декольте. — Я конечно знал, что у тебя ладненькая фигурка, но такой роскоши не ожидал. — Иди ты, оппа, — смущённо пробормотала девчонка, заливаясь краской по уши и безуспешно пытаясь выбраться из обманчиво некрепких объятий. — Айгу, какая же ты милашка, — восхитился наглец и, подхватив заверещавшую девицу на руки, почти без всплеска ухнул в бассейн. Пытка гиперактивным бойфрендом в воде продолжилась. Гадкая Наён благополучно свинтила вместе с Югёмом в неизвестном направлении, оставив слегка растерянную мисс Хван на растерзание своему озабоченному кузену. Теперь, пользуясь тем, что в воде многое незаметно, наглый Чонгук стал позволять себе намного больше, хотя совсем уж откровенно приличия не нарушал. Он то прижимался вплотную на водной горке, то слегка подкидывал пищащую Дахён, а потом ловил и мимолётно касался губами беззащитно открытой шейки, а то вообще принимался зубоскалить, просто пожирая её глазами. Дахён чувствовала себя очень странно. Ей бы вроде и надо было оскорбиться, да вот только не хотелось совершенно. Конечно, начиная встречаться с неровно дышащим к ней парнем старше себя, она предполагала, что когда-нибудь он попробует перевести их отношения в более интимное русло. В принципе, девушка и сама была не против, но не через неделю же! Ещё никогда её так откровенно не домогались, и этот опыт был новым и слегка страшноватым. Чон явно знал, чего добивается, и пёр к своей цели напролом с изяществом тяжёлого танка. В конце концов Дахён от всех благополучно сбежала, отговорившись головной болью. Паршивка Наён увязалась следом и уговорила её залезть вдвоём в большое джакузи. Повертевшись минут десять, шилопопая госпожа Чон отправилась за шампанским и пропала. Ну и ладно, так даже лучше. Никто не зудит над ухом об идеальном кузене, который достал её сегодня до зубовного скрежета своими двусмысленными шуточками и ненавязчивыми прикосновениями. Полуприкрыв глаза, она лениво размышляет о своих дальнейших отношениях с Чонгуком. Бывшему она нос утёрла, но расставаться с нахалюгой — оппой пока не собирается. В конце концов, её развлекают, кормят в ресторанах, водят во всякие интересные места и, кажется, всерьёз хотят и любят. Конечно, некоторые опасения ещё сохраняются, но ей и самой совершенно не хочется расставаться с временами очень милым и забавным парнем. Иногда, когда Дахён остроумно ехидничает, он смешно морщит нос, стараясь не засмеяться, и становится похожим на милашного кролика. От этого жеста ей хочется пищать и тискать парня за щёки, но потом она вспоминает, ЧТО на самом деле представляет из себя этот «кролик» и обрывает на корню все свои неуместные порывы. Разнеженная тёплой водой и своими ленивыми мыслями, девушка не сразу осознаёт, что в джакузи уже не одна. Приходит в себя она только тогда, когда ощущает, как её бренную тушку нахально перетаскивают на чужие колени и бесцеремонно целуют. Беспомощно трепыхнувшись пару раз, Дахён распахивает глаза и встречается взглядом с чернющими очами, в глубине которых полыхают настоящие вулканы. — Попалась, плюшечка, — горячо шепчут ей прямо в губы, а потом им становится не до разговоров. Сквозь одурманивающие поцелуи она почти не чувствует, как лямка купальника сползает вниз, вздрагивая и протестующее мыча только тогда, когда горячие губы смыкаются на соске. Парень что-то неразборчиво шепчет, умело лаская сжавшиеся в тугие горошины вершинки и посылая по телу волну непереносимо томного жара. Сам не зная как, она оказывается верхом на коленях своего совратителя и льнёт к нему, бездумно отвечая на очередной глубокий поцелуй и чувствуя, как ловкие длинные пальцы нежно скользят по бедру, вкрадчиво пробираясь под кромку купальника. Они гладят, аккуратно давят, проникая всё дальше и трогая там, где её ещё никто никогда не трогал. Дахён вскрикивает, когда подушечки легонько скользят по чувствительному местечку и пытается свести ноги, но вскоре понимает, что это бесполезно. Чонгук