it's time to die

Нил с самого начала знал, что подписывая контракт с Лисами — он сам себе рыл могилу. Что с каждым словом, сказаным Рико, у него оставалось все меньше времени. И что с каждым новым поцелуем и касанием Эндрю, он хотел этого времени все больше. Натаниэль Веснински давно смирился со своей смертью, но вот Нил, Нил пытался урвать у этой жизни все, что она у него пыталась забрать. Он цеплялся за ту опасную нить, которая называлась надеждой. И сейчас, лежа на холодном бетоне с разбитыми мечтами, Нил жалеет, что подвел Лисов. Он лгал очень многим людям, но обещание выйти в финал и выиграть Воронов, Нил намеревался сдержать. Теперь у него это не получится. Он вздрагивает, когда к шее прижимается холодный металл, — Натаниэль, ну чего же ты так быстро сдаёшься? Если ты отключишься, с тобой будет не так интересно играть, — слишком наигранно тянет Натан. Нилу хочется блевануть, — а у нас впереди столько всего веселого, скоро сам увидишь. — Меня зовут Нил, ублюдок, — Нил сплевывает сгусток крови в его сторону. Времени пожалеть у него все равно не будет. — Нил ты для своих бывших сокомандников, — Мясник кладет руку ему на горло, и не сильно, но чтобы потом порезы ссаднили и доставляли дискомфорт, проводит лезвием вокруг всей шеи. В глазах начинают скапливаться слезы, и Нил из последних сил держится, чтобы не закричать. Натан обходит его со спины и дергает за подбородок, заставляя посмотреть на себя, — твоя смерть была лишь вопросом времени, Натаниэль. Правда рассчитывал, что сможешь сбежать от меня? Как самонадеянно и глупо. — Не тебе меня судить, папаша, — Нил смотрит ему в глаза, и видит в них только поломанное отражение себя. Эндрю назвал бы его жалким, и был бы прав. Ему стоило сбежать, как только он узнал, что Вороны переводятся в их округ. Как только он увидел Рико в студии Кэти. Как только Кевин узнал, кто он такой. И как только губы Эндрю коснулись его, нарушив все правила матери разом. Нил впервые кому-то полностью доверился и эта ошибка стоила ему жизни. Но по крайней мере, он наслаждался каждой секундой проведенной рядом с Лисами. За них стоит бороться, и ради них Нил готов пожертвовать собой. Все равно его жизнь обречена, так пусть им повезет больше. Они достойны лучшего. Откуда-то слева прилетает отрезвляющая пощечина, попадая прямо по раскаленной щеке. Нил чувствует, что скоро потеряет сознание, и, как ни странно, эта мысль его радует. Последнее, что он помнит, это высоко занесенный над его головой топор и ужасающий крик, вырвавшийся из его рта вместе с лужей крови.