Виды любви

Коноха — очень уютная. Так как она, в отличие от других деревень, расположена в центральной части материка, здесь всегда спокойная погода — не слишком жарко, не слишком холодно, и даже осенью, на небе почти всегда сияет солнце, грея своим теплом всех жителей Листа. Но сегодня, почему-то погода такая пасмурная, что можно подумать, что ты в одном из городов Страны Воды. Осень. Вместо яркого солнца, дождь прошелся по всей деревне, а небо все равно все толще затягиваются серыми тучами, листья желтеют и осыпаются с деревьев. Коноха постепенно готовится к приближающимся холодам. Вечер. Серые тучи становятся всё темнее, но западная сторона неба обманчиво светится через тонкую часть туч. Вообще он не планировал выходить из кабинета, но там на стене остался след устрашающего кулака внучки Первого, а задача встретить важных гостей с Ивагакуре удостоилась никому другому, как Шестому Хокаге. Но то что "каменщики" опаздывают уже на два с половиной часа, не предвещало ничего хорошего, поэтому Какаши взял с собой медика и они двинулись в сторону леса. Более того, этот год, в течение которого Какаши то и дело сидел в резиденции и работал исключительно с отчётами миссии и дел деревни, и то, что в то время, о нормальной настроении и настрое вообще, он мог думать только во время долгих разговоров с Сакурой, их чаепития, шутки, периодичные тренировки, которые отвлекали от монотонности — всё это послужили тому, что ему - после этого катастрофически тяжёлого дня - просто необходимо, чтобы она была рядом. Но почему-то разговор не клеился, а у неё, хоть она и старалась не показывать, почему-то было не очень чудное настроение. Он не стал спрашивать. Она тоже имеет права уставать или иметь личное пространство... Вот только он её и притащил сюда, ради себя же. Ну, не эгоист ли? И к тому же, Какаши, кажется, знает причину её задумчивости — утром он заметил на небе знакомый ястреб — Саске время от времени присылал ей письма. Обычно, это было наоборот, Сакуру можно было и среди толпы заметить, светящей от радости с прижатой к груди письмой в руках. Но вот сегодня... Какаши не таил зла к бывшему ученику, наоборот, это он не мог никак повлиять на него в прошлом, а значит повлиял он на всего того, что случилось с ним после. Он никогда и не забывал об этом. Но ученики есть ученики, дети есть дети, они учатся на собственных ошибках, и иногда просто невозможно кого-то контролировать, учить на своих прошлых грехах , он просто не поймёт пока не пройдёт через это сам. Но его отношение к Сакуре до этого, его тяжёлые слова, брошенные, почему-то ей, любящей его девушке, просто не в его понимании. Ведь она ему ничего не сделала, наоборот, она та, кто всегда продолжала отчаянно верить в него, даже тогда, когда от него исходила звериная жажда крови и он собирался убить своего единственного друга. Она та, кто всегда поддерживала его, пусть это иногда могло показаться навязчивостью, но тогда, когда Сакура, безнадёжно признавалась в любви в попытке остановить его - Какаши понял, что это намного больше, чем то, что люди называют любовью. Но он... он всем этим словам, её чувствам ответил одним лишь ненавистным ей словом. Он был разъярен, ему просто до жути хотелось самому догнать этого Учиху и, Ками, приложить ему конец, но, чёрт его возьми, всё тело ныло и отказывало двигаться. Как он может так говорить? Чем она заслужила такое отношение? Он бы понял, если Саске сказал это кому-то другому, пусть даже и ему самому. Как будто это она испортила ему жизнь, он вываливает всю свою ненависть на неё. Черт. Но тело не двигается. И он изо всех сил пытается хоть словами донести её чувства, её любовь, но Саске издевается. Хобби страдать от неразделённой любви? Саске, ты себя слышишь? Однако у него уже ничего не остается, кроме как остаться с ней, поражённой гендзюцу, сидеть, задумчиво смотреть где-то сквозь неё и безвыходно надеяться на лучшее. Но всё это было с усилием забыто и прощено его извинением и румянцем на её щеке в тот день. — Какаши-сенсей, всё в порядке? Вы задумчивый сегодня. Какаши всматривается в рюкзачок на её поясе. Наверняка, там лежит письмо от того, к кому у него только что нахлынулась забытая злость, то ли от воспоминаний, то ли от её плохого настроения, возможного из-за этого же... ублюдка. В груди кольнула совесть от такого мысленного обращения к бывшему ученику, что у него нет прав на него злиться и что-то вообще предпринять. Но грустно улыбающаяся Сакура перед ним просто рушит его равнодушие. Спросить точно нельзя. Всё, что он может сделать, это просто стараться поднять ей настроение, и незаметно поддерживать, Ками, как же он злился на своё бессилие. — Да, день выдался трудным и скучным одновременно, — улыбается он одними глазами, даже не дрогнув губами под маской.