хрипло выдыхает просьбу не зажиматься и позволить ему сделать своей малышке хорошо. Мозги превращаются в розовую кашу, девушка вяло отвечает на поцелуи, сосредотачиваясь на остро-стыдно-прекрасных ощущениях, что опытный партнёр дарит ей. Тело будто поёт, волны удовольствия сосредотачиваются в одной точке, напряжение нарастает, а потом внезапно пропадает, оставляя после себя тяжёлую сладкую истому. — Ты что наделал? — еле ворочая языком, лепечет Дахён, растекаясь безвольной медузой по чужому крепкому торсу. — Мы же на улице. — Всё хорошо, — её успокаивающе гладят по спине, по- хозяйски спускаясь чуть ниже и облапывая круглые половинки. — Никто кроме меня тебя не увидит, не бойся, — парень медленно поправляет лямки купальника, еле сдерживая собственное желание наброситься на такую желанную расслабленную добычу. Он чувствует себя озабоченным извращенцем, но жалеть ни о чём не собирается. Только не сейчас, когда его плюшечка так доверчиво — открыта и не обрастает колючками. Чонгук осторожно поглаживает по спине всё ещё судорожно хватающую воздух девчонку и лениво улыбается её в очередной раз розовым щёчками, хотя в паху довольно неприятно тянет. Ничего, ради своей прелести он потерпит, и так позволил себе гораздо больше того, что планировал. Эта дикая кошка и удрать может, если на неё очень сильно давить, а он сегодня побил все рекорды и теперь нужно быть вдвойне осторожным, чтобы не потерять уже достигнутого. Дахён неловко отстраняется, усаживаясь чуть поодаль, только сейчас начиная до конца осознавать произошедшее. Чонгук расслаблено сидит, небрежно опираясь широкой спиной о тёмный бортик, но чёрные глаза остро блестят из-под полуприкрытых век и этот взгляд кажется, сейчас прожжёт в ней основательную такую дыру. — Ну ты и засранец, — гулко сглотнув, хрипловато говорит наконец она. — Оппа, — невозмутимо отвечает ей гадкий извращенец, что по какой-то дурацкой ошибке является её парнем. — Что? — Ты должна звать меня оппа, непослушная плюшечка, — ухмыляется невозможный тип. — Прости, мне сегодня немного снесло крышу от тебя. — По-моему, в твоём архитектурном плане её вообще не проектировали. Безбашенный идиот, — фыркает Дахён, слегка неловко выкарабкиваясь на сушу и строя планы прибить одну свою подружку. — Дахён-и, — мелодично зовут её сзади, а когда девушка машинально оборачивается, то видит зашибенную картинку: широченные плечи, мускулистые руки, на которые опирается острый подбородок, кроличья улыбочка и оленьи глазки, лукаво посверкивающие из-под длинных ресниц. — Чего тебе ещё? — ворчит она, внутренне тая и со сладким ужасом понимая, что кое-чьё упорство и настойчивость уже дают плоды. — Ты же понимаешь, что это только начало? Я научу тебя всему, моя невинная плюшечка, — томно шепчет паршивец и дерзко проводит языком по губам. — Кролик озабоченный! — возмущённо верещит Дахён и ретируется, поспешно закутываясь в полотенце по аккомпанемент довольного мужского смешка. В номере она поспешно принимает душ, обнаруживая за груди небольшой засос и поклявшись страшно отомстить нахальному оппе, а потом валится на кровать, мстительно подгребая под себя обе подушки. Пусть гадкая предательница, подставившая её в очередной раз, спит сегодня без оной. Противная сводница является ближе к полуночи, мечтательно мурлыча себе под нос и выставляя напоказ зацелованные губы. И нет, Дахён вовсе не подсматривала, просто спать не хотелось… Она и так и эдак мусолила сложившуюся ситуацию, невольно вспоминая стыдные и сладкие подробности своего первого эротического приключения. -Плюшечка, ну вы хоть поцеловались? — как ни в чём не бывало щебечет Наён, наваливаясь сверху. — И не притворяйся, что спишь, я слышу твоё ежиное пыхтение. — С гадюками личными делами не делюсь, — ворчливо отвечает Дахён, спихивая с себя лёгкое тело. — Если я не буду тебя подпихивать, так и помрёшь нецелованной девственницей, — важно морща носик, парирует подруга. — Не волнуйся, твой