Желание Софи

Рид стоит замерев на месте. Поистине поражённый тем, как Софи — та Софи, которую он всегда знал за время своей работы — поставила на место Миллер. Без единой капли страха. Выжила всё из себя, что накопилось, поставив ещё и других в зале в явное изумление. Софи стоит к нему спиной, вовсе не замечая зачарованный взгляд профессора на своей спине. Знала бы только Престон, как давно Рид смотрит на неё именно вот так. Прямо как в обычных любовных романах, которые часто читает мужчина, дабы отвлечься от надоедливой реальности. Престон, кинув напоследок на растерянную Миллер гневный и торжествующий взгляд, разворачивается и направляется в другую сторону ровным шагом, сжимая кулаки. Её фигура удаляется красиво, не спотыкаясь и не креняясь от нервов. Настолько она сейчас в себе уверена, словно запуская ещё одну стрелу со всего размаху в сердце профессора. Всё то похабное и хамское отношение, которое она терпела вынудило быть Софи именно такой, какая она сейчас. И такой она нравится профессору даже больше. Бенедикт вспоминает, как она проходила мимо него в один из обычных дней, привычно опустив голову вниз, избегая взгляда его очаровательных глаз. И как она почти бежала, красная, как помидор, словно стыдясь даже смотреть на предмет мужчину. Но только сейчас она проходит не как серая мышка, а как самоуверенная женщина, одетая в прекрасное платье Красный вельвет, с аккуратно собранными волосами и прекрасным макияжем, подчёркивающем её естественную красоту. Кажется, Рид сходит с ума от того, насколько его пленяет эта девушка, задевая самые потаённые струны души. Рид понятия не имеет, кто так профессионально подобрал ей это платье и причёску, но подметил то, что ей так поистине идёт. Бенедикт автоматически поворачивается следом, не обращая внимание на начавшиеся переговоры, шепотки и обсуждения из-за данной произошедшей ситуации. Ему важно проследить за тем, куда она направилась. А направилась девушка в женскую уборную, красиво захлопывая за собой дверь напоследок. А ведь мужчина всегда замечал то, как она смотрит на него. Он вовсе не слепой и прекрасно понимает, что окружён женским вниманием со всех сторон, но никто ему не нужен. Ни к кому душа не лежит. Смотря на эту чёртову дверь, за которой скрылась девушка только что, его сердце словно податливо стукает в груди. Словно подавая какой-то сигнал. Будто прямо сейчас, именно в этот момент, окончательно складывается пазл, до этого неизвестный профессору. Он в полной мере осознаёт то, что всегда знал, но, увы, не имел сил признаться себе в этом. Рид трогается с места, проходя мимо кучи людей, которые сейчас кажутся лишь мерклым фоном вокруг него. Словно пешки в ничего не значащей игре, а он с Софи — главные герои. Ноги сами несут его, а в душе всё загорается от того, насколько сейчас всё стало ясно. Больше нельзя отрицать, да и смысл? Ведь он также помнит найденный черновик в библиотеке, когда Софи по свойственнной ей растерянности, случайно забыла его. «Мои желания», гласил список в его руках. А почерк Софи он узнает из тысячи, такой аккуратный, мелкий и живописный. Всего лишь три желания, расчерченные аккуратным почерком, во всех подробностях, одно из которых поразило тогда Рида. Оно гласило: Быть вместе с профессором Ридом. Тогда-то мужчина окончательно и убедился в её чувствах. Как и в своих сейчас. Он хотел сказать ей не только про предложенную работу в университете, как она и мечтала, но и то, что он действительно восхищается ей. Да и, впрочем, всегда восхищался. Всегда что-то испытывал, в душе будто бы зная, что Софи мучительно душит её маска скромной девушки. И он не ошибся. Открывает дверь в уборную. Плевать, что это женский туалет, главное, что Софи тут. Не зная, что руководит