Никогда и никого

Тони Старк никогда не смотрел на женщин так, как смотрит сейчас на нее. Более того, он никогда никого не хотел так, как ее. Натали Рашман появилась в его жизни внезапно, в один прекрасный день просто зашла в просторную комнату и, как говорится, перевернула все с ног на голову. Она была не похожа ни на одну из всех знакомых ему девушек. Те носили неброскую одежду, сочетавшуюся с такой же неброской внешностью. Нет, иногда попадались горячие красотки, но они все равно выглядели как-то привычно, что ли. Натали же в обычных платьях вызывала дикое желание совершить что-нибудь эдакое. Яркие горящие огнем локоны развивались по плечам, зелёные глаза всегда блестели так кокетливо. Рашман была воплощением образа роковой бестии, сводившей с ума одним только взглядом. Рядом с ней даже известный плейбой терял контроль. Как назло на вечеринку в честь Дня Рождения Старка она надела это чертовски привлекательное леопардовое платье. Ну и как тут не подойти? Тони сам не заметил, как в его голове что-то щёлкнуло. Он будто под гипнозом предложил ей выстрелить из перчатки железного костюма. И вот Натали уже стоит к нему спиной, а рука как назло ползёт на ее талию. Удивительно, но она не отталкивает его, не выбегает с визгом из комнаты и не обвиняет его в домогательствах. Рыжая бестия лишь становится чуть ближе, вытягивая руку с перчаткой вперёд, готовая к выстрелу. Взгляд Старка падает на оголенное хрупкое плечо, светлая, почти белая кожа завлекающе блестит в приглушенном свете. Глаза ползут выше, к такой же белой изящной шее. Он откровенно разглядывает свою ассистентку и даже не заботится о пристальном внимании притаившейся в углу Пеппер. На людей Тони сейчас вообще плевать. Разглядывание пухлых карамельных губ слишком увлекательно, чтобы от него отвлекаться. Так и хочется притянуть Натали еще ближе и впиться в заманчивый ротик. Тёплая ладонь ложится на его руку на талии зеленоглазой. Рашман чуть поворачивает голову и смотрит так невинно и одновременно игриво, что резко появляется желание затащить ее в одну из многочисленных комнат и показать, на что способен сам Железный Человек. Натали переводит взгляд на руку в перчатке и ждёт реакции. Тони подчиняется и шепчет на ухо одобряющие слова. Она стреляет и отчего-то смеётся, вызывая ответную улыбку на губах Старка. Не контролируя свои действия, он прижимает ее к груди и утыкается носом в рыжий затылок, вдыхая слабый аромат. Рашман ахает, но подчиняется, откидывает голову назад. Фарфоровая кожа слепит своим сиянием, яркие локоны отдают золотом. Тони отчего-то становится неимоверно жарко, по телу пробегают горячие волны. Кажется, что от рыжей бестии исходит горячий воздух, покрывающий туманом мысли, затягивающий в пучину безумия. Как же хочется коснуться тонкой шеи губами, провести носом по ключицам, поцеловать в ямочку между ними. Стянуть платье, сжать в руках талию, почувствовать нарастающее внутри тепло. Старк представляет изгибы тела Рашман в ночном свете, ее частые вздохи и тяжёлое дыхание. Он мог бы провести рукой по ее обнажённой спине, считая позвонки, ловя ртом ее стоны. Мог бы целовать шею и плечи, чувствуя аромат дорогих духов. Мог бы прижимать ее к себе, уткнувшись носом в рыжую макушку. Мог бы перебирать пламенные нити, играться с ними, когда она уснёт. Рашман как назло переступает с ноги на ногу, покачивая бёдрами, заставляя Тони промычать что-то неразборчивое в огненные пряди. Мысли путаются в собственном желании, Тони уже готов коснуться губами плеча, после схватив Натали за руку, чтобы отвести в свой кабинет и осуществить задуманное, но голос Пеппер заставляет Старка включить голову и вернуться в суровую реальность. Натали тут же отстраняется от него, слушая возмущения начальницы. Поттс щёлкает пару раз прямо перед его лицом, прежде чем Тони приходит в себя. Лица людей вокруг вдруг перестают быть размытыми, резко откуда-то появляется музыка. Мир кричит о своем присутствии, унося в задворки памяти мысли о послушной ассистентке. Пеп отдаёт Натали какой-то пакет и просит отнести его в кабинет. Рашман тут же уходит, бросив короткий взгляд в его сторону. Старк наблюдает за живо удаляющейся девушкой, грустно провожая ее взглядом. Пеппер что-то увлечённо рассказывает, совсем не замечая невнимание собеседника. Тони все еще думает о фарфоровой коже и ее блеске, горячем теле и огненных волосах, когда резкое осознание ситуации наконец доходит до него. Он влип, притом серьезно. Ни одна женщина еще никогда так не влияла на него. Он никогда не смотрел так на кого-либо еще. Никогда никого так не хотел. И разве от этого легче? Ничуть.