озабоченный братец-кролик не даст этому случиться. Собственно, уже не дал, — хмыкает девушка. — Постой-ка, это что, засос?! — восторженно верещит Наён, пялясь ей в вырез халата. — Вау, а когда я стану тетушкой? — Трепло, — уже беззлобно бурчит Дахён. — Судя по твоему потрёпанному виду, я стану тётушкой раньше. — Всё может быть, — прыскает со смеху Наён. — Ну, не злись, я просто не хочу вам мешать. — Ещё одна такая подстава — и всё. Моё терпение на исходе, — честно предупреждает её Дахён. — Почему в этот раз ты не на моей стороне? — Потому что вижу, что лучшей кандидатуры тебе не найти. Но ты же вечно как упрёшься рогом и сидишь в своей клетке из комплексов. Думаешь, за столько лет я не знаю всех твоих загонов? — так же серьёзно отвечает подруга, смотря ей прямо в глаза. — Чонгук –оппа не такой, как твой распрекрасный Юндже, он никогда бы не спорил на девушку. Его интерес искренний, и, как я тут некоторое время назад случайно узнала, очень давний. Так что смирись и наслаждайся процессом своего завоевания. Так уж и быть, пообещаю, что больше подстраивать пикантные ситуации не стану, но и мешать ему меня не проси. Я люблю его и люблю тебя и хочу, чтобы у вас всё получилось. ********************* Дахён хочется закопаться под землю как можно глубже и не отсвечивать. Вроде бы она переварила своё «грехопадение», но стоило ей только за завтраком увидеть радостную усмешечку Чона, как ноги сами понесли её прочь. Полдня она от него бегала, всячески избегая оставаться наедине и используя Наён как живой щит. Та громко цыкала, но покорно притворялась мебелью, хотя её кузен довольно недвусмысленно давал понять, что она тут несколько лишняя. Наконец, терпение у парня лопнуло. Он подло подкараулил её около туалета и быстренько уволок в укромный уголок под лестницей. — Ну и что всё это значит? — грозно вопросил мистер Чон, уже привычно нависая и почти касаясь губами её ушка. — Моя милашка изволит стесняться? — Отстань!  — И не подумаю. Нашла, из-за чего переживать. Краснеть будешь, когда я вылижу тебя везде, где мне хочется, — жаркий шёпот на ухо деморализует, пуская вниз по позвоночнику стайку знобких мурашек. — Йа, Чон Чонгук! — девчонка тщетно трепыхается, невольно притираясь ближе, и бессильно колотит кулачками по крепкой груди. — Это будет очень-очень приятно, обещаю тебе, — наглец воровато оглядывается и бесстыдно прихватывает мочку уха, лениво играя языком с маленькой серёжкой. — Ты с ума меня сводишь, сладкая моя. — Было бы с чего сводить, — бурчит Дахён, а потом вздыхает и обнимает парня за талию, сдаваясь на милость победителю. — Ну правда, ты слишком резвый. Дай мне хоть чуть-чуть к тебе привыкнуть. — Я взрослый, малыш, и от отношений жду кое-чего посерьёзней дорамных игр в песочнице, — Чонгук обнимает её в ответ, легонько целуя волосы. — Раз взрослый, то мог бы и немного потерпеть, — мяукает она, утыкаясь носом в чужую приятно пахнущую футболку. — Я уже три года терплю, плюшечка моя, терпелка почти кончилась, — хмыкает несносный тип. — Чего? — Того, — слегка смущённо передразнивает он. — Ты мне давно нравишься, просто раньше давил в себе симпатию, боялся прослыть педофилом. — Старпёр, — хихикает Дахён, пытаясь увернуться от карающей щекотки и тыкает пальцем ему в бок. — Блин, чего ж ты твёрдый-то такой? Чуть палец не сломала! — Ладно, раз ты такая стесняшка, отложим пока мои хотелки. Но учти, долго я не протяну, — нагло шепчут ей в ухо, нежно проходясь горячими губами по чувствительному местечку. ******************* Всё происходит как-то быстро и слегка нелепо и Дахён не понимает, почему вдруг оказывается в уже знакомой квартире. Вот они вчетвером идут в ночной клуб, пара вкусных и довольно крепких коктейлей, красивое, слегка румяное лицо Чонгука и его руки на её талии. Жаркий шёпот о том, какая она сексуальная штучка и почерневший от недвусмысленных желаний взгляд. Лёгкая эйфория и уверенный кивок на предложение переместиться в