Дерьмо с запахом свободы

У того, что эти двое никогда не будут вместе, есть только одно объяснение. «Это слишком просто». Они оба слишком свободолюбивые, слишком ценят собственное пространство, да и в чём тогда будет интерес, если они просто сойдутся на одном? Они друг друга любят и ценят только в качестве соперников. Гон любил гнаться за Хисокой, а тот, в свою очередь, — убегать. Твой лучший враг — твой худший пример, но именно ему так хочется подражать. А старший и не против научить плохому. Так почему бы не держаться рядом, если желание обмена опытом вполне обоюдное? Ответ не сильно меняется. «Так неинтересно». Поэтому парочка психов вечно бродит по миру. По одиночке. У одного друзей нет, а другой всех растерял в погоне за адреналином. Для тех, конечно, так будет лучше, они продолжат идти к своим целям, исполнять свои мечты. Ни Хисока, ни Гон не ограничены такими мелочами, как мечты. Они ищут только свободы и независимости. Говорят, люди подходят друг другу, если у них совпадают цели и образ жизни. Видимо, так работает не всегда. Абсолютной свободы не получится, если рядом есть человек, мнение которого периодически нужно учитывать. Кого вообще заботит подобная чушь? Хисока умеет распоряжаться своей свободой и может в любой момент взять новый заказ или, в крайнем случае, пойти на Небесную Арену. Гон освободился от цели найти отца совсем недавно. Он ищет новую, а пока её нет, гоняется за Хисокой с желанием реванша. Он может идти куда угодно, делать что угодно, но вместо этого сутками выслеживает Хисоку. Плевать, что нэн контролировать больше не получается. Самое интересное — поиск. Эту зависимость он называет свободой. А Хисока давно начал эту игру в прятки и рад, что волен делать всё, что ему вздумается, пусть малец так и останется без шанса узнать о нём хоть что-нибудь. Моро ищет в Гоне своего врага и... не находит, продолжает жить, не обращая на этот промах особого внимания. Эту свободу он называет зависимостью. Хисока не позволит себя найти, Гон не станет всерьёз искать. Если они встретятся, их неофициальная гонка закончится, и пропадёт взаимный тайный интерес. Пока этот интерес есть у обоих, они живут, он исчезнет лишь со смертью одного, а именно она наверняка последует за окончанием их игры. Терять интерес к жизни соперника никто из них не хочет. Быть смыслом, находясь на другом конце света — такая ненормальная, но такая подходящая им форма взаимоотношений.