Судьба межвидового мира

***

      Он смотрел в снежно-бирюзовые глаза кронозавра. Синий, под стать волн, с голубым брюшком, цвета небесной глазури, Морской Король медленно перебирал ластами. Вечерний отлив уносил воду всё дальше от его уставшего тело. Блестящая чешуя постепенно высыхала. Открывая и закрывая пасть, крона двигалась, силясь дотащить себя к знакомому солёному миру. Но теперь на её пути встал Он! Морской хищник остановился, не зная продолжить движение к уходящей воде или приготовиться к атаке. Постояв немного в нерешительности, он схватил его за ласты и тут же отпрянул от щёлкнувшей челюсти. Острые белоснежные зубы пронеслись в нескольких лапах от его морды. Синяя бестия перестала двигаться. Она потратила слишком много энергии на неудачный укус. Зайдя со слепой зоны, он ухватил крону за хвост. В глазах кронозавра читалось предательство со стороны наземных хищников. Его большой рост был силой в море и одновременно слабостью на земле. Больше всего морской хищник не хотел умирать. Прожить столько славных дней тишины и покоя, битв и голода, чтобы получить предательский укус. Морское создание закрыло глаза, умоляя о быстрой смерти. Удерживая равновесие хвостом на зыбком песке, он с нелёгким трудом потащил громадную тушу за собой. Неподъёмное тело ударилась об воду. Первый взмах ласт отбросил его на песок, а со вторым Морскому Королю удалось залезть в приятную колыбель воды. Волны убаюкивали его тело, которое через некоторое время скрылось в глубине за кораллами.       Его звали Самбуу. Он совсем недавно пришёл в эту долину. Наполненная множеством островов, заполненных до отказа зеленью; большим количеством быстро пересыхающих луж и тёмных, неизведанных водоёмов; удивительными скрытыми руинами, построенными ранними динозаврами; действующим вулканом: она была удивительна.       Самбуу был молодой особью коауилацератопса. Здешние презрительно относились к нему, поскольку раннее не видели подобного вида. Порой они перешёптывались за его спиной, а иногда выкрикивали обидные слова; но никто не подходил, боясь, что длинными острыми рогами он сможет распороть брюхо.       Самбуу был впечатлён величием местности, что не задумывался над жизненным потреблением общества. Как все молодые динозавры – был любопытен. Он отдыхал под выпирающими камнями, гулял около дугообразных скал, трепетал над волнами, омывающими острова. Его совсем не интересовала фауна. Вся его душа заполнялась природой и не угасала даже после того, как последняя звёздочка исчезала перед рассветом. Вскоре он наткнулся на странную находку – безжалостность Островов. Травоядные гнали хищников, хищники охотились за морскими, морские утаскивали в воду летающих. Непрекращающийся круг боли и страдания. Являясь всеядным, Самбуу знал о цикле круга жизни, что он должен питаться мясом и потреблять траву. Но то, что происходило на Островах было за пределами его понимания. Разве сложно иной раз пожалеть и помочь другому?..       В один из дней он наткнулся на кронозавра, случайно выброшенного на берег сильной приливной волной. Он старательно выжидал, надеясь, что тот успеет доползти до живительной воды, но отлив был неумолим. Спустившись, Самбуу едва не лишился носа, зато всё же смог помочь бедняге добраться к холодному, успокаивающему морю. Сидя на берегу, он наблюдал за высыпавшимися звёздами. Несколько созвездий были ему знакомы. Мечтательно задумавшись, он пропустил момент, когда из-под кустов на него выпрыгнул тираннозавр. Серая шкура идеально сочеталась с покрытой сумраком листвой. Едва успев пригнуться, Самбуу стремглав помчался по берегу, оставляя на песчаной отмели свои следы. Прохладный воздух остужал его разгоревшееся в адреналине тело. Позади коауилацератопса заслышался рев раздражённого и голодного хищника. Рекс был слишком медленным. Ещё немного пробежавшись по холодному берегу, Самбуу юркнул в лес. Впереди он заметил водоём. Отражающаяся от тонкой глади, луна приветливо