— Не понимаю, как Тсунаде-сама могла распоряжаться такими делами всё это время. — Хотите, после встречи зайдём в Ичираку? Кажется, сегодня Наруто должен прийти с миссии, уверена он сразу же после доложения пробежит туда, — Сакура улыбается. — Не отказался бы. Я последние три дня только и питаюсь чаем и кофе. Угости своего уставшего старого сенсея нормальным, человеческим ужином... — Сенсей... — Сакура уже заливисто смеётся и Какаши чувствует невероятное облегчение и что губы под маской сами по себе растягиваются в улыбке. — Кажется, они идут, — произносит Хатаке, останавливаясь после ещё недолгой ходьбы. Из-за деревьев виднеется группа людей, из 4-5 человек, двигающиеся в их направлении. Какаши и Сакура как можно тепло поприветствовали гостей, которые оказались близкими помощниками Тсучикаге, пришедшие для очередного небольшого собрания в резиденции. А причиной их опоздания были двое из сопровождающих шиноби, которым резко стало плохо, и один из них остановился посреди дороги после долгого мучения, говоря что боль, наверное, стихнет немного позже и он догонит их. Ведь советчикам нельзя было опаздывать на важное собрание из-за проблем простого ниндзя. Остальные безысходно продолжили путь. — Я пойду его искать. — Сакура с готовностью посмотрела на Какаши, полностью понимая свою роль. — Сакура, пострадавший и здесь есть, мы не можем его оставить, — Какаши указал на ниндзя, который болезненно дышал, как будто у него сильная одышка. Сакура тут же принялась его обследовать, искать причину боли, но не переставая повторять: — Но если второму было так невыносимо, что ему пришлось остановиться, то ему хуже, а это нельзя игнорировать, ему нужна немедленная помощь! Какаши немного растеряется, пытаясь что-то предпринять, а потом хмурится: — Сакура, ты сейчас физически не слишком уставшая? Чакры хватит на долговременную поддержку теневого клона? Девушка вопросительно смотрит на него и кивает в ответ. — Мы туда отправим твоего клона, в лучшем случае, она вылечит его, в худшем случае, хотя бы узнаем местоположение и состояние этого шиноби. Сакура удивляется находчивостью сенсея, и кивая, тут же создаёт теневого клона. — Вы, пожалуйста, продолжите путь, ворота Конохи совсем близко. Когда состояние этого парня станет более менее стабильной, мы догоним вас. — Хорошо, - главный из советчиков обеспокоенно посмотрел на своего подчиненного и пошёл дальше, чему последовали другие. — Какаши-сенсей, вы почему остались? Вам же, как Хокаге, нужно пойти с ними! Я могу здесь справиться, уже справляюсь! — она не понимающе глазит на Шестого. — Тогда отлично, подождать долго не придётся, — с этими словами он складывает печать и с характерным хлопком появляется его теневой клон, который, кивнув, идёт за клоном Сакуры. — Сенсей... — разочарованно произносит Сакура, — За моим клоном присматривать точно не надо было. Я для вас все ещё маленькая ученица, о которой нужно всегда заботиться? — она явно пытается отшутиться, но голос выходит немного серьёзнее. Какаши приподнимает бровь. — Ничего такого, Сакура, это просто страховка, — поучительным тоном отвечает он. — Мы не можем доверить жизнь человека одному клону. — Вы сомневаетесь в моих способностях? Тогда надо было наоборот оставить клона здесь и меня прислать туда. Кажется сегодняшний разговор начал завязываться только сейчас. Но не таким приятным, как он хотел. Какаши смотрит на небо. Толстые тучи уже повсюду — предвещают о повторном дожде. То что он не хотел пустить Сакуру под дождь, в такой день, он даже во сне не признается. Постепенно приходящий в себе шиноби Камня всматривается в невесёлые лица. *** Сакура бежит по деревьям, желая быстрее найти пострадавшего, но в один момент останавливается на одном из веток и оглядывается назад. — Какаши-сенсей? Что-то случилось? Он опустился на ту же ветку, что и она. — Нет, всё хорошо, продолжаем его искать, — он прыгнул вперёд, и Сакура непроизвольно последила за ним, постепенно ровняясь его шагам, и всматриваясь в его лицо. — Клон, — до неё доходит причина спокойствия её сенсея. — Это что, разочарование? — Хатаке хмыкает, искоса взглянув на Сакуру. — Тебе нужно было, чтобы пришёл оригинал? — Почему вы спрашиваете меня об этом? — Сакура глянула в ответ в серые глаза, непонимающе. — Я сама клон, я храню информацию оригинала только до момента создания