Чёрный. Белый. Тёмно-синий

В школе не было ничего не обычного. Только Хэви выдал хоть какую-то реакцию, и то, потому что тот видимо узнал о побеге. Неужели родители не стали бить тревогу? Неужели смирились с этим фактом настолько быстро? Всё уроки проходят мимо меня. Возможно я завалила пару тестов, но сейчас это не важно. Я впервые могу обдумать эту мысль чётко, не отвлекаясь на посторонние мысли. «Я сбежала. У меня теперь будет новый дом и, возможно, семья. Мне не нужно переживать.». А глупая улыбка не хотела сходить с моего лица. Я вспоминаю как готовила побег. Долгий и трудный путь был проделан. Я ведь даже в какой-то момент хотела передумать и жить, как и жила дальше, но я решилась, а всего-то надо было проделать пару манипуляций… За два года до этого. Луна крадётся в свою спальню из папиного кабинета. Ей наконец-то это удалось! Она смогла достать те документы! Луна уже тогда знала, что отец играет грязно, а на её руках доказательства всему тому, что он сделал. Её нужно спрятать, и девочка разбирает листочки на несколько маленьких стопок. Потом аккуратно подсовывает под плакаты, которые ей в конце своего плана придётся содрать, дабы достать документы, и положить их к остальным вещам. За месяц до этого. Добытый ей порошок пах чаем, а с помощью маленького опыта она убедилась в своей правоте. В её ладошке лежит то, что ей подмешивают на протяжении уже трех лет. Тогда когда у неё начались «Приступы» и головные боли. «Когда окажусь на свободе, » — думала девушка, — " я наконец-то узнаю что это за чудо порошок.», и эта мысль грела ей душу. На одну загадку меньше, а загадки Луна не любила. Не смотря на свою ненависть к родителям, она вобрала в себя некоторые их качества, например — умение ходить лёгкими дорожкам, и неважно из чего они выложены, из кирпича или чужых голов. Снова в нашем времени. Я жду Кэс, которая обещала забрать меня после школы. Номера у меня её нет, так что просто жду, сидя на каком-то уголке. Внезапно ко мне подбегает какой-то рыжий смерч. В этом недаразумении я узнаю своего соседа по парте. — Ты что-то хотел, Хэви? — я мило улыбаюсь. Или скалюсь. Разницы у меня пока особой нет. — Да так. Спросить как ты, а то вчера твои родители как-то сильно нервничали. — Ну да, у них же ребёнок из семьи ушёл. — вру и не краснею, хах. Хотя в моем заявлении неожиданная правда. Частичная, но правда. — Так ты не вернулась домой? Просто мне показалось, что раз твои не бьют тревогу, то все уладилось и… — Они не бьют тревогу, потому что им плевать. Мне так даже лучше у меня все хорошо, и кстати — я замечаю Кэс, которая уже подъехала, — мне уже пора. За мной приехали. Пока! — я машу ему рукой и почти бегу до байка. Голова начинала побаливать. Значит скоро мне надо будет как-то абстрагироваться от мира, чтобы не пугать Кэс. Мы едем очень быстро, что хоть и хорошо, но от скорости меня укачивает и становиться ещё хуже. — Луна тебе не хорошо? Я даже сейчас слышу, как ты громко дышишь. — Голова болит, и укачало немного, давай быстрее домой. — Домой… И когда за эти два дня, а точнее день и ночь это место стало для меня домом? Ведь родительский дом и за тринадцать лет этого не добился. Мы доехали, и я сразу легла на диван. Меня снова начало трясти, а пульсирующую боль я пыталась заглушить, стуча головой о тумбу. Я не останавливалась, ни когда почувствовала капли у себя на лице, ни когда Кэс, уже отошедшая от ступора, пыталась меня оттащить. По итогу у неё это все-таки получилось, но мне все равно было невыносимо. Через пару минут, показавшихся мне часом, все закончилось. Я тяжело дышала, пока Кэс пыталась меня успокоить. Она гладила меня по голове, и прижимала к себе даже сильнее чем следовало бы. — Можно мне воды? — тихо попросила я. Этот «приступ» был не таким сильным, так что я даже не отключилась. Кэс быстро метнулась на импровизированную кухню и обратно, и помогла мне удержать в руках кружку. — Что это сейчас было? — она отставила чашку на тумбу. — Голова разболелась… Никто из врачей, которых вызывали мои родители, не мог точно назвать причину и диагноз. Были какие-то расплывчатые ответы, но я сама не совсем поняла их суть. В какой-то момент мне в еду начали «незаметно» подсыпать тот порошок, и мне стало немного легче. Хотя сразу после него ощущения так себе, и в сон клонит ужасно. Кстати как снотворное они его тоже использовали. Забавно… — я устроила голову на плече у девушки. — Что тут забавного?! То что ты заламоваешься, как при эпилепсии? Или