менее людное место. И вот теперь она неловко топчется в прихожей, наблюдая, как парень торопливо стягивает с себя кроссовки, и со сладким ужасом прижимая к зацелованным губам слегка дрожащую руку. Пора завязывать с алкоголем, мисс Хван, ой, пора! Окончательно опомниться ей не дают. Чонгук решительно притискивает безвольную тушку к стене и продолжает то, что начал ещё в лифте. Жадные руки скользят по телу, стремясь обласкать и потискать всё, до чего дотягиваются. Сама не зная как, Дахён оказывается на нём, повиснув, как обезьянка. Её подхватывают под попку, как ребёнка, вот только намерения у кое-кого совершенно не детские. Лёгкое платье задирается почти до талии, а наглючие горячие ладони уже во всю хозяйничают, проникая под целомудренные трусики и ненасытно оглаживая беззащитные округлости. Девчонка пищит от неожиданности, когда он стремительно пересекает коридор и аккуратно опускает её на широченную кровать. — Сто лет мечтал посмотреть на тебя голенькую, — хрипло бормочет Чон, ловко расстёгивая боковой замочек и стягивая ненужное сейчас тряпьё прочь. — Не надо, не включай! — почти ноет Дахён, когда он тянется к прикроватной лампе. Жутко стыдно, он ведь увидит все её ненужные складочки. Парень хмыкает, но покорно кивает, возвращаясь к поцелуям. — Ладно, завтра всё-всё рассмотрю, — мурлычет поганец, щёлкая застёжкой лифчика и начинает нежно массировать немаленькую грудь, потираясь о замершую девчонку всем телом, словно большой кот. — Такая мяконькая плюшечка. Сладкая наверное. Сейчас попробуем. Его «проба» заставляет её выгибаться навстречу ненасытным губам и несдержанно стонать от волшебных ощущений, которые гораздо острее, чем в прошлый раз. Девушка почти не осознаёт, как оказывается полностью обнажённой, одурманенная властными прикосновениями и тяжестью горячего тела на себе. Ловкие пальцы скользят между влажными складочками, мягко массируя чувствительный комочек плоти и высекая искры желания, которые вспыхивают под крепко зажмуренными веками. Стыд куда -то пропадает под умелым натиском и хриплым голосом, шепчущим горячие непристойности, от которых огонь внизу живота вспыхивает ещё ярче. — Прости, детка, я больше не могу, — сквозь грохочущий стук сердца доносится до неё, а в следующую секунду кое-что потолще пальцев рывком протискивается в неё, заставляя вскрикнуть от острого укола боли. — Тшш, маленькая, уже всё, — бормочут сверху, лихорадочно покрывая лицо мелкими поцелуями. Боль стихает, оставляя странное чувство наполненности, а потом он начинает двигаться короткими медленными толчками, постепенно возвращая волшебное ощущение нарастающего жара. Пара мгновений — и мозг словно взрывается, затопленный волной сумасшедшей эйфории. Дахён содрогается всем телом, ловя отголоски оргазма, который заставляет неметь кончики пальцев на ногах и краем сознания замечая, как падает рядом рвано дышащий оппа, тут же подгрёбший её к себе как можно ближе. — Моя, — слышит она, засыпая и внутренне усмехается очередному проявлению собственничества. Утро начинается с поцелуя за ушком и хамской лапы, нагло ощупывающей её зад. Дахён недовольно ворчит, сонным мозгом ещё не совсем осознавая свой изменившийся статус, но один надоедливый парень и не собирается отставать. — Ты такая трогательная с утра, — жарко шепчут сверху, нежно скользя вдоль тела вверх и заключая в ловушку правую грудь. — Трогал бы и трогал. — Отстань, оппа. Какой же ты болтун, — до конца не проснувшись, бурчит она. — Ладно, мяконькая моя. Ты спи, спи, я сам всё посмотрю и потрогаю, — в мелодичном голосе играет неприкрытое лукавство и тут до Дахён наконец доходит, что это совсем не эротический сон с наглым Чоном в главной роли, а самая настоящая правда жизни. — Не надо смотреть! — верещит она, судорожно впиваясь пальцами в одеяло и отчаянно краснея. — Ну плюшечка, не зажимайся. Я уже сто раз говорил, что тебе совершенно нечего стыдиться, — хихикает Чонгук, мягко вырывая из её