им, он запирает дверь на щелчок, поддаваемый каким-то пробудившимся необычным эмоциям внутри себя. Девушка стоит возле раковины, смотрясь на себя в зеркало. Бенедикт замечает, что костяшки её пальцев слегка подрагивают, очевидно, из-за стресса с миссис Миллер. Но сразу же она слышит звук щелчка на двери, прерываемый тишину. И через пару секунд замечает в отражении зеркала и Рида. Резко подпрыгнув, разворачивается к нему. Ведь именно он явно неожиданно нарушил её идиллию наедине с собой. Он подмечает мгновенно возникший блеск в её глазах при виде его. — Профессор, — говорит она испуганно, — вы меня напугали. И вы ошиблись. Это женский туалет. Спустя время Престон научилась хоть как-то держать себя в руках перед предметом своего воздыхания, но внутри всё равно всё скукоживается. Внешне можно контролировать свои чувства. Внутри же практически невозможно, ведь вулкан эмоций и чувств гораздо сильнее её. Сейчас при виде приближающегося директора она тяжело сглатывает, но виду не показывает. Рид разумеется видит это. Проницательно замечает нервозную игру её бровей и немного сжатые губы. Он сам удивляется, когда успел выучить Софи так детально и замечать то, что остаётся скрытым для других. Невероятная девушка стоит перед ним, которая смогла выбраться из грязи в князи. Почти самостоятельно. Рид подходит к ней почти вплотную. Надоело молчать обо всём. И сейчас он более чем уверен в своих действиях. Спиной Престон упирается о тумбочку, на которой расположены белоснежные раковины, а грудью почти в Бенедикта, что заставляет ноги подкоситься и чуть ли не упасть. — Что вы делаете?.. — растерянно спрашивает Софи, когда Бенедикт расставляет обе руки по две стороны, не давая ей никакого выхода. Престон пускай и в смятении, но если она скажет, что ей это не нравится, то однозначно соврёт себе. Что бы не делал сейчас профессор, ей нравятся все эти чувства, которые он пробуждает в ней и освобождает наружу. Сердце сейчас точно выпрыгнет. Да она даже в мечтах не могла догадаться о таком положении, в каком она сейчас. Даже в своих выдумках, в голове, она не позволяла себе думать о таком. Ведь как такой, как он вообще обратит на неё внимание? — Обратил. Я всё же обратил своё внимание на тебя, — словно прочитав её мысли, шепчет Рид, перемещая одну руку девушке на шею. — Вы… — Прошу, ко мне только на ты. К чёрту все эти формальности, — просит он, склоняя голову над её шеей, которую девушка выгнула, сама того не заметив. Словно тело решает всё за неё. Профессор нежно целует девичью шейку. Софи непроизвольно дрожит от приятных пробежавших мурашек, но в тот же момент напрягается, когда начинает помутневшим рассудком осознавать, что происходит. — Что вы… Ты делаешь? Она уже знает ответ, знает, что Рид хочет её, ведь это очевидно. Иначе он бы не зашёл сюда просто так и не запер двери, поддаваясь влекущей страсти. Но Престон не желает быть лишь объектом его желания. — Я показываю свою любовь к тебе. Софи теряется от этого неожиданного и крайне спокойного ответа, чувствуя, как всё переворачивается внутри неё, а время на мгновение замедляется. Словно она сейчас в сказке, о которой ей даже мечтать было стыдно относительно не так давно. Где-то в глубине души она всегда чувствовала, что Рид тоже неравнодушен к ней, но не позволяла себе допускать этой мысли прорастить с корнями. А сейчас буквально объект её снов, мечт и желаний стоит перед ней, проводя рукой по лопаткам и манящими губами по шее и говорит про любовь к ней. Если это сон, то она вовсе не желает просыпаться. — На ва… Тебя же много девушек обращает внимание. Почему же я, Бенедикт? Я же самая обычная. Я же… — Потому что ты — это ты, Соф. И я люблю тебя в эту волнительную секунду, минуту, в это мгновение