0,5 секунды

Человеку для того, чтобы влюбиться, достаточно всего 0,5 секунды, выяснили ученые из Университета Сиракузы в Нью-Йорке. Первая волна любви активизирует 12 различных областей мозга, при этом в кровь выбрасываются такие соединения, как окситоцин, допамин, адреналин и вазопрессин. Интересно, что выработка этих же гормонов и нейромедиаторов стимулируется также при употреблении наркотиков, например кокаина. (Отрывок из статьи/"Журнал биологической химии")

Стрелки-винтовочники производят выстрел на выдохе, используя для этого дыхательную паузу, промежуток в 1-3 секунды между выдохом и последующим вздохом. В момент дыхательной паузы, в организме начинает накапливаться углекислота, действующая на мышцы расслабляюще. Пульсация в момент дыхательной паузы наименьшая. При выдохнутом воздухе и сокращенной грудной клетке тело стрелка становится расслабленным естественным образом. (Отрывок из книги "Совершенный снайпер" Джона Пластера)

* * *

      С самого начала с этим блядским заказом всё пошло наперекосяк.       Алек хотел отдохнуть.       Устал от бесконечной череды кровавых разборок конкурентов.       Он спокойно воспринимал такие вещи, как личная вендетта, большинство клановых группировок только и жили кровной местью, принцип талиона для них становился нормой существования и морали. Случались заказы на обидчиков детей, он относился к ним с уважением, наверно и сам повел бы себя так же с убийцей или насильником своего ребенка. Наконец, был просто религиозный фанатизм, что тут скажешь, вера - дело такое…       Но делать заказ на объект ради роста прибыли в балансовом отчете - это низко.       Лайтвуд хотел передышки.       Пустил слух о повышении своих гонораров, увеличив их раз в пять от самой высокой планки.       Заоблачная сумма.       Несколько месяцев наслаждался тишиной.       Когда пришли деньги на счет, глазам не поверил, заказчик просто добавил к запрошенной сумме ноль, увеличив разрядность числа.       Да за такие деньги можно было убрать Первую леди.       А потом жить всю оставшуюся жизнь на островах, ни хрена не делать и каждый год вносить в бюджет островного государства кругленькую сумму.       Алек хотел отказаться.       Сразу, как только увидел сообщение о пополнении баланса. Что-то засосало "под ложечкой", может сработал инстинкт, но концов было не найти.       Счет пополнили через нескольких посредников с банка на Каймановых островах, никаких вариантов отказа предусмотрено не было.       Объект - Магнус Бейн.       Неоднозначная фигура.       Бизнесмен, которому в наследство достался монстр горно-металлургической отрасли. Добыча платины, меди, никеля. В металлах платиновой группы игрок номер один - восемьдесят процентов мирового рынка.       С начала двухтысячных широта промышленного применения платины резко расширилась, использование ее в нейрохирургических аппаратах, препаратах для лечения онкологических заболеваний, в компьютерном оборудовании сделали Бейна мультимиллиардером.       При всем своем богатстве мистер Бейн до поры до времени не был любимчиком желтой прессы. Да и сам не особо жаждал внимания. Даже снимки, что удалось нарыть в сети, все были официального толка.       Фото для публикаций годового финансового отчета компании.       Фото с проведенного благотворительного вечера.       Фото со свадьбы мистера Бейна с леди Камиллой Белкорт, известной светской красавицей.       Брак их продлился три с половиной года, после чего супруги развелись.       Обвиненная в измене, согласно брачному контракту Белкорт ничего не получила от мужа. Сразу же после развода уехала в Швейцарию, вскоре объявив о помолвке с кинопродюсером, с которым познакомилась на горнолыжном курорте.       Чем больше Алек смотрел на семейное фото четы Бейнов, тем больше недоумевал.       Во-первых, как умный взрослый мужик мог польститься на такую гадюку?       Камилла, конечно, была сказочно прекрасна, но сучность ее в глаза бросалась, такая засунет твое сердце в миксер и с улыбкой нажмет на кнопку наманикюренным пальчиком.       Во-вторых, что такая светская стерва, как Белкорт, нашла в Бейне?       У него же "педик" на лбу написано, гейрадар Алека с ума сходил, сигналя красно-синими маячками.       Магнус Бейн, в чьих жилах текла кровь матери-индонезийки и отца-американца, даже на официальном сайте корпорации был запечатлен с подводкой в уголках чуть раскосых азиатских глаз и с перстнями на всех десяти пальцах. А уж количеству цацек на шее позавидовали бы даже Бьонсе и Шакира.       