Когда очень не везет, или сосуд для бога (и не только)

Кажись, пора ставить метку Марти Сью… Когда дед в очередной раз свалил на неизвестное время в таком же неизвестном направлении (хоть бы предупреждал, что ли, где его искать, если его вдруг сердечный приступ хватит…), Чуя лишь раздраженно вздохнул и закатил глаза. Не то чтобы он ещё не привык к происходящему, но все же периодическая безалаберность единственного родного человека, который, между прочим, являлся опекуном шестилетнего ребенка, а не взрослого человека, Накахару просто вводила в ступор. Нет, дед был достаточно умным и серьезным, но эти его постоянные отлучки, когда он почти бросал внука в одиночестве, сваливая иногда даже на неделю, не оставив никого, кто мог бы за ним присмотреть… Ему однозначно очень повезло, что мальчик может сам о себе позаботиться, потому что обычный ребенок на его месте вряд ли смог бы сделать тоже самое. Розововолосый привык, что вся работа не только по дому, но и на территории храма (а также в самом храме) отныне принадлежит ему, а дед появляется здесь только наездами (интересно, чем он вообще занимается?), видимо, проверяя, чтобы единственный внучок еще не скопытился. Нет, стоит отдать должное, что поначалу старик исчезал всего на один или два дня, а потом, когда понял, что Юджи (да, его звали теперь именно так, хотя сам эспер все еще предпочитал думать о себе, как о Чуе) в постоянном пристальном присмотре не нуждается — более того, уже может сделать практически все (и даже больше), на что способен взрослый, поэтому постепенно его отлучки становились все более и более длинными. Владелец Смутной печали предполагал, что, возможно, в таком поведении деда частично виноват сам, так как, вероятно, ему не стоило показывать такую потрясающую самостоятельность и спокойствие с годовалого возраста. Но опять-таки, как бы спокойно и самостоятельно не вел себя ребенок, это уже идиотизм и мутированные тараканы взрослых, когда те куда-то сваливают, бросая этого самого ребенка совершенно одного, и даже не давая инструкций по поводу того, куда обратиться в случае опасности. Разумеется, Чуя с его гравитацией может себя защитить. Более того, он посмотрит на того идиота-самоубийцу (и нет, Дазай тут не причём), который попытается на него напасть, но… Он ведь никогда не демонстрировал своему деду своих способностей или силы. В его глазах он старался быть обычным, пусть и слишком умным и взрослым, ребенком. Но ничего сильно выдающегося. Именно поэтому Накахаре было совершенно непонятно, куда с такими исходными данными уезжает его дед. Да и зачем. Нет, серьезно, о чем этот старик вообще думает? Мальчик признавал, что скорее всего он ведет себя крайне странно, так как дети не должны себя вести таким образом (честно говоря, розововолосый весьма смутно представлял себе, как именно дети должны вести себя, хотя у него и были образцы их поведений перед глазами), но он старался. Он правда старался. Дети, кстати, быстро раскусили его, и пусть и не поняли, почему именно этот мальчик кажется им таким странным и необычным, но они что-то чуяли. Со взрослыми все было… интереснее. Те иногда были потрясающе слепы. И не в том смысле, что совсем ничем не интересовались и старались найти объяснение в максимально рациональном ключе (серьезно, про воспоминания из прошлой жизни, если им не сказать об этом напрямую, мало кто в здравом уме мог бы догадаться; а даже если и сказать прямым языком, кто поверит-то?), а в том, что из-за своего взрослого восприятия могли не замечать элементарных вещей. Впрочем, в свое время эспер был таким же, так что не ему судить. Это он сейчас более свободный, а раньше… Впрочем, пожалуй, Владельцу Смутной печали было даже интересно, есть ли хоть один человек, который мог бы подумать про реинкарнацию. Что-то ему подсказывает, что нет. Так вот, дед Чуи в очередной раз смотался в неизвестном направлении на неизвестный промежуток времени на встречу приключениям, а он сам остался уже привычно следить за хозяйством да кормить котов. Хорошо еще, что денег старик всегда оставлял ему много, поэтому Накахара не боялся, что те кончатся, и ему вдруг будет нечего есть. Нет, конечно, в случае чего мальчик смог бы отправиться на охоту, забить добычу, освежевать ее и даже приготовить, но все же хотелось бы этого избежать. Вряд ли взрослые люди адекватно воспримут это зрелище, если его вдруг случайно поймают за одним из таких занятий. Розововолосый иронично фыркнул, представив себе такое зрелище. Да уж… Ну, по крайней мере, их реакция как минимум была бы весьма забавной. Эспера от размышлений отвлекли испуганное кошачье шипение, которое вскоре перекрыло знакомое неразборчивое бормотание, становящаеся с каждым мгновением все громче и ближе, что свидетельствовало о том, что те монстры приближаются. Он нахмурился и