тебя такой, какая ты есть. И, мне кажется, всегда буду любить. Слеза счастья скатывается по щеке Софи. Непроизвольно, сама с собой. В её груди расплывается такая приятная густая субстанция из счастья, любви и невыносимого трепета, что она всё бы отдала, лишь бы это окружающее чувство не заканчивалось. На время даже пропадают из головы обиды на Паркера, думы, какая же она настоящая, мысли об официальном увольнении. Здесь и сейчас есть только Бенедикт, в которого она так сильно влюблена. Её чувства никуда не девались. Не девались от этого человека, который не бросал её в тяжёлые моменты жизни, а сидел и пил с ней чай, успокаивая и рассказывая о том, что происходит и у него в жизни. Разделяя с ней боль и неприятные мысли. Рид и не заметил, как превратился в романтика, произнося все эти слова. Он любит романы, любит книги и времяпрепровождение в библиотеке, видимо, нахватался всех этих фразочек именно оттуда. Да и, впрочем, какая разница? Ведь он сказал то, что поистине важно. Девушка сама тянется к его губам в следующий момент, желая продлить этот момент надолго. Она чувствует, как сильно дрожат её руки и колотится сердце в груди. Капелька пота стекает по её лбу, а бабочки в животе запорхали свой танец. Вот они, вдвоём, будучи одни в запертой уборной, с головой окунаются в омут. Оба. Не переставая целовать друг друга и благодаря судьбу за то, что окончательно свела их на этом балу. Где Софи и покорила его сердце окончательно. Он не только любит её. Он восхищается ею. Бенедикт приподнимает девушку и сажает на холодную поверхность тумбы, посередине между двумя раковинами. Он еле как себя сдерживает, чтобы не разорвать всё её платье в клочья и целовать каждый участок её тела, но мужчина берёт это желание под контроль. Краем глаза замечает в зеркале своё отражение и сколько желания читается в его глазах. Мужчина нащупывает застёжку сзади платья, не переставая целовать её. Всё происходит так расплывчато и размыто. Руки действуют сами. Вот он опускается ниже и проводит губами по её ключицам, медленно опускаясь всё ниже и ниже под её сладострастные тихие стоны. Мужчина исполнил её желание с листочка. Теперь она с ним. И он точно её не отпустит. Сколько времени понадобилось, чтобы признать эту истину перед самим собой. В следующий момент он расстёгивает ширинку своих брюк, сгорая от желания. Даже воздух в комнате становится гораздо более душным и раскалённым. Справившись с ширинкой, затем пролазит под её роскошное платье, проводя дорожку подушечками пальцев по внутренней стороне её бедра, достигая заветного. Представляла ли себе Софи, что когда-нибудь она поставит на место Миллер, найдёт новых друзей, устроит благотворительный бал, научится танцевать, спрыгнет с парашюта, ещё и услышит признание от Рида? Знала ли, что жизнь изменится настолько неожиданно? Разумеется, нет. Он нежен, а Софи старается наслаждаться его ласками в полной мере. Не слишком громко, а то их могут услышать, а лишние вопросы им не к чему. Хотя сейчас ей так хочется послать всё к чёрту и закричать от счастья и удовольствия. Но нельзя. Прикусив губу, она наслаждается тем, как Рид аккуратно двигается в ней, опираясь одной рукой об зеркало, а другой обхватывая её талию. Софи понимает, что готова позволить ему делать с собой всё. Все её суеверия, выдумки — не более чем фантазия. По крайней мере, так ей казалось раньше. И она была целиком и полностью в этом уверена. Но ведь только она — хозяйка своей судьбы. В считанную минуту она блаженно выгибается в руках не менее счастливого Рида. Прижимает к себе её ещё крепче, целуя вновь сладкие губы, не желая вовсе их отпускать. По её щеке ещё раз скатывается слезинка, а по его щеке капелька пота. Хозяйка того, куда ещё затащит её жизнь.