Алек пожимал плечами, по всему выходило, что-то было в этом мужчине, что привлекло даже Белкорт.       Бизнес Магнусу оставил двенадцать лет назад отец, скончавшись от сердечного приступа.       Сын, переехав жить в Штаты из Европы, где учился одновременно в нескольких учебных заведениях, сразу возглавил семейное дело. К слову, количество аттестатов о высшем образовании мистера Бейна впечатлило Алека, как и фраза "в совершенстве знает девять языков".       Алек точно мог сказать, что знает в совершенстве один - матерный английский.       И всё же ничто так не интересовало общественность: ни внезапно появившийся из Европы наследник, ни свадьба и последующий развод со светской львицей, ни состояние с одиннадцатью нулями на конце - как взбудоражила череда неудачных покушений, которые посыпались на Бейна год назад, как напасти из ящика Пандоры.       В него стреляли, промахнувшись и прострелив селезенку. Алеку хотелось материться. Олухи!       Его яхту потопили во время выхода бизнесмена в залив Лоуэр Бей на выходных. Двое членов команды погибло, а Магнус самостоятельно доплыл тогда до берега. Идиоты!       Бейна взрывали на подземной парковке офисного здания "БейнКорп". Разворотили весь подвал. У Алека даже не было слов!       Газетчики писались кипятком.       5 покушений за 12 месяцев!       "Счастливчик Магнус или Проклятье киллеров*?"       Все бы так, но, даже принимая во внимание, что все покушения были организованы дилетантами, Алек не видел здесь элемента удачи.       Бейн ушел от преследователей на собственном автомобиле с простреленным боком.       После взрыва на яхте с поврежденной рукой доплыл до берега более восьми километров, в конце октября, когда температура воды не поднимается обычно выше четырнадцати градусов.       На подземной парковке вылез из-под обломков, дополз до лифтов и даже вытащил с собой пострадавшую во время инцидента девушку, юриста, сотрудника своей компании. Никакого везения ни в одном из случаев, только стальные нервы, и неуемная жажда жизни.       Размышляя о самих покушениях, Алек перебирал в уме все девятнадцать матерных слов, что знал, складывая из них производные новообразования.       Что за бездарность вообще бралась за эти заказы?       Да!       Алек считал красоту исполнения первоочередной в своем ремесле.       Не попасть с пяти метров в сердце - это значит облажаться.       Разворотить пол-этажа в тот момент, когда жертва только вышла на парковку - это значит облажаться.       Подорвать объект в машине вместе со всей семьей - вот, что значит облажаться!       Убивать нужно так, как человек захотел бы умереть сам.       Последний объект Алека был солистом в известной рок-группе, Самуэль Блэквелл.       Заказ был из той самой серии, когда родители не смогли простить; но ни факта насилия, ни передозировку напрямую связать со звездой не удалось.       Сэм был говнюк, конечно, но музыкант был "от бога". Только из уважения к его таланту Алек сделал для него две самые важные вещи в его жизни.       Блэквелл любил летать до дрожи в коленках. Увлекался парапланеризмом и парашютным спортом, имел Private Pilot License. Хобби уделял любое свободное время. Алек скинул его с крыши небоскреба на Манхэттене. Надо сказать, самонадеянный был чувак, до последнего думал, что это розыгрыш. Лайтвуд готов поклясться, что слышал, как Сэм кричал "Йо-ху! Лечу!", пока падал вниз.       Алек также убедил заказчика подождать пару месяцев, пока музыканту не исполнится двадцать семь, так Самуэль Блэквелл навсегда вошел в печально известный "Клуб 27"**, увековечив свое имя.       Каждому своя смерть.       Женщинам вот больше подходят яды. Никаких порезов и дырок от пуль на хрупком теле.       Пусть засыпает постепенно, без испуга, а на похоронах каждый восхититься, как она красива, будто и не мертва вовсе, а просто спит.       Первый заказ Алек получил еще в юности, исполняли с двумя напарниками, из числа тех, с кем обучались в спец.школе.       "Большой брат" заказал им Джиу Пенхаллоу, единственную кровную наследницу главы мафиозного клана Пенхаллоу. Старшие братья Джии были устранены в течение трех лет, после скоропостижной кончины главы семейства.       