Опасная зона

Если думать о жизни то Чэн смело мог сказать, что она у него неплохая. Конечно жилье так себе, побитый временем кузов фуры, на обочине заброшенной дороги, но были и свои плюсы. Он никогда не отказывал себе во вкусном мясе. Вместо сортира конечно кусты, но и вместо серого потресканного потолка — звездное небо. Да и вони города нет, которая стоит как в общественном туалете при сорока градусах жары. А что делать простым людям, когда их дом на другом конце, а надо сейчас. Нет скандалов и криков. Надоедливого шума города. Не плохо, правда? Чем не хороша такая жизнь? Чэну всё нравилось. Рядом с трассой лес, не страшный ибо там был только один дом лесника, зомби которого Чэн давно спалил. Вдоль дорог небольшой, высохший канал, если идти вдоль него можно наткнутся на реку которая дает воду всему городу. Вода в любое время холодная, но Чэн уже привык. Он живет себе спокойно никого не трогает, и он никому не нужен. Иногда конечно заглядывают мертвецы. Называйте их зомби или может ходячими мертвецами, хрен знает какую фантастику вы в детстве читали, но всё сходится к одному: трупы что ожили. В моменты их визитов Чэн старается сидеть тихо, спрятавшись за бочки с мясом. Тогда зомби проходят мимо и уже у подхода в город их расстреливают снайперы со стены. Но бывают дни когда мертвецы появляются неожиданно, тогда уже мужчина вступает в бой, а остатки после сражения сжигает. Вот так, отдыхая одним деньком, Цзян разложился на подстилке, (даже матрасом это было назвать сложно) он отдыхал от охоты. Мясо было засолено, собаки накормлены, сам тоже поел. Но как говорится, жопа приходит во время затишья, точно не помню эту фразу, но вроде сути не потерял. Одна из собак зарычала быстро поднимаясь с своей подстилки, злобно оскалив зубы, вслед за ней встала и вторая становясь в позицию с которой было бы легче прыгнуть на врага. Чэн быстро открыл глаза и посмотрел по сторонам, схватил катану которую положил пару минут назад у лежанки, что бы не мешалась. Но не тут то было. И двадцати минут не прошло как снаружи что-то начало снова шевелится. «Ни поспать, ни посрать» — думал Чэн, хмуря брови. Наверное самый поганый минус — мертвецы. И это не те зомби со старой игрушки от которых убежать сможет даже ребенок. Некоторые могли посоревноваться в скорости с машиной или байком. Они чуяли запах и шли к всему живому часто жрали животных и съедали добычу которую Чэн ловил в сети. А вот падаль и их друзья, зомбей не интересовали вовсе. Переборчивые твари. Цзян тихо поднялся и движением руки заставил собак замолчать. Он положил одну руку на катану, а второй дотронулся до ткани которая ограждала их от внешнего мира. Его дом состоял из кузова сломанного камаза на обочине трассы. Слава богам этой дорогой уже никто сто лет не пользовался и к Чэну не приебывались выжившие. И там было вполне удобно. Он не жаловался, а даже радовался. Ведь те же самые дома постоянно обыскивали каннибалы. А быть сваренным кем-то на завтрак, ой как не хотелось. Чэн вдохнул и резко открыл занавес. На корыте прямо перед выходом сидела грёбаная птица. — Ворона… — С облегчением выдохнул мужчина. Ничего страшного, просто гр**аная птица мешающая ему спать. Отпустив катану, мужчина вышел на улицу и прогнал ворону. Она с громким карканьем взмыла в небо и улетела в сторону леса. Это тоже хорошим знаком не было. Где вороны — там труп, а это значит что сюда приближается толпа зомби или кого-то убили недалеко отсюда. Чэн хотел, что бы это не были мертвецы или каннибалы. Пусть добрый старик охотник из города. Но мечтам не свойственно сбываться, а обосраться, как раз таки суждено. Цзян аж подпрыгнул от неожиданности, со стороны города раздался мощный хлопок, как при взрыве. — ***ть! Ну что за п***ец?! Можно просто спокойно пожить?! — перехватило дыхание. Только бы не стены!. Где-то в пяти километрах от его жилища находился город, хорошо ему знакомый город Шудун. Он там прожил почти восемь лет. Город как и все был огражден стенами чтобы мертвецы не пробрались к людям. И если взорвался участок этой самой стены, город падёт. А это означало что жизни не будет в радиусе десяти километров. Всех перебьют зомби. Чэн оглянулся, мертвецов пока видно не было, но через минут двадцать тут уже будет целая толпа этих тварей, а под городом они окажутся еще быстрее, там пахнет живым. Он влетел обратно в кузов, срывая с байка простынь и открыл бак для бензина. Благо он слил его столько, что хватит на целый уикенд по всему Китаю. Делать всё равно иногда нечего. Лучше запасаться сразу, вдруг понадобится. Пока бензин лился из канистры в бак, Чэн схватил рюкзак и начал запихивать туда вещи первой необходимости. Ещё вчера перед сном он думал о том, что нужно собрать его на всякий случай, если придется быстро сбегать. Но он был убитый после охоты и засаливания мяса, поэтому сразу завалился спать. А зря. В голове, противным голосом, орала мать, за безответственный подход ко всему что он делает. Что если он не начнет воспринимать всё серьёзно, однажды умрёт дерьмовой смертью. Цзян тряхнул головой, чтобы выкинуть эту женщину наконец-то из мыслей. Прошло уже четырнадцать лет, а его мать, даже с того света, умудрялась поучать его и говорить какой он все-таки неудачник. Возможно, ему стоило лечится, но из доступной медицины, есть травматолог и патологоанатом. Кроме сломанной жизни, его ничего не беспокоило, а умирать он пока не собирался. Ещё есть Вэй, но он лечит всё водкой. Так сказать, личная терапия от самсебедоктора. Чэн надел портфель и завязал концы шлеек на животе чтобы не упал. Он вывел байк из кузова оглянулся и очень громко выругался. Прямо к нему приближалось огромное стадо. Медленно, но уверенно. Через пару часов все они окажутся под городом — это сто процентов. Цзян сплюнул, перекинул ногу через седло и завел мотор. — Принцесса, Милашка, за мной. Собаки послушно встали по обе стороны от хозяина. Надо было ехать к городу, и если взорвался не он, переждать толпу там, потому что если бензин закончится он попросту сдохнет где-то на обочине. Колеса скрипнули и Чэн рванул с места, собаки побежали за ним. Вот это конечно зашибись, начало дня. Что-то ему подсказывало, что это еще не конец. Это только утро, гр**аных десять утра!