Авантюра длиною в жизнь (Перезапуск)

— К сожалению, Вам придется выбрать, ребенок или мать. Мать мы, скорее всего, спасти не сможем. - Прискорбно сообщил врач. — Она хотела, чтобы он жил. — Мрачно ответил сидящий перед ним новакид. Он потускнел от услышанной новости и сжал кулаки. — Может, еще есть надежда, шанс спасти обоих? — Мы не можем ничего обещать, увы. — Понимаю. Тогда... Спасайте ребенка.

***

      Мария и Аргон были представителями разных рас. Мария была очаровательной девушкой с Земли, а Аргон космическим кочевником, дитём космоса - новакидом. Биологические особенности не дали бы паре зачать ребенка, но в эпоху господства биоинженерии было доступно все. Импланты и генная лаборатория позволили создать плод, который мать смогла бы вынашивать в себе без особых проблем. Но что-то пошло не так и перед отцом встал тяжелый выбор.       Импланты дали сбой или организм был слишком слаб для поддержания такой жизни, неясно. Было понятно только одно: Нужно было или изъять их из тела и не дать матери погибнуть или позволить ребенку завершить формирование оболочки, потеряв драгоценное время на спасение матери.       Срок созревания был небольшим, два месяца. Новакиды в естественных условиях рождаются быстрее, практически моментально, в результате слияния двух партнеров в один сгусток энергии. Происходит небольшая ядерная реакция, если можно так это описать, и излишек энергии превращается в маленький комочек с ножками и особой чертой каждого новакида, которое зовется клеймом. Потом он развивается и вырастает во взрослую особь. С таким комочком, овдовевший Аргон и покинул родильное отделение. — Твое имя Ксенон, сын... — тихо сказал он мирно спящему малышу

***

      Дом семьи Ксенона находился на маленькой тихой планетке. Здесь жили, в основном, разные беженцы: Апексы, спасающиеся от режима Великого Эйпа, Авиане, которым надоели басни про Эфир и завывания жрецов, призывающих почитать Великого Клюэкса, Глитчи, переставшие работать на благо поселений...       Все соседство сочувствовало Аргону и помогало растить Ксенона, так что вниманием маленький и любознательный новакид обделен не был. Да и сам он проявлял исследовательский интерес ко всему, постоянно где-то гулял допоздна, а возвращался весь грязный, довольный и с какой-нибудь зверушкой в руках. Правда, один раз это оказался детеныш поптопа, и когда за ним пришла разъяренная самка, Ксенон тихо начал подводить детеныша к матери. За этим занятием его застал отец. Он пальнул из ружья в воздух и испуганный поптоп с прицепившимся к нему детенышем умчался прочь.       А Ксенон был отправлен под домашний арест на сутки. Но ему надоело торчать в четырех стенах и он сбежал через окно. А когда вернулся домой из своей "самоволки", Аргон просто кивнул на стол. Когда Ксенон сел, виновато опустив голову, начался разговор: — Сын, послушай меня. — Да, папа? — Ты слишком часто подвергаешь себя опасности. Ребенку нельзя одному бегать по лесу! У тебя даже нет оружия и ты не знаешь базовых правил выживания! Мама была бы очень расстроена... — Ксенон вздохнул: похоже, аргумент подействовал, хоть и применялся достаточно редко. — Расскажешь мне о маме? — Внезапно перевел тему ребенок и его голова склонилась вбок. Отец задумался. — Она была очень красивая... И очень добрая, и веселая. Думаю, она была бы лучшей мамой на свете, но она отдала свою жизнь для того, чтобы у нас появился ты. — А как вы познакомились? Кем была моя мама?       Аргон погрузился в воспоминания и тут же погрустнел. Ему было горестно вспоминать о прошлом. Он всегда лишь мельком затрагивал тему семьи в разговорах с сыном, но на этот раз его любопытство зашло дальше обычного. — Я... Расскажу тебе позже. Когда станешь взрослым. — Ну па-а-ап! Который раз уже обещаешь! — Не спорь... Пошли... Пошли, лучше я научу тебя стрелять! Ксенон энергично закивал и радостно побежал вслед за Аргоном, забыв обо всем. Спустя время, удивленный отец сидел и смотрел, как сын кладет с револьвера ряды жестяных банок, одну за другой. — А ты довольно ловко обращаешься с пушкой! - радостно сообщил Аргон Ксенону, когда тот, ни разу не промахнувшись, сбил последнюю банку. — У тебя большой талант. Если ты будешь его развивать, то он принесет тебе много пользы! — Мне понравилось, пап! Я хочу уметь стрелять еще лучше, прямо как ты! Аргон усмехнулся. — Ты обязательно станешь профессионалом своего дела. Главное - верь в свой успех и отдавай любимому делу себя всего. Именно так рождается мастерство. Жизнь всего одна и чем раньше ты сможешь найти в ней себя, тем лучше ты сможешь провести ее. — Тогда давай будем ходить сюда каждый день? — Попросил Ксенон. Отец протянул ему руку: — Договорились!

***

      С тех пор, как Аргон нашел способ занять сына и научить его самостоятельности, Ксенон научился многим вещам. Вместе они ходили в походы, объезжали диких лошадей, учились выживать в дикой природе, пользоваться всеми возможными видами оружия, готовить... За пару лет юный новакид стал мастером на все руки. Аргону уже нечего было преподать мальцу. Да и наставала пора идти в школу.       Ксенон с радостью хотел влиться в новый коллектив и завести много друзей, но все его мечты столкнулись с его неуверенностью. У него была особенность организма, которой он стеснялся: он унаследовал геном матери, а вместе с тем у него появился скелет, практически как у человека. Очень заметными на фоне сородичей были его уши, которых у новакидов обычно не бывает. По-какой-то причине Ксенон надумал, что станет изгоем и потому решился держаться особняком, добровольно обрекая себя на одиночество. Он посвятил все свое время обучению и преуспел в этом. И уже спустя время многие действительно стали считать его странным, полагая, что он важничает и потому не хочет ни с кем общаться.       Аргон пытался вмешаться, но каких-то особых изменений это не дало. Да и Ксенон сам мог постоять за себя, в основном, словесно. К дракам он прибегал лишь в крайне редких случаях, когда избежать их, проклиная себя за робость и трусость, уже не получалось. Школа казалась длинным и дурным сном, в котором ты не можешь заставить себя проснуться. Кроме знаний Ксенон не вынес оттуда ничего.       Когда все закончилось, он лишь облегченно вздохнул. Теперь ему были открыты многие пути. Он все юношество мечтал стать Протектором, считая тех настоящими героями. Он написал вступительный экзамен и стал ждать, не ведая, как круто повернется его жизнь.