Это была красивая молодая женщина, правильные черты лица, безупречная фигура, а также хладнокровие, и яйца, как не у каждого мужика в этом городе.       Алек отравил ее смесью ядов с содержанием экстази. Сначала был небольшой "приход", восторг от мощного выброса серотонина, дальше шло действие яда, угнетающего работу сердечно-сосудистой системы. Эйфория сменялась апатией и сонливостью. Объект уже спал в тот момент, когда сердце не выдерживало нагрузки.       Алек держал ее на руках около получаса, пока она умирала. Он настоял, а товарищи в это время стояли на стрёме.       Джиа шептала в бреду имена отца и старших братьев. Сначала говорила, как сильно она их любит, потом в слезах извинялась, что не оправдала их доверия.       Перед сном к ней вдруг вернулась ясность сознания, и она, проведя ладонью по щеке Алека, позвала его: "Ангел".       Лайтвуд кивал ей: "Да, я - Ангел! Не бойся, моя милая, все будет хорошо..."       Конечно, напарники всё слышали.       Сначала Алека Лайтвуда называли Ангелом за глаза, он узнал случайно. Возражать не стал.       Зачем?       Пусть называют.       Имя прижилось.       Теперь уже не все помнили, как его зовут в действительности.       Ангел? Ангел.       Алек изучал дело Бейна несколько дней. Даже не вылезал на улицу из своего "логова", закупившись заранее продуктами и энергетиком.       Полузаброшенное здание в промышленной части Бруклина, ласково именуемое логовом, он купил лет пять назад. Здесь был офис фирмы по перепродажи труб из высокомолекулярного полиэтилена, приблудившейся к небольшому заводику. Кем-то был придуман этот гениальный план, что трубы нельзя покупать сразу с завода, а можно купить только у компании-посредника. А посредник получал за это небольшой процент. Или большой.       Но руководство завода сменилось, фирма-посредник не слишком приглянулась новым боссам, и вскоре разорилась. Двухэтажное здание Алек, так сказать, купил себе в подарок на двадцатилетие у судебных коллекторов, тогда в подвале еще лежали остатки "продукции", трубы разного диаметра. Товар вывезли, в здании провели чистку, правда химический запах полиэтилена из подвала так полностью и не исчез.       Огромные офисные комнаты на первом этаже так и оставил, под спальню с примыкающей к ней ванной комнатой, кухню и рабочую зону. На втором - снес перегородки, побелил стены, сделав огромный тренировочный зал. Подвал же оборудовал под стрельбище, звукоизоляция там была хорошая, да и вокруг постройки были только промышленные территории. Ходили или ездили мимо редко. Лайтвуд даже вывеску с ворот не снимал, пусть все думают, что это офис.

* * *

      Утро Алека начиналось, когда на улице было еще темно.       Четырех - четырех с половиной часов сна вполне хватает.       Вместо завтрака - крепкий кофе.       Сегодня анаэробные нагрузки - спринтерский бег, велотренажер, тренировка с отягощением. Высокая интенсивность, высокая скорость выполнения. Хорошо тонизирует мышцы, укрепляет сердце, и прочищает мозг от ненужных мыслей.       После обеда у Лайтвуда была встреча. Мини камеры видеонаблюдения, радиожучки с кварцевой стабилизацией, да и боезапас необходимо было пополнить.       Договорился с поставщиком. Лидией Бренвилл.       Встретились в ирландском пабе, как обычно.       Быстрым взглядом окидывая вошедшую Лидию, провел О.О.       Оценка обстановки.       О.О.       Каждый преподаватель в спец.школе называл это по-разному, да Алеку было до этого похуй; чтобы довести процедуру до автоматизма, чтобы въелась под кожу, и, проснувшись среди ночи, это было первое, что ты делал, Лайтвуд сразу назвал это для себя "О.О."       Под кожу въелось!       И жизнь спасало ни один раз.       Итак, Лидия.       Волосы, вместо стандартного хвостика на затылке, заплетены в замысловатую прическу, сделать такие косы сзади самой проблематично. Ходила к парикмахеру? На лице косметика, на губах бесцветный блеск, еще одна странность для Бренвилл. Одета необычно, вместо футболки, черная шелковая блузка с тремя расстегнутыми сверху пуговицами.       Алек хмыкнул.       Он ни разу не видел на руках, в ушах, или на шее этой женщины ювелирных украшений.       Завела любовника?       Лидия присела на диванчик рядом с ним и счастливо улыбнулась ему.       - Привет, Ангел, - добродушно сказала она, поправляя за ушко выбившуюся прядку.       - Привет, Лидс, - Алек ответил ей улыбкой.       Лидия оглянула бар и тихо проговорила, продолжая улыбаться:       - Товар в ячейке, код ты знаешь.       