Пожалуйста, будь рядом

Их квартира наполнена теплом солнечных лучей и запахом кошачьего корма. Крохотные солнечные зайчики скачут по стенам, когда за окном проезжают машины. Где-то вдали слышны выкрики детей, играющих на детской площадке.  Они здесь, вдвоём, в середине сентября.  — Что ты хочешь на День Рождения? Чифую свешивает ногу с дивана, лениво перелистывая страницы журнала про животных. Его взгляд останавливается на картинке с тиграми. Чифую хмыкает, подозрительно нахмурив брови: смотрит то на полосатых, то на заспанного Казутору в кресле напротив. — Что? — Тора опешил. Переводя своё внимания на Чифую, он медленно раскрывает глаза и прекращает гладить мурчащего теплого Пеке Джея, уснувшего у него на коленках.  — Ну, — Чифую усмехается. — Прямой вопрос. Что ты хочешь на День рождения? — закончив разглядывать тигра на картинке, он перелистывает страничку. — Оно ведь очень скоро. Я прав? — Эм, ну, — Казутора выглядит растерянным. Когда он не понимает, как реагировать на заботу, то начинает суетится. Пеке Джей на коленках чувствует это. Котик топчется лапками о коленки Ханемии, чтобы привлечь его внимание и отвлечь от неприятных мыслей. - Ты прав, просто…  Казутора замирает. В голове он прокручивает все варианты развития диалога. «Что нужно сказать, что нужно сказать, что нужно сказать». Его будто бы пронизывает штырем насквозь. Дыхание замирает, пальцы дрожат, а в память осколками врезаются воспоминания.  Как они с Баджи встретились? Он помнит, он помнит. Воспоминание висит на тоненьком волоске, вот-вот — и оно оборвется, упадет вниз, в черную дыру его памяти. Это был День рождения Торы. Закрывает глаза — и можно прочувствовать жар, исходящий от машины, которую они подожгли в тот день. Его первый настоящий друг.   Он не заслуживает праздновать этот день. Он не заслуживает праздновать этот день. Он не заслуж…  — Эй! Земля вызывает Казутору! — Чифую устало вздыхает и откладывает журнал на столик рядом. Сложив руки на животе, он наблюдает за Казуторой исподлобья, недовольный тем, что его не слушают.  — П-прости, — Тора крепче сжимает подлокотник кресла. Пеке Джей издает жалобное «Мяу», спрыгивает с колен и, слегка прихрамывая, уходит в сторону кухни. Чифую вздыхает. Устало, но не сурово, будто он был готов к такой реакции. За время, что они живут вместе, Чифую научился понимать своего сожителя слишком хорошо. В его голове — лабиринт, и он все время боится, что свернет не в ту сторону. Чифую здесь, чтобы направлять. — Иди сюда, — слегка приподнимаясь на диване, брюнет протягивает руки к Казуторе. Тот грустно сводит брови и жалобно смотрит на Чифую, склонив голову в бок. Кажется, становится совсем маленьким. В уголках глаз скапливаются слезинки, и он сжимает челюсти — крепко-крепко, чтобы не расплакаться от прилива нежности, которая переполняет его. «Он похож на котенка, а не на тигра», — проскальзывает в мыслях у Чифую. Осторожно приподнимаясь с места, Казутора преодолевает расстояние между ними и ныряет в объятия своего возлюбленного. Чифую смотрит в потолок, осторожно перебирая пряди длинных волос между пальцами.  — Что насчет морковного торта? — Чифую прикрывает глаза, осторожно прикасаясь губами ко лбу Казу. — Если морковные коржи будут чередоваться с шоколадными, то это будет напоминать расцветку тигра. Тебе понравится?  -Угу, — мычит Казу, утыкаясь носом в грудь. Ему понравится все, что предложит Чифую. Сложив руки у него него за спиной, он наваливается на него сверху, наслаждаясь теплом любимого тела. — Будет вкусно.