то, что тебя пичкали наркотой? И не отнекивайся! Я уже спрашивала у своих «опытных» знакомых. Это обсалютно точно она самая. Только состав какой-то неразборчивый. — Забавно, то, моя дорогая Кэс, что единственное, что мне помогало вполне возможно и справоцировало такую реакцию. Я читала одну статью, про привыкание к некоторым медикаментам, возможно это оно и есть… — я хрипло засмеялась. — Хочешь, чтобы я развела тебе ЭТО? — Было бы хорошо… — Ладно, черт с тобой. Кэс пошла на кухню, откуда донеслись звон посуды и свист от чайника, который скоро закепит. — Какие примерно пропорции? — донеслись оттуда. — Чайную ложку на небольшую чашку. Я уже дремала, когда Кэс влила в меня жидкость. Эффект начался сразу же, но я почти его не замечала. Сон мой был спокоен. Вечером я проснулась с очень тяжёлой головой. Мне пришлось отлипать от полюбившегося дивана, чтобы сделать уроки, а потом можно будет со спокойной душой снова лечь спать. После домашки я взглянула на часы. Восемь вечера. Из кухни доносится скворчание — походу Кэс что-то готовит. Я встаю посмотреть что именно, все-таки мне надо поужинать. Кэс на кухне немного нервная. Она жарит тосты, при этом у неё реальный шанс их спалить. Подхожу и переворачиваю их от греха подальше. — Кэс, все нормально? — я смотрю ей в глаза. — Да, просто неприятности с подругой, вот я и переживаю… — Тогда желаю твоей подруге побыстрее решить все свои проблемы. — я улыбнулась ей, а она мне в ответ. — Ужинать будешь? — За этим я сюда и пришла. — смеясь, я села за стол. За ужином мы долго разговаривали, как будто были знакомы уже очень давно. Рядом с Кэс мне и в правду становиться лучше. — Кстати, завтра суббота, так что я покажу тебе одно место, где если что, ты сможешь меня найти. Это такой бар, там много кто зависает, так что будет не лишним представить тебя как мою… Скажем так подопечную. — Кэс достала из шкафчика пачку печенья и чай. — Хорошо. — Я стала уплетать печенье. Раньше мне практически запрещали есть что-то сверх запланированного рациона, так что сейчас я, можно сказать, познаю некоторые прелести жизни. Я услышала постукивание по крыше трейлера. Дождь, уже переходящий в полноценный ливень, очень громко давал о себе знать, так что уснуть я не могла ещё долго. Завтра должен был быть очень насыщенный день… «Дневные бобры», именно так называлось то место. Снаружи, да и внутри, обычный бар с кучей байкеров. Все просто, вот только пока Кэс меня всем представляет, я замечаю знакомое лицо. Хэви зачем-то протискивается сквозь толпу, обступивших кого-то людей. Он что-то говорит, но расслышать что именно у меня не получается. — Кэс… — Я привлекаю внимание девушки на себя. — Там Хэви, мой одноклассник, сюда разве пускают детей? Ну в смысле по мимо вот таких случаев как мой. — Так там же примерно та же ситуация. У него здесь мать часто тусуется, так что ему просто что-то от неё понадобилось. Кстати, спасибо что напомнила, сейчас тебя заодно с Вики познакомлю. У нас с ней хоть и не дружба, но пивка выпить можем. — Кэс улыбается мне, и мы тоже начинаем пропихиваться. В какой-то момент раздаётся громкий возглас: «Вали домой к своей блондинке!». Дальше хруст, треск и ответ: «Кто это сейчас спи*зданул?!». Толпа начинает расходится о чем-то шепчась, при этом активно дестикулируя. Хотя кто-то и во весь голос освещает свои мысли всем посетителям бара. Кэс оглядывает помещение, но Хеви с мамой похоже уже ушли, так что мы выходим на улицу. Она останавливает меня, не давая подойти к уже замеченной паре. Мы наблюдаем при забавнейшую картину — то, как они пытаются настроить шлемы от байков. Я еле сдерживала смех, собственно как и Кэс, но походу нас все-таки заметили. — Какие люди! Неужели сама Кэсседи нас посетила? — спрашивает с лёгким разражением Виктория, когда мы подходим ближе. — И вижу не одна… Хах, неужели ты и есть та девчонка, которая из дома недавно слиняла. Преобразилась уже за пару дней, ничего не сказать. — Твоё полное имя «Кэсседи»? — спрашиваю я Кэс. Та лишь убийственным взглядом смотрит на Викторию. — Да, но все желающие дожить свои скромные жизни называют меня просто «Кэс». — она сейчас до смешного злая… В трейлере сегодня было как никогда уютно. Тёплый свет от лампы, чай из дешёвых пакетиков и какая-то мелодрама по небольшому телеку. Мы с Кэс сидим рядом на диване под пледом. Я улыбаюсь по настоящему, и да я наконец-то полностью научилась это делать. Это можно считать моей первой, хоть и не очень большой, победой.