Алек кивнул на автомате, нахмурился, пододвигаясь к ней поближе.       - Ты завела ухажера? - спросил он ее на ухо.       Лидия отодвинула лицо и захлопала накрашенными ресничками.       - Чего? - растерянно переспросила она.       - Ты выглядишь иначе, - спокойно проговорил Алек, наблюдая ее реакцию, - Я подумал, у тебя появился кто-то…       Лидс фыркнула, но сияющую улыбку скрыть не сумела.       - Не твое дело! - бросила она, но после посмотрела на него внимательно, буквально буравя взглядом, - Ревнуешь?       Лайтвуд закатил глаза.       Когда-то давно они с Лидс перепихнулись пару раз. Молодость. Что поделаешь.       Это было еще до того, как Алек понял, чтобы расслабиться, нужно не ему присунуть кому-то, а кому-то присунуть ему.       Лидия смотрела так искренне, пытаясь понять его эмоции, заглядывая в душу.       Алек обхватил руками ее лицо и поцеловал в лоб над левой бровкой.       - Ни секунды не переживай из-за меня, Лидс, - с жаром проговорил он, - Я ведь играю за другую команду. Да, из-за таких, как я, переживать вообще не стоит.       - Ох, Ангел. Вечно ты со своим самобичеванием, - Лидия положила голову ему на плечо, просто, без всяких намеков, как близкому человеку, единственному кому Алек не боялся открыть себя.       Он понял вдруг, что поцеловал ее, как целовал в детстве малышку Изабель.       Они сидели так довольно долго, Лидс молчала, он ощущал ее размеренное теплое дыхание на своей шее.       И Алека накрыло волной.       Точно голыми ветками по лицу в ветреную погоду по осени, хлестало воспоминаниями.       Отец Алека, Роберт Лайтвуд, был хваткий человек, успешный бизнесмен, делец от бога.       И шли его дела только в гору.       Главного конкурента отца звали Валентин Моргенштерн.       На заре своей деятельности они работали вместе. Но затем разделили бизнес. Что-то оттолкнуло тогда Роберта от Валентина, агрессивная манера ведения бизнеса или не слишком законные методы, никто уже не скажет теперь.       Соперничали всегда, поначалу с юмором, даже перезванивались, сквозь зубы поздравляя с успешными сделками, от которых один из них оставил с носом другого.       Позже отец заключил три очень важных соглашения, благодаря природному чутью, невероятной работоспособности, не побоялся рискнуть и расширился. И не прогорел.       А Валентин остался далеко позади.       Тогда и возникла у конкурента отличная мысль, как подмять под себя компанию отца.       Всё было, пожалуй, логично.       Лайтвуд-старший умирает.       Мать Алека, Мариз, никогда бизнесом не интересовалась, была творческим человеком, устраивала аукционы, оказывала протекцию молодым художникам и скульпторам.       Алеку в тот момент было десять, малышке Изабель девять, Максу и вовсе несколько месяцев от роду.       Компанию отца возглавить было некому. Все потоки перетекли к Моргенштерну.       Всё было логично... Вот только в тот день с самого утра у Макса поднялась температура, он плакал, не переставая, часов с трех утра, родители сказали, режутся зубки. Мариз за ночь измучилась, изнервничалась, ходила как зомби из фильмов про постапокалипсис.       Поэтому Роберт всех посадил в свою машину. Жене сесть за руль не дал.       Изабель было решено закинуть в школу, Макс с мамой и отцом поехали к семейному врачу, доктору Старквезеру.       Алеку в то утро пешком предстояло топать в художку, на экзамен.       Понимая общую нервозность и состояние Макса, дуться он не стал, взвалил на себя тяжелую сумку с этюдником, красками и холстом на раме и отправился в дорогу.       На перекрестке, где их пути расходились, машина отца остановилась на красный.       Алек всю жизнь будет помнить улыбку на лице Изабель, малышка махала ему рукой в тот момент, когда прогремел взрыв.       - Ангел, - он вздрогнул, поняв, что Лидия зовет его, поглаживая по щеке, - Может по пивку, как в старые добрые времена, - она подмигнула ему.       Алек поднял бровь.       - Есть повод?       - Буду дурь из тебя выбивать, - улыбнулась она.       "По пивку" - означало, что пить они будут вовсе не пиво.       Пожалуй, это то, что было нужно. Обнулиться.       Так он называл состояние, когда в хлам, и часть ночи не помнил вовсе, доезжал до логова на автопилоте, просыпался утром на полу у порога или в ванной в обнимку с "белым другом".       - По пивку, - кивнул Алек.