улыбалась. Взбешённые внезапным появлением ородромеусы неприветливо заурчали, когда Самбуу опустил морду в лужу. Холодая, но приятная на вкус, вода его вдохновила. Коха с удивлением понял, что готов принять ещё один марафон по этому тёмному, загадочному лесу. Один из ориков, самый храбрый, подскочил и клюнул его в ногу. Вся группа дружелюбно заухала, восхваляя своего собрата. Но Самбуу даже не почувствовал боли. Он лишь повернулся к насторожившимся копателям и, стараясь не повышать голос, радостно заурчал. Опешившие ородромеусы пришли в себя только после того, как коха скрылся среди кустов. Они мгновенно понесли в туннели и начали трезвонить необычную новость среди своих.       Самбуу выбрался на полянку. Грозные, большие апатозавры дремали, продолжая медленно пережёвывать листья на деревьях. Молодые апатята, весело пощёлкивали своими кнутами друг друга, проверяя толстокожесть своих шкур. Они с ужасом заревели, заметив Самбуу. Родители-махины тревожно зарычали, начиная с низких и заканчивая высокими нотами. И вот весь лес проснулся. Раньше, чем начали разворачиваться колоннообразные ноги апат, коауилацератопс проскочил рядом, но был откинут хвостом. Решающий щелчок отбросил не только его, но и одного из малышей. Они вдвоём покатились по склону. Обдирая когтями траву, Самбуу надеялся немного притормозить. Река, плавно огибающая поляну, с радостью приняла динозавров в свои объятия. Они с головой ушли под толщу воды. Самбуу выплыл и осмотрелся. На поверхности был только он. Набрав воздуха в рот, коха с опаской нырнул в тёмную воду, сомкнувшуюся над ним. Мрак закрыл ему глаза. Не видя ничего перед собой, он просто плыл в холодную глубину. Что-то мягкое, трепещущее коснулось его пасти. Не мешкая, он подхватил комочек и поплыл к выходу. Но где же он?! Задыхаясь, он продолжал грести, не имея малейшего понятия вверх это или низ. Ещё секунда и его лёгкие взорвутся от нарывающей боли. Самбуу вынырнул. Придерживая в пасти апатёнка, он поплыл к берегу. Страшные в гневе родители встали в стойки, ожидая раздавить обидчика. Коха не знал, что делать. Вода была слишком холодная, чтобы оставаться долго, и слишком опасная, чтобы плавать, не боясь стать обедом. Около апатозавров появились другие представители стада. Несколько паразауралофов, зайханий и один лурдузавр, который уже начал приближаться к воде. Прежде, чем успел придумать какой-либо план, Самбуу почувствовал, как кто-то его подхватил. Мрачные мысли мгновенно улетучились, когда под удивлённых шквал голосов, его и апатёнка, которого он продолжал бережно придерживать в зубах, приподняло над водой. Шокированные родители получили обратно своего малыша, который был доволен забавным аттракционом, а коха исчез. Где-то внизу реки нечто отпустило Самбуу. Он шумно доплыл до берега и обернулся. Тёмная гладь отражала блики звёзд и садившуюся луну. Больше ничего не было. Слишком уставший от пережитого, он нашёл скромное место под камнем и сразу же заснул.       Самбуу проснулся от того, что на нём скакали ородромеусы. Они отбежали в сторону, когда он присел и зевнул. Особенно любопытный попытался осмотреть его язык. Пытаясь проснуться, Самбуу закрывал и открывал глаза. Яркие лучи просачивались сквозь плотные, зелёные ветви деревьев. Слабый ветерок доносил до его носа нечто приятное. Зевнув ещё раз, коха встал и направился по запаху. Следом за ним скакала процессия из крикливых травиков. Он остановился около прекрасного лакомого куска. Сочные прожилки обрамляли кроваво-алое мясо. Послышался дребезжащий визг и орики разлетелись, подобно голубям, скрываясь в кустах, траве и в туннелях. Маленький, с серьёзно настроенной миной, акрокантозаврик приближался к нему. Голубая полоса красиво очерчивала его хребет. Несколько жёлтых пятнышек игриво проступали на щёчках. Малыш акро неуверенно зарычал, пытаясь прибегнуть к тактике запугивания, но его животик предательски заурчал. Смущённый малыш попятился назад. Наблюдая за тем, как