рук спасительное укрытие. — Я ведь ночью всё потрогал не один раз, чего теперь стесняться. Так, Хван Дахён, если оппа хочет поглазеть на твои миленькие сосочки, ты должна их показать. — Извращенец! — тоскливо припечатывает его Дахён, сдаваясь перед превосходящими силами противника и выпуская одеяло. Что ж, пусть смотрит, ему же хуже. — Милашечка, — воркует «извращенец», жадно пожирая глазами открывающиеся виды. — Выкину все твои овер-сайз тряпки и пойдём по магазинам. Так тщательно прятать такую прелесть ещё уметь надо. — Насмотрелся? Отдай одеяло, — шипит злая и красная Дахён, сгорая от стыда. — Иди сюда, вредная плюшка, сейчас лечить тебя будем, — сильные руки бесцеремонно притискивают её к крепкому телу, а длинный палец приподнимает подбородок, заставляя взглянуть в совершенно серьёзные глаза. — Чего уставился? — Да смотрю, пора поработать экзорцистом и изгнать всех злобных бесов из твоей бедовой головушки. Ты — нормальная девушка с нормальным весом. С обалденной оттопыренной попкой, которая так и просится, чтобы её помяли, — жмяк. — Будешь выпендриваться, я тебя покусаю. За неё. С крутыми бёдрами и тонкой талией. С красивыми ножками. И с такой грудью, за которую любая тусовщица родину продаст. Это не считая красивой мордашки, шикарных волос, бархатной кожи и остальных прелестей, которые требуют моего тщательного изучения. И ты всерьёз считаешь, что должна стесняться всего этого богатства? Тогда ты просто дурочка, мисс Хван, — строго заканчивает Чонгук, и не думая отпускать замершую пугливым сусликом добычу. — И теперь всё это моё, сама вчера дала мне все права. Так что не пищи, когда я буду тебя трогать и разглядывать. — А это в обратную сторону работает? — криво усмехаясь, роняет Дахён, наблюдая, как в тёмных глазах черти отплясывают джигу-дрыгу. — Мне, может, тоже хочется тебя трогать. И разглядывать. — Я первый сказал! — совсем по-детски дует губы Чонгук, притискивает её ещё ближе к себе, игриво проводя ладонью в опасной близости от её груди и вкрадчиво добавляет: — Буду в полном твоём распоряжении, когда исполню своё обещание. И, не дав девчонке опомниться, затыкает ей рот поцелуем. ************* Дахён мелодично мурлычет себе под нос прилипчивый попсовый мотивчик, собираясь на очередное свидание. Дай Гуку волю, он бы от неё и не отлипал, но, к его глубочайшему сожалению, кроме личной жизни у них немало других обязанностей. Парень, конечно, пытался убедить свою несговорчивую плюшечку жить вместе, но натолкнулся на резкий отказ. Это он в свои двадцать пять весь из себя взрослый и самостоятельный, а Дахён всё ещё живёт с родителями и совсем не хочет их шокировать. Да и сама она считает, что переводить их пока не совсем стабильные отношения в такое серьёзное русло несколько рановато. Хоть Чон и из кожи вон лез, стараясь доказать, что никого, кроме неё ему не надо, у девушки ещё оставались кое-какие сомнения. Она с тревогой осознавала, что если её предадут в этот раз, то так легко она не отделается, потому что начала понимать, что влипла в красавчика-оппу всерьёз и недолго. С каждым проведённым вместе днём непрошенная любовь всё глубже проникала в ожесточившееся сердечко, а проницательный парень словно старался доказать каждым своим поступком, что достоин её доверия. Любая его новая черта, открывавшаяся в процессе взаимного узнавания, Дахён нравилась. Его доброта и очаровательные манеры, милые нежности, которыми он, к её глубокому смущению, не переставал её осыпать, упёртость в достижении поставленных целей и удачливость во всех начинаниях. Его щедрость, иногда чрезмерная и ненасытность в постели, к которой она почему-то очень быстро привыкла и лишь иногда краснела, когда гадкий тип в очередной раз проводил над её тушкой свои эксперименты. Весь этот месяц всё было настолько хорошо, что Дахён становилось страшно. И даже гадкие намёки частенько цеплявшегося к ней в универе Юндже почти не портили настроения. Накаркала, видимо. Подходя