* * *

      Он понял, как убьет Бейна, на седьмой день, как получил заказ.       Наблюдение за Магнусом уже велось.       Без особого труда подключился к системе видеонаблюдения по месту жительства объекта.       Бейн занимал последний этаж небоскреба в Бруклине.       Консьерж внизу и сосед, с которыми Алек вошел в контакт, называли это "Лофт Магнуса Бейна".       Огромное пространство гостиной, перетекающее в не менее огромную кухонную зону.       Спальня, кабинет, пара гостевых комнат, в которые Бейн никогда не заходил.       Перед входом в Лофт прямо в общем коридоре круглосуточно находилась охрана. На столе со стойкой - мониторы наблюдения; рядом кожаный диван.       После взрыва в гараже "БейнКорп" Магнус поменял охранную компанию.       Не справились с задачей.       Надо сказать, поменял Бейн шило на мыло.       Три мордоворота, что были приставлены к бизнесмену в данный момент, внешне напоминали Алеку героев мультфильмов Pixar. Два метра роста, косая сажень в плечах, полное отсутствие эмоций на квадратных лицах.       Такое пока повернет свою могучую шею на сто восемьдесят градусов, можно будет Магнусу в голову пять пуль всадить.       Алек обзывал мордоворотов Бейна по цвету волос: Белый, Черный, Рыжий.       Подсоединившись к внутренней системе наблюдения, видел все, что передавали камеры под потолком в комнатах Лофта.       Картинка, правда, была черно-белой, но даже с такой Алек по достоинству оценил безупречный зад Магнуса Бейна, выходящего по утрам голым из ванной в спальню.       А что? Даже у киллеров развито воображение.       Наведя на себя нехитрую маскировку, Алек также пробрался в уборную в "БейнКорп" вслед за Бейном.       Белый, тупица, попросил у него пропуск, проверил, служит ли Алек в компании, прежде чем пустить в туалет вместе с боссом.       Кретин! Мог бы вообще не пускать, потерпел бы сотрудник, не описался.       Ладно хоть проверил сортир перед тем как туда Магнуса запустить.       Алек чуть не ляпнул ему это, пока Белый пялился на черную накладную бородку и карие в линзах глаза, силясь запомнить черты лица Алека, хотя даже школьник скажет, единственное, что зафиксирует мозг человека, это борода.       В общем, Лайтвуд в туалете спокойно закрепил под ручкой портфеля Магнуса радиожучок, миникамеру навесил на ремень, благо Бейн застрял в то утро в кабинке, а после вымыл руки и вышел мимо Белого, который снова недобро глянул Алеку в лицо.       Благодаря микрофону и камере на ремне, Алек стал слышать все, что происходило на переговорах, деловых встречах и вообще, всё, что говорилось в Лофте, вблизи портфеля. Ангел и понял, каким образом устранит объект, в ходе одной из деловых встреч Бейна. Выстрелы, ножи, взрывы - отмел сразу. Хватит уже издевательств над этим божественным телом.       Яд? Как-то по-бабски было отравить такого волевого человека.       Решение нашлось.       Бейн встречался в то утро с главой "УайттМоторс".       Обсуждался вопрос об использовании автоконвертеров с платиной в беспилотном транспорте. "УайттМоторс", как известно, в этом виде транспорта практически монополист. США, не подписавшие конвенцию о дорожном движении, согласно которой водитель обязан находиться в салоне во время движения, ввела беспилотники в обычной жизни гораздо раньше других стран. Роботакси, беспилотные автобусы, спецтехника - рынок с огромным потенциалом.       Бейн предлагал внедрить внутрь конвертеры, в которых благодаря платине вредные выбросы выхлопных газов превращались в двуокись углерода и воду, а транспорт становился полностью экологическим.       Беспилотный. Экологический. Шаг в будущее.       Правда, "УайттМоторс" условия по сделке предложил неприемлемые.       Глава гиганта, Рагнор Фелл, зять всемирно известного мистера Уайтта, легенды автомобильного бизнеса, давил отказом от сотрудничества с компанией Бейна. Вроде того, есть еще компании на рынке, восемьдесят процентов рынка платины, что принадлежит "БейнКорп" - это еще не сто.       И цены на конверторы установил практически равные их себестоимости.       Бейн так и сказал, вернувшись со встречи, помощнице, Кэт Лосс: " Условия неприемлемы!".       Дальше Алек видел в камере на ручке кейса только смуглые ножки Лосс, шагающей рядом с боссом в его кабинет.       - Хватит сокрушаться, Магнус, - томно протянула Катарина, - еще не вечер.       Бейн не ответил ей, но остановился на мгновенье.       - Мистер Фелл забыл одну важную вещь, он не владелец компании, а муж владелицы.       - Что ты предлагаешь, Кэт? - заинтересованно спросил Магнус.       Что предложила помощница, Алек в тот день так и не узнал.       