Будем гладить всех мурчащих
13 сентября 2021 г., 15:02
Осень ворвалась в ее жизнь почти так же внезапно, как острое понимание, что тепла Маринетт безумно не хватает. Девушка задыхалась от холода, зябко водя плечами на своей мансарде, и грустно смотрела в окно. Ветер рвал листья, унося их в грязные пыльные облака; нагие деревья сиротливо стояли вдоль улиц и тоже, как и она, дрожали от холода.
Вчера Адриан с упоением рассказывал о девушке, в которую влюблен, и в тот самый момент Дюпен-Чэн увидела, что его любовь разливается подобно теплым лучикам света. Агрест и правда чувствовал к загадочной незнакомке нечто больше, чем симпатию, влюбленность или там привязанность. Он жил ею.
А это было поистине волшебно и безумно больно одновременно. Маринетт была в отчаянии.
За окном выл ветер, и вся комната вдруг наполнилась темным железным холодом, будто бы девушку вдруг заперли в коробке с тысячами игл, и вот они впиваются в кожу, разливая лед по венам. Какая она глупая и беспомощная.
Первый всхлип был жалок и тих. Второй отразился от стен, третий пронзил тишину, а четвертый спер дыхание. Отважная героиня Парижа сейчас бесстыдно рыдала, упиваясь жалостью к самой себе, и это было так… не по-героически, что аж стыдно. Только вот поделать Маринетт ничего не могла — тепла в ее жизни катастрофически не хватало.
Скрипнула створка люка, а девушка поспешила вытереть непрошенные слезы. Ну кого там принесло? В комнату сунулась вихрастая голова Кота, и тот, задорно улыбаясь, объявил:
— Для патруля слишком холодно, так что я перекантуюсь у тебя, Принцесса… Эй, что-то случилось?
Нуар вмиг переменился в лице, ловко запрыгивая в комнату и садясь рядом с ней на кровать. Успел увидеть слезы. Маринетт шмыгнула носом, отворачиваясь и пытаясь убрать слезинки. Как не вовремя, Кот! И кто его вообще просил сюда приходить? Но вслух она сказала лишь:
— Ничего. Не бери в голову, — фальшивая улыбка напарника не убедила, и он резво соскочил на ноги, вставая перед девушкой и подперев бока руками.
— Если тебя кто-то обидел, у тебя есть прекрасная возможность натравить на него великого героя Парижа, — со значением произнес он, свирепо оглядевшись по сторонам, будто бы обидчик мог прятаться, скажем, в шкафу.
Маринетт весело прыснула, насмешливо взглянув на «великого героя Парижа». Вот уж кто знает толк в разбитых сердцах. Стало как-то неприятно от мыслей, что его отвергала она сама миллионы-миллионы раз. А Коту хоть бы хны, таскает свои розы, и все тут. Ей бы такую напористость.
— Никто меня не обижал, Кот, — успокоила его Дюпен-Чэн, судорожно вздыхая. Плакать как-то расхотелось. — Просто плохой день.
— Значит, надо сделать его хорошим, — со знанием дела проговорил Нуар, снова садясь рядом. — Я тоже сегодня неудачлив, — доверительно сообщил напарник и как-то грустно усмехнулся. — Тяжело быть и героем Парижа, и… в общем неважно. Так что, Принцесса? — он встрепенулся, широко улыбаясь, только вот Маринетт заметила, что за этой улыбкой скрывалась боль невзаимной любви. Ее бедный Котик.
Девушка неопределенно мотнула головой, даже не зная, что ему предложить. Уже вечерело, а на завтра снова в школу. Учебный год только начался, а Маринетт уже успела утомиться. Нет, не из-за занятий — из-за Адриана. Когда во время летних каникул она его почти не видела, было в сто раз легче, как бы несправедливо это не звучало.
— Хочешь прогуляться по крышам? — неожиданно предложил Кот, склонив голову к ее плечу. — Огоньки такие красивые, — мечтательно протянул он и вздохнул.