шаркая хвостом по земле, неудавшийся хищник уныло бредёт в сторону воды, Самбуу приветливо крикнул и подтолкнул мясо в сторону малыша. Неуверенно, боясь, что это ловушка, динозаврик приблизился к вкусно пахнущей еде. Он откусил кусочек и отскочил, насторожено глядя на коху. Не почувствовав никакой исходящей угрозы, малыш жадно набросился на угощение. Через несколько секунд солнечные блики играли на белых косточках, оставшихся от вкусного лакомства. Самбуу принюхался, надеясь учуять поблизости ещё мяса. Он решил направиться в сторону действующего вулкана. Высящийся над всеми островами, он манил к себе не только птеранодонов и тропеогнатов, облюбовавших горные пещеры, но и остальных существ. Малыш акро сначала трусил за ним, но вскоре отстал. Коха подошёл к водной глади, расступившейся перед ним. Утренний отлив почти полностью утянул море далеко в глубину, но всё же порядочный отрезок придётся проплыть. Он остановился у кромки воды. Искрящиеся солнечные блики прыгали по волнам. Вздохнув солёный бриз, Самбуу устремился к воде. Рывками прорезая зеркальную грань, он уверено направился к вулкану. С каждым приближением громадина скрывала ещё больше неба. Растущие на вулканической породе, деревья и кусты приятно шелестели. Вступив на остров, он с удивлением понял, что здесь водится разнообразное количество живности. Парочка пахи, пробежавших мимо, попробовала его боднуть. Самбуу заурчал им вслед. Наблюдавшие за этим летуны только посмеялись своими крикливыми голосами. Он решил обойти вулкан, чтобы оценить его размеры. Несколько раз коха замечал, как тропео дрались с птерами. Две больших махины врезались на лету и принялись раздирать когтями крылья. Самбуу решил поскорее ретироваться от этого воздушного боя. Загнутые зубы тропеогната и острый клюв птеранодона пугали его. Забравшись по застывшей лаве, коха посмотрел вниз. Открывшийся вид поражал многообразием красок. Гладкая иссиняя вода облизывала жёлтые пески берегов. Оседлав волны, резвились длинношеи эласмозавры. Зелёные пальмы качались в такт утреннего бриза. Среди деревьев скрытые от чужих глаз прятались разрушенные руины. Вдалеке расположилось множество других островов. И всю эту картину, происходящую у себя под носом, никто не замечал. Внезапно в ухо ему запищал чей-то голос. Самбуу осмотрелся. У лап он обнаружил только что вылупившегося малыша. Молодой летун был ещё в остатках яичной скорлупы. По-видимому, он выпал из гнезда, которое находилось гораздо выше. С маленькими, но уже загнутыми зубками, пасть малыша раскрылась, и он снова издал тихий свист. Самбуу огляделся. Родители не спешили к ребёнку. Оглядев скалы, небо и пляж, и не найдя никого, коха подхватил малыша и начал карабкаться наверх. Обдирая лапы об острые скалы, он забрался на один из уступов. Несколько братьев и сестёр поприветствовало своего найдёныша. Отпустив малыша в гнездо, Самбуу посмотрел вниз. Расстояние до земли было уже не просто будоражащим - оно начинало пугать. Внезапно его атаковали в хвост. Один из родителей недовольно косился красным глазом на всеядного. Открыв пасть, усеянную, казалось бы, тысячью зубов, морской воришка оторвался от земли, взлетел и пикировал на голову рассеянной кохи. Самбуу отскочил в сторону. Скалы были слишком отвесные. Он прыгнул. Случайно пролетавший тропео с ужасом захлопал крыльями, когда на него приземлился большой коха. Отчаянно хватаясь за воздух, Самбуу кубарем скатился с летуна. Поднимая клочья пыли и выдранной травы, он смог остановиться только у подножия вулкана. К своему удивлению, Самбуу не переломал конечностей. Были лишь незначительные ушибы и шрамы. Недовольный тем, что его оседлали, тропео мстительно кружил над ним. Коха ринулся в воду. Царапины заныли от соли. Он выбрался на противоположный берег. Восстанавливая силы на берегу, Самбуу заметил, как к нему приблизился знакомый малыш акро. Над ним высился взрослый, статный самец тёмно-зеленого цвета, видимо приютивший малютку. В