Бейн бросил портфель в кабинете, а сам пошел пить кофе в компании Катарины.       Но Алек с интересом следил дальше за ходом сделки, даже любопытно стало. Кто кого?       Закинув ноги на стол, доедая вчерашнюю пиццу, смотрел, как телешоу, за очередной встречей несостоявшихся пока партнеров.       Войдя в комнату переговоров, Магнус предложил Феллу перекинуться парой слов наедине, и юристы "УайттМоторс" вышли из кабинета.       Бейн же весьма удачно кинул на кресло рядом портфель, что проапгрейдил Лайтвуд.       Было не только слышно всё, но и видно всё.       Магнус положил на стол документы и сказал Феллу:       - Наш вариант договора, Рагнор.       Мистер Фелл открыл папку, полистал, пробегая глазами и ухмыльнулся.       - Мне не понятна только цена…       Магнус выгнул бровь. Само спокойствие.       - Цена выше предложенной нами на тридцать? Тридцать пять процентов? - спросил, улыбаясь, Фелл, одаривая Магнуса таким взглядом, будто вип-переговорная внезапно переместилась, оказавшись посреди детской песочницы, на бортике которой азиат лепил куличики в пластиковых формочках.       Бейн же откинулся в кресло, положив ногу на ногу.       - Я приведу один неоспоримый аргумент, после которого "УайттМоторс" подпишет наш вариант контракта, - спокойно сказал Магнус, - Позову только свою помощницу.       Магнус набрал на телефоне номер, не нужно было даже ставить на громкую связь, номер отвечал лишь длинными гудками.       Алек ждал, что же задумал Бейн.       Магнус покручивая смартфон между пальцами, покачивая ногой, завел светскую беседу, пока помощница хранила молчание.       - Как Пенелопа? Как дети?       - Твоими молитвами, - суховато ответил Рагнор.       - Как мистер Уайтт? - участливо осведомился Магнус.       Кажется в этот момент, мистер Фелл заподозрил что-то недоброе.       - Старик стабильно. Врачи говорят, хорошая динамика, - Фелл усилил голос, видно что-то пытаясь донести до Бейна, - Но три операции на сердце, сам понимаешь, Том никогда не вернется к ведению бизнеса.       Магнус лишь понимающе опустил глаза, покачав головой.       Дверь отворилась и в комнату вошла Катарина.       Алек, наконец, разглядел ее вблизи и "в цвете".       Высокая мулатка с высветленными до тона "платиновый блонд" длинными волосами. Изящно приподнимая подол белого платья по фигуре, села рядом с Магнусом в кресло, грациозно сцепив в ступнях стройные шоколадные ножки в белых лодочках.       Оба присутствующих мужчин заворожено смотрели на нее.       А Алек смотрел на Фелла. Рагнор зеленел на глазах.       Лайтвуд теперь понял всё, слишком уж болезненно глава "УайттМоторс" реагировал на вошедшую незнакомую ему девушку. Компания ведь принадлежала дочери Тома Уайтта, Пенелопе. Фелл был Главой, таким же наемным рабочим, что и менеджеры или юристы, компания не принадлежала ему. А значит интрижка, которой просто-таки пахло в переговорной, будет Рагнору Феллу совсем не на руку.       Катарина легким движением подкинула на стол папку, Фелл, оторвав взгляд от девушки, раскрыл ее.       Алек даже "прилип" к экрану, но что в папке не увидел.       Глава "УайттМоторс" поднял на Магнуса тяжелый взгляд.       - Это шантаж, - резко сказал он.       - Твой предыдущий контракт, это - шантаж. А у нас к тебе взаимовыгодное предложение, - выражение лица Бейна оставалось спокойным и невозмутимым.       - Я засужу вас, - взгляд Рагнора теперь бегал по комнате, - Ты не называла своего имени.       - Ты не спрашивал, Рэгги, - тихо ответила Катарина, - Ты только трижды поинтересовался какой у меня размер груди, пятый или шестой.       - Рагнор, подумай хорошенько, - мягко сказал Магнус, чуть подавшись вперед, - У тебя есть два варианта: подписать контракт на выгодных для обеих компаний условиях или расстроить жену и разозлить тестя фото и видеоматериалами.       - Есть и видео? - рыкнул Фелл.       Катарина лучезарно улыбнулась ему.       Из переговорной они выходили победителями.       - Все-таки, я был против этого плана, - сказал Бейн помощнице.       - Не будь занудой, Магнус, - весело ответила Кэт, - Я получила шикарный секс, ты получил контракт, мы все остались в плюсе.       Они шли по коридору, в камере на ремне сумки Бейна снова мелькали ножки мисс Лосс.       И Алек понял вдруг, Бейн должен сражаться.       Он хочет руководить процессом. Всегда. Он такой человек. Последнее слово всегда должно быть за ним.       Ангел даст ему эту возможность.       Алек задушит его.       Такой шанс киллер дает не каждому, но Магнус будет иметь видимость возможности помешать ему, бороться за свою жизнь до самого последнего вздоха, потому что такова его натура.