клона, и у меня не могут быть личные перспективы. — Я просто спрашивал, что ты хотела бы. Ты теневой клон и способна думать. — Мы всего лишь сгустки чакры. У нас свои задачи. И не бесконечное время. Ведите себя как оригинал. — Может, я и веду себя как оригинал? — Кажется, он был эмоционально не в лучшей форме во время создания клона. Будет очень жалеть, когда вспоминания вернутся. — Возможно, — они опустились на землю, оглядываясь. — Я чую запах крови. Недалеко. После недолгого поиска израненого, они наконец нашли парня лет 22-24, в укрытии плотных веток дерева. Он прислонился спиной о дерево, а на губах был алый след(кажется, он кашлял кровью), а руки скомкали его жилет в районе шеи. Сакура мигом подошла к тяжело дышащему парню и, после недолгого обследования, начала выливать зелёную чакру в нужное место. — У вас шейный остеохондроз первой степени, вы в курсе? — она приказным тоном бросила шиноби, чему он виновато кивнул. — Вы не переносите влажный воздух, почему вы сделали это? — Я не знал что погода может так быстро измениться, — признаётся парень, одновременно нащупывая своё горло, точно удивлён что его голос не хриплый после лечения. — К тому же, надо было сопровождать семпая, — добавляет он. — Вот теперь вам и наказание за небрежность. Впредь будете осторожным. То что он не заметил что они клоны, что перед ним стоит Хокаге, пусть и клон, для Сакуры не было шоком. Когда люди почувствуют слишком много физической боли, они ослабевают и психологически. И наоборот. Она посмотрела на небо. Толстые тучи уже повсюду — предвещают о повторном дожде. — Какаши-сенсей, сейчас дождь пойдёт, а его состояние ухудшится. Нужно немедленно найти укрытие. Какаши кивает и ведёт их по известному только ему одному направлению. После нескольких минут они доходят до какого-то деревянного домика, с многочисленными табличками на дворе. Шестой просто постукивает в дверь и она с пылью падает внутрь. Сакура последила за Какаши, за локоть поддерживая шиноби Камня. И как будто это было не случайно, спустя секунду, после того как они вошли в дом, земля во дворе, включая порогу домика стали гороховыми, от многочисленных, учащающихся время от времени, каплей, а потом полноценно пошёл дождь. — Хорошо что мы успели, — облегченно вздохнула Сакура и развернулась. Домик оказался больше похожим на простой сарай, в нем не было комнат, только писменный стол, стулья, которая буквально кричала не сидеть на ней и кровать, точнее остатки кровати. — Что это за место, Какаши-сенсей? Какаши стоял посреди комнаты, а паренёк опять-таки оперся спиной, о дальнюю стену. Кажется, он только сейчас заметил йероглиф на спине блондина и виновато склонил голову: — Простите, Хокаге-сама, я не узнал вас... — Ничего-ничего, отдыхайте, — Какаши улыбнулся глазами, — дождь прекратится ещё не скоро. Он оборачивается на Сакуру и потом уже отвечает: — Это бывшая граница Конохи. Раньше территория города Танзаку была куда меньше, и здесь сидели дежурные, указывая пришедшим путь и одновременно контроллируя обстоятельства здесь. А сейчас Коноха болшая, граница куда дальше, но там уже не сидят шиноби — появились новые способы контроля ситуации. — Вот как. А я подумала, это один из брошенных творений капитана Ямато, — она тихо засмеялась. — Все же это было лишним — присматривать за клоном. — Какаши взглянул на уснувшего бледного парня. — Ты отлично справилась. — Вы сомневались в моих способностях? — Сакура шутливо пригрозила, показывая чакру в кулаке. — Нет, — но в тоне Какаши не чувствовалось и капли юмора. — я в тебе никогда не сомневался. — Как я и сказала, — она развернулась и наступая на лежащую на земле дверь, дошла до порога. — Оригинал был эмоционально не устойчивым, когда создавал клона. — Да, и я в том же настроении. Ничего не поделаешь, у меня не могут быть личные перспективы. Девушка протягивает ладонь наружу чтобы поймать несколько капель, но вместо этого её ладонь наполняется водой объёмом столовой ложки. — Кажется, дождь и вправду будет долгим. Приятный звук и запах дождя манит, зовя к себе, но Сакура перед входом только и стоит, терпеливо. — А твой оригинал была в лучшей форме, когда создавала клона. — Какаши подходит к ней ближе и останавливается на расстоянии протянутой руки. — А мне казалось иначе. — Что вы хотите сказать? — Ты была не в настроении весь день. Что случилось? Сакура оборачивается к нему и улыбается: — Вы забыли? Я — клон. — Да, и ты имеешь всю информацию оригинала до момента создания клона. — Именно поэтому, я имею информацию, почему вы не можете знать об этом.