к укромному уголку близлежащего парка, где они условились встретиться в этот раз, Дахён машинально поднимает глаза и чувствует, как её сердце с размаху падает на чистенький асфальт, разбиваясь на тысячи окровавленных осколков. Её Чонгука нагло обнимает какая-то сексуально одетая худышка, а он, не делая ни малейшей попытки вырваться, что-то говорит ей и по его губам блуждает так хорошо знакомая Дахён усмешечка. В груди всё смерзается в холодный колючий комок, который не даёт толком вдохнуть. Слёз на этот раз нет. Холодно, как же холодно… Дахён, словно робот, разворачивается на негнущихся ногах и шагает прочь, не в силах больше смотреть на разыгранную как по нотам сцену. Идиотская доверчивая плюшка, тебя в очередной раз надкусили и кинули в заплёванную урну, признав негодной к употреблению. Она бредёт сама на зная куда, еле переставляя ноги и не обращая никакого внимания на разрывающийся от звонков телефон. В голове царит гулкая пустота, и даже ругать себя совсем не хочется. Девушка отключает назойливый аппарат совсем и едет туда, где ей всегда рады и не зададут никаких глупых вопросов по поводу дурного настроения и странного поведения. Она переварит это и переживёт. Как —нибудь… ***************** Как бы не было больно и противно, а в университет ползти надо. Сегодня важный тест и пропускать его не рискуют даже вполне официальные больные со справками от врача. Дахён кое-как приводит себя в порядок, не глядя напяливает первые попавшиеся шмотки и топает к автобусной остановке, внутренне готовясь к неизбежным встречам. Все эти три дня она упорно игнорила подругу, не в силах рассказывать о её «бесподобном» кузене. У мисс Хван даже проскользнула предательская мыслишка, что теперь Наён из солидарности с братом перестанет с ней общаться и только тогда заревела в голос, некрасиво подвывая и испугав бабушку, у которой и пряталась от всего мира. Та еле успокоила её и заставила всё рассказать. Вывалив все свои проблемы на резковатую, но трезво мыслящую ещё совсем нестарую женщину и получив парочку справедливых моральных оплеух, Дахён вдруг успокоилась. Будь что будет. Всё в жизни можно перетерпеть кроме смерти, а умирать она в ближайшем обозримом будущем не собиралась. Спрятала опять голову в песок, как глупый страус, так нечего теперь скулить, надо разгребать последствия своих необдуманных решений. Наён поймала её в девчачьем туалете, с силой, которой не ожидаешь от хрупкой девочки, запихнув свою «несчастную жертву» в кабинку и толкнув на закрытый унитаз. Дахён неловко плюхнулась на попу и опустила голову. Смотреть не взбешённую мисс Чон было стыдно. — Ну здравствуй, подруга, — издевательски процедила она, бесцеремонно цепляя ту за округлый подбородок и заглядывая в виноватые слегка припухшие от слёз глаза. — И какого хрена опять у нас творится? Три дня я себе места не нахожу, а эта стерва телефон вырубила! Убить тебя мало! — Прости, — жалко лепечет Дахён и, не выдерживая, утыкается носом девушке в живот, робко обнимая руками за талию. — Я такая дууура… — Так, вот только нечего мне тут нюни распускать, — строгим, но слегка смягчившимся тоном говорит Наён. — Ты с Чонгуком поругалась, что ли? Он все три дня сам не свой, мечется по городу бешеным кроликом и ищёт тебя. Заметь, адресок твоей бабули я не сдала, соблюдая наше соглашение, хотя надо было, наверное. Ладно, пошли, приведём тебя в порядок и марш на тест. И не надейся, что я от тебя отцеплюсь. После пар ко мне двинем, ясно? Дахён покорно кивает, радуясь про себя, что тяжёлый разговор откладывается и по-быстрому плещет в лицо холодной водой. Краситься некогда, да и к чему? Наён её всякой видела, а тот, ради которого хочется быть красивой… Дахён крепко прикусывает губу, усилием воли приказывая себе угомониться и думать только о тесте. Короткая боль отрезвляет и заставляет собраться в кучу. Тест на удивление лёгкий и затруднений особых не вызывает. Дахён справляется одной из