— Огоньки? — насмешливо спросила Маринетт, невольно отвлекаясь от своих мыслей.
— Ну, да, — кивнул Нуар, соскакивая с кровати. Кажется, он все решил самостоятельно.
Да, в общем, девушка и не была против — нужно было развеяться, а делать это в хорошей компании, да еще и в окружении ночных огней — самое приятное дело. Поэтому она сокрушенно вздохнула для порядка и позволила напарнику схватить себя за руку, чтобы вытащить на террасу.
На улице было прохладно, но не так, чтобы мерзнуть в домашних штанах и легкой вязаной кофточке. Маринетт вдохнула полную грудь воздуха. Пахло дождем и ветром. И совсем немного грустью, такой, которая аж за душу берет.
— Ну, что, Принцесса, готова? — задорный голос Кота разжал эту хватку, и девушка улыбнулась, утвердительно кивнув. Герой Парижа с легкостью подхватил ее на руки, и она прижалась носом к теплому, такому надежному плечу.
Нуар активировал шест, с помощью него взлетая с балкона. Ветер засвистел в ушах, и Маринетт восторженно глянула вниз. Подобно птицам девушка и Кот пролетали над вечерним Парижем, седлая осенний ветер. Необычайное чувство легкости захлестнуло Маринетт, и она, осмелев, расправила руки и закрыла глаза, позволяя сильным потокам хлестать по лицу.
Нуар заулыбался, незаметно прижав девушку ближе и дохнув ей в затылок горячем дыханием.Он не знал, какая такая сила принесла его сегодня на ее балкон, но только подумав об этом, Кот не смог сопротивляться. Что-то такое было в девушке Маринетт, что притягивало Нуара, но не было доступно Адриану Агресту. В однокласснице он не видел всего того, что видел сейчас. Наверное, поэтому, он смелый с ней только в маске.
— Кот, — позвала Дюпен-Чэн, и парню пришлось отвлечься от своих мыслей. — Как у тебя получается любить Леди Баг и не сдаваться?
Вопрос получился странный, герой даже замешкал, ловко отталкиваясь от очередной крыши, но девушка с ожиданием уставилась на него большими голубыми глазами. Такими яркими. И почему он раньше их не замечал?
— Потому что я верю, — чуть погодя отозвался он, невольно сжимаясь изнутри. Да кому он рассказывает сказки? Давно уже сердце болит, после каждого отказа рвется, трещит по швам. — Почему ты спросила, Маринетт?
Теперь пришла очередь девушки опешить. Но совсем скоро она нахмурилась и отвернулась, скривив губы. Кот почти что физически ощутил ее опустошение и грусть. Задел больное, это он сообразил. Но когда он собрался извиниться, подруга неожиданно ответила:
— Потому что я начинаю сдаваться. Потому что вижу каждый день его лицо, разговариваю и знаю, что он безумно влюблен. Только не в меня. И от этого больно, так больно, что ты не можешь дотянуться до самой важной в твоей жизни звезды, хотя прыгаешь и прыгаешь. Пытаешься отрастить крылья, их отрывают. Изобретаешь самолет, его разбивают. А звезда все светит и светит прямо перед твоим носом.
На последней фразе ее голос дрогнул, и она замолкла, громко прерывисто вздохнув, а Кот мягко приземлился на одну из крыш, все так же продолжая прижимать девушку к себе. Так они и простояли пару минут, грея друг друга теплом, пытаясь залечить разворошенные раны. Так больно. Так страшно.
Маринетт дышала ему в плечо, крепко обнимая за шею и не смея поднять глаза. Вернулось желание расплакаться, но она знала, что от этого и ей, и Коту будет только хуже. А Нуар прижимал хрупкую девушку к себе, отчего-то желая найти этого парня и дать ему по роже. Сердце сжималось, когда его Принцесса так вот вздыхала.
