class of 2013

      на втором этаже стоит гул. кто-то ставит подножку умнику класса, под ногами вертятся толпы детей в синих жилетках, захлопывается дверь в туалет. это значит только одно - начинается урок физкультуры.       в раздевалке пахнет соленым потом и слезами. на полу валяется исчерченная тетрадь в клетку. чернила местами растеклись по бумаге, на полях красной ручкой нарисована небрежная карикатура на одного из одноклассников (причём весьма похоже) и посередине написаны аккорды к песне гражданской обороны. эту тетрадь было не спутать ни с чьей. а её владельцу в лицо прилетает мяч, пока он сидит на скамье запасных.       серёжа стоит над заплёванной раковиной, к губам стекает красная струйка. через пару секунд ладонь оказывается измазанной в крови. тишина в раздевалке прерывается шумом воды и голосом ильи, раздавшимся за ухом серёжи. - тебе салфетку дать? детков вздрогнул. - с каких пор ты обо мне так волнуешься? - я вообще-то тебе помочь хотел, а ты. - ладно, давай. сережа шмыгнул. сука, и так нос заложен, ещё и это. - ну его нахуй, давай тут посидим. в голове бегущей строкой пронеслось “как же хорошо, что нашей школе насрать на посещаемость”.       когда они были врознь, они выглядели как любимчики задир: плюшевый медведь и тихий приезжий паренёк с последней парты. но когда макаров и детков были вместе, они были непобедимым аутсайдерским дуо, которым никто кроме них самих не нужен. и пока постоянно подкалывающий их лёха перепрыгивает с гаража на гараж и пьёт ягуар в чьем-то подъезде, илья помогает серёже разучивать песни летова, хотя сам в тайне слушает леди гагу. ему нравится то, с каким увлечением детков рассказывает про всю эту панковскую культуру, как загораются его глаза, с какими эмоциями он рассказывает про этот холод, когда единственный, на кого ты можешь надеяться это ты сам. не удивительно, что серёжа находит себя в чём-то таком.       мысль прерывается дребезжащим звонком, режущим уши. одним глазом детков выглядывает из раздевалки, проверяя, не придётся ли с кем-то пересекаться на выходе. кивком в сторону он зовёт илью на выход. - пойдём, может даже в столовку успеем.       в лестничном пролёте их ждал уже знакомый силуэт. он встретил их своей фирменной насмешливой улыбкой. в этот раз от него даже не воняло спиртом, удивительно. - чё, всю физру в раздевалке проплакал? - да отцепись ты от него, лёх. щербаков обиженно надул губы, но спорить не стал. грубый голос нурлана как поводком оттащил белобрысого задиру. будучи на голову ниже, со стороны лёши было правильным решением не пререкаться с сабуровым.       пока илья и серёжа жевали безвкусные булки в столовой, под детский гул и дребезг ложек в голове деткова крутилась мысль о том, почему такой человек как щербаков, постоянно споривший с учителями, угорая над, казалось бы, богатенькими ровесниками, часто не видящий границ, был покорным псом рядом с нурланом. серёжа не был любителем покопаться в грязном белье, но этот вопрос вертелся в его голове уже довольно долго. уроки пролетали незаметно. в середине физики щербаков показывал всему классу как написать “соси” на калькуляторе, эмир, тамби и рустам весь урок кидали во всех записки, и только артур был на самом деле сосредоточен на предмете, хотя потом вместе со всеми остальными строил козни придирчивой учительнице. коридор вмиг заполнился криками и гулом. сквозь сотню рук, тянущихся за курткой еле-еле удавалось ухватить свои вещи. бросив мешок с обувью в старый рюкзак, детков на волне с выбегающими семиклассниками вынырнул из здания школы, выглядывая в окне макарова. на телефоне виднеется знакомый номер. не успевая спуститься со ступенек, к илье подлетает серёжа, и дрожащим голосом спрашивает: “пожалуйста, давай сегодня у тебя посидим?” по спине макарова пробежал холодный пот. он знает, что детков ничего ему не скажет. то ли из-за гордости, то ли от большой платонической любви.