раздраженно покрепче сжал метлу, которой только что подметал дорожку от пыли и листьев (даже если он мог сделать это гравитацией, такое занятие вводило его почти в медитацию). Почему-то эти чуды постоянно стремились пробраться на территорию храма, чему, честно говоря, Владелец Смутной печали вот вообще не был рад. Он чувствовал себя звездой, за которым следуют упрямые сталкеры, внимания которых ему уж точно не хочется. Хорошо, что дед не мог ни видеть, ни слышать их, так что инфаркт от их вида или речи (наверное, это была именно она) ему точно не грозил. Сам Чуя монстров странных не боялся, но недолюбливал из-за их настойчивости и отвратительного запаха (у него был чувствительный нюх, поэтому от такого «приятного» аромата нос закладывало и слезились глаза), предпочитая разделываться с ними достаточно быстро и незаметно сразу же, как только видел. Он имел все поводы увериться в том, что те могут быть весьма опасны для людей, так как один раз видел, как вот такое вот чудовище (но несколько посильнее, чем остальные) умудрилось схватить какого-то случайного прохожего и сожрать его. Это случилось так быстро, что Накахара, которому было всего два года, сначала даже подумал, что ему привиделось. Однако, когда он проморгался и протер глаза, монстр (похожий на гигантскую странную лягушку) никуда не делся, а начал искать себе следующую добычу. Тогда мальчик победил его с помощью стальных прутьев, которыми распял его на ближайшем заброшенном здании, интуитивно пропитав их какой-то странной синеватой энергией, которая была внутри него. Чем-то она ему отдаленно напоминала силу Арахабаки, хотя под собой явно имела совершенно другое основание. В любом случае, чудовище было обездвижено, а потом розововолосый, недолго думая, одним ударом отрезал его голову катаной деда, который окутал той же странной энергией, а потом аккуратно вскрыл эту тушу ножом, желая спасти человека, которого то проглотило. Человек был на грани, когда эспер с трудом (а вы попробуйте копаться в странной субстанции, которая то и дело пытается сожрать тебя, даже если само тело мертво) добрался до него, но ему все же удалось его спасти. А потом Владелец Смутной печали незаметно оттащил его к ближайшей больнице, где аккуратно и усадил на ступенях, сам оставаясь вне зоны действия камер видеонаблюдения. Дальше все в руках врачей, а Чуя свою задачу уже выполнил сполна. Потом он вернулся к монстру и разрезал его на мелкие части, которые позже еще и сжег, разведя костер, а потом туда добавил эту же энергию. Накахара понимал, что здесь творится какая-то знатная хуйня, но воскрешения монстра ему хотелось еще меньше. Тем более, что энергия ему никак не вредила, а скорее наоборот сильно помогала. Хорошо еще, что тогда как раз был период, когда дед отсутствовал по каким-то своим делам, поэтому отсутствие внука, как и его странные силы, не заметил. Мальчик с тех пор периодически по ночам скачет вокруг храма, патрулируя территорию, потому что эти странные монстры больно уж опасны, а еще почему-то пытаются проникнуть внутрь с упрямством, достойным лучшего применения. Розововолосый даже перекопал все вещи в доме и храме, пытаясь найти то, что могло понадобиться монстрам, но ничего странного или подозрительного он так и не нашел. Конечно, оставалась еще вероятность, что этот «магнит» находится где-то под землей на территории, но тогда искать его можно было до посинения. Еще одной вероятностью было то, что именно его монстры воспринимали для себя как лакомое блюдо, но этот вариант как-то мерк по сравнению с другим. Как бы то ни было, но Владелец Смутной печали продолжал охранять эту территорию от странных искореженных монстров, быстро и старательно уничтожая их. В своем доме странные существа ему уж точно были не нужны. — Вспомнишь лучик, вот и солнышко… — раздраженно прошипел Чуя, имея под этим куда более грязное высказывание про говно и иже с ним. Он желал поколотить этой самой метлой очередного монстра, который не дает ему уже спокойно домести дорожку к храму, а потом вымести его отсюда нахер, чтобы он (и желательно его собратья) больше никогда не вернулся. Жаль, что метла сломается, поэтому придется опять взять родовую катану, которая раньше валялась без дела на подставке, а сейчас используется по прямому назначению (спасибо за уроки Ане-сан и старика, даже если никто из них не знают, как в итоге Накахара их использует) достойным потомком какого-то древнего рода. Он в очередной раз пообещал себе рыть землю носом, если это наконец-то избавит его от неприятных незваных гостей. А то вдруг и на старика напасть попытаются… — Почему вы просто не можете взять отпуск хотя бы на неделю? Мальчик окончательно решил все же найти неведомую хрень, которая устроила ему веселую жизнь, и уничтожить ее. Монстры в гостях его достали невероятно сильно.