Пряник

      - Ну и чего ты здесь сидишь? – Москва заглянул за один из шкафов в библиотеке. Он просто хотел провести спокойный тихий вечер с интересной книгой, но вот уже двадцать минут старательно пытался игнорировать тихие всхлипывания, доносившиеся из дальнего угла комнаты. Не выдержав, Михаил направился туда и вполне ожидаемо нашел за одним из шкафов маленький Питер.       - М-меня без обеда оставили… - тихо ответил мальчик. Москве очень захотелось закатить глаза. Сам-то он мог веке в XIII жить на одной воде по две недели, а этот сопляк нюни распускает из-за одного обеда. Хотя, с другой стороны, скорее всего ему было больше обидно, чем действительно хотелось есть.       - И за что тебя так?       - Горшок разбил… с ирисами… но я нечаянно!       Москва вздохнул. Да, многие были не в восторге от нового города, строящегося в совершенно отвратительном месте, но не срываться же на этом мальчике! Подумаешь, горшок разбил, хоть там и были ценные цветы, привезенные из Европы, он же просто ребенок. Ладно, может и не просто, но все равно маленький мальчик, которому еще предстоит научиться не бегать по коридорам и управлять страной, можно же быть к нему хоть чуточку снисходительнее!       Михаила передернуло от собственных мыслей. К нему-то никто никогда не проявлял снисхождения, с чего это он жалеет этого мальчонку, который вот-вот отберет у него то, что он строил потом и кровью триста лет?! Но глядя на это бледное расстроенное личико, даже он не мог остаться совершенно равнодушным.       - Пойдем, проведу тебя на кухню, - кивнул он и не оборачиваясь направился к выходу. Глаза Питера изумленно округлились, но он быстро встал и побежал следом.       - Здравствуй, Прасковья, не найдется ли у тебя чего поесть для этого мальца? – обратился Михаил к знакомой кухарке, которая готовила еду для всей прислуги.       - Ты бы еще позже зашел, Миша, - женщина недовольно посмотрела на него, уперев руки в боки, но заметив за его спиной оробевшего мальчика, смягчилась, - ладно уж, где-то были еще оставшиеся щи.       Сидя на деревянной лавке, Москва наблюдал, как Питер с интересом оглядывает все вокруг. Привыкший к стульям мальчик постоянно ёрзал, не зная, как лучше усесться на жесткой лавке, но его серые глаза будто светились, когда он смотрел на глиняные горшки, медные кастрюли и большую хлебную печь. Когда перед ним поставили плошку с щами, он недоверчиво поковырял суп большой деревянной ложкой, но попробовав его тут же воодушевился.       - Совсем тебя нормальной едой не кормят, да? Всё картошка, да соусы, да эти, как их, котлеты с лангетами, - спросила Прасковья. Питер только кивнул, не отрываясь от еды. Москва хмыкнул, прикрывая лицо кружкой кваса, которую ему милостиво пожертвовали. Сколько бы Питер не пытались откормить европейскими блюдами, его вон, как и всех на щи тянет. Может оно и к лучшему, а то уж совсем в Европу превратится.       - Неразговорчивый, тебя хоть как кличут?       - Алексан… Саша. Она хотела было что-то еще спросить, но поймав хмурый взгляд Москвы передумала, а потом и вовсе удалилась куда-то в кладовку. Питер тем временем расправился со своей порцией щей, и куда в него столько влезает?       - Спасибо, - он мило улыбнулся, глядя своими светлыми глазами на Михаила. Тот слегка замялся, но потом вытащил из-за пазухи небольшой сверток.       - На, держи, как это теперь по-модному называется? «Десерт» тебе, - Москва небрежно протянул ему сверток, даже не смотря на Сашу, но его похоже это ничуть ни смутило. Внутри оказался пряник. Глядя на то, как мальчик восхищенно рассматривает отпечатанные на тесте купола, Москва не мог сдержать легкой улыбки, которую тут же поспешил спрятать в кружке.       - Спасибо, спасибо огромное, Михаил Юрьевич! - если отбросить все мысли о будущей столице, то сейчас перед Михаилом сидел простой мальчишка с выражением безграничного детского восторга на лице. Интересно, можно ли будет как-нибудь попробовать умыкнуть его на ярмарку под Рождество? А то ведь совсем зачахнет среди всех этих коридоров и привезенной из-за границы мебели.       А там можно и на санях покататься, и на уличные представления поглазеть, и съесть столько пряников, сколько влезет… Михаил одернул себя, это без пяти минут новая столица, а он его развлекать собирается.       - Не за что, - ответил он, смотря на то, как исчезают пряничные купола. Этот мальчик скоро отберет все, над чем он так трудился многие столетия, а пока… пусть ест.