первых, бросая короткий взгляд на подругу. Та ещё сосредоточенно пыхтит над своими листками и девушка со вздохом сдаёт работу и выходит во внутренний дворик. Погода сегодня солнечная, можно и на лавочке подождать. Она рассеянно смотрит по сторонам, не замечая неожиданного соседа, и слегка вздрагивает лишь только когда тот подаёт голос. — Что-то ты сегодня несчастненькая, толстушка. Твой жиголо тебя бросил, потому что денежки кончились? — издевательски вопрошает Юндже, нагло уставившись на её голые коленки и слегка покачивая обутой в фирменный кроссовок ногой. — Твоё какое дело? Расценки хочешь узнать? — ответно язвит Дахён, с удовольствием наблюдая, как стремительно наливаются гневным румянцем чужие скулы. И чего он всё время к ней цепляется? — Или заело, что у меня парень красивее тебя? Думал, буду рыдать по тебе год? — Ах ты, сука! — глаза Юндже бешено сверкают и он хватает опешившую Дахён за плечи, яростно впиваясь губами в её рот. Та мычит, не в силах осознать происходящее, пока вдруг не чувствует, что свободна. Она брезгливо вытирает губы рукавом и ошеломлённо моргает, обратив наконец внимание на сцепившихся парней. Через пару вдохов всё кончено. Чон коротко бьёт противника в солнечное сплетение, заставляя того согнуться, что-то негромко говорит ему, хватает за руку всё ещё не пришедшую в себя Дахён и волочёт её в неизвестном направлении. Сама не зная как, девчонка оказывается в его машине. — Молчи! — сдавленно рычит он, сжав руль до побелевших костяшек на руках, и Дахён послушно замолкает, видя крепко стиснутые губы и закаменевшие скулы. Ей страшно неловко и немного боязно. Таким разъярённым она всегда довольно спокойного оппу ещё не видела ни разу. По маршруту она понимает, что везёт он её к себе, поэтому заранее настраивается на непростой разговор. Из машины выходить совсем не хочется, но после короткой угрозы протащить её попой кверху на радость всем жильцам, девушка покорно плетётся за вцепившимся в её запястье мёртвой хваткой Чонгуком, мечтая провалиться сквозь землю. В коридоре она долго стягивает с ног слегка запылённые кеды, пока не слышит из комнаты раздражённый рык и, коротко выдохнув, не заходит в знакомое до боли помещение. — И что это был за демарш? — зло спрашивает он, скрестив руки на широкой груди и уставившись прямо на переминающуюся с ноги на ногу девицу. — Разнообразия захотелось, плюшечка? — Отвечаю любезностью на любезность, — выплёвывает Дахён, устав от несправедливых намёков. И этот гад ещё смеет на неё злиться? — Почему тебе можно, а мне нет? — Так вот в чём дело, — обманчиво мягко мурлычет сообразительный мерзавец, потихоньку наступая на неё и оттесняя свою законную добычу к стене. — Видела, значит и как всегда сделала неверные выводы. — Ты тоже недалеко ушёл, — в ответ шипит девушка, а потом сдавленно охает, когда её беззастенчиво притискивают к стене, не давая вырваться из плена крепких рук. — Пусти меня! — Ишь чего захотела. Не для того я тут скакал вокруг тебя бешеным тушканчиком, чтобы отпускать, — холодно цедит парень, нагло лапая все доступные в данной позе округлости. — Ещё раз сбежишь, не разобравшись в ситуации — я тебя отшлёпаю так, что не сядешь на свою миленькую попку. Ясно? — Да пошёл ты! Блудливый кошак! Извращенец! Кролик озабоченный! — рычит уже она, ослеплённая праведной яростью. — Приду… Конец очередного ругательства пришлось проглотить, потому что нахал недолго думая, заткнул ей рот поцелуем, попутно избавляя от ненужной по его авторитетному мнению одежды и легко удерживая свою брыкающуюся жертву. «Жертва» брыкалась вяло, резко почувствовав, как на смену гневу приходит дикое возбуждение, которое несносный тип умело разжигал, бесстыдно лаская все её потаённые местечки. Как она оказалась под ним на кровати, нанизанная на член, как бабочка на булавку, Дахён не помнила. В голове кружился жаркий туман, тело само двигалось навстречу неутомимому партнёру в стремлении получить