Дюпен-Чэн неожиданно отстранилась, глядя в его глаза. Улыбнулась, ласково проведя пальцем по скуле, затем по подбородку. Герой почему-то стушевался, жест был таким знакомым, таким желанным.
— Ты хороший, Кот, — улыбнулась девушка, а потом вдруг прыснула: — Ты что, мурчишь?
Герой вздрогнул, прислушиваясь — и правда, мурчал. Тихо так, но звук нарастал, а Нуар никак не мог взять его под контроль. Вот и оставалось смотреть на Маринетт большими озадаченными глазами и любоваться ее улыбкой. Пришла мысль, что он готов был простоять так вечность, лишь бы рядом с ней. Лишь бы она улыбалась.
Начнём спасаться мы от этой теплонищеты,
Значит снова будут в моде тёплые коты.
Кот посерьезнел, посмотрел на Маринетт, не выпуская ее из объятий. Ему вдруг показалось, что они невероятно близки в этот самый миг. Отвергнутые, влюбленные и несчастные. Но отчего-то он верил, что вместе они со всем справятся.
Все бегут домой с холодных улиц и пустых,
Значит снова будут в моде тёплые коты.
Девушка не отстранялась, только вздохнула печально и уткнулась в его грудь, слушая громкое мурчание. Тепло сильного тела согревало, руки ласково обнимали. Маринетт вдруг задумалась, что окажись на месте Кота Адриан было бы не так уютно. Не так спокойно.
Нуар был для нее крепостью, которая защищает от грусти и, скажем, от злодеев. Защищает их обеих — и Леди Баг, и Маринетт. Теплый Кот.
Будем гладить всех мурчащих,
Тёплых, сонных, настоящих…
По крышам гулял ветер, забираясь под легкую кофточку и щекоча ребра. Девушка вздрогнула, сильнее прижимаясь к герою. Слов не было. Только ветер, осень и огоньки вечернего Парижа. Так хорошо обнимать Кота, греясь его теплом, хаотично перебирать его пряди, ощущая мягкие волосы под своими пальцами. И не было в этом ничего особенного.
Всего лишь девочка Маринетт грелась осенним вечером о жар кошачьей любви. Такой искренней и чистой, такой, которой хватит на всех.
Но только не знала она, да и он не догадывался, что эта любовь была для нее одной.
— Не плачь, Маринетт, — вдруг попросил Кот, глядя куда-то мимо нее. — Однажды мы все станем счастливыми.
— Конечно, Котик, конечно, — грустно улыбнулась она, потянулась и прижалась холодными губами к его теплой щеке. — Спасибо тебе.
Когти могут впиться в ногу,
Но нога поверь не сердце.
Кошки так не ранят, как людишки иногда.
***
Она уснула прямо на его руках, и Нуару пришлось возвращать Маринетт домой уже спящую. Но было в этом что-то волшебное — в ее сомкнутых глазах и сонной улыбке. Кот аккуратно уложил ее на кровать, на последок взглянув на свою Принцессу. Он любил Маринетт той особенной любовью, которой любят девушек, залезших в самое сердце. Дюпен-Чэн была для него многим, была большим, чем подругой, но герой все не мог с этим смириться — не мог понять, признать, увидеть. Но в такие моменты, когда Маринетт забавно похрапывала в окружении самошитых подушек, сердце подскакивало к горлу, а образ Леди Баг становился не больше, чем объектом бесконечного восхищения. — Никогда не отчаивайся, Принцесса, — Нуар дернулся в ее сторону, но замер. Потом снова осмелел, глубоко вздохнул и мимолетно, почти не касаясь, поцеловал ее, ощутив дыхание на своем лице. Хитрюще улыбнулся и выскочил через люк на террасу. Если придется, он будет залечивать сердце Маринетт хоть каждый божий день. Только бы видеть ее улыбку. Тёплый кот меня утешит, ляжет на больное место, И усну я, обнимая тёплого кота.