* * *

      Алек проснулся в холодном поту. Сердце гулко билось в висках, дыхание было таким тяжелым, будто он бежал спринт. Сев на кровати, тут же провел О.О.       Жалюзи приоткрыты. В окна бьет яркий свет.       Проспал!       Тишина. Посторонние звуки не зафиксированы.       Охранная сигнализация молчит - все спокойно. Нападения нет. Это только кошмар.       Алек сел на кровати, озираясь вокруг.       Успокоиться! Нападения не происходит. Просто кошмар.       Схватил телефон, от тремора не слушались руки, убедился в своей догадке, почти восемь утра.       Он проспал.       Поднявшись с насквозь пропитанных потом простынь, Алек шел в душ с чувством полной разбитости.       Пустил прохладную воду, закрыв глаза, стоял в душевой, и образы все еще преследовали его.       После взрыва Лайтвуд остался сиротой.       Он не плакал. Никогда. Ни во время похорон, ни после. Психологи говорят, существует такое понятие как "бесполезность слез". Зачем лить слезы, если и плакать-то некому?       Близких родственников, что взяли бы мальчика на воспитание, у него не было.       Правда неожиданно нашелся таинственный покровитель, который оплатил Алеку проживание и обучение в элитной частной школе. Кто это был, Алек узнал чуть позже.       Условия в школе были шикарные. Многие богатые родители отправляли туда отпрысков на учебу.       Только дети эти уезжали домой на выходные и праздники, а Алеку ехать было некуда.       В целом учился он хорошо и с охотой.       В начале обучения, правда, был инцидент на уроке живописи.       Учитель заставлял Алека нарисовать на холсте вазу с натуры, а парень наотрез отказался. Учитель, не разобравшись в ситуации, пытался надавить на Лайтвуда, мол, почти выпускник художественной школы ломается тут…       И Алек сорвался.       Разодрал кистью три холста, разгромив полкабинета, до смерти перепугал учеников и упал без сознания.       Провалялся в лазарете два дня. До конца учебы потом посещал психолога.       Уроки живописи в расписании ему заменили на занятия спортом.       Тренер в школе был исключительный мужик!       Он и открыл в Алеке талант стрелка.       Парень оказался очень метким. Профессиональное. Глазомер художника.       Алек стрелял из лука, пистолета, но самым любимым оружием была винтовка.       Навести прицел. Глубокий выдох. Удар сердца. Выстрел.       Алек видел полет пули сквозь вязкое пространство, видел как она пробивает мишень, и только после делал сладостный вдох.       Участвовал в соревнованиях. Неоднократно побеждал.       На одном из них к Лайтвуду и подошли те двое, со своим необычным предложением.       Алек повернул кран, замерзнув, сделал воду погорячее, продолжая смотреть сквозь стену стеклянным взглядом.       Моргенштерн был третьим заказом, за который заплатили Ангелу.       Кто бы знал, какой ценой он получил его!       Лайтвуд не размышлял ни секунды, понимал сразу в какой машине своего автопарка Валентин повезет семью на природу, знал наверняка, куда заложит заряд.       Было солнечное воскресное утро. Валентин Моргенштерн сидел за рулем, его жена Джослин - рядом, сзади их дети - Себастьян и Кларисса.       На перекрестке, где произошел взрыв, Алек был так близко к автомобилю, никогда не признавался себе, но в тайне надеялся, что какая-нибудь железяка отскочит… и в шею.       Разрыв сонной артерии. Мгновенная смерть.       Его лишь отбросило в сторону взрывной волной.       Дежа вю было самым неприятным в то утро. Снова паника, крики прохожих вокруг, удушливый запах гари, и сладковатый - горящей плоти.       Еще до приезда полиции Алек ушел с перекрестка.       В липких предрассветных кошмарах темноволосая малышка Изабель, сидя на заднем сидении перед взрывом, всегда превращалась в милую рыженькую зеленоглазую Клэри, Клэри Моргенштерн, счастливо улыбающуюся брату.       Алек вышел из душа.       Он проспал.       Четырех - четырех с половиной часов сна вполне достаточно, мозг за это время еще не успевает выдавать ему образы горящей маленькой девочки, в которой он не в силах отличить Клэри от Изабель.       Алек выжал себя с утра в тренировочном зале, а после на стрельбище. Вдыхал с жадностью химическую вонь от полиэтилена, оставшуюся до сих пор в подвале, отчаянно желая избавиться от все еще ощутимого запаха горелого человеческого тела.       Необходимо было очистить голову от ненужных мыслей.       Думай о заказе! Ты должен думать только о заказе!       