Дом с зеркальными стенами

— Я больше не могу, — взвыл Адам, падая на кресло в очередной комнате. — А я говорил, что здесь комнат больше, чем вы прожили, — рассмеялся Джек, усевшись на пол. — Лёш, нам нужен отдых.       В комнату зашёл серьёзный Алексей и сел рядом с камином. — Да, мне тоже он нужен, — согласился парень, разжигая огонь. — Мы и так справились уже с десятью комнатами, — ответил Джек. — С двенадцатью, — сказал Адам, поднимая указательный палец вверх. — Двенадцать до жути грязных комнат. — Рождество — волшебный праздник, — улыбнулся Алексей, оглядев друзей. — Безумно люблю встречать его в кругу близких людей. — Марфи, приготовь нам какао, — попросил Джек, обращаясь к лежащей на полу обезьянке.       Марфи зло взглянула на парня и отправилась на кухню. — Раз уж мы собрались здесь в такой тёплой обстановке, может, вспомним что-нибудь хорошее? — предложил Адам, удобно устраиваясь на кресле. — Давайте, — поддержал идею Алексей, закончив манипуляции с камином. — Как вы прежде отмечали Рождество? — Никак. Я терпеть не мог этот праздник, — ответил Джек. — Родители бешено носятся по магазинам, выбирая подарки своим детям, ещё и говорят, что дарит их какой-то бородатый дед. — Это волшебная пора. Дети верят в сказку, а родители пытаются создать для них эту сказку, не жалея себя. — Я помню только одно Рождество, когда еще родители были с нами, — начал Адам, посмотрев на огонь. — Одно сплошное счастье витало в воздухе. Даже не подарки были важны в тот момент, а любовь родителей.       Адам слегка улыбнулся, погружаясь в воспоминания. — Мама всегда пела песню. Аллилуйя называлась она. Один аккорд, другой аккорд. Упал минор, взлетел мажор, и царь поёт в восторге: Аллилуйя! — запел подросток. — Я знаю эту песню, — покачал головой Алексей. — Мы тоже любили её петь в кругу семьи. — Моё внутреннее "я" просто негодует, — рассмеялся Джек и почувствовал, как это самое "я" слегка удивилось и нахмурилось. — Мы находимся, пожалуй, в самом загадочном и странном месте, которое не может разгадать никто, а вы обсуждаете Рождество. — Тебе не нравится эта тема для разговора? — спросил Алексей, приняв какао от обезьянки, которая с покорным видом разносила кружки. — Нравится. Просто так спокойно и хорошо мне не было очень давно. Все эти задания, ловушки и прочие проблемы заставляют серьёзнее относиться к жизни и судьбе. А сейчас я забыл про всё это. — В этом и суть праздника, — ответил Адам, отпив немного какао. — Где будем ставить ёлочку? — Алексей предложил какао Марфи, но она тактично отказалась и уселась рядом с камином. — В главном зале, — ответил Джек, поставив кружку на стол. — Это самое прекрасное место в доме. — А где мы возьмём её? — Попросим у дома.       Джек улыбнулся и закрыл глаза, что-то нашёптывая. Спустя пару минут он открыл глаза и пожал плечами. — Собственно, дерево уже ожидает нас в зале. — Серьёзно? — удивился Адам, поднимаясь с кресла.       Джек кивнул и, поднявшись с пола, пошёл в коридор. Адам моментально устремился за другом, а Алексей немного замешкавшись взглянул на спящую обезьянку и также покинул комнату.       Зал действительно оказался огромным и прекрасным. Огромная лестница в самом его центре вела на второй этаж. Блестящая люстра красовалась на потолке, освещая даже самые удалённые уголки. Герои спустились с лестницы и принялись осматривать большую ёлку, стоявшую ровно посередине комнаты. — Мы будем украшать её целую вечность, — ахнул Адам, обходя дерево. — Нет, если мы будем делать это вместе, то управимся моментально, — усмехнулся Джек и взглянул на Алексея, который завороженно смотрел на ёлку. — Знаешь, — начал парень. — В последний раз такую ёлку я видел лет десять назад... — На