ballet

– Выше ногу. Да, вот так. Прогни спинку. Ещё. Молодец. Ты такой гибкий. – Учитель, вот так правильно? – Да, эта стойка идеальная. Тэхён находится в балетном зале, ощущая горячие ладони Чонгука на своей спине. Они ведут то вверх, то вниз. – Учитель, мне щекотно! – Прости. Чонгук ещё с детства балет любил, а вот у Тэхёна эта «зависимость» началась с лет десяти. Чонгуку сейчас двадцать пять, Тэхёну двадцать. Они иногда танцуют вместе на сцене, потому что Гук выбирает его среди всей группы. Почему? Потому, что он лучший. Гук очень успешен в Сеуле с ним работать очень не легко, но так сложилось, что у Тэхёна это прекрасно получается. Получается общаться с ним, иногда даже не договаривая своё предложение. – Руку сюда. Да, хорошо. – Учитель Чон, у нас же выступление через два месяца? – Да, у нас сольник. – Ох, это хорошо. Я очень хотел съездить к бабушке хотя бы на два дня. Время от времени Тэхён даже берёт дополнительные индивидуальные занятия у Чона. Им легко работать в паре. Сейчас вечер. Парни заканчивают репетицию, у них буквально полчаса. Чонгук ставит руки на чужую поясницу, чуть тянет вверх и сжимает талию. Тэхён прям дёргается от неожиданности, но сохраняет спокойствие. Дело в том, что это его эрогенная зона, понимаете? А Чонгук не понимает, откуда ему знать. Всегда. Всегда, когда Чон ставит руки на талию, Тэхён краснеет до усрачки. Ну действительно, твою мать, аккуратнее бы как-то. Особенно когда Гук расхаживает перед ним в своей оверсайз одежде, но с подкатами на рукавах, где видно, мать его, все татуировки... Прям как сейчас. – У-учитель, хватит. – Что? Почему? – Просто... достаточно. – Нет, Ким, в этой позе у тебя спина совсем не прогнулась. Это сложно, не спорю, но нужно же учиться. Тэхён терпит. Честное слово терпит. Он вдыхает больше воздуха, стараясь принять правильную позу для растяжки всего тела. Но когда Чонгук ставит руки на бёдра и приподнимает вверх, Тэхён не выдерживает, проговаривая тихое «Боже!» вместе со стоном. Он ощущает мурашки, которые бегут по телу, ощущает руки, которые слегка сжимают эти же бёдра, ощущает прилив возбуждения, чёрт возьми. И подняться сейчас не есть хорошей идеей. Сбежать будет стыдно, да и со стойки не так легко встать. – Чон... Учитель Чон, хватит, – хнычет тот, пока старается свести ноги. – Что-то случилось? – Гук настороженно рассматривает черты лица, наклоняясь ближе. – Вы случились, хватит меня лапать, – старается выйти из ситуации, но ничего не выходит. – Что? Ты о чём? Я же всегда так держал твоё тело в своих руках, – Чон наклоняется ниже, поднимая голову за подбородок. – Вот именно, держали моё тело в своих руках совсем не так, как хотел бы этого я, – сейчас, кажется, случится пиздос. – А как ты хотел? – тренер перед ним присел на корточки, заглядывая в глаза. – На руках, на весу... К зеркалу. Или задом. Или на четвереньках, – Тэхён медленно поднимается с той не очень удобной позы, в которой, собственно, сидел. И Чонгука очередь давиться воздухом, зависать, не соображать. Его взгляд теперь чернее, и какой-то даже хищный. Он поднимает Кима на ноги, поднимая под задницу и прижимает к зеркалу. – Вот так? Тэхён, не ожидавший таких действий от брюнета, резко хватается за чужие плечи, распахивая глаза. Он дышит загнанно, не в силах что-нибудь ответить. – Д-да. Их прерывает звук воды. Да, именно воды. Чонгук быстро опускает Тэхёна на ноги, они оба оборачиваются и видят уборщицу, которая только зашла в зал и собирается мыть полы. Она их пока что не заметила, зрение слабое, да и не успела бы. Верно, сейчас же конец рабочего дня. Парни неловко переглядываются, опуская взгляды в пол. – Давай закончим тренировку сейчас. – Да, давай. – И Тэхён. – Да? – Пойдёшь со мной на свидание? Чонгук слишком долго хотел этого, а Тэхён слишком много ждал. Кто такой Чонгук, чтобы не предложить, и кто такой Тэхён, чтобы не согласиться. Поэтому Ким тихо отвечает «да», поднимается на носочки, чмокает того в щёку и убегает.