Поразмыслить было над чем.       Понять, как устранит объект, он понял.       Но как осуществить это?       Бейн всегда в окружении мордоворотов, тупых конечно, но телохранителей, и просто так в подворотне подойти к нему было невозможно.       Да и сам по себе - он не хрупкий мальчик.       Алек должен был позволить ему видимость борьбы, а не саму борьбу.       Лайтвуд пялился в экран на Магнуса, рассекающего пространство Лофта в шелковом халате с бокалом виски в левой руке, когда в переговорном устройстве послышался шум.       Благо портфель лежал на мягком уголке у входа, Алек все четко слышал в микрофон.       - Мистер Бейн, к вам пришел Уилл Эрондейл.       Магнус, нажав кнопку на панели, сухо ответил:       - Пропустите.       Алек припал к экрану.       Бейн подошел к окну. Ветер мягко теребил прозрачную тюль.       Облокотившись о подоконник мужчина сделал маленький глоток.       В Лофт вышел молодой парень. Кокетливо покачивая бедрами, не спеша подошел к Магнусу и прижался к нему, игриво, сбоку.       Бизнесмен - хозяин жизни, тоже решил попозировать слегка, вальяжно допил виски и, поставив стакан у окна, провел кончиками пальцев по щеке довольного Уилла. Они о чем-то шептались, но Алек не слышал их.       Рост у обоих был практически одинаковый. Поцелуй вышел идеальным.       Бейн скользнул ладонью за ушком парня, вдоль шеи, проведя по плечам и спине, остановился на стройной подтянутой попке, сунул руку в карман узких джинсов.       Прервав поцелуй, они долго смотрели друг на друга, Уилл повел несколько раз пахом по бедру Магнуса.       - Хули в гляделки играть, ноги сразу раздвигай, - прокомментировал Алек.       Получилось как-то зло и с обидой.       Магнус, тем временем, завел пассию в спальню, закрыл дверь.       В череде картинок с камер сбоку на экране, Алек видел как Уилл сел на край шикарной огромной кровати, с кованными низкими ножками и металлическим барельефом на спинке. Бейн взял пульт от камер с тумбы.       Видео сигнал прервался.       Алек откинулся на спинку кресла.       В голове упорно вертелась мысль, от которой пересыхало горло, по телу плыл жар и тянуло внизу живота нарастающее возбуждение.       Латвуд включил ноут, поставив его перед экранами.       Надо бы познакомиться поближе с Уиллом.       Эрондейл, в отличии от Бейна, внимание к своей персоне любил.       Фотографий Уилла в соц.сетях было столько, что казалось, парень снимает на камеру каждый почес своей аппетитной задницы.       Алек открыл его страничку в Твиттер.       Девочковый рай.       Вечеринки, путешествия раз в три-четыре месяца, красивые кадры природы, и шикарные - самого Уилла.       Алек раскрыл на весь экран фото, которые Эрондейл называл - из серии Лифт-стайл.       В небрежной позе в рваных джинсах и белой обгламуренной алкоголичке из огромного зеркала в лифте на Лайтвуда смотрел стройный молодой человек, темные как смоль волосы, челка вверх игривым вихром.       Алек долго вглядывался в синие как небесная лазурь глаза.       На соседнем мониторе со взломанной системы наблюдения застыла картинка гостиной Бейна, личная жизнь, спрятанная за закрытыми дверями.       Кто выйдет из спальни первым?       Голый Уилл вальяжно проследует на кухню за водой для Магнуса?       Представив это, резким движением выключил экран.       В черноте монитора на него сердито смотрел двойник Уилла.       Не близнец.       Но назови их при знакомстве родными братьями - вопросов бы не возникло ни у кого. Алек потрепал челку, поднял ее вихром наверх, имитируя прическу Эрондейла.       В голове был не просто поток разрозненных мыслей, там был уже хорошо оформленный план, обдумывая который в груди Алека клокотало, к горлу подкатывал соленый комок, а возбуждение давно оформилось в твердый стояк.       Задушить Бейна лицом к лицу.       Ослабить противника, чтобы уровнять шансы.       Фора в виде элемента неожиданности.       Перед глазами так ясно возник образ Магнуса. Разомлевший от удовольствия, счастливо закативший глаза, испарина на коже, смуглое тело в расслабленной откровенной позе распластанное на шелковых простынях.       Длинные цепкие пальцы Алека стягивают удавкой крепкую шею.       Выключенные камеры в спальне.       Всё просто.       К херам идет лишь главное правило: не смешивать работу с удовольствием.       Алек вздохнул.       С самого начала в этом блядском заказе всё пошло наперекосяк!