центральной площади, — закончил Джек, смотря на друга. — Власти долго не хотели ставить её из-за нехватки средств. Но деньги собрали жители, и её установили. И потом... — Всем городом наряжали её, принося самодельные игрушки из дома. Помню, что твой папа соорудил что-то вроде огромного домика, который внутри ещё горел. Он смотрелся так интересно среди прочих игрушек... — Ты вспомнил такой давний момент? — Джек не сводил глаз с Алексея. — Я стал отрывками вспоминать своё детство и тебя. Аскет говорила о том, что со временем ко мне вернётся память, — парень посмотрел на друга. — Ты же мой лучший друг, я обязан помнить тебя. — Я рад, что ты считаешь меня таковым после всех моих действий. — Боже, кто припёр сюда эту громадину? — воскликнула Аскет, войдя в зал. — Хоть я и не одобряю деревья в доме, но она шикарна.       Девушка потрогала веточки ёлки и вздрогнула. — Она ещё холодная! Дом предоставил нам свежую девочку. — Ты же будешь наряжать её с нами? — спросил Адам, поставив на пол большую коробку. — По-твоему жнец — эльф, занимающийся Рождеством?       Юноша молча кивнул и улыбнулся. — Будем считать, что я этого не слышала, но я буду украшать.       Герои позвали Дану и профессора на украшение зала. Сонная Марфи тоже решила присоединиться, прихватив с собой горгулью, которая не сразу поняла, что от неё требуется.       Алексей начал развешивать большие шары по низу дерева, пока Джек ходил в кладовую за стремянкой. Обезьянка, взяв гирлянду в лапки, приказала горгулье взяться за один из концов и попрыгала по веткам, развешивая хаотично гирлянду. Дана помогала брату раскидывать дождик по ёлке. Профессор крепил мишуру к стенам зала, изображая ими то ёлочку, то снежинку. Аскет водила пальцем, словно дирижируя, отчего на ёлке появлялись свечки и небольшие стеклянные игрушки.       Спустя несколько часов зал был полностью превращён в сказку. Горели свечи, мигала гирлянда, переливалась мишура. Герои явно устали и отправились на кухню выпить чаю и обдумать завтрашний день. Только Алексей остался сидеть прямо перед ёлкой, рассматривая её каждый сантиметр. — Почему ты здесь, а не со всеми? — спросил вошедший в зал Джек. — Здесь так красиво, — прошептал Алексей, всё ещё смотря на ёлку.       Джек молча подошёл к другу и сел рядом. — Посмотри, — сказал Алексей, показывая на самый вверх дерева. — Помнишь такую игрушку? — Оленёнка, которого я дарил тебе на последнее наше Рождество. Откуда он здесь? — Я попросил Аскет его повесить туда. Случайно вспомнил о нём. — Даже я о нём забыл, — взволновано проговорил Джек, вглядываясь в игрушку. — Ты помнишь больше, чем я. Это пугает. — Я помню те детали, которые ты тоже знаешь и хранишь где-то внутри, очень далеко.       Друзья встретились глазами и улыбнулись. — Я поражаюсь твоей наивности, — ответил Джек. — Ты считаешь, что я наивен? — Очень. Но это даже не портит тебя. — Будем считать это комплиментом, — рассмеялся Алексей. — Вы не поверите! — в зал вбежал смеющийся Адам. — Мы уговорили Метису нарядиться в костюм оленя.       В этот момент комнату выезжает горгулья на роликах с небольшими плюшевыми рогами на голове и красном халате. — Я даже не знаю, как именно вы убедили её, что так она прекрасна, — рассмеялся Джек, подходя к Метисе, которая кружилась в медленном вальсе. — Она и не сопротивлялась, — ответила Аскет. — Что-то вроде "Новый год — новая жизнь"? — спросила Дана, когда горгулья врезалась в неё. — Почему у всех людей Новый год ассоциируется с новой жизнью? — возмутился Джек. — Ведь этот праздник никак не влияет на жизнь. — Люди такие существа, которым нужен своеобразный толчок к изменениям, — ответил Алексей, погладив птицу Аскет. — Так что, счастливого Нового года, друзья!