зубах он держал небольшой кусочек мяса. Самбуу вспомнил, что в порыве страсти к природе, он совсем забыл поесть. Положив лакомство, акрокантозавр рыкнул маленькому. Они скрылись за деревьями. С радостью перекусив, Самбуу вздохнул. Что-то в накалившемся воздухе ему показалось подозрительным, но он тут же забыл об этой мысли. Его привлёк шум, к которому он устремился. У лужи веселись ихтиовенаторы. Их переливающиеся всеми цветами радуги шкуры зачаровывали. Прыгая и выпрыгивая из водоёма, молодые динозавры обрызгивали друг друга водой. Их искренность так впечатлила коху, что тот не заметил, как выбрался из кустов. Забывшиеся ихты не приметили в нём опасности, пока он не приблизился к самому водоёму. Зашипев, рыбоядные устремились к воде, оставив только мокрые следы на земле. Самбуу ещё немного посидел, надеясь, что они вернутся к своему веселью. Над водой были видны крокодильи морды, которые о чём-то шушукались между собой. Коха отправился гулять дальше. Утро превратилось в жаркий день. Ощущалось как по шкуре проходят электрические заряды. Он вышел на поляну. Горячий воздух обдал его нос. Лапы чувствовали странную вибрацию. Деревья взорвались щепкой от ломанувшейся апаты. Запах паники накрыл волной стадо травов, которое, не замечая ничего вокруг, ломилось к берегу. Выбитый из колеи Самбуу пришёл в себя только когда-то какой-то парик не толкнул его в плечо. Он заметил, как огонь перекидывался с одного дерева на другой, вмиг уничтожая живое. Развернувшись, коха вклинился в поток динозавров. Под лапами пробегали шустрые, но обеспокоенные велоцирапторы. Ещё прежде, чем динозавры добежали, он понял, что они попали в западню. Бескрайнее, глубокое и опасное море предстало перед ними. А сзади шумя, как тысяча бегущих рексов и апат, нарастал приближающийся пожар. Среди травов проглядывали хищники. Сжавшись в комок, стадо смешивалось в кипящий, бурлящий сгусток страха. Коха обернулся. Приближающаяся стихия, убивала всё на своём пути. И сейчас её главной целью стали кричащие в ужасе динозавры. Не теряя времени, Самбуу принялся копать траншею. Сначала дело не спорилось, но уже через несколько секунд он смог приноровиться. ***       Пламя жадно облизывало его кожу. Местами она обугливалась, но он не чувствовал боли. Единственная мысль, которая горела ярче пожара, заставляла его продолжать делать свою работу. Когти тупились и ломались об землю. Не предназначенные для копания мягкие подушечки были содраны. В голове крутился розовый обволакивающий туман. Он дурманил мысли, заставлял прекратить всё и бежать, спасаться от природного бедствия. Коха продолжал рыть канаву. Душный, пропитанный гарью воздух крутился в разгорячённых лёгких, не давал возможности вдохнуть или выдохнуть. Самбуу уже не ощущал лап, только вылетающие куски земли говорили о том, что он продолжает заниматься этим. Через некоторое время горячая земля превратилась в грязь. Он опустил дрожащие лапы в тёплую воду. Канава, предназначенная для того, чтобы остановить пожар, делала свою работу. Беснующаяся у морской грани толпа перестала давить друг друга и кричать. Они наблюдали, как языки пламени, лишённые подпитки не могут дотянуться до существ. Травоядные и хищники сейчас были единым целым. Внезапно сформированное межвидовое стадо, боящееся природного неминуемого бедствия, было спасено одним единственным динозавром. Зарядил дождь. Он остужал, он прекращал, он убивал пламя. Динозавры расходились. Лишь немногие остались рядом с уставшим, потрёпанным коауилацератопсом.        Отдышавшись Самбуу встал и гордо закричал в небо. Несколько динозавров разных мастей подхватили этот рёв. С этого момента коха понял, что он пришёл сюда ради предназначения вести межвидовое стадо, наплевав на устои правил, некогда творившиеся на этих островах. Коауилацератопс объединивший рядом с собой тех, кто понял, что пришло время всё изменить.       Коауилацератопс, который разбил грань между травоядными и хищниками.