удовольствие. Распалённый парень сегодня не был нежным, но ей это было и не нужно. Она рычала и кусалась, как дикая кошка, полосуя широкую спину короткими ногтями, пошло раздвигая ноги как можно шире, а потом содрогаясь в коротких спазмах крышесносного оргазма. Прикрыв глаза и чувствуя, как к спине прижимается твёрдое тёплое тело, Дахён вздыхает, не в силах первой продолжить выяснение отношений. Так бы и лежать вечно, слушая его дыхание и не думать, что, возможно, через несколько минут они расстанутся. — Щас пойду за дихлофосом, — лениво цедят ей на ушко, пока рука медленно поглаживает слегка похудевший животик. — Зачем? — рассеяно спрашивает Дахён, ловя отголоски удовольствия и упиваясь близостью. — Таракашек твоих травить, — ядовито отвечают ей. — Так и вижу, как они бегают и верезжат, размножаясь в геометрической прогрессии. Ты вообще за эти дни хоть что-нибудь съела? — Получил, что хотел? Теперь отпусти. Меня Наён ждёт, — попытка спихнут с себя руку оборачивается ожидаемым провалом. — Подождёт. И отпускать тебя я совсем не собираюсь, говорил же уже ещё в самом начале. Просто кто-то у нас очень ревнивенький, да, детка? — вкрадчиво шепчут ей на ухо. — Не надо ревновать, я же говорил, что никогда не стану тебя обманывать. — Да ладно. Давай представим, что мне приснилось, как чужая девка вешалась на тебя, а ты мило ей улыбался, — язвит Дахён. -Ну, плюшечка, я же не в вакууме был, пока тебя не встретил. Это моя бывшая, которая в своё время хорошо помотала мне нервы, а потом бросила бедного студента, так и не выяснив, что студент-то вовсе не бедный, просто гордый чересчур. Я в то время разругался с родителями и жил на то, что зарабатывал сам. Дамочка променяла меня на более перспективного товарища, а сейчас вдруг решила сделать обратную рокировку. Преследовала меня, не в силах поверить, что я давно променял её шикарную особу на другую девушку. Не хотел тебе говорить, как знал, что воспримешь всё превратно. Думаю, что после нашего разговора, часть которого ты застала, она прекратит свои попытки. — Сам-то не лучше, — ворчит слегка успокоенная Дахён. Кажется, её и правда никто не собирается бросать. — Нафига ты драку затеял? Этот придурок мстительный. Думаешь, после того, как он меня унизил, я буду с ним целоваться добровольно? — она резко поворачивается и смотрит прямо в серьёзные чёрные глаза. — Да, я ревнивый дурень и вовсе этим не горжусь. Была б моя воля — запер бы тебя, чтобы всякие не глазели на моё сокровище, — без тени улыбки изрекает вдруг он, а у Дахён голова кружится и сердце колотится, как сумасшедшее. — Я люблю тебя. Со всеми твоими комплексами и закидонами. Люблю милую, нежную смущашку и дерзкую языкатую девчонку тоже люблю. Люблю твою вредность, преданность друзьям, твой смех и даже пьяненькая ты мне нравишься. Я люблю тебя всю с головы и до кончиков миленьких пальчиков на ногах, плюшечка моя. — Я, тоже, кажется, — против воли бормочет девчонка, смущённая такой искренностью. — Влюбилась, как дурочка, хоть и не хотела. Ты слишком… — Шикарен для тебя, я помню. Что ж, мисс Хван, тебе придётся с этим смириться. Лет через десять привыкнешь, я думаю, — с ослепительной улыбкой изрекает несносный тип, принимаясь неторопливо покрывать поцелуями чужое раскрасневшееся личико и заставляя Дахён плавиться от нежности. Телефон, стоящий на беззвучном режиме, яростно вибрирует, но распалённой парочке совсем не до него. Где-то на другом краю Сеула возмущённо матюкается в очередной раз кинутая Наён, но она девушка умная и быстро понимает, что всё обошлось и без её скромного участия. — Ну заразы, вы теперь от меня так просто не отделаетесь! — фырчит она рассерженным ёжиком. — Заставь их спрыгнуть с парашютом, ты ж хотела, — лукаво ухмыляясь, предлагает Югём, ловко роняя вредину на свои колени и затыкая поток недовольства медленным сладким поцелуем. — Ты просто гений, — рвано выдыхает Наён и зловеще улыбается, ведь настырность –её второе имя.