Мой Слуга [Треш работа]

Кнайф сидел на холодном полу, не зная, что будет с ним дальше, он возможно никогда больше не увидет солнечного света и никогда не вернётся к своим друзьям, он будет до окончание своих дней, если его убьют, страдать в этом чёртовом подвале. Вдруг снова шаги, знакомые шаги, снова этот тиран, пришёл мучать бедного ножа, который и так был не в лучшем состояний. Кнайф приблизился к стене, почти прижавшись к ней, ожидая всего чего угодно. Краткий смотрит на отброса кухни улыбаясь и собирается провести с ним это. Он подходит к нему и нож закрывает себя руками, пытаясь хоть как-то себя защитить, но его руки прижимают к стене и их лица находятся наравне, на лице отброс снова начали течь слезы, сразу предвещая будущие страдания. Вдруг он чувствует прикосновение к своим губам и понимает, что это. Краткий поцеловал его, при этом так же грубо, он начал исследовать рот отброс языком, пока Кнайф пытался оттолкнуть его ногами, ему это не нравилось, он ненавидел то, что с ним делает Краткий. Вскоре, Кратыч отпустил руки Кнайфа и прижал его к себе, так же сидя на полу, а Кнайф хотел оттолкнуть его иногда осматривая комнату, чтоб найти хоть что нибудь. Позже Краткий оттолкнул ножа на пол и тот лежал на полу, кашлял и пытаясь глотать воздух, ему хотелось блевать от того, что с ним сотворили, он лежал животом (?) вниз и увидел, тот увидел трубу, которую раньше не замечал, пока он пытался разобраться в действиях, Краткий накинулся на него, Кнайф, как и тогда, кричал и пытался выбраться, пока Краткий крепко держал его. Неизвестно каким способом это произошло, но Кнайф схватил эту трубу и резко ударил ею Краткого, от чего последний потерял сознание. Отброс кухни смотрел на его тело, смотрел на его бездыханное тело, у Кнайфа вырвалась вся злость и обида на малинового и подойдя ближе к нему, он начал бить его этой трубой, что-то орал и мазался в крови буквы, он не заметил, как превратил малинового в кровавое месиво. Кнайф вспоминал все свои страдания, боль и все что с ним было, вся обида вырвалась наружу и причиняла боль обидчику, он убивал его, пока тот был без сознания. Вскоре он прекратил и смотрел на свою работу, на лице вспыхнула улыбка сумасшедшего и тот начал смеяться как сумасшедший, вскоре в подвал заходит Садовник слыша крики ножа и удары трубой, когда Кнайф его увидел он начал подходить к нему, сжав в руках трубу сильнее. *** Второе убийство, отброс кухни не жалел о совершенном, он пошёл на улицу, найдя горючую жидкость саду, она начал её разливать, он хотел сжечь все, что причиняло ему боль. Треся спичечным коробком, он вытащил одну спичку и зажёг её, позже чего кинул её на землю. Он смотрел как сгорает особняк Краткого и улыбался, на щеках шли слезы. Простоя так 5 минут он ушёл, оставив все это догорать, теперь страдания остались лишь за пеплом и прахом его мучителей. **** - Ох моя кириллица, кто мог это сотворить? - кричал Ёшка и плакал от осознания того, что Краткий умер такой смертью - Успокойся звездоглазый, ничего уже не вернёшь, - произнёс Аз. Ёшку это ни как не успокоило, он лишь телепортировался куда подальше, лишь бы не видеть всего этого, сев у дерева, он начал только сильнее плакать от такого осознания. Вдруг он слышит шелест кустов и Ёшка сразу готовился к худшему, но это оказался… Кнайф? Как он мог здесь оказаться, Краткий сказал, что он пропал. Кнайф лишь улыбнулся - Приветик, Ёшенька. Ёшка лишь напуганно осматривал того, не понимая, что это с ним. Всё тело было в садинах и царапинах, глаза красные от слез и от него чем-то не приятным воняло. - Кнайф, от куда ты здесь? Краткий сказал, что ты пропал и больше не появишься. У Кнайфа пропала улыбка и тот встал перед Ёшкой - Что он ещё напиздел тебе и остальным? - Напиздел? - негодавал Ёшка - Да! Именно напиздел! Он врал вам, что я исключён и сейчас в коробке с предметами! На самом деле я был его рабом в подвале! - Что? - Ёшка не мог поверить словам Кнайфа, он просто не знал как на такое реагировать. - Да, Ёшка. Твой друг насиловал меня на протижений нескольких месяцев и издевался надо мной, а перед тобой и остальными он был хорошим. Хочешь я тебе опишу все что я чувствовал, когда там сидел!? Когда я ждал, что мне кто-то поможет, я надеялся на это. Но мне никто не помог! - раскричался Кнайф. - Прекрати, я не знал ничего об этом! - разрыдался он. Ёшка не мог поверить, что кто-то страдал от его же знакомого, которому он доверял и считал другом, так поступил с участником из-за обычной ненависти. Кнайф думал, убить ли ему Ёшку, но все же тот ни в чем не виноват, садиста он убил и его дружка тоже. Он подошёл к Ё и силой обнял того прижимая его к себе, говоря ему. - Помни, Ёшенька, помни, кем был твой друг. Ёшка лишь только сильнее расплакался и продолжал находиться в объятиях уже сумасшедшего Кнайфа.